Ich steig Dir nach

Один и тот же сон. Я снова просыпаюсь в холодном поту, пытаясь осознать, что из этого реальность, а что игра подсознания. В комнате душно. Встаю с постели, нечаянно потревожив покой своего питомца. - Ррррр, - пробурчал тот с недовольством. - Прости, Перри, - погладил я мягкую шерстку утконоса. Распахнул окно, а сам сел на подоконник. Свежий ночной воздух ворвался в комнату, наполнив её ароматом цветущей виргинской магнолии. Это немного успокоило меня. Мысли, однако, вновь вернулись к сновидениям. На протяжении нескольких лет мне снится незнакомый парень. Всякий раз по-разному: вот мы сидим под деревом и планируем, чем займёмся в этот день; вот поехали куда-то всей семьёй и этот парень тоже с нами, будто родственник; вот вдвоем возвращаемся из школы. Ситуаций множество, неизменно только одно: незнакомец всегда рядом. Он, я бы сказал, не дурен собой, привлекателен, всегда молчалив, и у него зелёные, словно весенняя трава, волосы. А главное, не посчитайте меня за сумасшедшего, но у меня возникает чувство, что мы понимаем друг друга без слов, наши мысли передаются по воздуху. И, серьезно, я совершенно не знаю этого человека. До сих пор эти сны остаются для меня загадкой. Разве может снится человек, которого никогда не встречал в жизни? Уж я бы запомнил, будь всё иначе. Моя семья состоит, кроме бабушек и дедушек и меня, из трех человек: мамы, старшей сестры и отчима. Пожалуй, было бы несправедливо так называть его, этот мужчина по-настоящему заменил мне отца, которого я никогда не знал. Он очень хороший человек, добрый, отзывчивый, посвятивший нам всего себя. Это всё к тому, что знаю всех своих родных и среди них нет зеленоволосого. Но...признаться честно, всегда мечтал иметь брата, именно как того, из снов. Звучит глупо, наверное... Ни ярким звёздам, что рассыпались по тёмно-синему бархату неба, ни серебристой луне, чей свет озаряет мою спальню, не в силах исполнить заветное желание. Тяжело вздохнув, я слез с подоконника, прикрыл окно и снова лёг в постель. На этот раз спал без сновидений. *** Утром меня разбудил запах чего-то пряного. Кажется, пахнет яблочным пирогом с корицей Кендэс. Сладко подтянувшись, я, наконец, разлепил веки. Если моя сестрица приготовила вкуснятину, не стоит продолжать валяться в постели! Наскоро одевшись, я спустился вниз. - Доброе утро, малявка! - весело сказала моя дорогая сестренка. - Утро доброе, Candy shop, -в тон ей, поздоровался я, целуя Кендэс в щеку. Это наше обычное приветствие, устоявшееся с годами. Раньше, когда мы с ребятами мастерили разные штуковины во дворе, она всякий раз пыталась рассказать об этом родителям. Но ничего не получалось, невероятным образом наши изобретения исчезали со двора в тот момент, когда мама приближалась к дому. Ещё одна загадка моей жизни. Теперь сестре 20, совсем взрослая... - Ты решила меня побаловать? - потирая руки в предвкушении, спросил я. - У меня хорошее настроение, - отмахнулась она. - Где родители? - накладывая себе пирог, поинтересовался у Кенды. - Поехали к бабушке с дедушкой, так что я за старшую на ближайшие пару дней! - Круто! - присвистнул я. - Чем планируешь заняться? - Не знаю, позвоню Стейси, она хотела прошвырнуться по Моллу. Может ещё не передумала. - А Джереми? - Обещал позвонить вечером. Мне показалось, или сестра сказала это с грустью и...