10.
23 мая 2018 г., 10:28
В октябре к нам в школу прибыли ученики из Дурмстранга и Шармбатона. Фред, Джордж и Ли Джордан всячески пытались обмануть возрастную линию вокруг Кубка Огня, чтобы бросить в него своё имя. В итоге близнецы обросли длинными седыми бородами пытаясь обмануть Кубок – зельем старения которое они сварили сами. Я отказалась им в этом помогать, и Фред затаил на меня обиду, хоть мы и продолжали быть парой. После того как объявили чемпионов и Гарри попал в их число, я стала одной из тех, кто не отвернулся от него и не считал его обманщиком.
Фред жаловался, что я слишком много времени провожу со своим кузеном, а тут ещё и Северус заявил, что мы должны возобновить наши с ним занятия по окклюменции и лигилеменции. Профессор Грюм поразил меня тем, что на первом же занятии показал нам действия трёх Непростительных заклятий, после чего я уверовала в его сумасшествие. Гарри и Невилл после этого занятия сникли и погрузились в свои мысли. МакГонагал ждала от меня невозможного на её занятиях, Трелони то и дело предсказывала мне Тёмное будущее и воссоединение с семьёй, то есть – смерть. Не отстал от других и профессор Биннс по истории магии, задал через неделю сдать сочинение о восстании гоблинов в XVIII веке. Профессор Сейп обрушил лавину противоядий, обещая перед Рождеством кого-нибудь отравить – надо же проверить, как усвоены противоядия. А профессор Флитвик велел прочесть про манящие чары три толстенные книги из списка дополнительной литературы. Даже Хагрид в этом году слишком загрузил. Его обожаемые соплохвосты росли с ужасающей быстротой, хотя никто не знал, чем же они питаются. И он предложил с видом Деда Мороза, принёсшего подарки, провести исследование: через вечер приходить к нему, наблюдать соплохвостов и делать записи об их бесподобном поведении. Ненависть учеников ко мне немного поостыла, но никто не спешил завести дружбу со мной.
Возвращаясь поздно вечером в общую гостиную, я всегда заставала в ней близнецов и Ли Джордана поджидающих меня, как только я появлялась, они тут же наваливались на меня с вопросами по поводу составов тех или иных сладостей для Забастовочных завтраков. Я часто просиживала в Общей гостиной до глубокой ночи сидя на скамье сбоку большого камина и исправляя набросанные на пергаменте рецепты. Из-за этого я не успевала делать домашние задания и скатилась в учёбе. Гермиона всё время твердила мне, что я не рационально использую своё время и поэтому не успеваю выполнять то, что задано. Естественно она не знала о том, что я помогаю близнецам в их замыслах. Ещё она приставала ко мне с просьбами вступить в ряды ГАВНЭ и у меня просто не оставалось сил ей возражать, поэтому пришлось это сделать. Яру по-прежнему то исчезал, то появлялся, когда ему вздумается, но каждую ночь он ждал меня на своём позолоченном шесте возле моей кровати. Я давала ему угощения и без сил валилась на кровать, не переодеваясь в пижаму.
Когда Гарри стало совсем туго, и они поссорились с Роном, я часто заваливалась к нему в комнату, и мы долго болтали лёжа на его кровати, на что Дин и Симус наши сокурсники и соседи Гарри по комнате очень возмущались, а Невилл при виде меня краснел до кончиков ушей или наоборот становился очень бледным.
Незадолго до начала Турнира, Чарли Уизли привёз драконов и их спрятали в Запретном лесу. Мы с Роном и близнецами ходили к Чарли, и он постоянно доставал меня и Фреда подшучивая над нами. Его привычка – таскать меня на плече никуда не делась, и они Фредом поругались из-за этого, потому как Фред приревновал меня к нему, но их размолвка длилась не больше пары часов.
После первого задания Турнира трёх волшебников, Рон и Гарри помирились. Я чуть не лишилась чувств после того как Венгерская Хвосторога (дракон) сорвалась с цепи и понеслась за Гарри, летящем на своей метле «Молния», но всё обошлось и Гарри таки добыл золотое яйцо.
