Не пройти мимо

      Приподняв голову от бумаг, Андрей наткнулся на потрясённый взгляд карих глаз. «Она?! Не может быть? Или может?» — лихорадочно думал он, изучающе глядя на вошедшую девушку, замершую у двери. Подавшись всем корпусом вперёд, он зачем-то стал снимать очки, не отрывая от неё своего пристального взгляда. «Почему она здесь? Неужели, беременна?», — внезапно пришло на ум. Эта шокирующая мысль словно парализовала Андрея. Очки выпали из его рук. Собираясь что-то сказать, он открыл было рот, но так ничего и не придумал. — Простите, Вы… — услышал он голос отца. — Я — Екатерина Валерьевна Пушкарева, — раздался с лёгкой хрипотцой голос соискательницы, от которого по телу Андрея побежали мурашки.       «Екатерина, Катерина, Катя, — прокручивал он в уме и вдруг мозг словно взорвался, обдав жаром, — Катя?! Ромкина девушка!». Откинувшись на спинку кресла, Андрей на несколько мгновений прикрыл лицо руками. Покоя не давал звучащий в ушах голос друга — «В том то всё и дело, что у нас ничего не произошло. А Катя уехала, сегодня, рано утром».       Павел Олегович недоумённо переводил взгляд с Андрея на вошедшую девушку и обратно. Промелькнувшая мысль заставила его облегченно вздохнуть и улыбнуться. — Очень приятно, — произнёс он, подходя к Кате, — проходите, пожалуйста.       Взяв девушку под локоть, он проводил её до кресла посетителей. — Чай, кофе? — Нет, спасибо, — нерешительно улыбнулась Катя импозантному мужчине в возрасте, наконец-то оторвав взгляд от бездонных шоколадных глаз.       Постепенно к ней стала возвращаться способность адекватно оценивать ситуацию, в которой она оказалась. «Благодарю тебя, друг мой, Колька» — зло усмехнулась она про себя, старательно отводя глаза от знакомого незнакомца. — Что это я? Забыл представиться! Павел Олегович Жданов, экс-президент компании. А это — мой сын, Андрей Павлович, президент компании. Вот как раз для него мы и подбираем помощника.       «Андрей, значит! «Мужественный»! А что, подходит» — подумала Катя, мельком взглянув на него. В это время он протянул ей руку для пожатия. Немного поколебавшись, она вложила в его ладонь свою, надеясь, что он не заметит, как дрожат её пальцы. Руки соприкоснулись, взгляды встретились. Реакция тела оказалась такой ошеломляющей, что Катя поспешила убрать свою руку из его ладони, но Андрей помешал ей, крепко схватив длинными пальцами. Испуганно взглянув на него, она заметила промелькнувшую на его лице улыбку и почувствовала, как разжав пальцы, он отпустил её ладонь. — Ваше резюме впечатляет, Катенька, — раздался голос Павла Олеговича, — можно мне Вас так называть?       Кивнув, Катя сосредоточила всё своё внимание на Жданове старшем. — Скажите, что Вы знаете о нашем бизнесе? — Я знаю, что у вас самые высокие показатели в области производства готового платья, что вы участвуете в международных выставках…       До Андрея долетали слова, но смысла он не улавливал. Перед его мысленным взором, одна за другой, мелькали картины их единственной совместно проведённой ночи: её соблазнительные губы, чуть припухшие от поцелуев; затуманенный желанием взгляд; совершенное тело, тянущееся к нему и остро реагирующее на прикосновения. «Боже! Что она со мной делает?» — в смятении думал Андрей. Необходимо было выкинуть из головы столь манящие образы и сосредоточиться на разговоре, но ему это практически не удавалось. — Я могу отслеживать банковские документы, систематизировать их, собирать информацию о продажах… — Спасибо, Катя! Мне всё ясно!       Переведя взгляд на Андрея, и пряча улыбку, Павел Олегович произнёс: — Ты как-то подозрительно молчалив, сын! Я считаю, что лучшей кандидатуры на эту должность не найти. Думаю, продолжать собеседование не имеет смысла. — Ты прав, па. Не мог бы ты объявить остальным, что собеседование закончилось? Мне необходимо сказать несколько слов Екатерине Валерьевне.       Кивнув, Павел Олегович вышел из кабинета, осторожно прикрыв за собой дверь. — Катя, простите, Екатерина Валерьевна, — пытаясь поймать её взгляд, заговорил Андрей и, в сердцах, ударил ладонью по столу, — черт, не знаю что сказать. Вроде бы надо попросить у Вас прощение, но за что, мне не понятно. Я о случившемся между нами там, на даче. Если, в начале, мы оба были не совсем адекватны, то затем всё ведь произошло по обоюдному желанию. — Ничего не говорите. Я не собираюсь Вас ни в чём обвинять. Давайте просто забудем об этом инциденте, или, хотя бы сделаем вид, — взволнованно проговорила она, не поднимая на него взгляда.       