тревогой? - Все в порядке? - сомкнув брови, спросил я. Налила себе кофе и села за стол. По её лицу я понял, что Рыжая переживает. - Он хочет поговорить. Серьезно поговорить. - вертя ложку в нервных пальцах, наконец произнесла она. С тех пор, как Кендэс перестала меня «прижучивать», и смирилась с существованием меня таким, какой я есть, мы с ней стали близкими друзьями. Делились произошедшим, доверяли секреты, переживания сомнения. Словом, настоящие брат и сестра. - Ты боишься что он хочет тебя бросить? Кивок. Так, все понятно, моей сестре «снова 15». Пусть и младший, но кто ещё поддержит так, как я? Встал из-за стола и обнял ее за плечи. - А ты не пробовала думать, что Джереми хочет предложить тебе действительно серьезное? Сколько лет вы вместе. Кенду словно озарило просветление. Она улыбнулась. - Ты же знаешь, я всегда сначала думаю о плохом. Наверное, чтобы не было больно, когда замок оказывается воздушным. - Не думаю, что это подходящая мысль! Помни, я всегда в тебя верю сестрёнка и горжусь тем, что являюсь твоим братом! Все будет хорошо, не гони лошадей! - и обнял свою трусишку как можно крепче. - Спасибо тебе, - девушке действительно полегчало. - Позвони Стейси, а я помою посуду. - предложил я. Рыжая благодарно посмотрела на меня и умчалась за мобильником. Справившись с тарелками, я вышел во двор, прихватив с собой блокнот и ручку. Детство прошло, а привычка сидеть под деревом и выдумывать очередной план, осталась. Чертежи заменили тексты песен. Неизменной осталась наша компания: Изабелла, Балджит и Бьюфорд. Нынче мы вполне популярная «альтернативная» группа. Первый альбом разошелся, как горячие пирожки на перроне вокзала. Я пишу тексты, Иззи у нас вокал, Бьюф на ударных, Балджит, с его хрупкой внешностью и тонкими пальцами, оказался отличным клавишником. Гитара тоже досталось мне. Музыку пишем вместе. К общему облегчению, раздоров в нашей группе не бывает. Обычно, наоборот, но мы настолько хорошо изучили друг друга за эти годы дружбы, что научились обходить подводные камни характеров и идти на поводу не считается постыдным. Мне вспомнился сон. В душе давно назревало что-то поэтому поводу, и сейчас созрел текст. Не знаю, удастся ли положить его на музыку, но это не так важно. Строчки ложились на бумагу будто сами собой. Я ищу тебя в машинах, Твое отражение в витринах, Твой голос среди тысячи... Где же ты? Прокуренные вторники, Спешащие куда-то школьники, А я среди них как застывший миг И до сих пор не знаю, куда мне идти... Я ненавижу сырость, но дождь скрывает слезы И мои несбывшиеся грезы... Я как актёр немого кино, Играю главную роль в этой пьесе абсурда... Я знаю, зажжется огонь, Знаю, переживу эту боль... Будет еще в моем сердце покой, Может быть, даже рядом с тобой. Я ищу тебя в машинах, Твое отражение в витринах, Я знаю, ты на свете есть, И каждую минуту лишь тобой живу, Тобой дышу во сне и наяву... Подумав, исправил «актера» на «актрису», ведь петь Изабелле. Надеюсь, она не сочтёт, что я писал ей. Знаю, нравлюсь этой девушке, но ответить взаимностью пока не могу. Как ни странно, истерик не закатывает, вполне возможно, что у неё не серьезно. Иззи хорошая подруга, но не более. Не для меня. Перечитав стих, нашёл его несколько слащавым. Переделывать отчаянно не хотелось, он выражал мои эмоции как нельзя лучше. Вложил чувства к зеленоволосому парню из снов. Смешно, правда? Какие могут быть чувства к незнакомому человеку, да ещё и плоду воображения? Однако, на то мне и 15, чтобы быть странным. А ведь раньше увлекался физикой, механикой, чего только не изобретал! И нате, пишу вот такое. Смешно... - Привет, Финес! - во двор проникла черноволосая подруга. - Чем ты занят? Она прошла ко мне и заглянула через плечо. - Новый текст? - спросила она, беря из моих рук блокнот. «А то ты не видишь!», чуть было не ляпнул я. Почему-то именно в этот момент я обозлился на неё. Остынь, Фини, она ведь не виновата в твоих снах. - Да, набросал кое-что. - как можно спокойнее и приветливее, ответил я. - Что думаешь? - Мне очень нравится! - зарделась Гарсиа-Шапиро. - Так чувственно... - она посмотрела на меня томным взглядом. Ну вот, только этого не хватало... Положение спасли Бьюфорд и Балджит. - Здоров, Рыжий! - пробасил наш задира. - Чем порадуешь? - Финес написал отличный текст, - ответила за меня Иззи и предала Бьюфу блокнот. Индус прочитал первым и как-то странно