Безумие на бумаге

      – Кто она? – малышка с непониманием смотрела то на неё, то на несчастного парня, который даже не знал с чего начать. – Кто эта девушка?       – Меня зовут Маринетт Дюпэн-Чэн, – она ласково улыбнулась ребёнку и уверенно протянула ей руку. – Можешь звать просто Мари.       – А меня Рейна, – всё ещё цепляясь ручкой за шею Адриана, девочка наклонилась вперёд, чтобы сжать в ответ её пальцы. – Рейна Леблонд.       – А вы не хотите объяснить, какое вообще имеете отношение к этому ребёнку? – будто бы опомнившись, прошипела недовольная женщина, нервно постукивая туфелькой по паркету. – Близких родственников у них нет, я это точно знаю. Так каким боком сюда записались Агресты?       – Не ваше дело, – огрызнулся на неё блондин, отвечая с откровенной неприязнью. – Вы получили свои бумажки, поэтому можете пока расслабиться.       – Пока?! – она начала хватать ртом воздух, готовясь выдать очередную нелицеприятную тираду. – Хочешь сказать, что и дальше планируешь нас шантажировать?!       – Я же не требую с вас баснословные суммы денег или часть акций вашей компании, – он сухо фыркнул, аккуратно опустив девочку на ноги, и взял её за ручку. – Я просто хочу время от времени водить Рейну развлекаться. Ведь вы уже благополучно забыли, что являетесь родителями. Вы взяли на себя такую большую ответственность, приняв в семью двух прекрасных ребятишек, а теперь, когда шумиха вокруг Леди Баг улеглась, они внезапно стали для вас обузой.       – Да что ты можешь в этом понимать, мальчишка, – женщина смело шагнула за порог, останавливаясь прямо напротив него. – Мы дали этим детям крышу над головой, когда весь город отвернулся от них! Раз уж ты такой всезнающий, то должен помнить, что натворили их родители.       – Папа ни в чём не виноват! – тут же вскричала девочка, топнув ножкой, и прожгла свою «мать» неприязненным взглядом. – Это был несчастный случай!       В этот же момент Маринетт уловила какое-то движение позади злой дамочки и опустила глаза вниз. Крепко вцепившись рукой в её светлую брючину, там стоял мальчишка с довольно таки хмурым видом, который до жути напоминал ей Адриана. Те же самые растрёпанные светлые волосы и невероятно яркие зелёные глаза, в которых сейчас плескалась столь неподдельная лютая ненависть, свойственная, на её памяти, лишь одному Нуару.       – Кайн, иди в дом! – пуще прежнего разозлилась женщина и попыталась отцепить от себя мальчика. – Не влезай во взрослые разговоры.       – Не отпускайте мою сестру с ним, – тихо прошипел парень, ни на секунду не отрывая своего взгляда от беспристрастного лица Адриана, который явно старался скрыть боль за этой маской безразличия. – Как вы можете отдавать её в руки незнакомого человека?       – Не суйся, – кажется, мамаша была на грани, поэтому, схватив ребёнка за шиворот, начала подталкивать его к двери. – Ну что за наказание! Да будет твоя Рейна дома уже вечером, так что хватит закатывать мне истерики!       – А ну, отцепись от него, – злобно процедила Маринетт, сильно сжав локоть её руки, которой та держала извивающегося мальчика.       – Маринетт, мы уходим.       Она резко повернула голову назад, уже готовясь с жаром высказать всё, что об этом думает, но увидела его глаза и резко передумала. Давно она не видела в них такой пустоты и безысходности, разбавленной бесконечным сожалением. Да что, чёрт возьми, происходит? Почему он забрал только девочку, а её брата оставил тут, с этими ужасными людьми?       – Проваливайте, пока я не передумала, – женщина вырвала руку из её ослабевших пальцев и затащила Кайна в дом. – Если до десяти её тут не будет, я вызову копов, – в следующий же момент перед носом девушки громко захлопнулась дверь.       – Да уж, не очень весёлое начало прогулки у нас выдалось, – мучительно рассмеялся парень и отвернулся от особняка, продолжая сжимать ладошку расстроенного ребёнка. – Пойдёмте. Рэн должен скоро подъехать, а нам идти до туда пешком минут двадцать.       – Рэн тоже придёт? – радостно заверещала малышка, чуть ли не прыгая от счастья, и совсем не замечала плетущуюся позади них девушку. – В этот раз я планирую ободрать его, как липку!       – Маленькая Леди совсем не щадит моего бестолкового друга, – Адриан с наигранным укором посмотрел на девочку. – Ты же знаешь, он почти все свои сбережения спускает с тобой в игровых центрах. Может, хотя бы сегодня пожалеешь беднягу и не станешь играть с ним на деньги?       – Ещё чего, – Рейна театрально откинула за спину белокурые локоны и начала постукивать пальчиками по надутым губкам, как бы размышляя. – В тот раз он даже умудрился отыграть половину обратно. У него начинает получаться всё лучше и лучше! Сегодня я должна как следует постараться и выдоить из него всё до последней жалкой монеты, пока он не стал профи.       – Женщины такие страшные создания, – тихо посмеялся блондин и тут же, кое о чём вспомнив, повернулся назад. – Мари, ты чего отстала? Нам стоит поторопиться.       – Расскажи мне всё, – без лишних слов ввернула Маринетт, поравнявшись с этой парочкой, и встала с другой стороны от надувшейся малышки. – Объясни, что происходит?       – А мы можем оставить этот неприятный разговор до вечера? Незачем ещё больше портить и так незадавшийся день, – попытался соскочить с темы парень, с беспокойством поглядывая на Рейну, которая всё больше мрачнела. – Всё-таки мы идём развлекаться.       – Нет, ты расскажешь мне всё сейчас, – твёрдо произнесла девушка, сжимая руки в кулаки. – Хватит держать меня в неведении, Адриан. Ты просил меня тебе поверить и не задавать лишних вопросов, и я это сделала. Тогда почему ты так упорно отказываешься мне доверять? Неужели на меня совсем нельзя положиться? Прекрати тащить всё на себе. Это ни к чему хорошему не приведёт.       – Да кто она такая, – капризно дёргала его за рукав Рейна. – Кто эта девчонка?       – Моя девушка.       Вся троица мгновенно остановилась на месте. Две очень злые женщины не переставали буравить его тяжёлым тягучим взглядом, пока Адриан стоял и устало вздыхал, прикрывая ладонью глаза. Кое-как справившись с собой, он вкрадчиво продолжил:       – Маринетт моя девушка, а так же Леди Баг, – при этих словах глаза малышки до невозможности расширились. – Мы стали встречаться недавно, поэтому у меня не было возможности тебе рассказать.       – Она знает, что ты Нуар, – Маринетт не спрашивала, а утверждала. – Надо полагать, Кайн тоже в курсе?       – Да, и он до сих пор не может меня простить. Поэтому я и не забрал его, Мари. Он не хочет находиться со мной рядом и настроен также решительно относительно своей сестры. То, что хотя бы Рейна не отвернулась от меня, действительно уже невероятно.       – Но это не твоя вина! Хоть я и забилась, как последнее ничтожество, в угол того магазина, я всё равно всё видела. Ты никак не причастен к смерти Лиа. Прекрати себя за это винить.       – Дело не в этом, – безжизненно буркнула девочка, посмотрев на неё потускневшими сапфировыми глазами. – Кайн всё прекрасно понимал и никогда не говорил ничего подобного. Он никогда не обвинял Адриана в произошедшем и был полностью на его стороне. До определенного момента.       – Он ненавидит того, кем я стал, – скривился парень, делая шаг вперёд и заставляя их следовать за ним. – Лиа была для него идеалом, примером для подражания. Он всегда с таким восторгом рассматривал наши костюмы, когда мы пробирались по ночам в приют, чтобы навестить детей. Кайн говорил, что когда вырастет, обязательно сменит меня на посту Кота Нуара, чтобы оберегать свою сестрёнку и спасать этот город вместе с ней.       – Да он чертовски ревновал тебя к ней, – еле слышно хихикнула малышка, взгляд которой немного потеплел от драгоценных воспоминаний. – Всё время ходил за вами хвостиком, не оставляя и шанса побыть наедине. Чем я, кстати, бессовестно пользовалась.       – Эта мадам уже тогда всячески пыталась ко мне подкатывать, – весело рассмеялся блондин, слегка щёлкнув её по носу. – Эти двое никак не могли смириться с нашей парочкой и упорно тянули одеяло на себя.       – Адриан, ты же хочешь их забрать? – вернула обоих с небес на землю Маринетт. – Мы обязаны их забрать. Я не могу спокойно смотреть на то, что происходит в этой ненормальной семейке.       – Пока что всё сложно, – ответила первой Рейна, посильнее сжав его большую ладонь. – Я каждый день пытаюсь с ним об этом разговаривать, но он и слушать не хочет. Светлый образ моей сестры слишком сильно отпечатался в его сознании, поэтому он не может простить Нуара. По его мнению, Кот втоптал репутацию героев нашего города в грязь и заставил людей презирать их. Он не принимает такого Нуара.       – Но ты приняла, – Мари с интересом посмотрела на девочку, и через пару секунд она ответила ей таким же заинтересованным взглядом. – Как ты смогла принять такую его сторону после того, каким видела его раньше? Было тяжело?       – Я не раздумывала ни секунды, – упрямо встряхнул головой ребёнок и вызывающе продолжил: – Как можно быть такими глупыми, чтобы не одуплять очевидных вещей? Даже я, которой отроду всего десять лет, понимаю, каково пришлось Адриану, который вынужден был убивать, чтобы спасти Париж, населённый, судя по всему, одними идиотами. Даже когда я услышала, что он убивает обычных преступников, это не вызвало во мне ничего, кроме благодарности. А всем этим радужным деткам, счастливо живущим спокойной размеренной жизнью и не видящим ничего дальше вытянутой руки, можно только посочувствовать. Когда-нибудь горе затронет и их семьи, после чего они начнут вопить и вопрошать, где же был этот безжалостный убийца, которого в нужный момент рядом не оказалось. Что не делай ради людей, а они всегда найдут повод тебя ненавидеть. Так зачем даже пытаться? Пустая трата времени.       – Такова человеческая натура, – парень нежно погладил девочку по белокурой головке, надеясь успокоить поднимающуюся бурю. – Люди слишком привыкли к нам. Они привыкли, что как только что-то пойдёт не так, герои обязательно примчатся и всё исправят, как обычно обойдясь без потерь. Они до сих пор живут в этом выдуманном идеальном мире, отказываясь принимать жестокую реальность. Они настолько обезумели, что уже перестали обращать внимание на Бражника, из-за которого, кстати, я и был вынужден убивать. Они борятся не с причиной, они пытаются устранить следствие. Я не намерен больше спасать этих идиотов, пусть катятся к чёрту. Я слишком устал от всего этого дерьма.       – Это же машина Рэна! – радостно воскликнула Рейна, завидев вдали чёрную громадину, стоящую почти у самого входа, где, кстати, парковаться нельзя. – Я побежала! Догоняйте!       – Невероятный ребёнок, – на лице Маринетт появилась понимающая улыбка, пока она смотрела вслед быстро убегающей девчонке. – Не удивительно, что ты так привязан к ней.       – Я вообще не понимаю, что в наше время происходит с детьми, – криво усмехнулся Адриан, мягко сжав её пальчики. – Сначала Рейна, а потом ещё и Селеста. Почему дети принимают нас тогда, когда взрослые упорно желают нам смерти? Может, мы просто плохо на них влияем? Может, нам не стоило вмешиваться в их жизнь?       – Думаю, дело совсем в другом, – покачала головой Мари. – В отличие от взрослых, детям не с чем сравнивать. Они просто впитывают новую информацию и делают выводы, основываясь на своих моральных убеждениях. Кайну с этим труднее, ведь он так сильно любил свою старшую сестру. Да он и не бежит за мнением толпы, это его собственное решение. Рейна же до безумия тебя любит. Она помнит, каким ты был раньше, поэтому ненавидит всех этих нелюдей так же сильно, как и я. А у Селесты, сам знаешь, жизнь была нелёгкой. Она благодарна тебе за то, что ты поставил жирную точку в деле её погибшей сестрёнки. После этого она вряд ли когда-нибудь сможет смириться с тем, что где-то по нашему городу разгуливают такие же отбитые куски дерьма, как и тот, которого ты убил. У каждой из них есть причина, чтобы поддержать нас. Адриан, что в этом ужасного? Мне вот стало намного легче, когда Селеста сказала, что понимает и принимает меня полностью такой, какая я есть. Не думай об этом слишком много и позволь нам с Рейной любить тебя просто за то, что ты есть в нашей жизни. Перестань думать о себе, как об убийце.       – Ну вот, ты заставляешь меня краснеть, – неслышно буркнул парень, отворачивая от смеющейся девушки красное лицо. – Ты стала выражаться слишком прямо, чем иногда сбиваешь меня с толку.       – А разве это плохо? – пихнула его локтём Маринетт, улыбаясь ещё шире. – Разве тебе не легче, когда ты знаешь, что у меня на уме?       – Намного, – он облегчённо выдохнул и тут же нахмурился, вглядываясь в нелепую картину в десятке метров от них. – Да что там происходит?       – Ты что себе позволяешь?! – яростно кричала Рейна, стоявшая рядом с открытой дверцей пассажирского сидения, и размахивала руками. – Это моя добыча!       – В чём дело? – девушка подошла к машине и заглянула внутрь, после чего её губы изогнулись в усмешке. – Развлекаетесь?       – Да она три раза подряд меня нагнула! – запричитал Рэн и с досадой швырнул несколько карт на переднее сиденье. – Маринетт, как тебе только в голову пришло вытащить с нами этого малолетнего шулера?!       – Дядя, умей проигрывать, – невозмутимо фыркнула Селеста и выхватила из его кармана несколько крупных купюр. – Ты с каких гор спустился? Такое чувство, что ты в первый раз карты увидел.       – Адриан, что это за девчонка, – не переставала верещать Рейна, тыкая в неё пальцем. – Очередная твоя барышня? Сколько у тебя их вообще?!       – Вообще-то, это моя барышня, – спокойно ответила Мари, хватая на руки счастливого ребёнка, который тут же обхватил её ручками и блаженно уткнулся в шею.       – Адриан, у неё есть ребёнок? – с непониманием спросила девочка. – Тебе так позарез хочется стать папашей?       – Сколько по-твоему мне лет, – громко возмутилась Маринетт. – Можешь считать, что это моя сестра.       – Что-то вы малость не похожи, – с подозрением прищурилась малышка, по очереди рассматривая обеих. – Вы ничего от меня не скрываете?       Адриан закатил глаза и приложил к её уху ладошку, после чего серьёзно начал что-то шептать. С каждым словом на личике Рейны становилось всё меньше подозрения, и вскоре она совсем расслабилась. Напоследок он пару раз успокаивающе хлопнул её по плечику и шумно выдохнул.       – Думаю, для всех нас этот день станет намного проще, если мы посвятим Селесту в нашу маленькую тайну. Честное слово, я с ума сойду, если придётся шифроваться всё это время.       – Я и так уже всё поняла, – с гордостью сообщила им малышка под удивлёнными взглядами всех присутствующих. – Мари, я никак не могу взять в толк, что тебя в нём привлекло?       – Что? – только тупо переспросила Маринетт, глядя на сочувствующее лицо девочки.       – Ну, я знаю этого господина, – Селеста ткнула пальцем через плечо в сторону Адриана. – Его смазливая рожа долго мелькала на страницах журналов, так что Адриана Агреста не узнает только слепой. Маринетт, на твоём месте я бы ещё несколько раз хорошенько подумала, прежде чем связываться с ним. Это же модель. Ты в курсе, какое у этих придурков самомнение? Я не спорю, ты достаточно крута, чтобы завязать роман на стороне, и я тебя не осуждаю. Только вот ты не боишься, что об этом узнает наш общий знакомый? Мне бы очень не хотелось, чтобы ваши отношения испортились из-за такой вот мелочи, – она ещё раз бесцеремонно указала на малость ахуевшего парня.       – Беру свои слова обратно, – Рэн согнулся пополам, громко заливаясь, и похлопал остолбеневшего друга по спине. – Эта девчонка просто нечто.       – Видишь ли, – девушка покусывала губу, чтобы самой не начать громко ржать, ведь лицо Адриана сейчас было на вес золота. – Дело в том, что это и есть наш общий знакомый.       – Очень смешно, Маринетт, – звонко хохотнула малышка, чем вызвала новый приступ у Рэна, который еле удерживал Адриана, готового сорваться в любой момент. – Ты ведь не ожидаешь, что я поверю в этот бред? Это невозможно.       – А ну-ка, смотри сюда, – не выдержал парень, подлетая к ним, и со злостью начал шарить рукой в сумке. – Меня так никогда не оскорбляли.       – Эй, убери от меня свою клешню, – протестующе заголосил Плагг, которого вытащили за шкирку под округлившимися глазами Селесты. – Я тебе это припомню!       – Это ещё кто, – девочка протянула ручку и почесала за ушком извивающегося котёнка, что мгновенно расслабился и замурлыкал. – Говорящий кот?       – Это квами Кота Нуара, дура, – пренебрежительно выплюнула Рейна, полыхая с её грубых слов. – А перед тобой Нуар собственной персоной!       – Что, и правда не шутите? – похоже, Селеста до самого конца надеялась, что это всё розыгрыш. – Тогда прошу прощения. Никак не ожидала, что Нуаром может оказаться смазливый мальчишка-модель.       – Ну уж прости, что не оправдал твоих ожиданий, – сквозь зубы прошипел парень, после чего гордо удалился, скрываясь в дверях игрового центра.       – Ещё и нежный какой, – малышка покачала головой и спрыгнула на землю, смахнув с юбки несуществующие пылинки. – Ну так что, идём развлекаться?       – Он всегда говорил, что работа моделью для него была сущим адом, – тихо посмеялась девушка, протягивая ей руку. – Его отец заставил, так что это не было инициативой Кота.       – Ну раз так, то всё в порядке, – удовлетворённо кивнула Селеста, заходя вместе со всеми в здание. – Не понимаю парней, которые осознанно идут фотографироваться и рассекать подиум порой в до безобразия нелепых нарядах.       – А что тут такого, – ощетинилась на неё Рейна, не переставая искать в толпе светлую макушку. – Они за это, между прочим, хорошие деньги получают. Вот вырасту, тоже стану моделью, как и Адриан.       – Ну, было ожидаемо, – пожала плечами девочка, с интересом озираясь по сторонам. – Ты вряд ли способна на что-то большее, чем открыто скалиться на камеру.       – А ну, повтори, гиена, – она встала на месте, прожигая неприятельницу возмущённый взглядом, и закатала рукава. – Что ты там тявкнула?       – Говорю, ты абсолютная пустышка и как раз способна только тявкать да огрызаться, – малышка едко улыбнулась и внимательно осмотрела её с ног до головы. – Кстати, ты похожа на болонку. Сама выберешь себе кличку, или мне придумать?       – Прекратите сейчас же, – Маринетт встала между двумя злющими девчонками. – Рэн, помоги мне!       – Вот уж нет, – мужчина поднял ладошки к верху, как бы он тут ни при чём. – По опыту знаю, что влезать в кошачьи драки себе дороже. И это была твоя идея, не забыла?       – Я уже всё купил, – перед ними внезапно появился Адриан с огромным рулоном билетиков, которого им вполне хватило бы и на несколько игровых дней. – Что тут у вас опять происходит?       – Твоя подружка совсем не справляется с ролью мамочки, да и выкармливать детишек ей нечем. Ты уверен в своём выборе?       – Я тебя сейчас тресну, – прорычала девушка, на секунду отвлекаясь от детской перепалки. – И в этот раз Адриан тебя не спасёт.       – Так, угомонились все, – властно прикрикнул на них блондин, устало потирая виски. – С этого момента все конфликты у нас решаются посредством игр. Кто и с чего хочет начать?       – Вызываю обеих на дуэль! – воскликнула Рейна, указав на свой любимый автомат, и с усмешкой добавила: – Надеюсь, вы умеете обращаться с оружием?       – Лучше, чем ты думаешь, – фыркнула Маринетт и посмотрела на Селесту, которая хитро прищурилась и кивнула ей. – И кто начнёт? Я или ты?       – Давай сначала ты. Не знаю, как хорошо ты умеешь стрелять, но я точно от неё и мокрого места не оставлю.       – Это похоже на начало самой настоящей войны, – Адриан с умилением посматривал на эту троицу, пока его друг хлопал по карманам в поисках сигарет. – Здесь нельзя курить.       – Тогда я выйду на пару минут. Пройдёшься со мной? Надо бы обсудить сегодняшний вечер, пока наши барышни увлечены делом.       – У тебя всё готово? – с волнением спросил парень, следуя за ним на выход. – Не очень бы хотелось разбираться с собственной охраной.       – Всё в лучшем виде, – мужчина остановился на крыльце и самозабвенно прикурил. – Будешь со мной на связи, пока шаришься по его кабинету. Там так много камер, что я заколебался вчера к каждой подключаться. Три часа убил на всю эту хрень. С сигнализацией было проще, ты сам знаешь, что в этом я мастер.       – Я всё равно пойду туда как Нуар, – пожал плечами Адриан, вдыхая неприятный сигаретный запах. – Даже если где-то и засвечусь, будет не так страшно. Разве что, если он действительно Бражник, то сразу поймёт, что я в курсе. А это поставит под удар сохранность моей личности.       – Будет дико, не правда ли? – печально усмехнулся Рэн, искоса посматривая на него. – И что ты будешь делать, если это окажется правдой? Что ты будешь делать, если твой отец и есть Бражник? Сможешь ли ты..       – Я убью его, – не раздумывая произнёс парень, до боли сжимая руки в кулаки. – Если он Бражник, то это значит, что папы уже давно нет в живых. Это значит, что я столько лет жил под одной крышей с чудовищем и, как последний идиот, этого не замечал. Это просто значит, что он собственными руками разрушил жизнь своего сына и плевать хотел на то, сколько ежедневно людей из-за этого погибает. Он просто перестанет для меня существовать.       – Я всё ещё надеюсь, что мы ошибаемся на его счёт, – мужчина нерешительно положил руку ему на плечо и слегка потрепал. – В твоей жизни и так слишком много трагедий – слёт с катушек, ненависть окружающих, погибшая девушка, исчезнувшая мать. Серьёзно, отец-Бражник явно будет перебором.       – Да, пожалуй, – невесело хохотнул Адриан, пихнув его в бок. – Только вот теперь мне не даёт покоя одна мысль. А что, если мама знала о нём? Что, если она сбежала не от скучной однотонной жизни в четырёх каменных стенах, а именно от монстра, коим стал её муж? Она никогда не была человеком, который пасует перед трудностями, и всегда прямо в лицо высказывала, если ей что-то не нравится. Возможно, в этот раз ей было просто не справиться. Наверняка она опасалась за наши жизни.       – Поэтому бросила тебя с ним? – недоверчиво спросил Рэн, выбрасывая в мусорку окурок. – Ты сам рассказывал, как сильно она тебя любила. Неужели думаешь, что в таком случае Эмили оставила бы тебя тут одного? Что-то не сходится.       – Может ты и прав, – Адриан устало закрыл лицо руками и, прислонившись спиной к стене, опустился на асфальт. – Наверное, я просто хочу думать, что у неё была весомая причина вот так бесследно исчезнуть. Я слишком долго ненавидел её за это, пока не познакомился поближе со своим отцом. Там было от чего бежать, уж поверь мне.       – Хочешь, я попробую её найти? – внезапно поинтересовался мужчина и присел рядом с ним, не обращая внимания на странные взгляды, которыми награждали посетители их парочку. – Шансов мало, но я могу хотя бы попытаться.       – Я уже давно думал попросить тебя о помощи в этом вопросе, только вот мне немного страшно. Вдруг она больше не захочет меня видеть? С тех пор прошло почти пять лет. Наверняка у неё уже есть другая семья и, возможно, даже дети. Имею ли я право так бесцеремонно вторгаться в её жизнь, когда она только начала забывать обо всём этом кошмаре?       – Имеешь, – твёрдо отчеканил Рэн, посмотрев на своего расклеившегося друга. – Как минимум потому, что эта дамочка должна объясниться перед тобой. Почему ты считаешь, что она может жить припеваючи, пока ты тонешь в своём безумии на пару с такой же ненормальной идиоткой? Думай, что хочешь, но я всерьёз намерен этим заняться в ближайшее время. Без возражений.       – Спасибо, – Адриан повернул голову в его сторону и искренне улыбнулся. – Даже не знаю, что бы со мной было, если бы не ты.       – Ты спас мою жизнь, – он поднялся на ноги и протянул парню руку. – Так что не удивляйся, что я теперь так пекусь о твоей заднице. И я слишком привык к твоей нахальной роже, которая периодически достаёт меня красочными рассказами о похождениях этой сумасшедшей девчонки. Да и если ты скопытишься, шутки про плоскую грудь уже не будут такими эффектными. Ведь показать её будет уже некому.       – Навряд ли кто-нибудь смог бы поддержать меня лучше, – рассмеялся блондин, наспех отряхнув джинсы.       – Кстати, пока мы не отошли от темы. Я проверил расписание Габриэля, как ты и просил. Он уже улетел, поэтому можешь не затягивать со взломом до глубокой ночи. По планам должен вернуться завтра вечерним рейсом. Лучше возможности у нас всё равно не будет.       – Ну, вообще-то, я в любом случае пойду туда ночью, – Адриан чуть-чуть смутился и отвёл взгляд. – Маринетт требуется немного моего внимания, так что вечер я проведу с ней.       – Наконец-то, – Рэн опять начал беззастенчиво ржать, заходя следом за ним внутрь. – Бедняжке хоть сегодня перепадёт. Только, ради бога, не уродуйте слишком сильно моё постельное бельё. Я уже рассказывал твоей девушке, каких усилий мне стоило его достать.       – Я тут подумал. Если Габриэль улетел, то мы с Маринетт вполне можем остаться и у меня. Натали всё равно не будет, а прислуге нет никакого дела, чем я там занимаюсь у себя в комнате, ровно, как и охране.       – Правда? – похоже, мужчину эта новость несказанно обрадовала. – Буду тебе очень благодарен, потому что я уже почти двое суток не видел Кристину, а это для меня сущая пытка.       – Мне кажется, в последнее время ты слишком сильно помешался на этой даме, – парень прищурился и с любопытством на него посмотрел. – Неужели она так хороша? Или ты действительно запал на неё?       – Возможно, ты удивишься, но она очень начитанная особа, – с улыбкой затараторил Рэн под его тихие смешки. – В перерывах между сексуальными утехами мы любим об этом поболтать. Как-то раз я проплатил пять часов, и в итоге мы всё это время обсуждали одну чёртову книжку, представляешь? Пять часов — одна книжка.       – А ты не подумывал о том, чтобы пригласить её на свидание? – вполне серьёзно поинтересовался Адриан, попутно выискивая среди людей неугомонную троицу. – Если она тебе так нравится, да и девушка не глупая, ты мог бы помочь ей вернуться к нормальной жизни. Я не знаю причин, которые толкнули её заниматься проституцией, но могу предположить, что там явно нет ничего хорошего.       – Думаешь, она согласится? – взволнованно выспрашивал у него мужчина. – В смысле, я же ей плачу́, а она мило улыбается мне. Могу ли я рассчитывать на что-то большее? Ты только посмотри на мою рожу. Не знаю, пойдёт ли она на свидание с уродом вроде меня.       – Господи, тебе же тридцать пять, – посмеивался над ним блондин. – А ты не в состоянии пригласить на свидание проститутку?       – Ну, у меня не было времени ходить на свидания, – он неловко почесал затылок, пытаясь подобрать нужные слова. – По крайней мере, до тридцати. А там уже меня это не интересовало. Я был слишком занят работой, которой сам же себя и нагрузил, пока не оказался в Париже.       – Прости, – пробормотал Адриан, потупив взгляд. – Это было грубо с моей стороны. Я же ничего не знаю о твоём прошлом.       – Когда-нибудь я обязательно тебе расскажу, – Рэн ободряюще хлопнул его по спине, призывая не париться на этот счёт. – Готовься рыдать в подушку три дня и три ночи, малышка. История будет не из приятных.       – Ты же знаешь, что я всегда готов тебя выслушать, – он был предельно серьёзен, но всё же не смог сдержать улыбки, когда его друг картинно фыркнул. – Эй, я могу доказать, что способен не только плакаться тебе в жилетку, но и быть хорошим слушателем!       – Победа! – раздался на весь зал истошный, полный радости крик, который привлёк внимание большинства посетителей. – Я же сказала, что сделаю тебя!       – Эй, это было нечестно! Мы же договорились сначала убить монстра и распилить добычу!       – В любви все средства хороши. Теперь Адриан точно мой!       – Я не понял, – он подошёл к девчонкам, которые до сих пор стояли у того самого автомата. – Вы что, играли на меня?       – Ну, я же выиграла, – сладко мурлыкнула Маринетт, подлетев к нему, и повисла у парня на шее. – Теперь ты только мой.       – Адриан, она сжульничала, – Рейна подбежала к нему и, чуть не плача, начала махать ручками. – Подло использовала меня, а потом ударила в спину! Так не честно! Скажи ей!       – Маринетт, это так по-детски, – неодобрительно покачал головой блондин, но его широкая улыбка говорила об обратном. – Моя Принцесса такая бессовестная особа. Что же мне с тобой сделать?       – Ооо, я знаю очень много способов меня наказать.       – Эй, я ещё тут! – похоже, малышка начала ни на шутку злиться, наблюдая такие телячьи нежности. – Требую реванш!       – А как насчёт сыграть со мной, маленькая Леди? – он присел перед ней на корточки и вытер рукавом выступившие от обиды слёзы. – Что скажешь?       – Во что? – только и проворчала девочка, стараясь сохранить свой хмурый вид, хоть злиться она уже и не могла. – Я всё равно выиграю, ты же знаешь.       – Знаю. Поэтому предлагаю тебе сыграть на нём вместе со мной.       Адриан указал в центр этого большого игрового зала, где стоял красивый чёрный рояль. Маринетт несколько раз уже видела, как играют посетители, но в основном это был просто набор звуков, который никак нельзя было назвать мелодией. Видимо, многие подходили к нему чисто из любопытства, а некоторые сажали туда ребятишек, чтобы те потыкали интересные кнопочки, которые издают разные звуки.       – Ты всё ещё помнишь её? – Адриан встал на ноги и взял малышку за руку.       – Я играла её в приюте почти каждый день, – гордо вскинула подбородок Рейна, подходя вместе с ним к роялю. – Точнее, пыталась. Она слишком сложная, и без тебя у меня не получается.       – А без тебя не получится и у меня, – он подхватил её на руки и посадил на высокое сидение, после чего опустился рядом. – Ну что, готова?       – Да, – она счастливо засмеялась и занесла ручки над клавишами. – Начинай.       Тут же весь огромный зал окутала тихая прекрасная мелодия неземной красоты. Многие побросали свои игрушки и стали озираться по сторонам, стараясь найти источник волшебства. Некоторые же вообще подходили вплотную и с замиранием сердца вслушивались в каждый звук. Даже вечно невозмутимая Селеста повернула голову в их сторону, стараясь свыкнуться с незнакомыми ощущениями в груди.       Маринетт же боялась даже пошевелиться. Казалось, стоит ей лишь раз тихонько вздохнуть, и весь этот яркий волшебный мир сразу распадётся на части, возвращая её в привычную блеклую реальность. Она могла видеть только их спины, но почему-то была уверена, что оба сейчас глупо улыбаются, наслаждаясь этой совместной игрой, которая казалась чем-то очень личным.       – Он сам её написал, – раздался сбоку от неё тихий голос. – Я ни раз слышал её прежде. Адриан говорил, что она взялась в его голове будто бы из ниоткуда после того, как ушла его мать. А ещё, что-то про детскую колыбельную, но я уже точно и не вспомню.       – Она прекрасна, да? – почему-то по лицу девушки не переставая катились огромные слёзы. – Это что-то невыразимо прекрасное и невыносимо грустное одновременно. Прямо как в сказке.       В этот же момент в зале наступила звонкая тишина, после чего взорвалась громовыми аплодисментами, провожая парня и повиснувшую на нём девочку. Пока Адриан спокойно шёл в их сторону, Рейна волчком крутилась вокруг, не в состоянии справиться с переполняющими её эмоциями.       – Принцесса, ты чего плачешь? – тут же обеспокоенно спросил блондин, лихорадочно осматривая её с ног до головы и стараясь найти причину. – Что-то случилось?       – Просто твоя девочка слишком растрогана таким душещипательным произведением, – усмехнулся Рэн, за что его больно стукнули с ноги по колену. – Эй, я же правду сказал!       – Тебе понравилось? – ликующе спросил Адриан, сжимая ладонями её заплаканное лицо.       – Это было нечто, правда. Ничего прекраснее я в жизни не слышала.       – Хватит уже нюни распускать! Я требую реванш, – весело щебетала Рейна, нетерпеливо переступая с ноги на ногу. – Прямо сейчас!       – Давай-ка лучше я, – Селеста хищно ухмыльнулась и подошла к автомату, взяв в руки пистолет. – Или теперь ты боишься проиграть, трусливая болонка?       – Пора поставить одну своенравную гиену на место, – девочка с охотой взяла другой пистолет и встала рядом с ней, уже начиная целиться в экран. – Поехали!       – Ребятки, только не забывайте про время, – напомнил Рэн, мельком посмотрев на часы. – Нам ещё надо два часа на дорогу. Я пока пойду возьму что-нибудь перекусить, а то мне понадобятся силы. В этот раз я решительно настроен отыграть своё состояние.       – Разве нам так долго ехать? – удивилась Мари, смотря ему вслед. – Да мы за час в любой конец города доедем. И то, если будут пробки.       – Мы поедем за город, – скомкано начал Адриан, рассеянно поглядывая на улыбающееся лицо Рейны. – Час туда и час обратно. Я давно обещал ей, но возможности не было.       – И куда ты собираешься нас отвезти?       – К Лиа.

