Неправильно, но это так!

      — Ты… ты слышала? — спросил испуганный Гастон. Я растерялась и мои руки дрожали как листья. Я сглотнула и кивнула, смотря на него. Он закатил глаза и почесал затылок. — Черт, Луна, ты не должна была здесь быть! — сказал как-то виновато он. Я удивилась. Я не должна была тут быть? Это они могли поговорить в любом другом месте, но не здесь.       — Ну уж извините, вы могли поговорить и в другом месте. Тем более, я тут переодевала ролики, пока вы в тот момент не зашли сюда. И кстати, могли бы проверить нет ли тут никого, потому что это, черт тебя дери, не ваша собственность! — прикрикнула я и отъехала от шкафчика, толкнув его плечом.       Выехав на каток, я ощутила легкость, будто этого груз спал с моих плеч. Я сделала выдох и вдох. Ну, поехали. Я начала разгоняться, катаясь по всему катку. Он был настолько большой, что мне хватило двух с половиной кругов, для отличного разгона. Я начала выезжать на середину и делать очень сложный трюк (ссылка в описании. Посмотрите его, потому что дальше пойдет описание трюка, который я придумала сама и он не похож на тот который в видео и вы можете спутаться). Когда я закончила, я увидела Нину, которая стояла у бортиков и снимала меня на камеру. Я улыбнулась и подъехала к ней.       — Нина, давно ты тут? — спросила я, обнимая подругу через бортик. Нина сказала что пришла только что и как только увидела меня на катке, сразу начала снимать. Я улыбнулась. — У меня есть пара идей на счет концерта. Я придумала новый элемент. Сейчас покажу. Смотри, — я хотела показать ей элемент. Оттолкнувшись от бортика, я немного проехала, но Нина закричала, чтобы я остановилась.       — Луна, подожди! — я недоуменно посмотрела на нее. Она помахала рукой, зовя меня к себе, оглядываясь назад и по сторонам. — Луна, Маттео всех в Роллере допрашивал где ты. А потом, ушел на улицу. Да и… Гастон вышел недавно из раздевалки какой-то… потерянный и сразу кинулся искать Маттео. Что с ними? И почему Маттео тебя ищет? — О боже… Черт, я не могу рассказать Нине про поцелуй Федерико, а то она присоединиться к Маттео и будет мне на уроках твердить, что «Все тайное становится явным», «Лучше сразу все рассказать, а то ведь ты знаешь какая Амбар» и что-то в этом духе. Я конечно не хочу скрывать что-то, да и тем более такое, от Нины, но это реально слишком трудно. Я пыталась придумать оправдание, но ничего в голову не лезло.       — Я лучше покажу элемент. — я кивнула и мысленно дала себе пять, за выход из ситуации. Сменить тему — самый лучший выход. Всегда надо так поступать. Выехав на середину и начала кружиться, сложив руки крестом на груди кулаками. Потом, подняла правую ногу и кружилась в позе ласточки. Голова у меня не кружилась, потому что я четко конкретизирую взгляд и это мне помогает. Я начала поднимать ногу, которую держала в воздухе, а правой рукой держалась за тормоз у ролика. Дальше, я начала сгибать ногу на которой кружилась, а потом, отпустила ногу, которую держала и поставила обе ноги на каток. Я правой ногой оттолкнулась и сделала прыжок из той позы, выбросив правую руку вверх и очень неровно дыша. Вдруг, ко мне в голову вбились строчки. Мои глаза бегали по катку, а я все время прокручивала эти слова. Надо записать. Срочно.       Я сорвалась с места. Проехав в раздевалку, я быстро развязала ролики и одев кроссовки, подбежала к Нине и попросила поставить мои ролики в шкафчик, потому что мне надо спешить, и отдала ключ. Она согласилась и как только она кивнула я быстро рванула к выходу из кафе. У самой двери я врезалась в Симона. Он хотел что-то сказать, а я сказала что мне некогда. Пробежав мимо него, я достала телефон и позвонила водителю и сказала, чтобы он быстро отвез меня в студию Юмикса. Я оглянуться не успела, как красная машина подъехала к Роллеру и я, запрыгнув нее, подгоняла водителя.

***

      Приехав в студию, я вылетела из машины и погнала в звукозаписывающую студию. Так как мне больше некуда было идти. Мои инструменты дома… У Шарон. А я не могу так нагло туда явиться. Решив не дожидаться лифта, я погнала на лестницу. Преодолев пару этажей, я быстро добежала до синтезатора и начала очень быстро перебирать две клавиши. Мелодия родилась сразу. И слова. Я отбежала от синтезатора и написала на листке слова что пришли мне в голову. Просто офигительно. Написав, я опять подбежала к синтезатору. Быстро прочитав написанные в спешке слова я начала в голове подбирать темп и тон для них. С какой скоростью. Так, надо ускорить темп и немного тянуть последние слова. Просто превосходно.

No hay palabras que inventar Yo lo veo en tu mirar Deja el corazón hablar Puedo oír lo que tu alma escribe Yo quiero abrazarte al sol Solos al amanecer No preciso de tu vos Puedo oír lo que tu alma escribe

