19.
9 июня 2018 г., 12:12
– Я так и знал! – завопил Рон и нанёс воздуху боксёрский удар. – Ты всегда выходишь сухим из воды!
– Они и не могли решить по-другому. – сказала Гермиона, которая, когда Гарри вошёл в кухню, была от тревоги сама не своя и теперь дрожащей рукой прикрывала глаза. – Никаких доводов против тебя не было, ровно никаких.
– Если вы все точно знали, что меня оправдают, почему на лицах такое облегчение? – с улыбкой спросил Гарри.
Миссис Уизли утёрла лицо передником. Фред, Джордж и Джинни пустились в дикий воинственный пляс, припевая: «Оправдали, оправдали...»
– Хватит! Угомонитесь! – крикнул мистер Уизли, хотя и он улыбался. – Сириус, в Министерстве мы встретили Люциуса Малфоя...
– Что? – вскинулся Сириус.
Услышав это имя, я мгновенно поперхнулась сливочным пивом и громко закашлялась. Пиво потекло через нос, и я извинившись протиснулась мимо миссис Уизли к раковине, чтобы умыться.
– Оправдали, оправдали, оправдали...
– Тихо, я сказал! Да, мы увидели его на девятом уровне, он разговаривал с Фаджем, а потом Фадж повёл его к себе в кабинет. Дамблдор должен об этом знать.
– Ещё бы. – сказал Сириус. — Мы ему передадим, не беспокойся.
– А теперь мне надо в Бетнал-Грин, там меня ждёт унитаз, страдающий рвотой. Молли, я вернусь поздно – заменяю Тонкс, но к ужину может прийти Кингсли...
– Оправдали, оправдали, оправдали...
– Фред, Джордж, Джинни, довольно! – скомандовала миссис Уизли, когда её муж вышел из кухни. – Гарри, милый, иди же сюда, сядь и поешь, ведь ты толком не завтракал.
Я села обратно за стол.
– Ты как? Нормально? – нагнувшись ко мне спросил Сириус.
Я утвердительно кивнула и встретив взгляд брата, улыбнулась ему.
Рон и Гермиона уселись напротив Гарри. Вид у них был счастливей, чем в день его первого появления на площади Гриммо.
– Ну ещё бы! Раз Дамблдор взялся тебя защищать, решение только таким и могло быть. – счастливым голосом сказал Рон, наваливая всем на тарелки горы картофельного пюре.
– Да, он здорово мне помог. – согласился Гарри.
Все налегали на обед, радуясь чудесному спасению Гарри. Фред, Джордж и Джинни по-прежнему пели. Гермиона имела очень обеспокоенный вид, но прежде, чем она смогла хоть что-то сказать, Рон в упоении произнёс:
– Вот увидите – Дамблдор явится сегодня вечером отпраздновать с нами событие.
– Раскатывай губу шире. – сказала я себе под нос, но Сириус меня услышал и хмуро улыбнулся.
– Вряд ли он сможет, Рон. – возразила миссис Уизли, подавая Гарри огромный кусок жареной курицы. – Он сейчас очень-очень занят.
– Оправдали, оправдали, оправдали...
– Умолкните! – крикнула миссис Уизли.
