Abyssus abyssum invocat

Англия, Саут-Йоркшир, Шеффилд. 7:51 PM. - Ханна! – глухо раздался голос где-то за дверью, а затем стук. – Ханна, спустись к ужину. Девушка шумно выдохнула и закрыла книгу, напоследок скользнув кончиками пальцев по золотому тиснению на страницах. - Иду, - крикнула она в ответ. Ханна задержалась у зеркала и наспех собрала светлые волосы в высокий хвост, затянув его потуже. Серое домашнее платье ниже колена, больше похожее на растянутую до невероятных размеров майку; полное отсутствие макияжа; большие серо-зелёные глаза, обрамлённые кружевом удивительно густых и тёмных для блондинки ресниц. Девушка прищурилась, то ли пытаясь выискать в себе очередной изъян, то ли, наоборот, в попытке убедить себя, что всё не так плохо. Она махнула рукой в сторону зеркала и юркнула за дверь, оставив комнату наедине со сквозняком из открытого настежь окна. Из обеденной уже пахло овощами на гриле и печёными яблоками. Ханна невольно замерла, схватившись за спинку высокого деревянного стула, и потянула носом запах еды. - Садись, пока не остыло. Анжелика, мать Ханны, выложила приборы и умостилась на таком же стуле, только по другую сторону стола. Она всегда была строгой, но справедливой, и редко щедрилась на сантименты. Анжелика хотела, чтобы её дочь достигла в жизни большего, чем она, хотя и сама была довольно уважаемой в определённых кругах персоной, да и зарабатывала немало даже по меркам Шеффилда. Вдохновляясь Бронте, Остин, Маккалоу и отчасти Флобером, она писала женские романы, которые, как казалось на первый взгляд, абсолютно претили её натуре и любви к пуританскому образу жизни. Ханна села за стол и сразу же принялась есть. Молиться у них было не принято. - Отец опять задерживается, - констатировала мать как бы невзначай. Ханна молча кивнула, заталкивая в рот очередной кусочек стручковой фасоли. - Пришёл ответ из Шеффилдского университета, - она театрально опустила глаза в тарелку и выдержала драматичную паузу. – Меня приняли! Глаза матери затянулись пеленой слёз счастья, а лицо озарила улыбка. - Я горжусь тобой, дорогая. Мы с папой никогда в тебе не сомневались. Я позвоню ему после ужина. Впрочем, на этом похвала закончилась. - Спасибо, - Ханна заправила за ухо выбившуюся из хвоста прядь. – Я хочу сказать ему сама, хорошо? - Хорошо. - Нальёшь воды с лимоном? Мать поднялась с места и отвернулась к небольшому кухонному шкафчику, где была сосредоточена вся стеклянная утварь, хранившаяся в доме. - Как дела с Джаредом? – мать спрашивала об этом без особой заинтересованности, но постоянно. - Он едет в Честер на днях. Будет там несколько дней, - девушка подняла глаза. – И зовёт меня поехать с ним. Там будут раскопки. Нашли большой обломок меча, с рукояткой. Очень-очень старый, таких уже больше тысячи лет не делают, - Ханна на секунду замолкла. – Думают, что нашли Камелот. Анжелика молча поставила на стол графин с лимонадом и бросила туда несколько маленьких веточек мяты. - Поезжай. Перед учебным годом нужно немного отдохнуть. Потом не будет времени ни на Джареда, ни на древние глупости. Ханна не ожидала такого лёгкого согласия, поэтому на последнюю часть фразы особого внимания не обратила. - Правда? - Мне нужны номера руководства. Кто-то ещё из знакомых едет? - Кузина Джареда – Оливия, и его лучшие друзья – Майкл и Анджей. - И их номера тоже. - Спасибо! - крикнула Ханна уже убегая вверх по лестнице. – Я прогуляюсь. Один за одним раздался стук трёх дверей: хлопнула дверь комнаты, дверь высокого шкафа, а затем входная. - Привет, пап, - Ханна привстала на носочки и чмокнула отца в щеку. – Меня взяли в университет Шеффилда. Люблю вас, вернусь в десять. Уже спустя пару минут она резво шагала по Файли-стрит, набирая заветные цифры на экране смартфона. - Слушаю, - раздался заспанный голос на другом конце трубки. - Как ты можешь спать в такое время? – девушка даже не удосужилась поздороваться. - Я слушал музыку и задремал. Что случилось? - Я заскочу к тебе через пару минут, не против? - Да, конечно. Я один. Ханна шла быстро, шаркая подошвами белых кроссовок и вдыхая полной грудью запахи летнего вечера: нагретый за день асфальт, медовый аромат небесно-голубых гортензий, уже в палисаднике похожих на букет невесты, пыль и горький американо, который пил друг отца, мистер Кац, сидя в своём кресле-качалке прямо перед домом. На горизонте показался коттедж, в котором жил Джаред. Он был выложен неровным белым камнем, похожим на битый мрамор, и от этого казался холодным даже в вечерних лучах, окрашивающих улицу в мягкий цвет шампанского. Ханна взбежала по лестнице из трёх ступенек и постучалась. - Входи, - Джаред, одетый в шорты, с трудом державшиеся на узких бёдрах, открыл дверь и тут же исчез в дверном проёме, ведущем в кухню. – Отчим укатил ночью, вернётся только через две недели. Ханна поймала себя на мысли, что сегодня все осыпают её либо абсолютно не важными, либо очевидными фактами, однако в очередной раз молча кивнула. Впрочем, парень этого не видел. - Будешь кофе? – он прислонился пятой точкой к широкому кухонному гарнитуру. - Если можно. Ханну слегка передёрнуло от воспоминаний об американо, который