      Эта песня прекрасна. Я обязана ее спеть на Опен. Хотя… Я же буду петь песню Нине. Черт. Два раза выйти мне наверно не позволят. Ай, ладно, в другой раз спою эту песню. Надо ее Маротти показать. Только… ее закончить сначала надо.       *Стук-Стук* Кто-то стучится. Кого это принесло в мою обитель? Кто тут у нас бессмертный? Там на двери ясно написано: «Не входить. Идет процесс вдохновения. Дождитесь окончания процесса. Дверь не открывать» Я лично это писала. Приоткрыв немного дверь, я увидела перед собой нос. Так, чет не поняла. Кто тут свои носы сует в мою дверь. Открыв ее настежь я увидела Федерико. Или Маттео. Черт, он надел шапку и очки. И как мне понять кто это?       — Ты не видишь надпись? Или очки слишком темные? — я увидела ухмылку. Точно Маттео. Он сделал шаг за порог и хотел подойти, но я поставила руку перед его торсом. — Так, в мою студию без головных и глазных уборов! — сказала я, а он обнажил свои белоснежные зубы и я услышала его тихий смех. — Я серьезно. Или сам снимай, или я сниму. — Пригрозила я, а он засунул руки в карманы и наклонил голову. Его нога также была за порогом. — Как хочешь. — Я сделала шаг и приблизилась к нему. Потянувшись за шапкой, он уклонил голову. И проник в мою студию, толкнув меня за порог. Также нагло улыбнувшись мне он прошел в глубь моей обители и стал осматривать мои пожитки. Окей… Но очки я у него сниму.       Я на цыпочках стала к нему подкрадываться и как только прыгнула ему на спину, он попытался меня стянуть, но не получилось. Я держалась за него как обезьяна, железной хваткой. Потом, я все-таки скинула с него шапку и поворошила его растрепанные волосы. Он правой рукой завернул за спину и схватив мои висящие ноги, перевернул и я каким-то чудесным образом оказалась у него не руках.       — Не рыпайся, девочка-курьер, а то полетишь на пол. — Ладно, ладно. Забрав с его глаз черные очки я нацепила их на свои глаза. Я улыбнулась, обнажив свои зубы и показала ему язык. За его шею я не держалась, поэтому сложила руки на груди. Черт! Я же сняла свитер, который был на мне и осталась только в майке на лямках. Он старается не смотреть на мою грудь, но я все равно видела его косые взгляды. — Ты не забыла что у меня есть девушка, а ты занята другим? Зачем так наряжаться для меня? Я конечно польщен и… удивлен. Я думал у Вилу… больше, но… ты все больше и больше меня удивляешь, девочка-курьер. Но знай, ты добилась, чего бы ты там не хотела. Я удивлен, смущен и… извини, но ты сама виновата… возбужден. — я округлила глаза. — Не волнуйся, я не маньяк и не извращенец. Хотя… — он хищно взглянул на меня, а я на него. Ну, я-то не так как он взглянула, а просто удивленно. И он опять заржал! — Прости, я шучу. Видно Лимон не умеет шутить, поэтому у тебя такое плохое чувство юмора.       — Лимон? — спросила я. Меня это немного смешит. Аж в носу чешется. И слезы от смеха накатываются. Я поджала губы чтобы не разоржаться. Он кивнул и сказал, что они его так называют. Своей компанией. Все. Меня прорвало. Я начинаю истерически ржать, а Маттео со мной. Блин, надо же додуматься… Лимон… Ой блин… Маттео начал покачиваться, не справляясь с равновесием. Я начинаю просить Маттео поставить меня, а то мы оба упадем и я упаду как раз на него.       — Не бойся, хоть ты и тяжелая, как облачко… я тебя спасу — я начала смеяться, а потом до меня дошло. Я стукнула его по голове и ущипнула за щеку. У него такая… мягкая кожа. Поэтому, чтобы скрыть манию к его коже, я начала его так щипать, под предлогом того, чтобы он меня поставил. Мне конечно не хотелось чтобы он меня ставил на землю, потому что мне было комфортно. Его левая рука почти у моей задницы, а правая незаметно скользит к копчику. Это не может не заводить. — Ладно, ладно, прекрати. Я не то имел ввиду. Ты реально легкая. (Имеется ввиду, «Тяжелая как облачко» — легкая, а не весит 8 тонн) — Он начал меня подбрасывать как какую-то куклу. Я начала кричать ему остановиться, потому что если он меня уронит, ему точно капец. И от меня и от охраны. — Хорошо. — он прекратил меня подбрасывать и между нами наступили секунды тишины. Только когда прошла минута, я вспомнила его слова. Это меня немного разозлило. Я не понимаю его. Он такой… разный. Сначала шантажирует меня, по поводу той записи, потом собирается удалять ее, потом подкидывает тут, говорит что я тяжелая, обзывает моего парня Лимоном, угрожает уронить на пол, вторгается в мою обитель. Вот… сукин сын. Прости меня, Господи.       Он так смотрит. Будто в душу. Его карие глаза так затягивают. Черт, Луна, пошли его. Выпинай его за дверь. Накричи! Не будь тряпкооо… оооой (Она протянула «Ой»). Он наклонился. А потом… Носом… Черт возьми, носом убрал прядь, съехавшую на мое лицо. (Носом, потому что руки-то заняты!)) Черт, как же это интимно выглядит. Мне даже не по себе. Я немного «Кхе»-кнула от такой близости и пыталась не смотреть на него. Черт, его левая рука, что держала мои ноги немного поднимается выше. Я начинаю ерзать от такого… действия. Дар речи пропал уже давно. Сукин сын, черт бы его побрал. От моих ерзаний, его рука четко держится под коленками. Вот только правая рука, которая держит спину спускается ниже к копчику.       — Так, — я начинаю опять ерзать и наконец, он меня отпускает. — Слушай, ты какого хера делаешь? Что ты вообще тут забыл? Зачем пришел ко мне? — я конечно знала причину, но он-то об этом не знает. Гастон видимо не успел ему сказать. Слава Богам. — Если ты пришел поразвлечься, то не туда попал! Хочешь Вилу изменить? Да пожалуйста! Только меня в это не впутывай! Я уже и так настрадалась. Весь день думаю об Амбар! Боюсь, что ты покажешь Леону запись! Знаешь как я от всего этого устала, Маттео?! А ты, черт дери твою задницу, приперся ко мне и заявляешь, что возбуждение через края прет! Мне на это плевать! Еще раз говорю, вали возбуждайся к Виолетте, а если уже невтерпеж, в туалет! — меня куда-то нетуда несет, но я уже не могу остановиться. Понимаю, что если сейчас же не заткнусь, он сам меня заткнет. Либо сунет эту запись мне в зубы, либо врежет и уйдет, показав ее Леону, чтобы отомстить. Но черт, не могу я остановиться. Еще чуть-чуть и скоро польются слезы. Ну, знаете, бывает иногда, что злишься, выплескиваешь злость, а потом сразу реветь до потери пульса, хочется. Черт чертинский. Я смотрю на него, а он спокойный как удав, но в его взгляде я видела разочарование и вину. — Почему вы все на меня сегодня свалились, как снег на голову! Как я это все вытерплю?! Вокруг меня одни лжецы. Чем я вам так насолила, что вы забавляетесь моими страданиями? — Все. Я начинаю плакать. Только не перед Маттео… Молила я, но все напрасно. Я упала на колени и закрыла лицо руками.       Маттео присел напротив меня. Ничего не говорил. Ничего не делал. Я думала он меня обнимет, успокоит, отдаст запись и уйдет. Но… он просто сидел и смотрел на мои горячие слезы. Молодец, довел девушку. Я не понимаю, почему он? Почему ни Виолетта сюда пришла, ни Леон, ни Симон, ни хотя бы Маротти, а именно он? Зачем так убивать меня? Я не хочу долгой и мучительной жизни. Я хочу быстрой и внезапной смерти. Лучше уж смерть, чем такая жизнь.       — Слезы… — начал говорить он. Я немного приглушила свой плач. — это слова… Которые сердце не может произнести. — сказал он. Я выдохнула и немного успокоилась. — Боль не избежать… — Я подняла на него взгляд, пытаясь понять о чем он. — Но страдать от нее не обязательно. — Он пододвинулся ближе и правой рукой поднял мою голову за подбородок, потом обеими руками взял мои руки и заключил их в свои, немного сжимая. — Если ты чувствуешь, что сдаешься… — он заглянул мне в глаза. — Вспомни ради чего ты держалась до этого. — Я опустила глаза в пол. Он прав. Я же уже почти сдалась. Но… для чего? Для чего мне сдаваться? Я не такая! Я же Луна Валенте! Я сильная! — Ты очень сильная, Луна. Я это знаю. Да все это знают. Не разочаровывайся в людях, которые ради тебя даже на поддержку не готовы пойти. — Он поистине прав! Черт, он говорит как психолог. Наверно общение с Гастоном пошло ему на пользу. Он полез в карман и достал из него диктофон с записью. — Я не собираюсь разрушать ваши отношения с Леоном. — Я дрожащими руками взяла в руки диктофон. Точно! Я совсем забыла про Леона. Я… даже как-то не задумывалась о нем. В последнее время, мне почему-то хочется быть от него подальше. Не знаю, может после того, что я видела в парке? Но… сейчас мне даже уютно в компании Маттео, будто мы всегда были так близки. И его нежный медленный голос согревал мое сердце. Также как и его взгляд.

«Я посмотрела в его глаза и… почувствовала расслабление и… любовь. Какое-то тепло пробралось в мое сердце и согрело его. Когда Леон смотрел на меня, такого не было. Он никогда не грел мое сердце, а сейчас… когда я стою почти что в объятиях с Маттео, мне становиться тепло.»

      Вдруг, перед глазами появляется картинка Маттео, который обнимает меня и я эхом слышу свой голос. Похоже… это мои мысли. Но… что за хрень? Что Маттео делает в моих воспоминаниях? Этого не было! Мы не обнимались и я об этом не думала. «Как мне хорошо в его объятиях и под его теплым и чувственным взглядом». Я это сказала? Боже, я не могла такое сказать! Так, что происходит? Я немного задумалась, а мои глаза, почему-то смотрели в глаза Маттео. Он немного поддался вперед и… поцеловал меня…