***
Вскоре, Сириус сделался угрюмей и нелюдимей прежнего, ещё меньше со всеми разговаривал, даже с Гарри, и всё больше времени проводил взаперти с Клювокрылом в комнате своей матери. Каждый раз завидев меня блуждающую в одиночестве по коридорам дома, Сириус звал меня к себе, и мы молча сидели в тёмной комнате или играли в карты. – Ты кажется мне не доверяешь, так почему просиживаешь время здесь со мной, а не со своим крестником? – как-то раз спросила я. – Отличный вопрос, Сэл. Ответ самый простой. Здесь тебе особо никто не рад так же, как и мне и ты ничего не можешь сделать чтобы помочь им в борьбе с Волдемортом. – бесстрастно ответил Сириус. – Всё это так печально, что порой мне кажется, что рядом со мной блуждает парочка дементоров. На столько пусто и тоскливо становится на душе. – сказала я в темноту. – А ты почаще обращайся к свету. – посоветовал Сириус и кинул Клювокрылу тушку хорька.***
Жизнь в штаб-квартире организации, созданной для борьбы с Волдемортом оказалась спокойной и размеренной. Хотя члены Ордена Феникса регулярно приходили и уходили – в одних случаях они оставались ужинать, в других задерживались лишь для минутной беседы шёпотом (миссис Уизли позаботилась о том, чтобы до ушей (в том числе и снабженных Удлинителями) Гарри и его друзей ничего существенного не долетало). В последний день каникул, когда Гарри сметал со шкафа помет Букли, а я, лёжа на его кровати закидывала в рот сливочные помадки, в спальню вошел Рон с тремя конвертами. – Списки учебной литературы. – сказал он, бросая Гарри, стоявшему на стуле, один из конвертов. Подойдя ко мне, он вручил мне такой же. – Давно пора, я уж думал, они забыли, обычно присылали гораздо раньше... Гарри смёл последние кусочки в пакет для мусора и через голову Рона швырнул его в стоявшую в углу корзину, которая проглотила пакет и громко рыгнула. Потом разорвал конверт. Я сделала то же. В нём лежало два листа пергамента – на одном обычное напоминание, что учебный год начинается первого сентября, на другом список необходимых книг. – Новых только две. – прокомментировала я, прочитав список. – «Общая теория заклинаний» для пятого курса Миранды Гуссокл и «Теория защитной магии» Уилберта Слинкхарда. Хлоп! Рядом с Гарри в спальню трансгрессировали Фред и Джордж. – Мы тут задались вопросом: кто вставил в список книгу Слинкхарда? – сказал Фред как ни в чём не бывало и плюхнулся на кровать рядом со мной. – Потому что это означает, что Дамблдор нашёл-таки нового учителя защиты от Тёмных искусств. – подхватил Джордж. – Вовремя он, однако. – заметил Фред и отнял у меня коробочку с помадками. – О чём это вы? – спросил Гарри, спрыгнув на пол. – Несколько недель назад мы Удлинителем ушей подслушали один разговор родителей. – сказал Фред, жуя помадку. – И усвоили из него, что Дамблдор никак не может найти человека на эту должность. – Неудивительно, если вспомнить, что сталось с предыдущими четырьмя. – вставил Джордж. – Один уволился, другой умер, у третьего отшибло память, четвёртый девять месяцев провел в сундуке. – сказал Гарри, загибая пальцы. Вспомнив Локонса подписывающего фотографии для самого себя меня передёрнуло и Фред, заметив это зло зыркнул на Гарри, но тот лишь пожал плечами. – М-да, понятно. – Что с тобой, Рон? – вдруг поинтересовался Фред. Рон не ответил. Гарри обернулся. Я села на кровати. Рон неподвижно стоял, приоткрыв рот, и смотрел на письмо, присланное ему из Хогвартса. – Что там такое? – нетерпеливо спросил Фред и слез с