покраснел. Здоровяк смерил меня изучающим взглядом, но от комментариев воздержался. - Сойдёт, - кинув мне песенник, сказал он. - А что с музыкой? - спросил Балдж. - Пока не знаю... - ответил я. - Честно говоря, сомневаюсь, что это можно «положить» на музыку. - Никогда не сдавайся! - с характерным акцентом наш умник начал было лекцию, но задира остановил. - Чего сидим? Пошли репетировать! - и он зашагал, будто генерал, в направлении гаража, где стояли инструменты. Я поднялся с земли. Как скажешь... После нескольких часов труда мы были вознаграждены немногими черновиками, исписанными нотами. Полноценной музыки у нас не было. Что-то я сегодня не в духе. Окончательно доконали дурацкие сны и я не находил покоя потому, что не знал истины. Кто же ты, парень?! Почему так упорно не выходишь из головы?! - Эй, малышня, хватит шуметь! Как насчёт перекусить? - не заметил, как вернулась сестра. Уже начинало темнеть. Ребята согласно загалдели. Да, поесть не мешает. - Продолжим? - после непродолжительного «подкрепления», спросил Балджит. - Думаю, на сегодня достаточно, - ответил я. Хотелось поговорить с Кэндис наедине. Друзья пожали плечами и согласились. Наконец, они разошлись. - Ты в порядке, братец? - рыжая знает меня, как облупленного. Я вздохнул. Странно говорить сестре о своих глупых снах, но и держать все в себе казалось больше невозможным. Кендэс внимательно выслушала, не перебивая. - Братик, - она обняла меня. - Я не знаю, почему и зачем, да и какой в них смысл, скажу одно: не придавай им значение. Понимаю, легко сказать, так же представляю, как ты обеспокоен, но это и правда всего лишь сны. Успокойся, пусть этот парень приходит дальше, может он ангел-хранитель, например. Давай лучше я расскажу тебе кое что. - она ласково посмотрела на угрюмого меня. Я только кивнул. - Мама звонила, сказала что они возвращаются. - Почему? - безучастно спросил, всё ещё поглощенный своими мыслями. - Ей звонил наш мэр, он организовал для вашей группы концерт в Англии! - Шутишь? - Я аж подскочил на диване, уставившись на Кендэс огромными от изумления глазами. - Ни капли, - серьезно ответила она. - И когда он состоится? - затаив дыхание, спросил я. - Роджер дал на всё про всё неделю. Группе следует хорошенько подготовиться, от вас требуется только это, остальное - за счёт бюджета города. Я был готов летать от счастья. Схватив сестричку за руки, закружил по комнате, вопя, словно «престарелая» девка, которую наконец-то позвали замуж. Рыжая только смеялась, глядя на меня. Отпустив её, помчался звонить ребятам. Оказывается, они тоже были в курсе. На завтра назначена встреча с мэром, обговорим детали поездки. Проболтали до самой ночи. Таким окрылённым я давно себя не чувствовал. Не было никакого беспокойства, несмотря на то, что мы в первые выступали за пределами Америки. «Так, успокойся, иначе не уснёшь!», сказал я себе, ложась в постель. Перри устроился в ногах, что-то бурча во сне. Интересно, что снится утконосам? Погладил его мягкую шерстку. Везет беззаботному. И опять этот парень. Я вижу темную комнату, освещаемую лишь светом уличных фонарей. Он сидит в позе лотоса, в его руках чёрная гитара, зеленые волосы растрёпаны в кажущемся беспорядке. Пальцы наигрывают мелодию, взгляд устремлён куда-то в окно. Эта музыка... Не может быть!!! Я резко проснулся. Вскочив с кровати, включил настольную лампу и сел за стол. Нужно быстро записать, пока помню. Рука еле успевала за мыслями, и очень скоро нотный стан оказался заполнен. Потом второй, третий. На этом я иссяк, абсолютно довольный. Зеленоволосый играл мелодию, которая совершенно идеально подходила моему утреннему тексту! Не верится, что такое вообще возможно. Да кто же ты, парень?! Ответь мне!! За все время, что я тебя вижу, ты не разу не назвал свое имя! Просидев ещё несколько минут, я выключил свет и, со смешанными чувствами, лёг спать.