По выходным иногда удавалось выбраться в Хогсмид и посидеть в пабе «Три метлы» за кружечкой Сливочного пива в компании Фреда, Джорджа, Ли Джордана и Анджелины Джонсон.
За месяц до Рождества нам объявили о Святочном бале, и все девочки не переставали щебетать о танцах и о том, кем бы они хотели быть приглашены. Я была спокойна потому что была уверена, что пойду на бал с Фредом. Мы с ним хоть и были ужасно заняты, но всегда находили время друг для друга.
С Фредом невозможно было загрустить, он был таким ярким и жизнерадостным несмотря ни на что, но иногда он вёл себя жестоко по отношению к другим и меня это настораживало, хотя если брать во внимание мою дружбу с Драко Малфоем, то некоторая жестокость Фреда была скорее опрометчивым поступком, сделанным в порыве дурного настроения, а не продуманным вредительством. Так вот, я была уверена в своём партнёре пока не произошло вот что.
Вечером после занятий я сидела за столом рядом с камином с Гарри, Роном и Гермионой. Рон всё жаловался на Снейпа за то, что он объявил о контрольной в последний день занятий перед Рождественскими каникулами. А я наблюдала за тем как он строит карточный замок из взрывчатых карт и пыталась написать очередной доклад по Истории магии. Гермиона препиралась с Роном разложив перед собой несколько книг. Гарри придвинувшись к камину читал «Полёт с Пушками Педдл». Потом мы заспорили о разгадке тайны золотого яйца, что Гарри достал в поединке с драконом. Тут конструкция, которую сооружал Рон взорвалась, опалив ему брови, и я окончательно потеряла надежду – закончить доклад в срок.
– Красиво выглядишь, Рон. – к нам подсели близнецы Уизли. – Под стать парадному костюму. – пошутили они, глядя, как Рон пытается на ощупь оценить нанесённый взрывом урон.
– Можно, Рон, воспользоваться твоим Воробушком? – спросил Джордж.
– Нет, он улетел с очередным письмом. А зачем вам?
– Джордж хочет пригласить его на бал. – со свойственным ему юмором заметил Фред и я тихонько хихикнула, прикрывшись книгой, чтобы не навлечь на себя гнев Гермионы.
– Надо отправить письмо, безмозглая твоя голова. – пояснил Джордж.
– И кому это вы оба всё время пишете? – поинтересовался Рон.
– Не суй нос куда не надо. А то и его подпалишь. – пригрозил Фред волшебной палочкой. – Ну что, обзавелись уже парой для танцев?
– Нет.
– Поспешите. А то всех красавиц разберут, и вам с Гарри ничего не достанется.
– А ты с кем пойдешь? – спросил Рон.
Я заёрзала в кресле и приготовилась к его ответу, как вдруг Фред заявил без тени смущения:
– С Анджелиной.
– Что? – изумился Рон. – Я думал ты с Селестой пойдёшь. – он перевёл взгляд на меня, а затем на Фреда. – А ты уже пригласил Анджелину?
– Хороший вопрос! – Фред повернул голову и крикнул через всю гостиную: – Анджелина!
Анджелина, стоя у камина, беседовала с Алисией Спиннет.
– Что? – ответила она, посмотрев в сторону Фреда.
– Пойдёшь со мной на бал?
Анджелина оценивающе взглянула на него затем перевела взгляд на меня и снова на Фреда и ответила, улыбнувшись:
– Пойду.
– Ну вот, видите. – сказал Фред. – Как всегда везёт.
Он встал, зевнул и сказал Джорджу:
– Пойдём возьмем школьную сову.
И близнецы ушли. Рон перестал ощупывать опалённые брови, поглядел на дымящиеся развалины карточного замка и перевёл взгляд на Гарри. Они втроём с Гермионой заспорили о красоте девочек, а мне казалось, что я перестала ощущать биение своего сердца. Резко соскочив с места, я схватила свои пергаменты и учебник и бегом добралась до комнаты. Я рухнула на кровать задёрнув штору на пологе и затряслась в беззвучных рыданиях.