кровати. Обойдя Рона, посмотрел на пергамент через его плечо. Нижняя челюсть Фреда тоже отвисла. – Староста? – проговорил он, не веря своим глазам. – Староста? Джордж метнулся вперед, вырвал у Рона из другой руки конверт и перевернул. На его ладонь выпало что-то алое с золотом. – Не может быть. – произнёс Джордж глухим голосом. – Ошибка. – сказал Фред. Выхватив у Рона письмо, он поднял его к свету, словно проверял на водяные знаки. – Никто в здравом уме не способен сделать Рона старостой. Близнецы разом повернули головы к Гарри. – Мы на все сто были уверены, что это будешь ты! – воскликнул Фред таким тоном, словно Гарри в чем-то его обманул. – Ребята, а чем вас Рон не устраивает? – недоумевая спросила я. – Мы думали, у Дамблдора и варианта другого нет, кроме Гарри! – негодующе подхватил Джордж. – И Турнир Трёх Волшебников выиграл, и чего только не совершил! – сказал Фред. – Я думаю, против него сработали всякие идиотские соображения. — сказал Джордж Фреду. – Дааа. – задумчиво произнес Фред. – Да, Гарри, слишком уж ты много хлопот им доставил. Что ж, по крайней мере мы увидели их предпочтения. Он подошел к Гарри и хлопнул его по спине, одновременно бросая на Рона уничтожающий взгляд. – Староста... Малышок Ронни – староста! – Фред, прекрати. – огрызнулась я, заметив, как Рон потупил взор. – Представляю себе мамину реакцию. Заранее тошнит. О-о-о! – простонал Джордж и с отвращением швырнул Рону обратно значок старосты, как будто мог о него испачкаться. – Господи, какие же вы идиоты! – выдохнула я и подошла к Рону, отталкивая руку Фреда которой он пытался меня удержать. Рон, который не сказал пока что ни слова, посмотрел на значок секунду-другую и протянул его мне, точно просил подтвердить его подлинность. Я взяла значок. Там стояло большое «С» поверх гриффиндорского льва. Точно такой же значок был на груди у Перси, когда я встретила его в школе «Хогвартс». Я передала значок Гарри. Дверь со стуком распахнулась. В комнату ворвалась Гермиона – щёки пылают, волосы развеваются. В руке она держала конверт. – Вы... вы получили уже?.. Она увидела в руке у Гарри значок и вскрикнула. – Я знала, знала! – восторженно объявила она и взмахнула своим письмом. Фред при этом одарил меня взглядом «Мы же говорили». – Я тоже, Гарри, я тоже! – Нет, нет. – быстро проговорил Гарри и сунул значок Рону. – Это Рон, а не я. – Что – это? – Рон староста, а не я. – объяснил Гарри. – Рон? – спросила Гермиона, да так и осталась с открытым ртом. – Но... Вы уверены? Я хотела сказать... Она покраснела. Рон посмотрел на неё с вызовом. – Письмо пришло на моё имя. – сказал он. – Я... – Гермиона была совершенно сбита с толку. – Ну... здорово! Поздравляю, Рон! Это просто... – Неожиданность. – подсказал Джордж и тут же получил от меня подзатыльник. – Нет... – Гермиона зарделась ещё ярче. – Почему, вовсе нет. Рон сделал массу всего... Он действительно... Дверь позади неё открылась чуть шире, и в комнату, пятясь, вошла миссис Уизли со стопкой свежевыстиранных мантий. – Джинни говорит, прислали наконец списки книг. – сказала она, мельком увидев конверты по дороге к кровати и начав раскладывать мантии на две стопки. – Дайте их мне, я отправлюсь сегодня в Косую Аллею и получу ваши книги, пока вы собираете вещи. Рон, я куплю тебе новые пижамы, эти короче нужного дюймов на шесть, ты невероятно быстро растёшь... Какого цвета ты хочешь? – Купи ему красные с золотом под цвет его значка. – съехидничал Джордж и ловко поймал мою руку, которую я