Надежда на спасение.

      — Думала сбежала? — я услышала голос, который не спутаю ни с кем. Это был мой отец.       — Ч-что ты здесь… — я заикалась и не могла больше ничего сказать. Теперь у меня был животный страх к этому человеку. Почему теперь?! Этот страх присутствовал всегда, после смерти мамы!       — А я вот за тобой тобой пришёл. Домой хотел забрать, — начал он ко мне подходить, а я пятилась назад до того момента, пока не упёрлась в стену.       — Я не хочу обратно! — пыталась я кричать, но было больше похоже на писк.       — А тебя не спрашивают! — отец ударил меня по лицо, от чего я упала, ударившись ещё раз головой об бак. По моему затылку потекла, как я вскоре поняла, кровь.       — Отвали от меня! Ты мне больше никто!       — Ах, вот как ты теперь заговорила! ВОТ ЧЕМ ТЫ МНЕ ОТПЛАТИЛА ЗА ВСЁ, ЧТО Я ДЛЯ ТЕБЯ СДЕЛАЛ?! — он был в ярости, но в какой-то степени мне было нечего терять и я тоже начала кричать.       — ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ ДЛЯ МЕНЯ?! ЧТО?! ПОСЛЕ СМЕРТИ МАМЫ, Я РАБОТАЛА КАК ВКОПАННАЯ, КОРМИЛА ТЕБЯ И СЕБЯ, ЕЩЁ ДОЛЖНА БЫЛА ПЛАТИТЬ ЗА ТВОЮ НАРКОТУ! ВСЁ, ЧТО ТЫ МНЕ ДАЛ — ПОБОИ! ПОСТОЯННЫЕ! — из моих глаз ручьём лились слёзы.       — Ах ты, сучка! — отец поднял руку, чтобы ударить меня и я закрыла руку.       Один… два… три… Удара так и нет. Я решилась открыть глаза. Мой отец лежал на холодной земле, пока Бекхён избивал его. Мне стало одновременно, и страшно, и радостно, ведь моего отца избивали, но отогнав от себя такие мысли, я принялась их разнимать.       — Б-Бэк… Бекхён… — дрожащим голосом звала я парня, но тот был увлечён избиением, — Б-Бекхён! Стой! Остановись, не надо! Перестань! БЭК, БЛЯТЬ! — крикнула я, что есть мочи и мои слёзы полились с новой силой. Не замечая, я забилась в угол с окровавленной головой. Бекхён услышал меня и повернулся.       — Й-Йонг, с тобой всё в поряд…ке, — он обнял меня и затронул голову, после чего увидел кровь, — Это он?! ОН ЭТО СДЕЛАЛ?! — кричал он, а я держала его, чтобы Бэк не убил отца.       — Н-не надо! Не трогай его, пожалуйста!.. — плача, говорила я.       — Но он же… — Бэк повернулся к нему, а тот лежал и смеялся.       — Защищает она меня, — сказал он и усмехнулся, — Нового мужика себе нашла, шлюха?!       — Закрой рот! На себя бы в зеркало, хотя бы взглянул! Выродок, — Бекхён начал вырываться из моих рук, но я его не пускала, — Блять! — он начал рыться в кармане пальто. Оттуда, достав бумажник, Бэк порылся в нём и кинул в лицо моему отцу все купюры, которые были в нём, а зная, что Бекхён богат, налички у него с собой было много, — Забирай и пиздуй отсюда! Ещё раз увижу, сдохнешь!       — Я вас ещё найду! А за это, — он показал на деньги в своей руке, — спасибо, — отец ушёл.       Я сидела на холодном асфальте, обнимая Бекхёна, это было больше похоже на то, что я просто держусь за него, как за последнего человека в мире, который мог меня спасти. По большей мере, всё так и было.       — Йонг! Я говорил не надо идти на работу! — кричал он не двигаясь, а я всхлипывала, — Он же… тебе голову разбил, сука… — Бекхён встал и взял меня на руки, а я лишь держала его за шею.       Так мы и дошли до машины. Ехали в тишине, не решаясь её прервать. Мои порезы щипало, но я совсем этого не чувствовала, снова задумавшись над поступками отца. Приехав, Бэк молча вышел из машины, открыв мою дверь и так же взяв меня на руки. Он понёс меня в дом и понёс в мою комнату. Когда мы оказались в ней, меня посадили на кровать и Бекхён ушёл. Вернулся он снова, как и сегодня ночью — с аптечкой. Я усмехнулась, думая, что это уже во второй раз с нашего двухдневного знакомства. Тут парень подал голос.       — Тебе смешно?! — я видела как он злился и моя ухмылка слезла с лица.       — Н-нет…       — Думаешь так классно, что тебя хотел изнасиловать собственный отец, да?! — теперь он был просто в ярости.       — П-прости меня, Б-бэк…       — БЛЯТЬ! — он скинул со стола вазу с цветами и та разбилась. Я вздрогнула. Из ладони Бэк пошла кровь.       — Бекхён, твоя рука… Я обработаю…       — Тебе сейчас нужна помощь, а не мне! — крикнул он и толкнул меня. Я упала на пол, на те осколки рукой, — П-прости, Йонг, — в его глазах читалась растерянность, — Прости…       — Я в порядке. Просто… позволь обработать твою руку, — сказала я и натянуто улыбнулась.       — Только после того, как я обработаю твои раны.       — Хорошо, — он сел на пол и начал их обрабатывать, как только он закончил, то сдержал обещание. — Теперь ты, — я подсела поближе и взяла его руку.       Она была такая большая и теплая. Моя по сравнению с его, просто детская. Пока я обрабатывала его руку, чувствовала его взгляд на себе, от чего покраснела и быстро закончив всё, отпустила её.       — Можешь идти!       — Не хочу.       — Что? — я вскинула бровь от непонимания и Бэк засмеялся.       — Мы ещё не поужинали, а ты голодная. О чём-то ещё подумала?       — Н-нет. Просто, тебе же завтра в универ…       — Я не пойду завтра.       — Что? Почему?       — Останусь дома, надо же кому-то присмотреть за тобой, — вставая, говорил Бэкхён.       — Да я и сама справлюсь, не маленькая уже.       — Маленькая, — потеребил меня по волосам Бэк и я надулась, а он скрылся за дверью.