Фред после этого дня ко мне не подходил, и я не понимала в чём дело. Я спрашивала Джорджа, но тот расплывчато отвечал, что-то о взбалмошном характере Фреда. Я хотела уже сама попросить Драко, пойти вместе на бал чтобы взбесить Фреда, но узнала от Слизеринских девчонок, что Драко уже пригласил Пенси Паркинсон.
Администрация школы, обуреваемая желанием поразить гостей из Шармбатона и Дурмстранга, проявила небывалую изобретательность. Замок никогда ещё не выглядел так нарядно. Нетающие сосульки свисали с перил мраморной лестницы, традиционные двенадцать ёлок Большого зала увешаны светящимися желудями, живыми ухающими совами из чистого золота и другими волшебными игрушками. Рыцарские доспехи пели рождественские гимны. А Пустой Шлем радостно призывал: «О, чистые души, стекайтесь во храм…» К сожалению, он помнил только половину этого гимна, возвещающего рождение Господа. Завхоз замка Филч раз десять извлекал из доспехов Пивза, откуда тот между гимнами распевал песни собственного сочинения и весьма грубого содержания.
Моё настроение, не смотря на приближение праздника было просто омерзительным. Северус рвал и метал на занятиях по окклюменции, потому что из-за расстроенных чувств я не могла собраться и высвободить свой разум.
– Неужели ты и правда переживаешь из-за этой глупой интрижки с одним из Уизли, Серсея? – повышенным тоном вопрошал он. – Ты найдёшь себе более достойного молодого человека, да и к тому же тебе всего 14!
– Тебя не касаются мои отношения, Северус! – рявкнула я в ответ. – Да что с тобой происходит? Раньше я находила в тебе поддержку, думала ты любишь меня! А на самом деле всё сводится к чёртовой привязанности! Что вообще такое – ЛЮБОВЬ!? – и хлопнув дверью его кабинета так, что со стеллажей посыпались банки с заспиртованными существами я убежала в туалет Плаксы Миртл на первом этаже.
***
После обещанной Снейпом контрольной за мной неожиданно явился профессор Дамблдор и пригласил к себе в кабинет. Под удивлёнными взглядами студентов я вышла следом за ним ещё до окончания занятия. Дамблдор угостил меня чаем и лимонными леденцами. После чего провёл со мной беседу о любви, чувствах и привязанности. Я старалась не смотреть на Дамблдора, наблюдая за Фоуксом глядя через плечо директора. Легче мне после беседы не стало, но теперь я была уверена в том, что по уши влюблена в Фреда Уизли, который продолжал делать вид что не замечает меня, но всё же принимал мои поправки в разработке Забастовочных завтраков. Тем же вечером ко мне в Общей гостиной подсел Невилл со словами: – Ты такая грустная в последнее время, что при виде тебя мне тоже становится тоскливо. – Не переживай Невилл я буду в порядке. Ты уже пригласил кого-то на бал? Если ещё нет, то мы можем пойти вместе. – тихо сказала я, выглядывая из-за вороха исписанных мною пергаментов с поправками для рецептов сладостей Уизли. – Вообще-то я иду с Джинни. Мы с ней давно об этом договорились. –немного смущённо произнёс Невилл. К нам подсел Ли Джордан, а Джордж склонился через моё плечо заглядывая в мои записи. – Отлично, Сэл! Фред будет доволен твоей работой. – он поспешно свернул все пергаменты в одну трубу и сел рядом. – Плевать. – выплюнула я. – Я помогаю вам не для того чтобы порадовать Фреда. Я просто хочу, чтобы ваша затея воплотилась в реальность и моё предложение о денежном вкладе всё ещё действительно. Так что если вы вдруг хотите, чтобы этот процесс ускорился… – Как я уже говорил, мы не возьмём твоих денег. – возмутился Джордж. – Опять денег предлагает, Джорджи? – весело спросил появившийся за спиной Ли Фред. – Не понимаю, почему бы вам не согласиться с её предложением. – пожав плечами сказал Ли. – Потому что, мой дорогой друг – мы не принимаем помощи от лиц, не заинтересованных в нашем