занесла чтобы ещё раз ему треснуть. – Под цвет чего? – рассеянно переспросила миссис Уизли, скатывая пару бордовых носков и кладя их поверх стопки Рона. – Значка. – сказал Фред с видом человека, желающего побыстрей разделаться с самым худшим. – Его прелестного нового блестящего значка старосты. Слова Фреда не сразу вошли в сознание миссис Уизли, занятое пижамами. – Его... но... Рон, ты же не... Рон показал ей значок. Миссис Уизли вскрикнула, в точности как Гермиона. – Поверить не могу! Просто поверить не могу! Рон, дорогой мой, как чудесно! Староста! Это у нас уже семейная традиция! – А мы с Фредом, значит, не члены семьи? Соседи? – возмутился Джордж, когда мать, оттолкнув его, кинулась обнимать младшего сына. Джордж отдавил мне ногу, но я промолчала, понимая в чём дело. Все братья Уизли были старостами, но только не близнецы. – Вот отец обрадуется! Рон, я так тобой горжусь, какая прекрасная новость! А потом ты, может быть, станешь старостой школы, как Билл и Перси, это только первый шаг! Какая радость, какая радость среди этих волнений, я просто в восторге, Ронни... Фред и Джордж дружно издавали у неё за спиной рвотные звуки, но миссис Уизли ничего не слышала. Крепко обвив руками шею Рона, она осыпала поцелуями его лицо, которое краснотой уже превзошло значок старосты. – Мама... не надо... мама, успокойся... – бормотал он, отталкивая её. Она выпустила его и, с трудом переводя дыхание, сказала: – Ну, и что это будет? Перси мы подарили сову, но у тебя-то она уже есть. – Т-ты о чём? – спросил Рон, не смея поверить своим ушам. – Тебе полагается за это подарок! – с любовью воскликнула миссис Уизли. – Может быть, красивую новую парадную мантию? – Не надо, мы уже ему купили. – мрачно сказал Фред с таким видом, будто всей душой сожалеет о такой щедрости и взяв меня за руку потянул к себе и обнял за плечи. – Или новый котёл? Старый, который достался тебе от Чарли, уже ржавый-прержавый. Или, может быть, новую крысу? Ты ведь любил Коросту... – Мама, – отважился Рон, – а можно мне новую метлу? У миссис Уизли слегка вытянулось лицо. Метла – вещь недешёвая. – Не обязательно самую лучшую! – поспешил добавить Рон. – Просто... новую, старая очень уж надоела. Миссис Уизли заколебалась, потом улыбнулась. – Ну конечно можно... Так, хорошо, если ещё и метлу покупать, мне надо поторапливаться. До свидания, до свидания... Надо же, мой маленький Ронни – староста! И не забудьте уложить чемоданы... Староста... Я дрожу, я вся дрожу... Она ещё раз чмокнула Рона в щеку, громко шмыгнула носом и суетливо вышла из комнаты. Фред и Джордж обменялись взглядами. – Ничего, если мы не будем целовать тебя, Рон? – произнес Фред издевательски-участливо. – Можем, если хочешь, сделать реверанс. – добавил Джордж – Заткнитесь вы, ну! – сказал Рон, бросив на них злой взгляд. – А то что? – спросил Фред, по лицу которого расползалась ехидная улыбка. – Оставишь нас после уроков? – Вот бы посмотреть, как он попытается. – ухмыльнулся Джордж. – Ещё как оставит, если будете вредничать! – гневно воскликнула Гермиона. – Прости Рон, мне так за них стыдно. – участливо пробормотала я под дружный хохот близнецов. Рон пробормотал: – Ладно, девочки, хватит. – Джордж, а Джордж! Нам надо будет вести себя поаккуратнее. – сказал Фред, притворно задрожав от страха. – С этими двумя блюстителями порядка шутки плохи. – Да, похоже, нашим беззаконным шалостям пришёл конец. – сокрушённо покачал головой Джордж. И с очередным громким хлопком близнецы исчезли вместе