***

Pov Вилу » — Милая, просыпайся…»       — Маттео… — прошептала я, немного потянувшись на кровати и открыв глаза. Перед собой я увидела любимого, а рядом, не нащупала Луну. Может она в ванной? Наверно да. Черт, я же Луне не сказала, что Маттео приходит ко мне по утрам. Интересно, они встретились, когда Маттео пришел ко мне? Надо спросить. — Привет любимый. — я потянулась за поцелуем и поцеловала его в щеку. В щеку, потому что сюда может зайти папа или мама Луны разбудить ее или мой папа. Да черт знает, кто зайдет. — Вы с Луной виделись? — спросила я. Он немного занервничал. Значит встретились. И может был какой-то неловкий разговор? Ай, да и что такого? Они же не целовались там! Я же уверена, Маттео не будет мне изменять. Хотя… он же старше меня и Луна тоже. Они одного возраста и… Блин, а это вообще тут причем? Ай, Виолетта, не надо тебе думать с утра. Несешь какой-то бред. — Ладно, забудь. — Я встала с кровати и направилась к компьютер. — Я хочу показать тебе песню, что я сочинила. Это… — я заглянула в проем двери. Но потом, решила удостовериться и выглянула из комнаты. Никого. Закрыв дверь, я прошептала — Для сюрприза Луне. И кстати, мне потребуется, чтобы ты увел ее из Роллера куда-нибудь. Хоть закрой ее где-нибудь, но чтобы она не ходила в роллер. Хорошо? — я посмотрела на него, а он кивнул и сказал, что сделает все что сможет. — Хорошо. Слушай. — я включила песню, которую вчера записала, после прогулки с Леоном. Мне очень даже понравилось с ним гулять. С Маттео мы не часто гуляем. Да… вообще почти не гуляем. А вот Леон любит гулять. Как и я. Ладно, хватит думать о своем… то есть о парне Луны. Что я только что чуть не сказала? «О своем парне»? Что за хрень со мной творится? Сначала мне сниться, что мы с Леоном выступаем на Опене и держимся за руки, а в конце чуть ли не целуемся, хотя, не знаю, я проснулась до того момента, то не у этот полный бред.       Из компьютера начали доноситься красивые слова. Маттео прислушивался и улыбался. Я тихо начала напевать эту песню. Но как только я услышала звук захлопнутой двери и шаги к моей комнате, быстро закрыла крышку ноутбука. Луна открыла дверь и посмотрела на Маттео. Они очень долго друг на друга смотрели. Я видела их напряжение. Луна нахмурила брови и мотнув головой, отводя от него взгляд, ляпнула мне «С добрым утром» и прошла к моим шкафам с одеждой. Она одела кеды и еще раз переглянувшись с моим парнем, взяла с крючка свою сумочку и оставила нас наедине.       — Что это с ней? — спросила я, смотря на реакцию Маттео. Он поставил локти на колени и зарылся руками в волосы. — И что с тобой? Что у вас случилось? — Маттео ничего не говорил. Помотал головой и уставился на меня. Я подняла взгляд на него, а он только сказал «Ничего примечательного» и улыбнулся моей самой любимой улыбкой. Что-то реально случилось, раз Луна так на него реагирует. Да и Маттео не отстаёт. Видимо он расстроен из-за этого, что бы это не было. — Маттео… — Я наклонила голову, осуждающе и выжидающе посмотрела на его.       — Это только между мной и Луной. Прости, Вилу. — Маттео встал с кровати и подошел ко мне. Меня это немного задело. «Между мной и Луной» — всего-лишь слова, но столько боли и предчувствия чего-то нехорошего. Может… Луна играла со мной? Может она собралась отомстить мне за прогулку с ее парнем? Но… Если бы и так было… они бы так себя не вели. Луна буквально разрезает его воображаемыми ножами, своим недобрым взглядом, а Маттео кажется то добычей, то царем балагана. Что с ними, я до сих пор не могу понять. Они что-то скрывают от меня. Я чувствую это. И это что-то ужасное. Но… как мне это узнать? Маттео мне ничего не говорит и Луна тоже наверно будет молчать. — Эй, Вилу, ты идешь? — Маттео вывел меня из мыслей и я встряхнула головой, приводя себя в порядок. Я увидела, что Маттео тянет мне руку и видимо приглашает идти вниз, завтракать. Я киваю и улыбнувшись даю ему руку и мы спускаемся вниз, за стол, где сидели Мигель и о чем-то говорил с папой, Присцилла погладывала на них, Амбар прожигала Луну взглядом, а она сама пыталась быстрее поесть и как видно свалить. Моника была с Амандой на кухне и они что-то готовили и смеялись. Мы с Маттео переглянулись и решили сесть рядом друг с другом и Луной. Получилось так, что Маттео сел около папы, а я около Амбар. (Значит так, если кто не понял, кто как сидит: Стол был большой, поэтому, Герман и Мигель сидели рядом на конце стола, там было два места. Рядом с Мигелем никого, хотя там должна была быть Моника, рядом с ней Аманда и Ромальо. Рядом с Германом сидел Маттео, рядом с ним Виолетта, потом Амбар и на другом конце стола Луна с Присциллой.)       Маттео поднял наши сплетенные руки на стол, и папа сразу обратил на это внимание. Он недобро посмотрел на Маттео, а тот, бесстрашно ответил равнодушным взглядом. В это время, я посмотрела на Луну, которая смотрела на Маттео и на меня. Увидев мой взгляд на себе, она улыбнулась и продолжила есть суп, не смотря на нас. Слава богу. Мигель предотвратил скандал папы по поводу моего парня и отвлек его разговорами про Шарон и финансы. Вдруг, Луна встает из-за стола, благодарит свою маму и Аманду и взяв со стула сумку, убегает из дома. Мы переглянулись с Мигелем.       — Виолетта, между вами что-то произошло? Моя дочка никогда не сидела за столом и молчала. Что это с ней? Вы повздорили? — спросил Мигель, а я так и хотела сказать «Мне бы тоже хотелось это знать», но я сказала, что сама не знаю что с ней, но пообещала, что как только увижу ее, спрошу. — Хорошо. Просто я немного волнуюсь за нее. Она никогда не была такой нелюдимой. — с этого момента, он повернулся к моему папе и начал ему это говорить. Реально, с ней что-то не так. — Никогда не молчала за столом. Она очень солнечная девочка и никогда не молчит. Но… только если ее что-то не расстроило. — Мигель продолжил говорить моему отцу, что-то про Луну, но я уже не слышала. Вдруг, Мигель опять начал говорить. — Маттео… А ты не обижал мою девочку? — спросил он, а я повернулась в сторону парня, желая услышать его ответ. Меня конечно напрягла формулировка этого предложения, но суть одна и та же.       — Нет, сеньор Мигель, я ее не обижал. Мы только встретились утром, когда я заходил в комнату к Вилу. Она была явно не в духе, поэтому накричала на меня и больше мы не разговаривали. Я тоже заметил ее плохое самочувствие, поэтому я тоже если увижу ее, спрошу почему она так себя ведет. — сказал мой парень, почти равнодушно, пытаясь на смотреть на Мигеля, но я видела его напряженные мышцы шеи и рук. Я положила свою руку на его и попросила расслабиться. Он взглянул на меня со спокойным выражением лица и легкой улыбкой. Поцеловав меня в носик, он продолжил есть, а я взглянув на отца увидела его напряжение. Даже как-то смешно становиться.       Доев свою порцию и увидев, что Маттео доедает свою, я встала из-за стола и поблагодарив Монику и Аманду сказала отцу, что нам уже пора. Амбар поддержала меня и тоже встала из-за стола, взяла свою сумочку и умчалась прочь из дома. Присцилла тяжело выдохнула и попросила нас расспросить и Амбар, что с ней случилось. Немного усмехнувшись этой ситуации, мы с Маттео вышли из дома и взявшись за руки догнали Амбар и стали идти одновременно.       — Маттео… — вдруг сказала Амбар, мы с Маттео повернулись в ее сторону. А она коварно улыбалась. Я узнаю эту улыбку. Она что-то задумала. Я это вижу по ее голубым злым глазам. — А о каком поцелуе… вы говорили с Лунитой около моих дверей? — мои глаза округлились, а я остановилась на месте. Недоверчиво смотря на Амбар, я пыталась понять о чем она говорит. О каком поцелуе… Они с Луной… Говорили… Маттео напрягся и злобно посмотрел на Амбар. — Что такое? Я что-то не то сказала? — невинно спросила она, а я посмотрела с надеждой на Маттео. С надеждой, что он мне все объяснит и это все окажется неправдой. Или хотя бы тем что я все неправильно поняла. Я спросила Маттео «Ты целовался с Луной?».       — Н-нет, Вилу, все было наоборот. — и как это понимать? Я нахмурила брови и выжидающе смотрела на него, хотя внутри у меня был ураган. Она мне мстит? Мстит за сюрприз, который мы для нее готовим? — Мы не целовались. Да это вообще не я с ней целовался! — почти кричал Маттео. Я не поняла, Луна целовалась с кем-то другим? Спросила я, а он растерялся. — Н-нет, то есть… Агрх… Вилу, просто поверь мне, я не целовался с ней. — сказал Маттео тихим и спокойным голосом, подходя ко мне ближе. Но я только отходила от него, потому что не верила. Я думала, что Амбар просто соврала про поцелуй, то есть выдумала, но Маттео доказал мне, что это не так. Поцелуй был, еще как был и я в этом убедилась.       — Маттео, как я могу тебе доверять, если все улики говорят обратное? Ты целовался с Луной… — Маттео сразу начал отрицать это и сказал, что это был не он. — Тогда кто? Кого целовала Луна? Кого, Маттео? Она изменила Леону? А ты, знаешь с кем она целовалась? — я повернулась в сторону Амбар, которая триумфально за нами наблюдала. Она посмотрела на меня со взглядом, будто я ненормальная. Она сказала, что просто слышала разговор Маттео с Луной о каком-то поцелуе.       — Виолетта! — Маттео быстро ко мне подошел и заключил в круг своих объятий. Он так сильно скрепил свои руки, что я не смогла вырваться из его объятий. — Слушай меня, я тебе не изменял. Мы не целовались. Луна ни с кем не целовались. Никто никому не изменял и не с кем не целовался! И мы обсуждали фильм, который смотрели недавно в кинотеатре. Помнишь? Мне показалось, что та девчонка специально поцеловала того парня на глазах бывшего, а Луна сказала, что эта девчонка не видела бывшего и просто его поцеловала. Ясно? Я не понимаю, ты думала про меня такое?! Честно, не ожидал. Я думал, что у нас последняя стадия доверия: «Полное доверие», но твои подозрения… Просто возмутимы. — Маттео ослабил хватки объятья и отстранился от меня. Он опустил голову, как и я. Только я от стыда, а он от отчаяния. Я хотела попросить прощения, но слова не выходили изо рта. — Знаешь что… Я понял. Тебе легче не доверять мне, чем знать правду. Но знаешь, что я тебе скажу… Не всякая правда тебе понравится. Знай это и помни всегда. Извини, но мне нужна пауза. — сказав это, он помахал нам рукой и ускорил шаг. Я поняла, что он обиделся, но про паузу… Он хотел взять паузу в наших отношениях? Боже, Виолетта, ты и парня обидела и подругу обвинила в том, чего она не делала! Как я могла подумать, что Луна с Маттео целовались? Они же даже не подходят друг другу. Они совершенно разные. Тем более у неё Леон, а у меня Маттео. Черт, почему так колит сердце, когда я о нем думаю. Он поставил на паузу наши отношения и меня это ничуть не успокаивает, потому что Маттео очень быстро может найти мне замену, ведь за ним вся студия бегает. Агрх, Вилу, ты сомневаешься в своём парне? Да как ты можешь? Он же только твой, и больше ничей! Ты никому его не отдашь, даже если вы в небольшой ссоре. Боже, я разговариваю сама с собой, обращаясь к себе в третьем лице. Видно от всего этого у меня голова поехала по наклонной…

