The Portrait of Markov (Портрет Маркова)

Она пришла в себя лежащей в больничной палате. Озорные солнечные лучики ударили девушку по глазам. Рефлекторно та попыталась прикрыть их рукой, и тут же резкая боль разом прострелила всё её тело. — Извини. Так, наверное, будет лучше. — Задёрнув шторы, Клара обернулась к ней. — Врачи уж не ждали хороших вестей, но мы с отцом сменяем друг друга в твоей палате больше месяца. Сильно болит? — Боже… как… хочется пить. Погоди, я была в отключке так долго? Ничего не помню. — С собой у меня только это. — Она с шипением открыла пластиковую банку и протянула страждущей. — Держи, сестрёнка. — Подожди, пиво?.. Ты сейчас серьёзно?! — возмутилась Леви. — Оно безалкогольное, так что всё хорошо. — Какой же… мне ужасный сон приснился. — Левитина с трудом приподнялась в кровати, чтобы сделать хотя бы пару глотков. В итоге разом осушила всю банку. — А что вообще случилось? Почему… я здесь? — Что, если я тебе скажу: «твой ночной кошмар, скорее всего, не был сном»? — тут же спросила сестрица. — … — Я понимаю. Для того, чтобы переварить подобное и не свихнуться, потребуется некоторое время. — Погоди, так и секта, и безумная фанатка, и выращивание новых людей… всё это правда было? — Она затравленно огляделась по сторонам, боясь, что теперь, когда кошмар оказался реален, история неминуемо продолжится. Чёрт, как же всё болит. Клара молча кивнула. — Но последнее, что помню — я встретила свою смерть на дне шахты? Вместе с Ней. Было так больно и темно. А потом уже всё равно. — Леви запнулась. Всё-таки пересилила себя и продолжила: уж если говорить, то до конца. — После того, как сделала… нечто, что ты никогда мне не простишь. — Всё так. Но ты кое-чего не знаешь. Не знаешь Последнюю Волю Мамы. — А?.. — В той записке, что она отдала Петерсону, Моника кое о чём просила. «Если случится непоправимое, используй любые силы и ресурсы. Используй всё, что останется от меня, только верни эту девочку». Так что когда военные прижали нас, доктор пообещал ответить на все интересующие их вопросы, лишь бы они позволили провести ему эту сложнейшую операцию, сколько бы та ни заняла. Тебе очень повезло. Когда вы падали, Мама постаралась закрыть тебя собой. Почти весь удар пришёлся на неё и там мало, что осталось. Из того, что всё-таки было, они и собрали тебя. Лучше не спрашивай, где брали недостающие части. — То есть… — Даже я не знаю, сколько взято от Моники. Так что, в некотором смысле, она всё ещё продолжает жить. В тебе. — … — Наверно, только такой способ Мама видела, чтобы примирить нас после всего, что произошло. — Ты… ты больше не злишься? — спросила Леви, и сама спохватилась. Прозвучало так, словно она просто наступила сестре на ногу, а теперь извиняется. — Не вижу смысла. Что сделано, то сделано. У меня было время подумать над этим. — А что стало со всей той… сектой? — Не знаю. — Клара пожала плечами. — Петерсона я больше не видела. Наше — в частности твоё, а также некоторых горожан до этого — исчезновение выставили, как похищения серийным маньяком, тобой занялись доктора, меня вернули домой. По-моему, за нами до сих пор ведётся слежка. У дома, у школы часто мелькают люди из спецслужб. Некоторых я теперь знаю в лицо, но их может быть больше. Кое-кто из этих «прохожих» однажды намекнул мне, что в местной больнице появилась новая пациентка с тяжёлыми травмами. Так мы снова узнали о тебе. Вот, пожалуй, и всё. — В городе, наверно, дико переполошились. В смысле, узнать, что всё это время под боком творилось такое… Сестрёнка лишь рассмеялась её наивности: — А города больше нет. Следующей ночью из земли повалил газ. Природная катастрофа или нечто вроде того… многочисленные статьи и новостные сводки дают самые обтекаемые объяснения случившегося. Мы теперь живём в твоём старом доме. — ?.. — Папин близкий друг по работе — Марк, кажется — намекнул, что после пережитого в родном городе дальнейшее пребывание там может сильно губительно на мне сказаться. Отец прислушался, и тем же вечером мы собрали самое необходимое, чтобы поехать к тебе. Как раз вовремя — ведь после разразившейся катастрофы жить в Таунвилле оказалось невозможно. Его оцепили, жителей пытались эвакуировать, но спасли лишь единицы. Большинство тихо ушло во сне, надышавшись проклятым газом. — Дела-а… — фыркнула Леви. — Я смотрю, нам здорово повезло. Всем нам. — Ага! — Тут же оживилась Клара, доставая мобильник. — Надо бы папе позвонить. Сообщить приятные известия, так сказать! — Погоди… — Левитина немного смутилась, но вопрос задала. — Отец… ведь правда больше не пьёт? — Шутишь?! Даже смотреть на выпивку не может. Он хорошо запомнил Её наказ. К тому ж, надо поднимать семью и начинать новую жизнь. А Мистер Салливан теперь наш близкий друг. Наверно, мне нравится, как всё сложилось в итоге. Тебе ещё многое предстоит узнать! Когда выпишешься, покажем новый ремонт! Жизнь начинает налаживаться. Кем бы ни был тот папин друг, он успел вовремя. Леви тепло улыбнулась сестрёнке: — Хорошо, что всё хорошо. — И не говори. КОНЕЦ