со мной. – Фред! Я же просила не трансгрессировать вместе со мной! – перекрикивая их смех раздражённо выпалила я. – Да всё же хорошо, Сэл. Или ты считаешь, что я абсолютная бездарность? Не то что наш малыш Ронни! – просмеявшись сказал он. – И что я нашла в этом человеке! – шутливо воздев руки к потолку сказала я и отправилась собирать свой чемодан. Около шести вернулась из Косого переулка миссис Уизли с грузом книг и с чем-то длинным, завёрнутым в плотную обёрточную бумагу. На кухне миссис Уизли повесила над заставленным всякой снедью столом алое полотнище с надписью: ПОЗДРАВЛЯЕМ НОВЫХ СТАРОСТ- РОНА И ГЕРМИОНУ! – Сегодня у нас будет не простой сидячий ужин, а небольшой праздничный фуршет. – сказала она, когда я вместе с Гарри, Роном, Гермионой, Фредом, Джорджем и Джинни вошла в кухню. – Твой отец и Билл скоро будут здесь, Рон. Я послала им обоим сов, и они в восторге. – добавила она, сияя. Фред закатил глаза и подталкивая меня вперёд прошёл вглубь кухни. Сириус, Люпин, Тонкс и Кингсли Бруствер уже были здесь. Вскоре вошёл, тяжело ступая, Грозный Глаз Грюм. – Я так рада видеть тебя здесь, Аластор. – приветливо сказала миссис Уизли, когда Грозный Глаз скинул с плеч дорожную мантию. – Мы давным-давно ещё хотели тебя попросить: не мог бы ты заглянуть в письменный стол в гостиной и сказать, что там внутри? Мы не решились его открыть – вдруг там что-то действительно скверное. – Конечно, Молли... Ярко-голубой волшебный глаз Грюма крутанулся вверх и замер, уставясь в кухонный потолок. – Гостиная... – прорычал Грюм, и зрачок глаза сузился. – Стол в углу? Вижу, вижу... Да, это боггарт... Хочешь, чтобы я поднялся и разобрался с ним, Молли? – Нет, нет, я сама потом. – светясь, успокоила его миссис Уизли. – Отдохни, выпей. У нас тут, честно сказать, маленькое торжество... – Она показала на алое полотнище. – Уже четвёртый староста в семье! – с обожанием воскликнула она и взъерошила волосы Рона. Фред при этом больно стиснул моё запястье. – Перестань воспринимать это так остро Фред. – тихо шепнула я ему на ухо. – Лично я не перестала любить тебя меньше от того, что ты не был старостой. Фред довольно улыбнулся и чмокнул меня в щёку как раз, когда вошли Билл и мистер Уизли. Миссис Уизли была в таком хорошем расположении духа, что даже не стала им пенять на приход Наземникуса, которого они привели с собой. На нём было длинное пальто, которое в неожиданных местах странно топорщилось. Он категорически отказался его снять и положить вместе с дорожной мантией Грюма. – Ну что же, я думаю, напрашивается тост. – сказал мистер Уизли, когда все наполнили кубки. Он поднял свой. – За Рона и Гермиону новых старост Гриффиндора! Все выпили и поаплодировали. Рон и Гермиона сияли в ответ улыбками. – А я вот никогда не была старостой. – весело сказала Тонкс, когда все двинулись к столу положить себе на тарелки еды. Волосы у неё были сегодня помидорного цвета и доходили до талии; её можно было принять за старшую сестру Джинни. – Декан моего факультета сказал, что у меня нет кое-каких необходимых качеств. – Каких именно? – спросила Джинни, выбирая печёную картофелину. – Тех, какие нужны, чтобы самой хорошо себя вести. – объяснила Тонкс. Я рассмеялась вместе с Джинни, а у Гермионы был такой вид, точно она не знала, смеяться ей или нет. В порядке компромисса она сделала большой глоток из кубка со сливочным пивом и закашлялась. – А ты, Сириус? – спросила Джинни, хлопнув Гермиону по спине. Сириус, стоявший рядом с Гарри, издал