успехе. – съязвил Фред и я почувствовала, как гнев закипает внутри меня. – ЧТО? – вскочив из кресла накинулась на него я. – Да как ты смеешь говорить такое? Разве я вам не помогала всё это время? Разве я не пожертвовала ради ВАШИХ успехов своими силами и успеваемостью в этом году? – мои волосы покраснели и опустились до плеч, Невилл поспешил отойти от стола; споткнувшись о задранный край ковра он чуть не угодил в горящий в камине огонь. Заметив, что все, кто был в Общей гостиной уставились на нас я понизила голос и добавила: – Если бы я не была заинтересована в ВАШЕМ успехе, Фред, я бы отослала сову вашей матери ещё в сентябре и ни на секунду не пожалела бы об этом. – добавила я, глядя в глаза растерявшемуся Фреду и развернувшись на каблуках выскочила из гостиной толкнув плечом подошедшую к столу Анджелину. Я бежала по замку не разбирая дороги, ноги сами несли меня в подземелья. Студенты, снующие по коридорам испуганно, оборачивались мне вслед. Слёзы обжигали глаза, дышать становилось всё труднее, но мне казалось если я остановлюсь, то непременно умру от снедающего меня чувства в груди. Добежав до комнаты Северуса я резким движением палочки распахнула дверь и ворвалась внутрь. Северус закутавшись в тёмно-зелёный халат сидел за столом у камина и разбирал сданные ему домашние задания. От моего неожиданного появления он вскочил на ноги и направил на меня свою волшебную палочку. – Прошу объясни мне Северус. Объясни мне что происходит! – сдерживая рыдания прошептала я. – Мне так не хватает твоей поддержки, ты был для меня всем, а сейчас ведёшь себя так словно никогда не знал меня раньше! – силы оставили меня, и я рухнула на колени заливаясь слезами. – Я думала, ты любишь меня. Я думала, что Фред меня любит, но неужели любви и правда нет? Неужели мой отец прав, Северус? Крёстный взмахом руки заставил дверь, распахнутую мной закрыться, бросил палочку на стол и рывком опустился на колени рядом со мной заключив моё зарёванное лицо в свои тёплые ладони. – Дурочка моя. – по-отечески заговорил он. – Ну конечно же я тебя люблю и всегда любил. Ты для меня как дочь. А этот Уизли просто идиот! – Тогда объясни мне почему ты себя так ведёшь? Почему ты отвернулся от меня? Почему не заступился тогда летом, когда Дамблдор отправил меня к Уизли? – глядя сквозь туманную пелену слёз застилавшую мои глаза на Северуса прошипела я. – Я бы рад всё рассказать тебе, но я не могу. Мой долг перед Дамблдором обязывает меня молчать. – в отчаянии ответил он и прижал меня к груди, поцеловав в макушку. – Ты и правда меня любишь? – громко всхлипнув переспросила я, мне хотелось быть уверенной в этом, мне это было просто жизненно необходимо. – Правда. Но любовь часто заставляет нас страдать, Серси. Я это точно знаю. – он помог мне подняться на ноги и усадил в кресло, затем придвинул стул и сев напротив меня взял меня за руки. – Ты говоришь о сестре моей мамы? О Лили? Какими они были? Мама и её сестра. Расскажи мне. – всё ещё сотрясаясь от прошедшей истерики попросила я. Северус вздохнул, закрыв глаза и начал свой рассказ. Мы просидели возле камина взявшись за руки несколько часов. Я внимательно слушала истории из прошлого моего крёстного и дурные мысли постепенно отступали, впуская то светлое, что заключала в себе любовь Северуса ко мне. Ведь если исходить из его рассказа он любил всего лишь раз (если не брать в расчёт его отеческую любовь ко мне). Глянув на часы на каминной полке, он отослал меня спать предварительно, наложив на меня дезиллюминационные чары, которые сделали меня невидимой для окружающих. Вернувшись в Общую гостиную Гриффиндора я имела неосторожность сразу же снять с себя насланные крёстным чары и тут же из глубины кресла стоящего в тени потухшего камина раздался голос