Андрей горько усмехнулся: — Наверно, это единственный выход для нас с Вами. Но Ромка мой друг, лучший друг! Вы представить себе не можете, что я чувствую! Знать, что он увлечен какой-то Катенькой, подшучивать над ним, а в результате, оказаться с ней в одной постели. Как мне в глаза ему смотреть? — Надеюсь, Вы не собираетесь… — едва выдохнув, произнесла Катя. — Нет, конечно! — перебил он её, не дав договорить.       После его слов повисла гнетущая тишина. Затянувшееся молчание действовало на нервы. — А Вы думаете, мне легко осознать, что я провела ночь не только с незнакомым, но практически женатым человеком? — в упор посмотрела она на Андрея, заметив, как его брови удивлённо поползли вверх, — не удивляйтесь. Роман просто часто рассказывал о своём друге, Андрюхе Жданове.       Шли секунды, а они молча смотрели друг на друга. Прочистив горло, Андрей произнёс: — Надеюсь, эта ситуация не станет препятствием в вашем стремлении занять должность помощника президента? — Не знаю, — честно призналась Катя, — я не уверена, что смогу… — Не продолжайте! Давайте всё оставим до завтра! Я Вас буду ждать у себя в приёмной в 9.00. Если Вы не придёте, я пойму.       Андрей слукавил. Ему стало жизненно необходимо заполучить её к себе в помощники. Пока только в помощники. — Катя! Извините, но меня мучает один вопрос: у Вас всё нормально? — В каком плане? — В плане без осложнений? Или об этом ещё рано говорить?       Андрей с изумлением наблюдал, как краской заливается её лицо. — У меня всё в порядке и давайте, наконец, закроем эту тему. Если у Вас ко мне вопросов больше нет, я пойду. — Я провожу, — произнёс Андрей, вставая и направляясь в сторону двери.       Всю дорогу до лифта он делился с Катей своим взглядом на перспективы развития фирмы. Расслабившись, она и не заметила, как включилась в обсуждение данной темы, настолько та её заинтересовала. — Ну что, будем прощаться — произнёс Андрей, стоя у лифтов.       Звон открывающихся дверей привлёк их внимание, и они увидели Романа, убирающего руку из-под юбки девушки, тесно прижимающейся к нему. Андрей наблюдал за реакцией друга, до которого постепенно дошло, кого он видит перед собой. Улыбка медленно сползла с его лица, уступая место потрясению. — Катя? Ты как здесь оказалась? — забыв, что обнимает Анжелику, поинтересовался Роман. — А ты? Мне казалось, клерки из юридической конторы работают в другом месте. — Ром, мы выходим или продолжим с того, на чем остановились, — игриво произнесла Анжелика и подмигнула Жданову, — надеюсь, Андрей нас поймёт.       Отстранившись от неё, Роман вышел из лифта и остановился рядом с Катей. Анжелика скептически посмотрела на предполагаемую соперницу. Невысокого роста, в потёртых джинсах и клетчатой рубашке навыпуск, она напоминала студентку-волонтёрку, которой не дашь больше двадцати. На чистом, без грамма косметики, лице особо выделялись пронзительные карие глаза, обрамлённые длинными ресницами. Заслуживали внимания и аккуратные брови, прямой нос, чуть выступающие скулы и припухлые розоватые губы. «В целом, симпатичная, да и только, — сделала вывод Анжелика, — таких, как она, тысячи». Почувствовав своё превосходство, она хмыкнула и гордо удалилась в сторону демонстрационного зала.       Катя узнала девушку. Она видела её там — на даче, вместе с Романом. Услужливая память подбросила на редкость подходящие фразы из случайно подслушанного разговора.       «А как же новое увлечение Ромочки? Ну, та, про которую он говорил «умная, скромная, непорочная».       «Что может быть общего у серьёзной девушки и легкомысленного бабника?»       «…он опять к Анжелике вернулся».       «Их несколько раз видели вместе в клубе, после чего он её сам на работу привозил». — По крайней мере, кое-что прояснилось. Оказывается, ты всё это время мне врал. Обидно! — бросив быстрый взгляд на Романа, она вошла в кабину лифта. — Катя! — двери закрывались, и Малиновский едва успел заскочить внутрь.       