***

… И поцеловал меня в нос. — Знаю, что ты наверно не согласишься, но… Не пойти ли нам выпить? Не волнуйся, я мальчик хороший, даже после трех стаканов коньяка. А ты? Есть у тебя проблемы с этим блаженством? — ПФ, он это сейчас серьёзно? Он уже выпил что-ли? — У меня (?. *пауза*) проблемы с алкоголем? Да ни в жизнь! Я конечно не законченная алкоголичка, но побаловать себя люблю. — я встала с пола и покрутил указательным пальцем кругом, прося Маттео отвернуться, чтобы мне переодеться. — Только… — продолжила говорить я, одевая своё любимое платье. Я одену его на Опен. — Скоро Опен и напиваться перед выступлением, не очень хорошая идея. Лучше после него, мы сходим в бар. — Мы с Вали хотя бы квитами станем. Она погуляла с моим парнем, а я с её. Надеюсь мы с Маттео глупостей не наделаем, потому что бывает же! Ну, если пососемся немного, ничего ведь не случится. Мы ведь не спали! Вот если бы у кого-то из нас сорвет башню, можно будет волноваться, а так… — Только чур немного, потому что мне потом домой к Вилу переться, а если мама или папа узнают, что я пила, мне не поздоровиться. Плюсом, там ещё и Амбар с Присциллой живут, а позориться мне не очень хочется. Тем более, если об этом узнает Вилу… Хотя… Что может случиться? Мы же не переспим! — я услышала печальный выдох Маттео. Стоп, мне наверно показалось. Он серьёзно сожалеет? Я повернулась в его сторону, а он с улыбкой наблюдал за моей реакцией. Вот чертенок! — Это только в киношках и сериалах бывает, сначала напились, потом поцеловались, потом покувыркались. Надеюсь мы не снимаемся в кино. — усмехнулась я и закрыв дверь, после того как он вышел, мы переглянулись и улыбнувшись, направились из студии Ю-микса прямиком… В лимузин, который довезет нас до Роллера. Мы сели и машина двинулась.       Черт, как только я вспоминаю Роллер, передо мной сразу возникает пожар, который мне снился. И самое интересное… Я знаю, что была там не одна. И ещё… Я слышала красивую мелодию, но во сне, она мне совсем не нравилась. Я слышала свои мысли «Как о… Могл…» И я не могу понять, о ком идёт речь. Кто это «о…»? Может девушка или парень. И кто «Могл…». Это либо она, либо… Они. Так, стоп, если я была там не одна, и явно там был Маттео, который клеился ко мне, то… Кто это «они»? Может… Нет! Виолетта и Леон? Не может такого быть! Даже во сне они вместе! Черт, что с моей головой? Почему мне они снятся? Какого хрена?       Я вздрогнула, как только чья-то рука дотронулась до моей щеки. Видимо я замечталась, да так, что моя тяжелая голова упала на его плече. Я открыла глаза и увидела Маттео, который с нежной улыбкой смотрел на меня и я не устояв, улыбнулась ему в ответ. Мы приехали? Спросила я его, а он усмехнулся вслух и сказал, что ему очень приятно. Я не поняла! Чего ему приятно? Он опять усмехнулся и открыв дверь, вышел из машины, подав мне руку. Я посмотрела на неё, как она непонятно что. Типа, зачем ты продаёшь мне руку? Я что принцесса что-ли какая-то? Да не, вроде на принцессу не похожа. Ну и ладно. Приняв руку, Маттео помог выйти из машины и открыв мне дверь, стал ждать когда я войду, чтобы зайти за мной. Хах, что это? Цирк какой-то. Ну, раз ему нравится работать клоуном, то не буду расстраивать актёра. Улыбнувшись ему, я прошла внутрь, а он за мной. Как только хлопнула дверь, Маттео подбежал ко мне и схватив на руки, потащил меня в зал. Я начала смеяться и требовать отпустить меня, как в репетиционной, а он, также начал угрожать падением моего мягкого тельца на твёрдый пол. Я перестала брыкаться, потому что: Во-первых, не хотела стать лепешкой, а во-вторых, хотела показать Леону и (если она тут) Виолетте нашу компанию. То что нам вместе хорошо. На самом деле, так и есть. Он ржачный. Я думала, что он такой же как его девушка. Тихоня и подлиза, но оказывается, он моя родственная душа. Такой же как я. Дерзкий и немного самовлюбленный. И ещё сентиментальный скромный романтик. Это я поняла, когда он утешал меня. Меня конечно озадачил его поцелуй в мой нос, но, черт, это выглядело так мило, что я просто не могла думать о том, как это интимно выглядит со стороны. (то есть её думала о том что это было интимно) Ну, Леон бы точно принял это за измену. Ну вот точно. А это всего лишь был жест доброй воли, утешение, но его не переубедить. Он упрямый как баран. О, а Маттео он бы забодал. Наверно. Последнее время, я его видела только на прогулке с Виолеттой. Черт, что-то сердце защемило. И как только я почувствовала руки Маттео на мои обнажённых ножках, точнее, чуть выше колен, я начала пищать, а он, также стоял со мной на руках и ухмылялся. Я скрестила руки на груди и вскинув бровь, серьёзно посмотрела на него. Он обнажил свои белоснежные, немного кривые зубы, и потянулся лицом к моей щеке. Вдруг, я почувствовала его тёплое дыхание на щеке и правом ухе. Блин, как же это интимно! Что он вытворяет? Самоубийца чёртов. Реально, как Джокер. Только… Ему не хватает сумасшедшей девушки. Кто знает, подхожу я на роль сумасшедшей девушки Джокер Бальсано? Хах, Виолетта его называет клубничный-мальчик, а я Джокер Бальсано. Если он Джокер, то я Луна Куин. Клёвое сочетание. Блин, что я несу? Вернемся в реальность. Маттео наклонился к моей щеке и я сразу ощутила всеми клеточками кожи его тёплое дыхание на моей шее и щеке.       — От тебя вкусно пахнет. Клубника, да? — даже спрашивать не буду, как он угадал. Понятно, что от Виолетта пахнет также, потому что мы моемся одним шампунем и гелем. С ароматом клубники. Плюс, я надушилась какими-то духами Виолетты и сделала маску для волос. И угадайте, с какими вкусами? Мне кажется она помешана на нем. Помешанная… Брррр… Я оттолкнула его голову от моего уха и сделала сердитое лицо. — Ой, да ладно тебе, поразвлекаться нельзя? — спросил он с насмешкой, а я сказала, что развлекаться он будет либо в баре со стриптизершами, либо с Виолеттой. И посоветовала выбрать второе. — Э… не получиться. Придется все-таки первый вариант выбрать. Ну, или на крайний случай, есть третий. Тебя уломать. — Так, не поняла! Чего это он не хочет с Виолеттой развлекаться? Они поссорились? Блин, Луна, а тебе какое дело до их отношений? Должно быть никакого! У тебя Леон, а у него Виолетта.       — Слушай, я конечно понимаю, что неотразима, но у тебя есть девушка и… это как бы неприлично клеится к ее подруге! У меня Леон, у тебя Виолетта. Все счастливы! Не понимаю, почему ты обращаешь на меня столько внимания? Я тебе нравлюсь что-ли? Да если и так, то извини, не хочу терять подругу и парня. А сейчас отпусти меня пожалуйста, пока нас никто не увидел. Не хватало еще с Леоном расстаться и заработать ненависть Виолетты. — Маттео отпустил меня и я гордой походкой направилась в кафетерий.       Зайдя внутрь, я увидела Людмилу, которая стояла перед Леоном и коварно улыбалась. Леон махнул на неё рукой, а она быстро схватила за правую руку и закричала остановиться. Я быстро поспешила к ним, но мой путь преградили. Это была Нати. Ясно, она отвлекающий маневр, но я быстро ускользнула от неё, даже не остановившись и подбежав, к этой парочку мило улыбнулась Людмиле и поцеловала Леона в щеку.       — Извини, не оставишь меня с моим парнем? — спросила я с коварный взглядом и фальшивой улыбочкой. Людмила сразу начала наезжать на меня, что я обрываю её и они уже разговаривают. — Ну, по выражению лица Леона и по его недавним словам, он не хочет с тобой разговаривать! И раз уж ты так хочешь поговорить с кем-нибудь зайди в гримерку и поговори с отражением. — Людмила нахмурилась. — Да, и не советую тебе хмурится, потому что когда ты злишься, у тебя вот тут, — я подошла к ней поближе и пальцем правой руки, тыкнула ей в лоб — появляется морщинки. — Людмила в ужасе открыла рот и быстро удалилась в гримерку. Я засмеялась, а Леон подхватил мой смех. — о чем вы говорили? — успокоились, я спросила Леона, а он махнул рукой.       — Людмила хотела что-то про тебя рассказать, но мне было это не интересно. Ведь я тебе верю. — с обворожительной улыбкой сказал он и поцеловал меня в щеку. — И ещё… Прости за то что я нагрубил Симону. Просто с самого утра отец мне навязывал разные колледжи. Кстати… Я извинился перед Симоном. — Я сразу улыбнулась и обняла своего парня. Мы вместе тихо засмеялась. Не знаю от чего, но меня что-то тревожит. Будто сегодня должно случиться что-то плохое. Хотя… Может сегодня и случиться пожар? Ай нет! Луна, гони эти мысли. Это же всего лишь сон и ничего подобного не будет. Я уверена. Леон обнял меня за талию и мы пошли к столиками. Скоро начнётся Опен и я должна сосредоточиться. Я уверена, Нине понравится песня, что я написала.       Сев за столик, который был не занят, Леон не отпускал мою руку. Он сел напротив меня, так, что сцена была за его спиной. Улыбка не слазила с лица. Ни у меня, ни у него. Я была с ним счастлива. Он делал меня счастливой. Не переставая улыбаться, я смотрела в его глаза. Но… Мой взгляд все время переходил в другое место. За спину Леона. Но… Там никого не было. И вдруг я слышу этот голос… Этот смех.       — Привет ребята! — Сказала она. Я машинально натягиваю улыбку фальшивой дружбы и взгляд упрёка. Поворачиваюсь в сторону счастливой парочки и показываю Виолетте свою улыбку и смотрю на Маттео. Виолетта этого не замечает, потому что слишком увлеклась меню, когда отошла от него к стойке. Я проследила за ней взглядом и наткнулась на Симона. Он улыбнулся и позвал меня к себе. Краем глаза, я заметила что оба парня заметили жест Симона и поняли его намерения. Хотя, не знаю что там понял Маттео, но мне не до него. Встав из-за стола, я поцеловала Леона в щеку, шепнув что я скоро вернусь к нему. Я выпрямилась и направилась в сторону стойки. Подойдя, я поприветствовала Виолетту и Симона. Он только хотел что-то сказать, как Виолетта его перебила.       — Луна… — Тут она заметила, что Симон тоже хотел сказать, — Ой, прости Симон. Говорите, я позже подойду. — Сказала она и направилась к Маттео, который занял столик за спиной Леона и он сел на место, так, что сцена была за его спиной. Короче, так чтобы он мог видеть меня. Точнее Виолетту. Я опять прослеживаю за ней взглядом. Я смотрела на то как она садиться напротив Маттео который смотрел в стол. И как только он поднял голову, мельком посмотрел на неё, а потом перевёл взгляд на меня. Я быстро отвернулась от его взгляда и повернулась к Симону.       Дружелюбно улыбнувшись, он опустился вниз. Я заглянула за стойку и как только моя голова показалась за пределами стойки, Симон быстро начал подниматься. Я быстро убрала голову, чтобы не столкнуться. Он выпрямился и с этой же широкой улыбкой протянул мне какой-то конверт. Я нахмурила брови и взглянула непонимающим взглядом на Симона. Я спросила что это, а он только кивнул мне на конверт с дружелюбной улыбкой. Я решила забить на вопросы и просто напросто открыть конверт.       Достав из него какую-то бумажку, я заметила, что все ребята начали окружать меня. Да еще с такими улыбками, будто у меня в руках листок с именами тех кто выживет в апокалипсисе. Я мотнула головой с закрытыми глазами и раскрыв бумагу, что была сложена вдвое, начала читать в слух, потому что Симон попросил.       — Дорогая Лунита, начало многообещающее, — усмехнулась я, — мы все знаем как тебе сложно выбрать. — я опять нахмурилась. А потом поняла. Они знают. Маротти им все рассказал. —  Но ты знай, мы все очень рады, что ты была с нами. Если ты выберешь Ю-Микс, мы будем безумно счастливы за тебя. Хоть мы и не увидимся долгое время, мы будем помнить о тебе. Ну, а если ты выберешь нас… То мы точно не простим тебе это. Мы не хотим, чтобы ты отказывалась от лучшей жизни и от своей заветной мечты ради нас. Даже если ты привяжешь себя к Студии, мы все равно засунем тебя в самолет. Мы не хотим тебя терять, но и заставлять отказываться от того, чего ты добивалась много дней, оставить тебя без вознаграждения твои бессонные ночи и все проведенные дни в звукозаписывающей студии тоже не можем. Поэтому, этот прощальный Опен ты должна запомнить навсегда. Мы все очень любим тебя, Луна, мы желаем тебе счастья и всего того, что ты заслуживаешь! — Из моих глаз просто текла река слез.       — Не могу поверить! Вы мне даже выбора не оставили. Как я вас люблю. Зная что я в скором времени покину Аргентину, вы приготовили мне такой сюрприз, что… просто умереть не встать. — Из-за слез, силы и голос меня покинули. — Не могу поверить, что выбора у меня нет. Вы ведь все равно посадите меня в самолет, если я останусь. Боже, я просто молю Бога, чтобы Маротти отменил Тур. Я ведь не смогу без доброты Симона — показав взглядом на него, сказала я. — без заботы Леона, — я посмотрела на него, — без наставлений Нины, — улыбнулась я, — без оптимизма Джим и Джем, — сказала я и девочки переглянулись. Сейчас у всех слезы на глазах, — без самоуверенности, которая кстати перепала мне от него, Рамиро, — Парень показал на меня указательным пальцем правой руки с выставленным большим пальцем. (Как делают из руки пистолет короче) — без заносчивости Людмилы и Амбар, — С упреком посмотрела я на них. Они тоже переглянулись и коварненько улыбнувшись кивнули мне. — без поддержки Виолетты, — Я нежно посмотрела на нее, — без бесшабашности Маттео — помотала я головой в стороны, — и конечно без советов нашего психолога Гастона. Я не просто не могу вас бросить! Вы моя третья семья! Без семьи я никто, вот я и не хочу оставаться одной. — Все. Я больше не могу удерживать слезы. Черт как это больно терять любимых людей! Ребята все скучковались и обняли меня. Ближе всех ко мне были Леон, Виолетта, Маттео, Нина и Симон. Не могу поверить, что скоро, я потеряю не только родителей, но и тех в ком я нуждалась больше всего… Нет, это выше моих сил…       — Нет, нет, нет! — я услышала голос Маротти. Он тоже влез в наши объятия и с серьезным взглядом посмотрел на меня. — Не могу поверить! Тур я ни в коем случае не отменю! Да вы все что, с ума посходили?! Луна, ты действительно думала, что полетишь одна? Нет, для тебя это будет большая роскошь. Ты разделишь много-мировую сцену с ними!       О Боже! Вот это крики свалились на мои уши! Я даже забыла как дышать! Я вообще ничего не видела из-за слез. А улыбка была до ушей. Как и у всех остальных! Это просто невероятно! Этот тур для нас всех! И Опен тоже! Боже как это чудесно! Это настоящий запоздалый подарок на день рождения от Маротти! Ведь недавно у меня было день рождение, но меня заставили работать, вот Маротти и пообещал, что сделает подарок позже! Вот это просто мечта!       Я от радости обнималась с каждым попавшимся, даже с Людмилой и Амбар. С Маротти раза три обнялась. Вот опять меня прижали к своему телу. Я так сильно обняла этого человека, что даже услышала его протяжное «Пожалуйста…» от боли. Наверно я перекрыла ему доступ к воздуху. Я извинилась к как только подняла голову увидела Маттео. Он прошептал что-то, что я не услышала из-за воплей счастья ребят, но видимо он понял, что я не поняла, поэтому придерживая меня за талию, прошептал мне на ушко: «Теперь у нас двойной повод выпить…» на что я просто улыбнулась, закусив губу.       Мои руки были на его шее, а его на моей талии. Мне было очень комфортно… будто… Какое-то тепло пробралось в мое сердце и согрело его. Когда Леон смотрел на меня, такого не было. Он никогда не грел мое сердце, а сейчас… когда я стою почти что в объятиях с Маттео, мне становиться тепло. Почему-то на ум приходят лишь эти слова. Мы реально стоим и почти обнимаемся, смотря друг другу в глаза. Но… это безумие пора прекращать. Я отрываю взгляд и убираю свои руки с его шеи. Я попыталась утихомирить ребят, чтобы продолжить Опен, потому что это событие и правда надо отпраздновать!       Слава Богу, ребята успокоились, хотя не могли перестать разговаривать о предстоящем туре. Все были очень рады, что не придется расставаться со мной. Это несказанно радовало. В общем, все сели за свои столики и продолжили разговаривать. Вдруг, из-за своего стола выходит Виолетта и поднимается на сцену. Все взгляды обратились на нее. Она произнесла речь, что эту песню она сочинила специально для меня, так как думала, что я уеду. Заиграла музыка. Мне очень даже понравилась мелодия.