пил мистер Кац, но она точно знала, что Джаред сделает иначе. Ложка кофе, две сахара, и всё это в кружке горячего молока. Они оба пили его именно таким образом, и это было первое, что сблизило их. - У тебя что-то случилось? - Можно сказать и так, - Ханна запрыгнула на высокий барный стул. – Сегодня пришёл ответ из Шеффилдского университета. Меня приняли. За это мама отпустила меня с тобой в Честер. Джаред поставил большую белую фарфоровую кружку с надписью «Кофе – это всегда хорошая идея» в микроволновку, подошёл к девушке и крепко её обнял. - Это же здорово! Ты такая молодец. Ханна уткнулась носом в родное плечо и прикрыла глаза, но Джаред быстро отстранился – за спиной запищала микроволновка. - Спасибо. Мне нужно знать, что взять с собой. Она открыла блокнот в своём смартфоне, и Джаред начал перечислять. «Чашка, ложка, всё для душа и купальник, крем от загара и одежда, еда, которая не портится, а ту, которая портится, принеси мне, только пусть её будет не очень много – я повезу с собой холодильник…» и ещё много всего. - А ещё сегодня должен зайти Анджей. Мы хотели выпить. Останешься? - Я обещала быть к десяти, - на самом деле Ханна не очень-то хотела оставаться. Не сказать, что Анджей ей совсем не нравился, просто они обладали удивительно разными характерами. Он никогда не упускал возможности больно подколоть кого-нибудь, но сам был достаточно обидчив. Делалось это, конечно, не со зла, и все друзья это понимали - просто юмор у него был ну очень уж своеобразным, а за словом в карман лезть не приходилось. В школе он был одним из лучших футболистов, однако в учёбе никогда не блистал, в отличие от своих друзей – всё тех же Джареда и Майкла. При всём этом, отдавая должное, стоит сказать, что в патовой ситуации он всегда сохранял самообладание и охотно помогал близким, если это было возможно. Девушка вообще всегда удивлялась, как эти трое сошлись. Впрочем, друзьями они были действительно верными, поэтому особенно она и не возражала. Допивая кофе, она уже спрыгнула со стула. - Уже уходишь? - Да, можешь не провожать. Джаред довёл девушку до выхода, поцеловал на прощание и закрыл за ней дверь. Небо за окном ещё и не думало темнеть, однако уже стало чуть прохладнее. Джаред с лёгкой неохотой выполз на улицу. Он плохо переносил духоту и зной и ежедневно молил о дожде, но тщетно – лето в этом году выдалось удивительно сухим и жарким. В этом плане ему нравилось проводить время в колледже: он учился на медицинском (и это второе, что сблизило их с Ханной), и большу’ю часть времени студенты его факультета проводили в холодных помещениях. Джаред жил в доме отчима, который забрал его к себе после смерти матери. Семь лет назад. В целом, отношения у них были уважительные, если не дружеские, но в своё время мужчине крепко досталось от паренька, тяжело переживавшего потерю матери. И переходный возраст. Джаред увидел Анджея издалека, футов за четыреста. Тот махал ему рукой, а во второй тащил массивный пакет. Поздоровавшись, парни зашли в дом. - Какие новости? – Анджей принялся вытаскивать жестяные банки из пакета и по одной перекладывать на полки почти пустого холодильника. - Дерек в командировке, я весь день торчал дома, Ханна поступила в Шеффилд и едет с нами в Честер, - он задумался. – Ещё я не знаю, как праздновать. Через неделю юбилей. Анджей в голос рассмеялся. - Юбилей звучит так, будто тебе пятьдесят. Двадцать – только начало, парень. Он был старше всех своих друзей на год-полтора, и периодически напоминал об этом, отчего-то считая, что количество серого вещества и количество лет находятся в прямой зависимости. Впрочем, в обратном его никто и не убеждал. Банка недовольно шикнула в руках Джареда, и он направился в зал, прихватив с собой пачку чипсов и большую пластиковую салатницу. - Кстати, с нами едет Оливия, - крикнул он в сторону кухни. - Оливия? Твоя горячая кузина? – Анджей вошёл в комнату с двумя бутылками пива и ещё одной пачкой чипсов с лобстерами. - Об этом я и говорю. Она едет отдохнуть от Стива, наверняка будет пить… - Так ты везёшь её специально для меня? - Придурок, - Джаред усмехнулся и ощутимо ткнул друга кулаком в плечо. – Не лезь к ней, понял? Анджей прилип губами к банке и принялся щелкать кнопки на пульте, тщательно выбирая из десятка спортивных каналов «тот единственный». - А мелкую ты зачем везёшь? Джаред пожал плечами. - А почему бы и нет? Кстати, я не буду брать машину. Нас повезёт Лора, девушка Майкла, её родители живут в Честере, - поймав на себе вопросительный взгляд, он добавил. – И обратно тоже. Анджей заметно расслабился. Его вообще не прельщала перспектива ехать на раскопки, но он воспринял это как шанс просто побыть загородом и получить пару бонусов по какому-нибудь предмету (этого, впрочем, ему никто не обещал). - Я останусь у тебя? - он спрашивал нехотя. - Мы опять повздорили. - Без проблем. Мой диван всегда свободен. Так они просидели до утра. Солнце, потухшее совсем недавно, уже стало вновь тянуть свои длинные руки-лучики к занавескам. - Если я не лягу сейчас, то уже не усну, - Джаред поднялся с места. - Подушка в диване. Будешь уходить - можешь просто захлопнуть дверь.