Задержавшись на пару секунд, Андрей медленно побрёл в свой кабинет. Его захлестнули противоречивые эмоции: сожаление, что ничего между ними уже быть не может, в силу сложившихся обстоятельств; сочувствие — было жаль друга, оказавшегося в щекотливой ситуации; сомнение в том, что у них всё наладится и пока ещё не осознанное огромное желание, чтобы это было действительно так.       Поджидая Андрея, Павел Олегович задумчиво улыбался, сосредоточившись на своих мыслях. Размышлял он о судьбе, о её предопределённости и многовариантности. Видя взгляды, которые сын бросал на эту девушку Катю, он был уверен, что и в отношении Андрея судьба всё расставит по своим местам.        Губы Павла Олеговича чуть дрогнули в усмешке, когда он вспомнил, как бесшабашно, словно играючи, его сын пытался распорядиться своей жизнью. Произошло это за обедом, когда Андрей с Кирой гостили у них в Лондоне этой весной. — Такие обеды могли бы стать нашей традицией, если б ты, Андрюша женился на Кирочке, — полушутя, полусерьёзно произнесла Маргарита. — Почему бы и нет, — с лёгкостью подхватил Андрей. — Так что тебе мешает это сделать? — с вызовом посмотрела на него Кира. — Правда, Андрюша, Кира такая хорошая девочка, так тебя любит, — поддержала Марго, — поверь, лучшей жены тебе не найти. А мы, под старость, сможем понянчить внуков.        Павел видел, как растерянность на лице сына сменилась отчаянной решимостью. — Ну, что ж, — произнёс он, поднимаясь с места, — пап, мам! Рядом со мной сидит замечательная девушка Кира. Мы уже давно с ней вместе, но я всё не решался сделать ей предложение. И сейчас, при вас, я прошу её стать моей женой! — Ты это серьёзно? — не сдерживая счастливой улыбки, посмотрела она на него — Более чем! — Я согласна, — вставая, Кира потянулась к Андрею и их губы слились в поцелуе. — Невесте полагается кольцо с бриллиантом, — отстранившись, лукаво взглянула она на новоиспеченного жениха, — не хочешь отвезти меня в Harrods? (знаменитый ювелирный магазин на Бромптон Роуд) — Поехали, — кивнул Андрей, — ма, па, извините нас, но мы уходим, вернёмся… — Не скоро, — подхватила Кира, смеясь.       Видя довольный взгляд Марго, Павел вспылил: — Не понимаю, чему ты радуешься, — бросив салфетку, он отодвинулся от стола, — они не будут счастливы, так как истинного чувства в этом союзе нет. Андрей не любит Киру, да и то, что испытывает Кира — это не любовь, а скорее каприз, маниакальная привязанность, желание покрасоваться перед подругами, добиться стабильности, утвердиться в определённом статусе, да всё что угодно. В противном случае она не терпела бы его бесконечные измены, понимая, что, по сути, ему не нужна. — Глупости, — не поддержала мужа Маргарита, — Андрюша любит Кирочку, только сам ещё не осознаёт этого. Иначе, он бы к ней не возвращался после очередного увлечения. — Обычно, когда делают предложение, признаются в любви. Тебя не насторожил тот факт, что Андрей этого не сделал. Да и Кира, едва согласившись, сразу озвучила своё желание иметь кольцо с бриллиантом. — Перестань! У современной молодёжи больше прагматизма, чем романтики. Ты несправедлив к девочке. Каждая невеста мечтает иметь кольцо и Кира не исключение.       Дверь распахнулась, вынуждая Жданова старшего отвлечься от воспоминаний. На пороге показался Андрей, буквально следом за которым вошла и Кира. — Андрей! Ты договорился с Екатериной Валерьевной? — Да, папа. Она завтра должна выйти на работу (озвучил Жданов младший своё желание видеть Катю рядом с собой).       «Отцу не обязательно знать, что ещё ничего не решено, иначе, как я смогу объяснить ему причину её нежелания работать со мной» — рассуждал Андрей, видя довольную улыбку на лице отца. — Вот и прекрасно, — вставая и направляясь к выходу, произнёс Павел Олегович.       Прежде чем выйти, он на мгновение остановился и посмотрел на Андрея. — Я спокоен за тебя, сын и за фирму тоже. — Кто такая Екатерина Валерьевна, — едва за Ждановым старшим закрылась дверь, спросила с нажимом Кира. — Помощник президента с завтрашнего дня. — Выбрали, значит! Дай угадаю… — на её лице появилась наигранная задумчивость, — блондинка, ноги от ушей, с любимым вами третьим размером бюста. — Если тебя это так волнует, то вот, — кинул Андрей папку Кире, — её резюме, ознакомься.       