Ай ун суэньо ке лате, Дентро де ти, дентро де ти. Но те деха дормир, Се асе ойр, се асе ойр. Респира и сиге ай, Виве эн ти, виве эн ти. Нада подра импедир ке те либере аль фин. Есть одна мечта, которая бьется Внутри тебя, внутри тебя. Не даёт тебе спать, Даёт услышать себя, даёт услышать себя. Она дышит и не покидает тебя, Она живёт в тебе, живёт в тебе. Ничто не сможет помешать ей в итоге освободить тебя. Уна льяма эн тус охос ренасе, Тодо эль мундо ла вера куандо арде. Уна вос: си се креэ эн ло ке асе, Но парес, но парес. Но, но, но те риндас хамас, Ло ке суэньяс се кумплира. Конфия эн ти и ло лограрас. Сьемпре брильярас. В твоих глазах возрождается пламя, Весь мир его увидит, когда оно запылает. Голос: если веришь в то, что делаешь, Не останавливайся, не останавливайся. Нет, нет, никогда не сдавайся, То, о чём ты мечтаешь — сбудется. Верь в себя и ты достигнешь цели. Ты всегда будешь блистать. Кантарас, байларас, аста эль соль субирас. Кон ту фе венсерас пор амор. Сьемпре брильярас. Будешь петь, танцевать, поднимешься до солнца. С верой ты победишь во имя любви. Ты всегда будешь блистать. Льегарас донде керас ир, Лехос, лехос. Аунке те куэсте, вас, а сегир, Фирме контра эль вьенто. Ай ун фуэго дентро де ти, Эс этерно, этерно. Алиментало, эс ла расон де ту корасон. Придешь туда, куда захочешь идти, Далеко, далеко. И хоть и будет нелегко, ты будешь продолжать двигаться Решительно против ветра. Есть огонь внутри тебя, Он вечен, вечен. Подпитывай его, это двигатель для твоего сердца Уна льяма эн тус охос ренасе, Тодо эль мундо ла вера куандо арде. Уна вос: си се креэ эн ло ке асе, Но парес, но парес. Но, но, но те риндас хамас, Ло ке суэньяс се кумплира. Конфия эн ти и ло лограрас. Сьемпре брильярас. В твоих глазах возрождается пламя, Весь мир его увидит, когда оно запылает. Голос: если веришь в то, что делаешь, Не останавливайся, не останавливайся. Нет, нет, никогда не сдавайся, То, о чём ты мечтаешь — сбудется. Верь в себя и ты достигнешь цели. Ты всегда будешь блистать. Кантарас, байларас, аста эль соль субирас. Кон ту фе венсерас пор амор. Коррерас, воларас. А вивир те энтрегарас. Ту пропия вос энконтрарас. Верас ке ту сьемпре брильярас. Будешь петь, танцевать, поднимешься до солнца. С верой ты победишь во имя любви. Будешь бежать, летать. Отдашься жизни. Найдешь свой собственный голос. Вот увидишь, что ты всегда будешь блистать. Уна льяма эн тус охос ренасе, Тодо эль мундо ла вера куандо арде. Уна вос: си се креэ эн ло ке асе, Но парес, но парес. Но, но, но те риндас хамас, Ло ке суэньяс се кумплира. Конфия эн ти и ло лограрас. Сьемпре брильярас. В твоих глазах возрождается пламя, Весь мир его увидит, когда оно запылает. Голос: если веришь в то, что делаешь, Не останавливайся, не останавливайся. Нет, нет, никогда не сдавайся, То, о чём ты мечтаешь — сбудется. Верь в себя и ты достигнешь цели. Ты всегда будешь блистать. Кантарас, байларас, аста эль соль субирас. Кон ту фе венсерас пор амор. Сьемпре брильярас. Будешь петь, танцевать, поднимешься до солнца. С верой ты победишь во имя любви. Ты всегда будешь блистать. Кантарас, байларас, аста эль соль субирас. Кон ту фе венсерас пор амор. Сьемпре брильярас. Будешь петь, танцевать, поднимешься до солнца. С верой ты победишь во имя любви. Ты всегда будешь блистать.