***

      — Не хочешь ни о чём спросить? — сказала я, сидя за столом.       — Нет, вроде.       — Ты хотел вчера поговорить со мной об отце.       — Ты точно хочешь мне это рассказать? — отодвинул от себя тарелку Бэк.       — Всё равно придётся когда-нибудь, — тоже отодвигая тарелку, сказала я.       — Тогда я слушаю тебя.       — Я буду говорить, а ты не перебивай, потому что я сама не знаю как всё рассказать, — на это, Бекхён кивнул, — Мою маму убили несколько лет назад. С того момента, отец начал употреблять наркотики и чтобы он меня не избивал, надо было давать ему деньги. Мне пришлось работать. Но это всё равно не останавливало отца, чтобы избивать меня. Когда ты спас меня, — к моему горлу начал подступать ком, — отец думал, что я — моя мама и пытался изнасиловать меня со своими «друзьями», — слёзы потекли по щекам, а я пыталась их остановить, вытирая, но не выходило. Ко мен подошёл Бэк и обнял.       — Не плач, теперь всё будет хорошо, — успокаивал он меня.       — Бэк, он может сделать всё что угодно под наркотой, так что может и не отстать от нас, ведь только я давала ему деньги, — плача говорила я.       — Он не подойдёт к тебе и на километр, я обещаю, — он сильнее сжал меня, а я в ответ.       — Спасибо тебе, за всё. Я найду работу и съеду, так что не волнуйся, — сказала я и Бекхён отстранился.       — Что? Съедешь? — его глаза метались по моему лицу и я кивнула.       — Можешь оставаться сколько тебе угодно.       — Но если твои родители или девушка придут… — меня перебил смех Бэка.       — Девушка? У меня нет девушки. А родители… Родителям на меня плевать, — грустно улыбнулся он.       — Что? Но они же твои родители…       — Давай пересядем на диван.       — Хорошо, — я поднялась и мы сели, — Так что с родителями?       — Аа, дело в том, что я нежеланный ребёнок, — Бэк всё так же грустно улыбался, — Они никогда не одаривали меня заботой, нежностью, любовью. Всё, что я слышал, это то, что я что-то должен или обязан: «Ты должен стать таким-то человеком», «Ты обязан хорошо учиться» и так далее. Если что-то плохо получалось, меня могли избить или закрыть в комнате на несколько дней, без еды и воды, — в его глазах собирались слёзы, — И я решил, что вырасту и съёду от них. С детства я копил деньги и накопил столько, что смог построить, несколько лет назад, автосалон и теперь он разросся до таких маштабов, что уже это сеть автосалонов по всей стране и за рубежом. Вот так я и сбежал от родителей, а перед уходом они мне сказал, что если я сейчас уйду, то перестану быть их сыном. Над этими словами я задумался: «А был ли я вообще когда-то их сынов?» и ушёл, — закончил он этот рассказ со слезами. Мне стало больно от его прошлого и я тоже заплакала. Захотелось его утешить. Я взяла его голову одной рукой и потянула на себя так, что она оказалась на моих коленях. Бекхён сначала расширил глаза, но потом закрыл их и полежав несколько минут, уснул.       Во сне он такой милый, что хочется его затискать. Я долго смотрела на его лицо. Всё такое красивое. Эти глаза, губы. Мне захотелось прикоснуться к нему. Сначала я гладила его волосы, а теперь щёку, подбираясь всё ближе к губам, от чего тот поморщился во сне и моя рука отстранилась.       Что я творю?! — спрашивала я сама у себя в мыслях. Мне тоже захотелось спать и я немного согнувшись, легла на его бок, а его голова так и осталась лежать на моих коленях.