Бегло пролистав содержимое, она с силой ударила папкой по столу. — Ты что, издеваешься? — зло сверкнула она глазами, — где фотография? Или ты её уже у сердца хранишь? — Видишь ли, родная, — серьёзно глядя на невесту, постучал он по папке, — Екатерина Валерьевна фотографию не вложила, надеясь на свой ум и квалификацию. Кстати, рабочий день заканчивается, а моя секретарша Виктория на работу так и не явилась. Ты же понимаешь, что согласно трудовому законодательству я её могу уволить уже сегодня. — Ну, Андрюша, — заискивающе заглядывая в глаза жениху, пролепетала Кира, — Вика, видимо, очень расстроилась, получив документы о разводе. Обещаю, завтра она будет на работе вовремя.       Не проронив ни единого звука, Катя и Роман, спустившись на первый этаж, вышли из здания «Зималетто». — Кать! — схватил Роман её за руку, — давай поговорим. — А тебе есть что мне сказать? — остановившись, посмотрела она на него с неподдельным интересом. — Есть! Я не понимаю, что, собственно, такого случилось? Подумаешь, зажал девушку в лифте — это что, преступление? — Наверно, нет, для «легкомысленного бабника», которым, по мнению некоторых моделей, является их «новоиспеченный вице». — Было! Грешен! — не стал отрицать Роман, — но все они ничего для меня не значили. Так, не обременённые комплексами девчонки, с которыми легко и весело проводить время. — Ничего не значили, говоришь! — произнесла Катя, глядя на него таким иронически — глубоким, проницательным взглядом, что Роману стало как-то не по себе, — Ром, не надо больше лжи. Зажатую в лифте девушку я видела с тобой на даче. Анжелика, кажется. С ней же ты периодически тусуешься в барах, после чего с утра вы приезжаете на работу.        Катя не смогла сдержать грустной улыбки, увидев, как вытянулось при этих словах его лицо. — Ты настолько обсуждаемая персона, — продолжила она, так как Роман хранил молчание, — что, всего лишь поднявшись в лифте на административный этаж, вместе с парой моделей, я получила массу информации о «Ромочке». Тогда я и подумать не могла, что речь, оказывается, идёт о тебе. — Я мужик, Катя, — взорвался Роман, решив, что самая лучшая тактика в данном случае — это нападение, — и у меня, как у любого мужчины есть физиологические потребности. Что ты хочешь от меня услышать — что я спал с ней? Да, спал. С тобой ведь мы до этого так и не дошли. — Здорово! Значит, это я виновата…       После её слов наступило неловкое молчание. Мысленно подбирая нужные слова для продолжения разговора, они сверлили друг друга взглядом. — Ты — мужчина с потребностями, которые надо удовлетворять. Я это уяснила. Мне одно непонятно — зачем я — то тебе нужна? На экзотику потянуло? — Не знаю, — с усмешкой, слегка щурясь и склонив голову немного набок, произнёс он, — но, если ты рассчитываешь на серьёзные отношения, заверения в вечной любви и предложение руки и сердца, то это не со мной. — Выходит, нам не по пути. Спасибо, что предупредил! — Мы что, так и расстанемся? — не поверил Роман, — не пожалеешь потом? — Знаешь, меня всегда учили: «Не стоит хвататься за то, что тебе не принадлежит». Поэтому нет, не пожалею! — Как знаешь, — поджав губы, Роман кивнул и, развернувшись, зашагал прочь.       Коля стоял возле машины, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, поджидая подругу. Его съедало любопытство, но вот уже четверть часа Катя разговаривала с Романом, и разговор этот не был похож на воркование влюблённых, скорее, на выяснение отношений. «Откуда он здесь взялся, — размышлял Зорькин, окидывая взглядом многоэтажную башню из стекла и бетона, — неужели их контора арендует в этом здании офисное помещение?». Недоверчиво покачав головой, он перевёл взгляд на Малиновского. Заметив, что тот уходит, Коля облегченно вздохнул и поспешил открыть для подруги дверь автомобиля. Вид Кати заставил его насторожиться. Глаза её возбуждённо горели, да и вся она была словно комок нервов.       Усевшись за руль, Коля завёл мотор, потом повернулся и вопрошающе посмотрел на неё. — Коля, Коля! Ну почему твой интернет не отключился до того, как ты сунул свой любопытный нос в раздел вакансий, — с горечью произнесла Катя и замолчала.       