      Все ребята встали со своих мест и начала ей хлопать. Я не исключение. Эта песня прекрасна. И реально про меня. Видно реально она меня любит и ценит как настоящую подругу. А я… Господи, что я за дура, что ревную лучшую подругу к парню? Это просто сумасшествие. Я должна рассказать ей, что видела их. Это не по дружески держать все в себе. Я знаю, что между ними ничего не было. Я знаю, что они просто друзья. И я не могу поверить, что мой глупый ум не признавал этого. Только сейчас я поняла, что доверься я ей тогда, мы бы во всем разобрались и никто никого не ревновал. У меня остается надежда, что еще не все потеряно. Но надо это сделать до того, как мы с Маттео пойдем в бар. Что-то я не очень хочу приглашать Леона и Виолетту, потому что Леон будет запрещать мне, А Виолетта Маттео и мы так не напьемся толком. Ну, думаю про наши недообнимания Виолетте и Леону не стоит знать. Пока я думала, на сцене оказались парни. Леон, и что удивительно Маттео, Диего, Рамиро и Гастон. Они объединились? Хм, интересно на это посмотреть. Заиграла музыка. (Слова также распределяются как и в песне. Включите Mi Princessa Violetta)

Ме мирас, ме сонрьес, Луэго ни ола ме дисес. Но энтьендо си эс ун хуэго, Аора си, вой трас де ти. Ты смотришь на меня, улыбаешься мне, а потом даже не здороваешься. Я не понимаю, может, это игра?! Но теперь я решил добиваться тебя. Бланко аора, луэго эс негро, Сой мало, деспуэс буэно. Си сигес, энлокеско, Пуэс, но энтьендо: То белое, то чёрное — то я хороший, то плохой! Если будешь продолжать в том же духе — я сойду с ума, ведь я не понимаю… ¿Фрио о калор? ¿Ме киэрес о но? Ё се ке эн вердад те густо ё. Пор ке, но асептар Ке сьентес игваль, Вен, но сеас тан тимида. Горячо или холодно? Ты меня любишь или нет? Я знаю, что на самом деле я нравлюсь тебе. Почему бы не признать, что ты чувствуешь то же, что и я?! Иди ко мне, не будь такой скромницей. Соло киэро Томар ту мано, Эстар, а ту ладо, Дарте ун бесо, Сер ту Ромео. Я лишь хочу взять тебя за руку, побыть с тобой рядом, поцеловать тебя, стать твоим Ромео. Ромпамос эль иело, Ё соло киэро Ке ту сеас Ми принсеса. Давай сломаем лёд, я лишь хочу, чтобы ты была моей принцессой. Лунес, вамос аль сине. Мартес, сой инвисибле. Ми менсахе респондес: Си, си, си, луэго но. В понедельник мы идём в кино. Во вторник я для тебя невидимка. На мои сообщения ты отвечаешь: «да, да, да», и тут же — «нет». Ме дисен тус амигас Ке аблас де ми, а эскондидас. Си сой киэн ту десеас Ай, ¿ке эсперас? Твои подруги рассказывают мне, что ты втайне говоришь обо мне. Если я тот, кто тебе нужен, — чего же ты ждёшь?! ¿Фрио о калор? ¿Ме киэрес о но? Ё се ке эн вердад те густо ё. Пор ке, но асептар Ке сьентес игваль, Вен, но сеас тан тимида. Горячо или холодно? Ты меня любишь или нет? Я знаю, что на самом деле я нравлюсь тебе. Почему бы не признать, что ты чувствуешь то же, что и я?! Иди ко мне, не будь такой скромницей. Соло киэро Томар ту мано, Эстар, а ту ладо, Дарте ун бесо, Сер ту Ромео. Я лишь хочу взять тебя за руку, побыть с тобой рядом, поцеловать тебя, стать твоим Ромео. Ромпамос эль иело, Ё соло киэро Ке ту сеас Ми принсеса… Давай сломаем лёд, я лишь хочу, чтобы ты была моей принцессой

      Как только парни спустились со сцены я подбежала к Леону и повисла на его шее. Я была очень счастлива. Из-за песни и из-за того что не придется расставаться с ним. Я им очень дорожу. Он — мое все. Мой Маттео!       От своих же мыслей я встала в ступор. Я обнимаюсь с Леоном, а думаю о Маттео. Как такое могло случиться? Я отстранилась от своего парня и чтобы выбить из своих мыслей Маттео, поцеловала его. Я конечно не сразу заметила Маттео, который стоял прямо перед нами. Видимо он что-то хотел мне сказать, но я видимо оборвала его. Поцелуем с Леоном. Не, я серьезно не специально. Я заметила как Маттео в понимании того, что он со мной не поговорит, сжал челюсти на пару секунд и ушел от нас в сторону пустого столика. Черт, так не хочется кого-то обижать… Но ничего, у меня еще представиться возможность попросить у него прощения за коньяком. Отстранившись от Леона, я повела его к столику, а сама ушла к стойке сделать заказ.       — Нико, Леону как обычно, а мне ананасовый. — сказала я Нико, а он улыбнувшись, кивнул и начал делать коктейли. У меня нет одного единственного коктейля, который я могу пить литрами. Хах, как например Виолетта. Только Клубничный и шпарит. Ну, Маттео же для нее Клубничный-мальчик, хм… а знаете… неплохо звучит. Маттео Клубника Бальсано. Хах, очень ему подходит по характеру. Как там он меня назвал? Девочка-Курьер? Луна Курьер Валенте. Хм, не очень. Но прозвище мне нравится. А Леон… Лимон. Даже сейчас, когда не смешно, его слова заставляют меня улыбаться. Боже, что он со мной делает? Мне кажется эта наша связь с ним что-то обозначает. Но… Неужели… Нет… Судьба не может распорядиться так со мной! Почему он? А как же Лимон? То есть Леон? Как он? Блин, Луна, ты вообще сейчас не о том думаешь. Тебе просто надо расслабиться и спеть. Точно. Пока никто не занял сцену, надо представить Нине мое творение. Забрав соки со стойки, я поставила их на наш с Леоном столик и быстро забралась на сцену. Я сказала, что эту песню я написала для особого человека. Я подключила флешку к пульту, где была моя записанная песня и включила плеер. Сначала было медленное вступление и я начала петь.