свой обычный лающий смешок. – Никому в голову не могло прийти назначить меня старостой. Я только и знал, что на пару с Джеймсом сидел после уроков наказанный. Вот Люпин – другое дело, он был паинькой и ходил со значком. – Дамблдор, видимо, надеялся, что я смогу хорошо повлиять на моих закадычных дружков. – сказал Люпин. – Вряд ли нужно добавлять, что я потерпел в этом полный провал. – Мой отец в своё время тоже был школьным старостой. Только ничего хорошего из этого не вышло. – особо ни к кому не обращаясь сказала я и в кухне на мгновение повисла гробовая тишина. Сириус многозначительно кашлянул и все вернулись к беседе. Рон с упоением рассказывал всем, кто готов был слушать, про свою новую метлу. Фред сообщил мне, что должен забрать у Флетчера ядовитую фасоль Тентакулу и они с Джорджем отошли в сторонку. На кухне стало слишком шумно и я незаметно поднялась наверх и устроилась на лестничной площадке. Мимо меня прошла миссис Уизли похлопав меня по плечу. Чуть позже Гарри тоже поднялся по лестнице. – Ты слышишь? – спросил он настороженно. В гостиной кто-то рыдал. – Я думала мне показалось. Иногда я слышу что-то подобное после моего лечения. – ответила я. – Кто здесь? – спросил Гарри обходя меня. Ответа не было. Рыдания продолжались. Прыгая через две ступеньки, Гарри взбежал на лестничную площадку, пересек её и открыл дверь гостиной. Я не отставала. У тёмной стены, съёжившись, стояла женщина. В руке волшебная палочка, всё тело сотрясается от плача. На пыльном старом ковре в пятне лунного света, явно мертвый, лежал Рон. Мне показалось, что я проваливаюсь сквозь пол. Мозг точно заледенел – Рон погиб, нет, не может быть... Но погодите – этого же действительно не может быть... Рон внизу... – Миссис Уизли? – хрипло спросил Гарри. – Р... р... ридикулус! – прорыдала миссис Уизли, трясущейся рукой направляя волшебную палочку на тело Рона. Хлоп. Мёртвый Рон превратился в мертвого, распластанного на спине Билла. Глаза пустые, остекленевшие. Миссис Уизли зарыдала ещё громче. — Р... ридикулус! – крикнула она опять. Хлоп. Теперь на полу лежал уже не Билл, а мистер Уизли. Тоже мёртвый. Очки съехали, по лицу течёт струйка крови. – Нет! – простонала миссис Уизли. – Нет... Ридикулус! Ридикулус! РИДИКУЛУС! Хлоп. Мёртвые близнецы и пол окончательно ушёл у меня из-под ног. Осев по стене на пол, я судорожно вдохнула ртом воздух и из глаз хлынули слёзы. Хлоп. Мёртвый Перси. Хлоп. Мёртвый Гарри и из моей груди вырвался протяжный стон. – Миссис Уизли, выйдите отсюда! – закричал Гарри, глядя на свой собственный труп. – Пусть кто-нибудь другой... – Что тут происходит? В комнату вбежал Люпин, за ним, немного отстав, Сириус. Вдалеке послышались тяжёлые шаги Грюма. Люпин посмотрел на миссис Уизли, потом на безжизненное тело Гарри и мгновенно всё понял. Вынув волшебную палочку, он очень твёрдым и ясным голосом произнёс: – Ридикулус! Мертвый Гарри исчез. Над местом, где он лежал, в воздухе возник серебристый шар. Люпин ещё раз взмахнул волшебной палочкой, и шар пропал, сделавшись струйкой дыма. – О... о... о! – давилась миссис Уизли. Потом, закрыв лицо руками, дала волю рыданиям. – Молли. – сдержанно сказал, подойдя к ней, Люпин. – Молли, не надо... Миг спустя она заливала слезами его плечо. – Молли, это был всего-навсего боггарт. – успокаивал он её, гладя по голове. – Всего-навсего жалкий боггарт... – Я т-т-то и дело вижу их мёртвыми! – горько жаловалась миссис Уизли, а мне от этих слов хотелось кусать локти. – То и