Не дождавшись продолжения, он поинтересовался: — Что, не приняли? — в его голосе было столько искреннего удивления, что она невольно улыбнулась. — Почему же, приняли! — Я так и знал, — расплылся Зорькин в довольной улыбке. — Давай, рассказывай, чем ты покорила своего работодателя. Он, наверно, был впечатлён…       Договорить Коля не успел, шокированный реакцией подруги на его слова. — Покорила… — произнесла она с издёвкой. Последовавший затем истерический смех превратился в рыдания. Она смеялась и плакала одновременно и никак не могла остановиться.       Растерявшись, Коля недоумённо смотрел на Катину истерику, затем, спохватившись, обнял её и стал укачивать как ребёнка. — Извини, — осторожно высвободилась она из его объятий через несколько долгих минут, — это просто нервный срыв. — Ты в порядке? — Почти, — Катя вытерла уголок глаз салфеткой, пытаясь скрыть следы слёз. — Расскажешь, что произошло? — Рассказывать собственно нечего. Моим работодателем оказался Андрей Павлович Жданов. Он не только самый близкий друг моего, теперь уже бывшего, парня, но и без пяти минут женатый мужчина. Но, самое главное, он тот, с кем я провела ночь на даче. — Ну и ну! — вздохнув, Коля почесал затылок, — весело! — Да, уж, обхохочешься! — Я не ослышался! Ты перевела Романа в разряд бывших. С чего вдруг? — Ты был прав! Он мне врал! Не было никакого клерка юридической конторы, был акционер компании «Зималетто», записной бабник, не приемлющий серьёзных отношений. Кстати, теперь — вице-президент, — с невыразимой печалью в глазах, произнесла Катя. — Ты говоришь, тебя утвердили в должности. Что собираешься делать? — поинтересовался Зорькин. — Ни-че-го! Я не стану работать в этой компании. Поехали! Я очень устала, да и домой хочется.        Дверь президентского кабинета распахнулась, и на пороге показался взвинченный Роман. Не обращая внимания на Киру, он уселся на угол стола и, глубоко вздохнув, поинтересовался: — Выпить есть? — Вижу, я здесь лишняя, — в тоне Киры прозвучал скрытый сарказм, — надеюсь, ты всё же сегодня доберёшься до меня.       С этими словами она встала и направилась к выходу. — Постараюсь, — хмыкнул в ответ Андрей, доставая начатую бутылку. Прилично плеснув виски в стаканы, протянул один из них другу.       … Двойное виски мне в стакан!       Да, я решил по чёрному напиться,       Чтоб из-под сердца выветрить туман,       Тот, что давно сомненьями клубится. (Евгений Мишенков)       Задумчиво продекламировал Андрей, глядя на друга и вспоминая свои ощущения, от встречи с Катей: внутреннее ликование, учащенное сердцебиение, желание прикоснуться, заключить в объятия… «Чёрт! Чёрт! Чёрт! — негодовал он про себя, теребя волосы, — Всё, забыли!».       Роман уселся в кресло и, поднеся стакан ко рту, осушил его одним махом. — Налей! — Что, всё так плохо? — сочувственно глядя на друга, поинтересовался Андрей, наливая ему выпить. — Как сказать, — неопределённо ответил тот, уставившись в окно.       Заданный Катей вопрос: «Зачем я — то тебе нужна?», взволновал Романа. Он отдавал себе отчет, что испытывает к ней нечто большее, чем стремление уложить её в свою постель. Это его испугало. В мозгу лихорадочно билась мысль — «Я не готов к серьёзным отношениям!». Как защитная реакция, на лице появилась маска циника. Он сознательно отталкивал её от себя. Но, что его неприятно поразило, с какой лёгкостью она от него отказалась. Это — то его и разозлило. Как будто он какой-то студент или работяга, не имеющий веса в обществе. — Мы расстались! — повернувшись к Андрею, произнёс он, и в несколько больших глотков выпил содержимое стакана, который всё ещё держал в руке. — Она мне заявила, что нам не по пути! Представляешь, мне — Роману Малиновскому, который может выбрать любую и та пойдёт за ним, не задумываясь.       Он потянулся за бутылкой и, наполнив стакан, опять выпил. Андрей смотрел на Романа и удивлялся. Первый раз за всё время их знакомства Малиновский так переживал из-за девушки. — Да кто она такая! — возмутился Роман, выплёскивая отрицательные эмоции, — если она рассчитывала, что я за ней побегу, то явно ошиблась. Вокруг столько жаждущих ласки женщин, чтобы я убивался из-за какой-то одной.       После очередной выпитой порции виски бормотание Малиновского понять стало невозможно. Вызвав такси, Андрей отвёз его домой и остался у него на ночь, волнуясь за состояние друга.