Аунке пьердас тодо и те каусе долор Сьемпре кеда альго эн ту корасон. Де нада сирве эль одио ни ке гвардес ренкор Сьемпре эн ту вида куэнта конмиго, амига. Даже если ты потеряешь всё, и тебе будет больно, В твоем сердце всегда есть что-то ещё. Ненависть и обида ничем не помогут, Ты всегда можешь рассчитывать на меня, подруга. вот тут началась быстрая музыка. Я сняла микрофон с подставки и начала ходить по сцене, смотря на Нину. Куандо эль мундо калье, ё те абларе, Куандо надье креа, ё эн ти конфиаре, Куандо несеситес, контиго эстаре, Ло ке эмос вивидо сьемпре эстара конмиго. Когда мир замолчит, я поговорю с тобой. Когда никто не поверит, я буду верить в тебя. Кода тебе будет нужно, я буду с тобой. Всё, что мы пережили, будет всегда со мной. И аора сьенто подемос андар И контиго ме анимо, а ир пор мас Эль камино ва камбиандо и ту сьемпре, а ми ладо Ло ке эмос вивидо сьемпре эстара конмиго. Сейчас я чувствую, что мы можем идти, И с тобой я готова зайти гораздо дальше. Дорога постепенно меняется, но ты всегда рядом со мной. Всё, что мы пережили, будет всегда со мной. Аунке пьердас тодо и те каусе долор Сьемпре кеда альго эн ту корасон. Де нада сирве эль одио ни ке гвардес ренкор Сьемпре эн ту вида куэнта конмиго, амига. Даже если ты потеряешь всё, и тебе будет больно, В твоем сердце всегда есть что-то ещё. Ненависть и обида ничем не помогут, Ты всегда можешь рассчитывать на меня, подруга. Куандо эль мундо калье, ё те абларе, Куандо надье креа, ё эн ти конфиаре, Куандо несеситес, контиго эстаре, Ло ке эмос вивидо сьемпре эстара конмиго. Когда мир замолчит, я поговорю с тобой. Когда никто не поверит, я буду верить в тебя. Когда тебе будет нужно, я буду с тобой. Всё, что мы пережили, будет всегда со мной. И аора сьенто подемос андар И контиго ме анимо, а ир пор мас Эль камино ва камбиандо и ту сьемпре, а ми ладо Ло ке эмос вивидо сьемпре эстара конмиго. Сейчас я чувствую, что мы можем идти, И с тобой я готова зайти гораздо дальше. Дорога постепенно меняется, но ты всегда рядом со мной. Всё, что мы пережили, будет всегда со мной. И аора сьенто подемос андар И контиго ме анимо, а ир пор мас Эль камино ва камбиандо и ту сьемпре, а ми ладо Ло ке эмос вивидо сьемпре эстара конмиго. Ло ке эмос вивидо эста аки. Сейчас я чувствую, что мы можем идти, И с тобой я готова зайти гораздо дальше. Дорога постепенно меняется, но ты всегда рядом со мной. Всё, что мы пережили, будет всегда со мной. Всё, что мы пережили, здесь, со мной.

      Зал взорвался аплодисменты. Нина также как я встала со своего места и бросилась ко мне на шею, как только я спустилась. Она сказала, что я самое лучшее что случилось с ней за всю жизнь. Ну, не считая Диего. Я улыбаясь вернулась на свое место. Обнялась с Леоном и попила свой сок. Оглянувшись на Маттео я заметила что он просто смотрит в стол. Посмотрела на Виолетту и встретилась с ней взглядами. Она тоже видит это. Ладно, пойду приободрю его, что совсем скоро мы пойдем расслабляться. Я кивнула Виолетте, говоря, что я поговорю с ним и она недоверчиво мне ответила. Я сказала Леону, что мне надо перетереть с Маттео одну тему и он меня отпустил. Отлично, полдела сделано.       Медленно плетясь к Маттео, я думала как начну разговор. Что я скажу? «Маттео, не кисни, скоро пойдем бухать!»? Нет, я не такая прямолинейная. Ну, наверно надо сначала поблагодарить, что «спелся» с моим парнем и спел с ним песню для меня. А вдруг, он пел не для меня, а для Виолетты. Хотя, так и есть. Он наверно просто не хотел упускать возможность спеть, потому что одному петь не очень хотелось. Тогда как начать? Извиниться за свое поведение? Агрх! Как только мне осталось три шага к столику Маттео, мне преградили путь две всегда-не-вовремя-сующиеся-головы. Джим и Джем позвали меня на сцену. Я даже не успела переварить смысл их слов, как они за руки потащили меня к сцене. Также они вытащили Нину из-за столика. Диего конечно не хотел ее отпускать, но все же девушки вырвал ее из мужской хватки. Девушки шепнули нам какую песню петь и мы кивнув, нехотя начали петь.

Эй! Эй! Понго Бланко собре негро Термино эсте хуэго де, а дос Эй! Эй! Но ме тьенес ни те тенго Я, но деберас десир, но Хей! Хей! Ставлю белый на чёрный Закончим эту игру на двоих Хей! Хей! Не ты мне, не я тебе Мы больше не должны говорить нет Эй! Эй! Ту, а ло туйо и ё, а ло мио Коменсо уна нувеа фунсион Эй! Эй! Ту, но киэрес ё, но киэро Ё, но деберас ментир, но Хей! Хей! Тебе твоё, мне моё Началось новое представление Хей! Хей! Ты не хочешь, я не хочу Я не буду лгать, нет Када аманенсер ке пьенсо эн ти Энтра ла дуда де сабер си пьенсас эн ми Пор ла траде, си те вео партир Пьенсо и, но ме анимо, но сой ту дестино Каждый рассвет, что я думаю о тебе Ставит вопрос о том, знаешь ли ты обо мне После полудня, если вижу, что ты уходишь Я думаю и не поощеряю тебя, я не твоя судьба Эн ла ноче трато де ольвидар Перо те рекуэрдо интенто и, но пуэдо Куандо дуэрмо де комьенсо, а соньяр И, но логро боррар ту мирада эн тодо эль дия Ночью он пытался забыть Но я помню у нас была попытка и я не могу Когда я сплю, я мечтаю И я не смогла вычеркнуть твой взгляд на весь день Эн ла ноче трато де ольвидар Перо те рекуэрдо интенто и, но пуэдо Куандо дуэрмо де комьенсо, а соньяр И, но логро боррар ту мирада эн тодо эль дия Де ми Ночью он пытался забыть Но я помню у нас была попытка и я не могу Когда я сплю, я мечтаю И я не смогла вычеркнуть твой взгляд на весь день Из моего Эй! Эй! Понго Бланко собре негро Термино эсте хуэго де, а дос Эй! Эй! Но ме тьенес ни те тенго Я, но деберас десир, но Хей! Хей! Ставлю белый на чёрный Закончим эту игру на двоих Хей! Хей! Не ты мне, не я тебе Мы больше не должны говорить нет Эй! Эй! Ту, а ло туйо и ё, а ло мио Коменсо уна нувеа фунсион Эй! Эй! Ту, но киэрес ё, но киэро Ё, но деберас ментир, но Хей! Хей! Тебе твоё, мне моё Началось новое представление Хей! Хей! Ты не хочешь, я не хочу Я не буду лгать, нет Када аманенсер ке пьенсо эн ти Энтра ла дуда де сабер си пьенсас эн ми Пор ла траде, си те вео партир Пьенсо и, но ме анимо, но сой ту дестино Каждый рассвет, что я думаю о тебе Ставит вопрос о том, знаешь ли ты обо мне После полудня, если вижу, что ты уходишь Я думаю и не поощряю тебя, я не твоя судьба Эн ла ноче трато де ольвидар Перо те рекуэрдо интенто и, но пуэдо Куандо дуэрмо де комьенсо, а соньяр И, но логро боррар ту мирада эн тодо эль дия Ночью он попытался забыть Но я помню у нас была попытка и я не могу Когда я сплю, я мечтаю И я не смогла вычеркнуть твой взгляд на весь день Эн ла ноче трато де ольвидар Перо те рекуэрдо интенто и, но пуэдо Куандо дуэрмо де комьенсо, а соньяр И, но логро боррар ту мирада эн тодо эль дия Де ми Ночью он пытался забыть Но я помню у нас была попытка и я не могу Когда я сплю, я мечтаю И я не смогла вычеркнуть твой взгляд на весь день Из моего