***

      Они ехали уже почти целый час в гробовом молчании, которое нарушало только недовольное сопение двух маленьких девочек, так и не выяснивших, кто из них круче. Несмотря на возникшую между ними неприязнь, они настояли на том, чтобы усесться по центру, не позволяя подросткам и пальцем друг к другу прикоснуться.       Маринетт лишь разочарованно вздыхала, иногда поглядывая в его сторону и ловя на себе не менее несчастный взгляд. Рейна мёртвой хваткой вцепилась в сильную руку, прислонившись к его плечу и мурлыкая от удовольствия. Селеста же вообще забралась к девушке на коленки и уткнулась ей в шею. Одним словом — идиллия.       – Адриан, ты мне не рассказывал, как вы с Маринетт начали встречаться, – внезапно очень громко объявила Рейна, заставив всех вздрогнуть. – Это ведь потому что она Леди Баг, так?       – Что за идиотское предположение, – ответила вместо неё Селеста, нахмурив свои маленькие бровки. – Просто Мари невероятно крутая.       – И кстати, в образе Леди Баг он вообще хотел меня убить, – добавила Маринетт и тут же уловила неподдельное возмущение в изумрудных глазах. – Да что? Это же правда.       – Адриан, ты ещё не прошёл точку невозврата, – сладко уговаривала его Рейна. – Если потерпишь несколько лет, то обещаю, что не пожалеешь.       – Наглость — второе счастье, – тихо прорычала Мари, на которую не обратили ровным счётом никакого внимания.       – Да и плюнь ты на него, – не упустила своего шанса Селеста, расслышав только приглушённое шипение парня. – Зачем тебе такой бабник? Нам с тобой вполне будет хорошо и без него.       – Я не поняла, ты к ней сейчас подкатываешь? – злорадно ухмыльнулась Рейна, посмотрев в побагровевшее личико девочки. – Так и знала! Ты чёртова лесбиянка!       – Да что ты несёшь! И то, лучше уж быть лесбиянкой, чем клеиться ко взрослому мужику! Извращенка!       – Лесбиянка!       – Извращенка!       – Рейна, прекрати так выражаться, – одёрнул её Адриан. – Откуда только понахваталась таких слов?       – Селеста, и ты тоже! Веди себя прилично!       – А вы можете заткнуться все нахер, – не выдержал Рэн, который просто ненавидел посторонние шумы и до сих пор был зол на огроменный штраф за стоянку в неположенном месте.       – Не выражайся при детях! – выдали в один голос Адриан с Маринетт.       – Приехали! Выметайтесь все к чёрту из моей малышки!       Маринетт первой выскочила из джипа и стала оглядываться по сторонам. Она была не уверена, насколько далеко они отъехали от города, но это было необъятное голое поле. Они же остановились на самом его краю у небольшой рощи. Возможно, это там?       – Думаешь, это странно, да? – печально вздохнул позади неё парень, обвивая девушку крепкими руками. – То, что я принёс её сюда.       – Но ты же выбрал это место не случайно? – она протянула руку, и Селеста тут же ухватилась за её ладошку. – Оно что-то значило?       – Здесь было их первое свидание, - ответила Рейна, смело двинувшись вперёд. – Тут они раскрыли друг другу свои личности. Не удивляйся насчёт места. Летом эта роща просто невероятно красива. Раньше мы всей семьёй выбирались сюда на пикники, так что привычка осталась.       – Поэтому ты хотел, чтобы она нашла покой именно тут? – Мари улыбнулась одними уголками губ и двинулась следом за девочкой, переплетая с ним пальцы другой руки. – Я могу это понять. В этом городе у неё ничего не осталось кроме горя и сожаления.       – Я отвёз их сюда, – глухо пробормотал Рэн, следуя за ними по пятам. – Адриан не дал мне ничего сделать, лишь попросил убраться подальше.       – И ты был тут целую неделю, – сердце Маринетт болезненно сжалось от одной только мысли, что он сидел семь дней над холодной могилой любимой девушки в одиночестве, пока она весело проводила время со своими друзьями.       – Я привозил ему еды и воды, так что от голода он умереть был не должен. Только вот этот придурок лакал одну воду, и когда мне, наконец-то, удалось его забрать, он был похож на черти что.       – Мы пришли.       Прямо посреди этой рощи была совсем маленькая полянка, которая до жути напоминала Маринетт её собственную картину. Почему-то всё было настолько похожим, что она была почти уверена, что летом тут растут те самые диковинные цветочки-колокольчики. Неужели, именно поэтому Адриан так просил у неё этот рисунок?       Рейна развернулась к Рэну и молча протянула руку, в которую он вложил прекрасный цветок белоснежной лилии, такой же чистой и нежной, какой была эта храбрая девушка, до самой смерти защищавшая невежественный Париж. Так же в полной тишине он раздал всем по такому же цветку, краем глаза наблюдая за малышкой, которая медленно продвигалась к могиле своей старшей сестры.       Трава уже давно пожелтела и зажухла, поэтому холодный мраморный камень посреди этой поляны смотрелся особенно сиротливо. Маринетт, сделавшая два небольших шага вперёд, внимательно всматривалась в красиво выведенные буквы, обрамлённые причудливым цветочным узором. Как только надгробие может так потрясающе выглядеть? Это пугало до чёртиков.       – Пришлось заказывать через свои связи, – прочёл её мысли Рэн, становясь рядом. – Тогда имя Лиа было у всех на слуху, и заказывать в обычной конторе было бы чистой воды самоубийством. Всё равно что самому указать пальцем на Нуара.       – Как же ты заботишься о нём, – с улыбкой прошептала Маринетт, смотря на парня, обнимающего девочку. – Спасибо тебе, Рэн. За всё спасибо.       – А я могу подойти? – неуверенно спросила Селеста, глядя на сгорбленные силуэты впереди.       – Конечно, – девушка легонько подтолкнула малышку в спину, призывая не бояться. – Мы для этого сюда и приехали.       – Знаешь, Лиа частенько обыгрывала меня в карты, когда они с Адрианом ко мне приходили, – начал рассказывать Рэн, когда девочка отошла от них на приличное расстояние. – Я тогда действительно как будто с гор спустился. Вообще в первый раз видел эти нелепые картинки и не понимал, как можно называть это игрой. Ведь всю жизнь у меня были абсолютно другие игры.       – Ты же говорил, что пять лет прожил вполне нормальной жизнью, – вклинился в разговор блондин, который как раз к ним подошёл и услышал последние слова. – Ты что, совсем не развлекался?       – Ну, у меня каждый день по планам был очередной кусок протухшего мяса, а иногда и несколько. Я слишком сильно ненавидел этих ублюдков, чтобы попусту тратить своё время на такие бесполезные вещи, как развлечения.       – Зато тут оторвался по полной, – рассмеялся парень, вспоминая их редкие вечера вместе. – Ты даже умудрился напоить Лиа, которая в жизни никогда не пробовала алкоголь. Я думал, что придушу тебя, пока тащил её на себе до своего дома, а она громогласно на всю улицу распевала какую-то песню из идиотского детского мультика.       – Зато она не давала тебе потом спать всю ночь. Спасибо бы сказал.       – Эй, поаккуратнее со словами, – Адриан с опаской посмотрел на Маринетт, боясь очередной вспышки. – Не всем тут приятно об этом слушать.       – Да какая разница, что было раньше, – покачала головой девушка, когда Рэн разок хихикнул и пошёл к девочкам. – Как же глупо было с моей стороны тебя в чём-то обвинять. Ты ведь просто жил своей вполне счастливой жизнью вместе с прекрасной девушкой. Мне бы вообще стоило за тебя порадоваться, а не закатывать идиотские истерики. Прости меня.       – Маринетт, завязывай, – нервно поёжился парень, который всё никак не мог привыкнуть к таким кардинальным изменениям. – Твои слова меня пугают.       – Непривычно, да? Да я и сама в ужасе. Такое чувство, что сейчас здесь стою совсем не я, а совершенно другой человек. Как же сильно всё поменяли смерти близких нам людей.       – Маринетт, можешь подойти, – позвал её Рэн, неспешно продвигаясь в их сторону. – Кажется, две эти взбалмошные особы пока умудрились заключить временное перемирие.       – Возьми, – Адриан вытащил из пакета тубус с её рисунком и чёрную коробочку, в которой был его собственный подарок.       – Разве ты сам не хочешь его подарить? – удивилась Мари, подхватывая всё это свободной рукой.       – Просто скажешь, что от меня, – махнул рукой блондин, после чего начал о чём-то тихо переговариваться с Рэном.       Девушка слегка пожала плечами и стала медленно двигаться к двум девочкам, которые сидели напротив холодного мраморного камня и молчали. Она прошла рядом с ними и аккуратно положила прекрасный цветок к другим четырём. Кинув свою сумку на землю, она уселась между детьми и повернулась к белокурой малышке.       – У меня есть для тебя подарок.       – Для меня? – она посмотрела отсутствующим взглядом на протянутые ей вещи и слегка качнула головой. – Не стоило.       – Просто посмотри, – Маринетт широко улыбнулась и сама достала свой рисунок, настойчиво впихнув девочке. – Это от меня, а второй от Адриана.       