д-д-дело! Мне в-в-всё время это снится... Сириус разглядывал то место на ковре, где только что лежал боггарт, принявший вид мёртвого Гарри. Грюм смотрел на Гарри, но тот отводил глаза. – Н-н-не говорите Артуру. – всхлипывала миссис Уизли, яростно утирая глаза рукавом. – Н-н-не хочу, чтобы он знал... вот ведь какая я глупая... Люпин подал ей платок, и она высморкалась. – Прости меня, Гарри. Что ты будешь теперь обо мне думать? Селеста, милая, успокойся. — дрожащим голосом проговорила она. – От боггарта не могла избавиться... Сириус обернувшись в поисках меня подошёл к стене и подал мне руку, помогая подняться на ноги. – Ну что вы. – запротестовал Гарри, пытаясь улыбнуться. – Просто я с-с-совсем извелась. – сказала она, и слёзы снова брызнули из глаз. – Половина с-с-семьи в Ордене, это б-б-будет чудо, если мы все уцелеем... Фред связал свою жизнь с дочерью Сами-Знаете-Кого… А П-П-Перси с нами не разговаривает... Что, если случится к-к-какая-нибудь беда, а мы с ним т-т-так и не помиримся? А если мы с Артуром п-п-погибнем, кто позаботится о Роне и Джинни? Сириус стиснул мои плечи. – Молли, перестань. – твёрдым голосом сказал Люпин. – Сейчас всё не так, как в тот раз. Орден лучше подготовлен, и мы начали вовремя, мы знаем, чего хочет Волдеморт... Услышав это имя, миссис Уизли в ужасе вскрикнула. – Стыдно, Молли, когда же ты наконец привыкнешь... Пойми, я не обещаю, что никто не пострадает, никто никогда этого не может обещать, но мы в гораздо лучшем положении, чем в прошлый раз. Ты не понимаешь, потому что не была тогда в Ордене. В прошлый раз на каждого из нас приходилось двадцать Пожирателей смерти, и они расправлялись с нами поодиночке. – Насчет Перси не беспокойся. – прозвучал у меня над ухом голос Сириуса. – Он приползёт обратно. Это всего-навсего вопрос времени. Как только Волдеморт выступит в открытую, Министерство полным составом запросит у нас прощения. И я лично не уверен, что прощу. – закончил он с горечью и так сильно сжал мои плечи, что мне стало больно. – У Фреда своя голова на плечах и к тому же Сэлли не её отец, когда вы все наконец это поймёте? А что касается судьбы Рона и Джинни, если вы с Артуром погибнете. – сказал Люпин, еле заметно улыбаясь. – Ты что думаешь, мы дадим им умереть с голоду? На лице миссис Уизли проступила дрожащая улыбка. – Вот ведь какая я глупая. – повторила она, утирая глаза. Сириус отвёл меня в комнату и немного посидел со мной и подождал пока меня перестанет трясти. – Ты как? Порядок? – спросил он, поднимаясь с кровати. – Сириус, Люпин сказал, что я не мой отец, но я… я убила человека… – тихим шёпотом выдохнула я. Тёмная фигура Сириуса напряглась. Он шумно вдохнул и выдохнул. Заложив руки за голову, он спросил: – Хочешь, чтобы я остался? Я утвердительно закивала. – Ты говорила об этом кому-то ещё? – присев обратно поинтересовался он. – Дамблдор знает и Северус. – прошептала я и свернулась в комочек. – Ну раз Дамблдор знает, то он оправданно допустил тебя до нас. Значит он в тебе уверен и всецело доверяет. – успокаивал меня Сириус. – Ты не будешь меня обвинять? – удивилась я. – Я не судья и не Министр магии, я не могу тебя обвинять. Но давай договоримся, – он взял меня за руку, – ты никому больше об этом не расскажешь и даже Фреду. – Я не могу ничего обещать, Сириус. Мой отец знает способы – чтобы заставить меня поступать так как ему хочется. – Но он сейчас далеко. Не думай о нём. Ближайшие, месяцев девять – ты будешь в полной безопасности в Хогвартсе.