      Мои взгляды иногда падали на Маттео. Правда, когда мы встречались взглядами, он опускал голову, а я отворачивалась и продолжала петь с девчонками. Конечно на Леона тоже мои взгляды падали. Я спустилась со сцены, выпила до дна мой сок и опять пошла к Маттео, но… его не было за столом. Вдруг, ко мне подбегает Виолетта и говорит, что Маттео ушел из Роллера. Я закатываю глаза и вздыхаю. Черт! Ну и как мне бухать теперь? С малолетками не хочется, а Маттео ушел. Вот засада!       — Слушай, дай мне его телефон. — сказала я, а Виолетта недоверчиво посмотрела на меня. — Да не собираюсь я уводить твоего парня, просто у нас с ним дело которое не подлежит отмене и он мне срочно нужен. — я серьезно смотрела на нее, а она безвыходно смотрела в пол. Ладно, пойдем напролом. — Ну так что, подруга, доверишь мне своего парня? — голосом я выделила слово «подруга» и «своего». Она понимает, что у нее нет выхода. Ей придется дать мне номер его телефона. Она берет со стола салфетку и взяв со стойки ручку начеркала мне его номер. Я хотела взять салфетку, но она не отдала.       — Либо я иду с тобой, либо не получишь номер. — Я смотрела на нее с упреком. Как она может ставить мне ультиматум. Поверь, Виолетта, это нужно и ему и мне. Так что не смей загонять меня в безвыходную ситуацию. Обычно это делаю я! Я быстро разрываю салфетку и бегу к выходу из Роллера. Виолетта чуть двинулась, но продолжила стоять на месте и смотреть мне в след. Отлично. Как только я выбежала на улицу меня охватила орда мурашек от холода. Сжавшись и обняв себя руками, я замечаю машину. Быстро бегу к ней. Это Машина Ю-Микса, поэтому я могу ее украсть. Да, украсть, а не позаимствовать. В салоне очень тепло, поэтому что немного отогреваюсь. Заведя машину, я надавила на газ и уехала прочь от Роллера. Самое ужасно что делают сотрудники Ю-микса — оставляют ключи в машине. Ха-ха-ха! *Типа злобный смех*

***

      Я уже достаточно далеко от Роллера. Тут меня даже не подумают искать. Я развернула салфетку и взяв телефон в руки начала набирать начерканные цифры. +549107499659 (Внимание, звонить на этот номер не надо. Он выдуманный. Это просто пример. Будьте разумней!) Приложив трубку к уху, я начала слушать гудки. Гудки длинные. У меня сердце замирало при каждой тишине в телефоне. (Типа когда гудок заканчивается там тишина) Вдруг, я слышу его голос. Протяжный. Видимо он раньше времени пошел в бар. Хм, стоило догадаться. Он спрашивает кто это, но я молчу. Я кидаю трубку, потому что уже знаю где его искать. У нас один бар в округе, поэтому не сложно догадаться. Нажимаю на газ и моя машинка мчится к Маттео и к выпивке.       Проезжая ночной Буэнос-Айрес, я все больше убеждаю себя, что буду скучать. Когда уеду в Тур. Точнее когда мы все уедем в Тур. Не верю, что Маротти разрешил моей третьей семье остаться со мной. Пусть я долго не увижусь с первой и второй, зато я никогда не останусь одна. Что можно еще желать?       Уже подъезжая к бару, я надеюсь, что не слишком простенько одета, потому что фиолетовое платье в паетках не очень вписывается в ажурный пейзаж бара. Выйдя из машины, я натыкаюсь взглядом на охранников, которые вышвыривают моего Маттео. Я быстро бегу к ним и прошу его отпустить. Они хотели кинуть его прямо на асфальт, но из-за моей просьбы, они поставила его на место. Я пыталась дотащить его тушу до машины, но не очень получалось.       — Мисс, давайте помогу. — говорит один из охранников и взяв Маттео за торс, перекидывает через плечо и идет вместе со мной к машине. — Внимательней смотрите за своим парнем. И не позволяйте ему больше пить. Он выпил всего один стакан, но разнесло его, как будто выпил три бутылки. — Я поблагодарила его за информацию. И за помощь в том, что дотащил его до машины. Он кивнул и удалился опять в бар.       — Эх, Маттео, Маттео… научись пить, а потом и предлагай напиться… «Не волнуйся, я мальчик хороший, даже после трех стаканов коньяка.» Да что ты?! Я заметила! Хороший мальчик! Теперь тебе и одного стакана не светит. И останешься ты на утро без аспирина! Даже водички не принесу! Вот и умирай себе по добру по здорову! — Я наконец-то запихнула его тело в салон и поправив выбившиеся пряди из хвоста, запрыгнула на водительское сиденье, сняла ручник и надавила на газ. — Отвезу тебя в Ю-микс. В гримерке поспишь. — Сзади я услышала мычания и вопрос. Один единственный вопрос, который просто взорвал во мне все!       — Кто бил меня по башке? — Я начинаю истерически смеяться. Господи, это бесценно! Надо было записать на диктофон. Кто бил его по башке? Стакан коньяка блин! Так я и ответила, когда перестала смеяться. — Луна? Ты пришла! — мямлил он, а я нервно сжимала руль, потому что просто не могу понять, что так его расстроило, что он просто взял и ушел с Опена, тем более, тогда когда я хотела с ним поговорить.       — А ты ушел! Почему, Маттео? Почему ты не дождался меня и мы бы вместе пошли в бар. Черт и почему ты соврал? Тебе одного стакана хватает чтобы на три бутылки опьянеть! Ты, черт тебя дери, кого обманываешь?! Хотя, ничего не отвечай. Сейчас ты самостоятельно пойдешь на пятый этаж в мою гримерку сам разденешься и ляжешь спать. И даже не надейся, что я принесу тебе аспирин и воду! Вот помрешь от похмелья, я свалю все на тебя! Ясно?       — Лучше бы мы все делали вместе. И ты бы меня раздела. Мы бы легли спать. И умерли бы вместе. — Что он такое несет? Боже, либо он реально не умеет пить, либо коньяк передержали. Совсем старенький был. — Как тебе идея? Умрем вместе?       — Нет, лучше ты один! — ответила я и продолжала нервно сжимать руль. Он вообще несет полную чушь. Если трезвый Маттео просто дебил, то пьяный просто дегенерат! Умрем вместе? Он меня замуж что-ли завет? Хах, нет спасибо. У него есть Виолетта, у меня Леон и мне этого достаточно.       — Ты что не будешь по мне скучать? — спросил он. Я усмехнулась.       — Ну не то что бы не буду, просто… эм… ну… не знаю я. Буду или не буду! Если я как сумасшедшая бросила Леона в Роллере и погнала искать тебя, то это не значит что я тебя… Э… за тебя беспокоилась, просто мне не хотелось чтобы ты бухал один. Но видимо я не успела. Даже удивительно, как мало тебе надо, чтобы стать пьяным. Один стакан. Тебя очень легко споить! — заметила я.

***

      Ну, Маттео без проблем поднялся на пятый этаж, даже не упал. Сам открыл дверь, разделся и лег спать, пожелав мне спокойной ночи. ПОВЕРИЛИ? Нет! Не верю, что вы так просто поверили в эту чепуху. Мне пришлось очень долго затаскивать Маттео в лифт. Потом, мы покатались туда сюда из-за него, и как только вышли, его начало рвать. Я быстро начала искать ключи и как только вставила их в замочную скважину, послышались голоса охранников. Я быстро затолкала Маттео в гримерку и отвела в туалет. Минуты две он сидел в обнимку с унитазом. Иногда я слышала его замечания по поводу моей ванной и туалета. И сравнения, что он выглядит как беременная девушка. (Типа тоже сидит у унитаза) В то время, я раскладывала диван, заправляла его и положила подушки. Я иногда смеялась, иногда злилась, потому что он критиковал мою ванную. Как только тошнота его отпустила от лицом сразу упал в диван. Закутался в пледе и уснул сном младенца.       Отправившись в мини-кухню, я начала искать аспирин. Ну как я могу его такого оставить подыхать в самом расцвете лет. Найдя таблетку, я налила стакан воды и понесла его в комнату. Поставив стакан с таблеткой на тумбочке, я собралась уходить, но его рука притянула меня к себе. Он прошептал что-то типа того, чтобы я осталась. Я не могла устоять. Сняв штаны и натянув спальные шорты я хотела залезть к нему на диван, но потом вспомнила, что надо закрыть дверь, а то утром придут убираться, а тут я с Маттео в обнимку спим. Я заперла дверь и опять пошла к Маттео. Запрыгнув к нему, я укуталась в плед и отвернулась от него к стене. Но он своей рукой, перевернул меня и повернувшись ко мне, открыл глаза. Наши лица были очень близко. В пару сантиметрах друг от друга. Он смотрел в глаза, а я на губы.       — Если хочешь, поцелуй. Я не против. Мы ведь оба знаем, что мы не с теми с кем надо. — Что? Я не поняла? Я нахмурила брови. — Обожаю когда ты хмуришься. Ты такая милая. А вот когда ты в гневе, очень сексуальная. Не понимаю, зачем так все усложнять? Мы оба знаем что любим друг друга, так… давай покажем всем, что их жизнь ошибка. Сбой программы. Наш мир нереален. Я это понял, когда мне приснился сон. С тобой. Мы были в роллере. Виолетта и Леон выступали на сцене. Ребята были с теми с кем им предрешено быть. Франческа с Диего, Камилла с Бродвеем, Амбар с Симоном, Людмила с Федерико… Кстати, я очень зол, что ты с ним целовалась! — Не могу поверить! Ему снился тот же сон что и мне. И… я должна быть с Маттео? Он хочет все это им рассказать? Что их мир нереален? И доказательство всему — сон? А еще… Симон с Амбар! — Ты только моя! — Что? Что он… Они слились в нежном поцелуе. В полудреме, Маттео тихо-тихо прошептал: Я люблю тебя… На этом и заканчивается их день. Эта глава. Надеюсь, что вы останетесь со мной, даже если продолжения не будет месяцами. Знаю, очень лень писать комент, но пожалуйста, потратьте минуту на пару добрых слов. Спасибо заранее!)