Немного поколебавшись, Рейна всё-таки схватилась маленькой ручкой за бумагу и поспешила утолить своё детское любопытство. Кажется, как только её взгляду предстала такая невероятная картина, она забыла, как правильно дышать. Рисунок невольно возвращал её в прошлое, когда на лице Нуара ещё можно было увидеть такое безграничное, по своему хрупкое счастье, оказавшееся таким недолгим, даже, можно сказать практически мимолётным.       – Это ты нарисовала? – сбивчиво прошептала девочка, всё ещё неосознанно водя пальчиками по шероховатой поверхности бумаги. – Маринетт, это просто потрясающий рисунок. Наверное, лучше этого мне никогда ничего не дарили. Это что-то вроде напоминания о давно прошедших, канувших в лету счастливых деньках, которых больше никогда не будет.       – Не говори так, – девушка согнула ноги и уткнулась лицом в колени, с еле слышным свистом выдохнув. – Кот ведь до сих пор с тобой. Пусть рядом уже нет твоей сестрёнки, но Нуар всё ещё рядом и не намерен исчезать из твоей жизни. Как и я. Прости, что так бесцеремонно вторглась в твой маленький мир, но я не смогу отказаться от Адриана, даже если тебе будет неприятно видеть меня на месте Лиа.       – Я и правда была в ужасе, когда услышала, что он так быстро нашёл себе подружку, – криво усмехнулась малышка, с трепетом скатав драгоценный подарок в трубочку и убрав его обратно. – Возникло ощущение, что меня предали. Предали меня и Лиа, которая так сильно любила и без раздумий умерла за него. Я подумала, неужели это всё из-за проклятой пятнистой маски на твоём лице? Может быть, он никогда и не любил Лиа, а был лишь без ума от её образа бесстрашной героини Парижа? Хотелось плакать от разочарования.       – Но ты ведь понимаешь, что это не так? – подала голос Селеста, до сих пор разглядывая холодную надгробную плиту. – Адриан же рассказал тебе, при каких обстоятельствах я с ними встретилась?       – Да. И мне очень жаль твою сестру. Никто не заслуживает так мучительно умирать.       – Нуар изменился, и тебе придётся с этим смириться. Думаешь, он смог бы продолжать так бездушно убивать всех этих отбросов и не сошёл бы с ума от давящей на него ненависти окружающих? Кот не мог свалить всё это на тебя, как бы охотно ты не была готова его поддержать, ведь ты же ещё ребёнок. Он не хотел, чтобы ты видела эту его уродливую сторону. Он нуждался в поддержке и нашёл её в Маринетт. Так случилось, и с этим уже ничего не поделаешь. Я уверена, что он очень сильно любил твою сестру, ведь иначе все эти бесчисленные трупы просто не имели бы смысла. Только вот это уже совсем другой Нуар. Другой Нуар — другая Леди. Как-то так.       – Да не распинайся ты передо мной, гиена, – звонко хохотнула Рейна, смахнув со лба длинную чёлку. – Я уже всё поняла. Так бездумно рисковать собой ради других вполне в духе Адриана. И похоже, что и в твоём, Маринетт. Ты ничего не знала ни о Селесте, ни о нас с братом, но печёшься о чужих детях больше, чем о себе. Что это такое? Материнский инстинкт?       – Всё практически и началось с тебя и твоего брата, – ухмыльнулась Мари, откидываясь на пожелтевшую траву и вглядываясь в темнеющее небо, которое уже стали заволакивать свинцовые тучи. – Я так часто рассматривала в интернете ваши фотографии с этой парочкой лицемерных клоунов, что стала неосознанно заводиться с пол оборота. Всё это выглядело так отвратительно и неправильно, что я никак не могла понять, почему этого не замечают другие? Неужели, они не видят, как вас откровенно используют? Слепошарые ублюдки. Да и у меня самой на тот момент были не очень хорошие отношения дома из-за Нуара, так что возникало ощущение, что я абсолютно одна в своих убеждениях.       – Всё-таки, режим мамочки, – насмешливо фыркнула малышка и повалилась на землю рядом с девушкой. – А что тут? – она вертела в руках чёрную коробочку с таким же маленьким чёрным бантиком. – А она тяжёлая.       – Аккуратно, – предупредила её Мари. – Открывай осторожнее. Адриан сказал, что тебе должно понравиться. Хоть я и не могу взять в толк, для чего это нужно ребёнку.       – Не может быть, – Рейна потрясённо выдохнула, когда извлекла из коробки свой подарок, держа его на весу прямо над собой. – Он не забыл.       – Вот это да, – похоже, Селеста была впечатлена ничуть не меньше, поэтому подползла поближе к ним, чтобы получше его рассмотреть. – Я такой красоты ещё не видела.       В руках девочка держала длинный острый кинжал, ручка которого была украшена всевозможными замысловатыми узорами. Кое-где на нём переливались яркие изумрудные кошачьи лапки, а у самого основания царственно мелькала рубиновая божья коровка. Весь его вид кричал о том, что он невероятно дорогой и, несомненно, единственный в своём роде.       – А он не тяжеловат для тебя? – с сомнением спросила Селеста, начиная копаться в своей сумке. – По виду он ещё тяжелее биты Маринетт. Вряд ли с таким будет удобно.       – А это мне на вырост, – просто ответила девочка, глаза которой как-то странно блеснули. – Я прекрасно понимаю, что сейчас, в моём возрасте, от меня мало толку. Так что остаётся только ждать, как бы печально это не звучало.       – Посмотри-ка на мой, – к ужасу девушки, малышка с энтузиазмом вытащила из сумки охотничий нож внушительных размеров, лезвие которого угрожающе сверкнуло. – Я решила отказаться от своей зубочистки, которую таскала до этого. Слишком велика вероятность, что если я промахнусь, то рана будет недостаточно глубокой, и это может закончиться для меня плохо. Но ты только погляди на этого красавца. Лезвие до неприличия широкое, так что ублюдок наверняка сразу сложится пополам.       – А он для своего вида достаточно лёгкий, – одобрительно хмыкнула Рейна, взяв его в руки. – Проблем и правда возникнуть не должно.       – Всё дело в стали, – девочка хитро прищурилась. – Купила его в интернете пару дней назад у какого-то странного типа. Впрочем, он был удивлён не меньше меня, когда мы встретились для обмена.       – Представляю его рожу, когда он увидел маленькую прелестную девочку вместо какого-нибудь бородатого бугая.       – Вы о чём вообще говорите? – голос Маринетт дрожал, пока она с усилием принимала на земле вертикальное положение. – Чем вы собрались заниматься?       – А что тут непонятного, – хлопала ресничками Селеста, убирая в сумку своё оружие. – Я планирую заниматься чисткой этого города вместе с вами, как только достаточно для этого вырасту. А пока таскаю его так, для самообороны. Всякого отребья на улицах хватает.       – Аналогично, – безапелляционно заявила Рейна, вглядываясь в шокированное лицо девушки. – Я не буду спокойно отсиживаться, пока Адриан каждый день рискует своей жизнью. Пусть у меня и нет камня чудес, и я никак не могу помочь вам в борьбе с Бражником, но уж на уборку мусора с улиц Парижа у меня сил и желания хватит. Если нас будет больше, мы сможем сделать этот мир ещё лучше, разве нет?       – Это что ещё за хрень?! Вы хоть понимаете, о чём сейчас говорите?!       Маринетт резко крутанула голову назад и одним лишь жестом призвала оставаться на месте взволнованного парня, который хотел уже было двинуться к ним, обеспокоенный её внезапным криком. Отрывисто кивнув, она получила в ответ неуверенный кивок, после чего глубоко вздохнула и повернулась обратно к малышкам, которые, казалось, совсем не понимали такой бурной реакции.       – Мы с Адрианом сейчас так стараемся изменить свою жизнь не для того, чтобы вы опустились до нашего уровня, запачкав свои чистые ручки в этой мерзкой крови, – вкрадчиво отчеканила девушка, всматриваясь в хмурые мордашки прямо перед собой. – Вы что, не понимаете, что у вас ещё есть шанс на нормальную жизнь, не обременённую бесконечными сражениями с демонами и борьбой с этими грязными ублюдками. И мы хотим дать вам именно такую жизнь, поэтому готовы менять самих себя столько раз, сколько потребуется. Вы не должны видеть всю эту грязь, ведь вы и так достаточно натерпелись.       – Предлагаешь нам сидеть и ничего не делать, пока вы сами в любой момент можете погибнуть? – возмущённо начала Рейна. – Если мы потеряем вас, наша жизнь явно не станет от этого лучше. Это просто будет очередная трагедия, с которой лично я, уже навряд ли смогу справиться. Так почему ты не хочешь позволить нам хотя бы попытаться помочь вам? Я быстро учусь, поэтому не стану для вас обузой, обещаю.       – Я хочу кое-чем поделиться с вами, – Мари притянула девочек к себе и крепко обняла их, вслушиваясь в своё бешеное сердцебиение. – Я хочу, чтобы вы сначала выслушали меня, а потом уже что-то решали, хорошо?       – Хорошо, – буркнула Селеста, всё же расслабляясь в её объятиях. – Но если мне что-то не понравится, я не стану отказываться от своих слов. И ты не заставишь меня так запросто смириться с грозящей вам опасностью.       – То же самое, – просопела Рейна, вдыхая приятный цветочный аромат её волос, который отдалённо напоминал ей запах шампуня Лиа. – Я не собираюсь больше терять свою семью.       – Кажется, твоя подружка нашла общий язык с нашей маленькой колючкой, – усмехнулся Рэн, вглядываясь в умилительную картину в паре десятков метров от них. – Можешь выдохнуть, приятель. Адриан?       – Это Филипп, – блондин хмуро держал в руках вибрирующий мобильник. – Надеюсь, он не слишком злится, что мы сегодня взяли с собой Селесту. Подожди минутку, я поговорю.       На протяжении всего разговора мужчина не сводил взгляда с напряжённой спины своего друга, который под конец беседы, всё-таки, совсем расслабился. Когда он возвращался обратно, на его мордашке застыло какое-то странно задумчивое выражение. Ну, по крайней мере было не похоже, что того отругали, как нашкодившего котёнка.       – Что он хотел? – сразу же поинтересовался Рэн, когда Адриан опять поравнялся с ним. – Всё в порядке?       – Про Селесту ничего не услышал, так что, похоже он не в курсе нашей маленькой прогулки. А что до звонка, Филипп сказал, что его друг завтра ночью уезжает обратно, поэтому перед отъездом хотел бы встретиться со мной и Маринетт.       – Тот самый, который передал странное лекарство для квами?       – Да. Если честно, то это только всё упрощает. Я сам хотел просить его устроить нам встречу, но всё сложилось куда удачнее. Думаю, этот человек мог бы много чего нам рассказать, возможно, даже о Бражнике. Нельзя упускать такую возможность.       – Где и во сколько встреча?       – Они планируют ещё раз прогуляться по Парижу вместе с внучкой перед вылетом, так что в центре города в семь вечера.       – А ты уверен, что Маринетт захочет туда идти? – замялся Рэн, всматриваясь в спину девушки. – Завтра траур. Там соберётся почти весь город, чтобы оплакивать погибших в той битве с акумой и эту троицу из школы. Мне кажется, она решит, что вам там находиться будет неуместно.       – Я поговорю с ней сегодня, и мы всё уладим. Тебе кто-то звонит.       – Правда? – мужчина рассеянно похлопал по плотным карманам своего пальто и извлёк оттуда вибрирующий телефон. Увидев, кто его хочет, он почти запрыгал на месте и трясущимися руками показал экран Адриану. – Блять, она сама мне звонит. Кристина сама мне звонит!       – Так что ты не отвечаешь, баран, – понимающе рассмеялся блондин и хлопнул его по плечу. – Не забудь пригласить её на свидание.       – Алло, – Рэн уже не слышал, взволнованно вышагивая куда-то в сторону. – Рад слышать твой очаровательный голосок, детка. Как там без меня поживают твои близняшки?       Блондин лишь закатил глаза и подумал о том, что после такого вряд ли бы смог на месте девушки серьёзно отнестись к предложению сходить куда-нибудь поужинать. Разговор обещал быть долгим, поэтому он уверенно двинулся к тихо шепчущейся троице. Когда парень бесшумно приблизился к ним, он смог услышать обрывок разговора.       – И что вы об этом думаете? – Маринетт нервно теребила край своей куртки, смотря на потрясённых девочек. – Он меня не пошлёт?       – Решение однозначно будет тяжёлым, – покачала головой Рейна, крепко задумавшись. – Но знаешь, Мари, если он согласится, то я возражать не буду. И обещаю забыть о своих далеко идущих планах.       – Правда? – кажется, в голосе девушки сквозила несказанная радость вперемешку с самой настоящей надеждой. – А что насчёт тебя, Селеста?       – Я не знаю, – девочка смотрела на неё затравленным взглядом, несомненно борясь сама с собой. – Я уже слишком свыклась с мыслью о возмездии. Смогу ли я так запросто от этого отказаться?       – Я же обещала, что буду рядом с тобой, – Мари прижала к себе сопящую малышку и счастливо улыбнулась. – Я обещаю, что смогу подарить тебе нормальную жизнь без всего этого кошмара. Разве ты не хочешь просто ходить в школу, как все нормальные дети, и не листать на уроках новости об очередных убийствах или изнасилованиях? Разве не хочешь завести вполне обычных друзей, а не скупать в интернете у странных типов сомнительное барахло? Вы обе слишком рано повзрослели, и это неправильно. Вы должны оставаться детьми как можно дольше, пока ещё есть такая возможность.       – О чём шепчемся? – Адриан с улыбкой положил ладони на плечи девушки, знатно её напугав. – Не хотите поделиться со мной?       – Нет! Это наш маленький секрет, – звонко рассмеялась Рейна, вскочив на ноги и крепко к нему прижавшись. – Спасибо за подарок. Я удивлена, что ты об этом вспомнил.       – Это просто возмутительно, маленькая Леди, – хотя, возмущённым он совсем не выглядел, а наоборот, лучился радостью. – Я только надеюсь, что тебе никогда не придётся использовать его по назначению, и он останется лишь предметом интерьера.       – А что это за шкатулка? – полюбопытствовала Маринетт, указывая на коробочку, стоящую на надгробной плите. – Она принадлежала Лиа?       – Лиа принадлежало то, что внутри, – парень аккуратно снял с неё крышку и извлёк оттуда тонкий серебряный браслет с кулоном в виде чёрной кошачьей мордочки. – Я подарил ей его на нашем первом свидании. Сначала я хотел купить какую-нибудь вещицу с символикой Леди Баг, но потом решил, что лучше подарить что-нибудь с котом. И что меня только дёрнуло тогда. Наверное, мне казалось, что так она будет чаще думать обо мне. Каким же я был идиотом.       – Почему? – Мари откровенно не понимала, к чему он клонит. – Он очень красивый. Я думаю, ей понравилось.       – Я подарил ей талисман неудачи, – Адриан болезненно скривился и водрузил украшение на место, плотно захлопнув крышку. – Пока я варился во всём произошедшем, меня часто посещали мысли, что подари я ей браслет с божьей коровкой, всё могло бы сложиться иначе. Знаю, звучит глупо, но тогда мне так не казалось.       – Адриан, она придёт сегодня, – к ним подбежал запыхавшийся Рэн, сияя от счастья. – Сегодня меня ждут шесть часов удовольствия.       – Вместо того, чтобы пригласить на свидание, ты в очередной раз её снял? – изогнул бровь парень, скривив губы в усмешке. – Ну ты и тупица. Я бы на её месте послал тебя куда подальше с твоими запросами.       – Ну я же не дебил, чтобы приглашать Кристину по телефону, – тут же с обидой проскрипел мужчина. – И я не планирую сегодня ничего такого, если она сама не захочет. Вообще, я думал заказать нам еды из какого-нибудь ресторанчика да посмотреть тот идиотский фильм, про который она говорила. Я не фанат всяких слезливых мелодрам, но ради неё готов немного потерпеть.       – Ну что ж, ты на верном пути, – одобрительно кивнул блондин, после чего посмотрел на часы. – Похоже, нам уже пора. Через два часа Рейна должна быть дома, да и Селеста, наверное, порядком утомилась за сегодня. Нам с Маринетт тоже не помешает отдохнуть перед завтрашним днём.       – А разве у нас есть какие-то планы? – удивилась девушка, не обращая внимания на многозначительные покашливания Рэна. – Я думала, мы отдыхаем.       – Друг Филиппа хочет встретиться с нами. Завтра он последний день в городе, так что выбор у нас не велик. Встреча в центре в семь вечера.       – Адриан, я...       – Я знаю, но мы не можем прятаться в комнате вечно, Мари.       – Мои "родители" тоже потащат нас с Кайном туда, – Рейна поморщилась от одной только мысли об очередных лживых фото напоказ. – Хотят пожертвовать небольшую сумму денег семьям погибших и засветиться на обложках газет. Я слышала, как они вчера об этом разговаривали. Вроде как, для их компании это неплохая реклама.       – Лицемерные мрази, – тихо прошипела Маринетт, поднявшись на ноги и отряхнув брюки от грязи. – Надеюсь, вскоре мы сможем с этим разобраться.       – Может, тогда встретимся там? – предложила Селеста, по очереди всех осмотрев. – Я могу попросить дедушку взять меня с ними.       – Посмотрим, как получится, – блондин ещё раз мазнул глазами по часам. – Пора ехать. Сначала завезём Рейну, а потом Селесту. Мари, ты во сколько планируешь ко мне придти?       – К тебе? Я думала, что мы отправимся к Рэну. Да и я бы посмотрела на эту Кристину, у которой буфера в десять раз больше моих.       – Габриэля в городе нет, так что лучше сегодня останемся у меня, – он пихнул локтём друга, который с комментария девушки начал еденько посмеиваться. – Покажешься дома, а потом можешь смело ехать ко мне.       – Ну, думаю, где-то около одиннадцати, – Маринетт старалась прикинуть, сколько времени ей понадобится на семейный ужин и быстрый душ. – Знаешь, как заедем в город, лучше высадите меня сразу. Я быстрее доберусь сама, чтобы зря не тратить время.       – И чем это вы там планируете заниматься, – подозрительно прищурилась девочка, грозно зыркая на Адриана. – Всякие непотребства замышляете?!       – Маринетт, я призываю тебя ещё несколько раз хорошенько подумать, – тонко пропищала Селеста, обиженно дёргая её за руку.       – Похоже, поездка обещает быть весёлой, – рассмеялся Рэн, посматривая на парочку подростков, которых ребятишки уже стали осаждать колкими вопросами. – И в этот раз я даже не стану крыть вас матом.