Джорджа Уизли: – Что ты делала в комнате Северуса Снейпа? Я сразу догадалась, что это Джордж. В отличие от других их знакомых и друзей и даже их родственников, я всегда могла отличить их не только по внешности, но и по тембру голоса. – Джордж? Почему ты ещё не спишь? – вопросом на вопрос ответила я. – Я видел тебя на карте Мародёров, так что ты не отвертишься, Сэл. Что ты там делала? Он учит тебя Тёмной магии не так ли? – Джордж поднялся с кресла и подошёл чуть ближе ко мне. – Джордж, он мой крёстный отец. – устало ответила я, врать не было абсолютно никакого смысла. – Ты шутишь! – озадаченно выкрикнул Джордж. – Северус Снейп твой крёстный отец?! – Да, Северус Снейп мой крёстный отец и он мой единственный родной человек. У меня конечно же есть два кузена, один из которых магл и родная тётка, но никто из них особенно обо мне не интересуется. – я подошла к столу и взяла забытый мною ранее учебник по Травологии. – Это многое объясняет. – тихо произнёс Джордж и уселся на стол. – Что например? – удивившись спросила я. – Ну, твоё пристрастие к изучению Тёмных искусств и отличные познания в зельях. – ответил Джордж и слегка мне улыбнулся. – Я просто пытаюсь набраться опыта, понимаешь? Когда я закончу Хогвартс, рядом со мной не будет Альбуса Дамблдора или других профессоров, которые сейчас защищают меня от нападок со стороны моих ненавистников, а буду только я, один на один с толпой искусных магов, ненавидящих меня непонятно за что! – повысив голос выпалила я и сжала учебник в руках. – Я не осуждаю тебя, нет. – Джордж соскользнул со стола и положил ладони мне на плечи. – Я просто говорю очевидные факты и мне плевать кто твой родной отец, и кто твой крёстный, мне нужно знать кто ты. – Так кто же я, Джордж? – я смотрела снизу-вверх в его глаза, неестественно мерцающие в темноте и с замиранием сердца ждала ответа. – Ты моя подруга, Сэл! И я вообще-то сидел тут и ждал тебя чтобы пригласить на бал. Хочешь пойти со мной? Уверен, Фреда это взбесит. – ответил он и игриво улыбнулся. – Ты не здоров Джордж. – шутливо выдохнула я. – Но твоя идея мне нравится. А почему ты хочешь насолить брату? Вы ведь не разлей вода. Джордж задумчиво зашёл мне за спину и опустил голову на моё плечо, после чего ответил: – Потому что он знает, что мне нравится Анджелина, но я не решался к ней подойти, у них ведь с Ли что-то было, но Фред взял и в открытую пригласил её. Взбесив тем самым меня, озадачив Джордана и в добавок разбив тебе сердце. Не отрицай, я вижу, как ты на него смотришь. – Но почему он так поступил? Я не понимаю. – я опустила голову, но Джордж вышел у меня из-за спины и приподнял моё лицо за подбородок. – Вообще-то он хотел заставить тебя ревновать, но расстроил своим поступком и меня тоже. – Джордж грустно улыбнулся и продолжил, – Он слышал, как Пенси Паркинсон распускала слухи о том, что у вас с Драко Малфоем якобы тайный роман и он видел, как ты в поезде пошла вместе с Драко в его купе. Он сердится на тебя за это. – Джордж скрестил руки на груди глядя мне в глаза. – Пенси просто завидует тому, как Драко меня поддерживает. Драко мой друг, я этого не отрицаю, но у нас с ним нет никакого романа и к тому же на Святочный бал он идёт с этой самой Пенси. – с насмешливой ноткой в голосе сказала я. Теперь, когда я наконец обо всём узнала мне стало гораздо легче, но идея Джорджа – заставить Фреда по-настоящему ревновать мне понравилась. – Вообще не понимаю, как ты с ним общаешься, он мерзкий. – подвёл итог Джордж. – Но сейчас не об этом. Так что, ты пойдёшь со мной на бал Сэл? – Да. Да, я пойду с тобой на бал, Джордж. – улыбнувшись ответила я. Джордж улыбнулся мне в ответ и чмокнув меня в щёку, пожелал доброй ночи и вприпрыжку доскакал до двери на лестницу в комнаты мальчиков.