***

      – Я дома! – громогласно объявила Маринетт, торопливо скидывая в прихожей сапожки.       – Ты даже раньше пришла, – улыбнулась ей Сабин, выглядывая с кухни. – А где Адриан? Я думала, что вы придёте вместе.       – Он довёз меня и уехал. Кажется, дома какие-то дела, – наспех соврала девушка, вплывая вслед за ней в просторное помещение. – И что у нас на ужин?       – Тартифлет, – увидев, какими глазами посмотрела на неё дочь, она поспешила добавить. – Я сделала тебе отдельно без перца. Что, думаешь, мама совсем о тебе не заботится?       – Если бы папа не поглощал острое в таких количествах, то мы бы ели, как все нормальные люди, – она с охотой уселась за кухонный стол и схватилась за вилку в ожидании блюда. – Кстати, где он?       – Наверху, – женщина неопределённо махнула рукой в сторону лестницы, пока раскладывала по тарелкам запечённую картошку с беконом. – Прикидывает, сколько рулонов понадобится, чтобы обклеить твою комнату. Кстати, он привёз из магазина несколько образцов, так что посмотрим сегодня после ужина и решим. Том не стал рисковать и захотел сначала посоветоваться с тобой. Кажется, ты ударила по больному, когда заявила, что розовый цвет тебе никогда не нравился.       – Дело не в этом, – Маринетт благодарно кивнула маме, когда перед ней появилась доверху наполненная тарелка и приступила к ужину. – Просто, я уже вышла из того девчачьего возраста, когда всё розовое вызывает неописуемый восторг. Думаю, пришло время повзрослеть.       – Я заметила, – Сабин опустилась перед ней с чашкой зелёного чая и закусила губу, чтобы не начать смеяться. – Главное, не взрослей слишком быстро, а то с тремя детьми я навряд ли управлюсь.       – Всмысле, с тремя? – только и возмутилась Мари, покраснев, как рак и потупив взгляд. – И что это ещё были за такие откровенные неприкрытые намёки прямо перед папой? Ты так хочешь оставить свою дочь без парня?       – Ну что за глупости, – женщина сделала небольшой глоток и с улыбкой облокотилась на стол, подперев рукой голову. – Том понимает куда больше, чем мы с тобой думаем. Мне даже кажется, что он уже смирился с тем, что вскоре ему придётся отпустить тебя.       – Куда это я там должен её отпустить? – ворчливо осведомился мужчина, появляясь в дверном проёме. – Я и так позволил ей сегодня слишком много, когда отправил на целый день с этой сомнительной личностью.       – Вспомнил бы себя в её возрасте, – рассмеялась Сабин, посматривая на несчастное лицо своей дочери. – Уже забыл, как рассказывал мне про свои похождения?       – Она же девочка, – недовольно пробубнил Том, протопав к плите за своей порцией. – Я любому голову откручу, если ей попытаются сделать больно.       – Не сказала бы, что ей было больно, – глухо хихикнула женщина, сразу после своих слов услышав упавшую на пол ложку. – Дорогой, мне кажется, что там всё серьёзно.       – Мадам, вы теперь мой враг номер один, – тихо сквозь зубы выдала Мари и повернулась к побагровевшему отцу. – Папа, возможно, я тебя удивлю, но когда два человека встречаются, между ними возникают довольно таки тесные отношения.       – Даже не хочу знать, насколько тесные, – прорычал мужчина, почти швырнув тарелку на стол и сев рядом с женой. – Я точно придушу этого гадёныша.       – Ну-ну, у нас ещё будет время об этом поговорить, – Сабин примирительно погладила его по плечу и посмотрела счастливыми глазами на Маринетт. – А пока, давай поделимся нашими планами с дочерью.       – Мы же ещё не всё до конца решили, так что не знаю, стоит ли говорить об этом раньше времени.       – Что такое? – девушка взволнованно заёрзала на стуле, почему-то готовясь к самому худшему. – Что-то случилось?       – Мы планируем переехать, – скрестив руки на груди, выдохнул Том. – Подумав, мы пришли к выводу, что Париж оставил в нашей жизни слишком много печальных воспоминаний. Последние события так вообще чуть не поставили крест на нашей семье.       – Я поговорила со своими родителями, и они сказали, что будут только рады, если мы переедем в Китай, – Сабин протянула руку через стол и погладила окаменевшую дочь по волосам. – Не переживай так сильно. Всё равно уедем мы не раньше, чем через год. Всё-таки, это путешествие довольно затратное. Надо будет присмотреть хорошую квартиру и решить вопрос о покупке помещения для нашего ресторанчика. У нас есть неплохие сбережения, да и дела в кондитерской сейчас идут на ура. Подождём, пока родится ребёнок, а уже потом будем заниматься делами.       – А как же наш дом? – только и пропищала Мари, лихорадочно соображая. – Как же кондитерская? Вы же столько сил сюда вложили. Неужели, вы так запросто откажетесь от всего этого?       – Вот об этом, кстати, нам и надо с тобой поговорить, – мужчина почесал затылок и со всей серьёзностью посмотрел на свою дочурку. – Всё будет зависеть от твоего ответа. Как ты решишь, так и будет.       – Я уже поняла, что ты не собираешься отсюда никуда уезжать, – печально вздохнула женщина, продолжив с толикой грусти. – Только не сейчас, когда в твоей жизни, наконец, начало всё налаживаться. Я понимаю, что всё ещё может несколько раз поменяться, но всё-таки надеюсь, что с этим мальчиком ты будешь счастлива. Маринетт, мы можем оставить всё тебе, если ты захочешь продолжить наше дело. Если же тебя это не интересует, то квартира всё равно однозначно будет твоей, а кондитерскую ты можешь продать.       Девушка сидела и не знала, что и думать. Пока она ломала голову над тем, как ей объяснить родным то, что она исчезнет из их жизни на неопределённый период времени, они сами уже планируют покинуть это место, давая ей возможность жить самостоятельно. Подарок судьбы? Вряд ли. Париж больше никогда не сможет стать для неё домом.       – Так что ты на это скажешь, Мари? – Сабин нервно постукивала пальцем по столу. – Естественно, я не настаиваю решать именно сейчас, ведь всё это только в планах. Но хоть какие-то мысли на этот счёт у тебя имеются?       – Я не могу оставить Адриана, – она покачала головой и неосознанно запустила руку в волосы, сжимая шелковистые пряди. – Я не смогу поехать вместе с вами, но и оставаться здесь не намерена.       – Что ты имеешь ввиду? – обеспокоенно спросил Том, посматривая на неё с откровенным непониманием. – Мы чего-то не знаем?       – Мы тоже планируем уехать отсюда, как только будет такая возможность, – выдала девушка ошарашенным родителям. – Не знаю когда и не знаю куда, но Париж должен остаться в прошлом.       – Это немного неожиданно, – женщина нахмурилась, переглядываясь со своим недовольным мужем. – И когда ты собиралась нам об этом рассказать? Ты же не планировала молча сбежать?       – Нет, – она думала на секунду дольше, чем нужно, что не укрылось от цепкого взгляда её матери. – То есть, думала поначалу, когда у нас ещё были проблемы, но сейчас всё иначе.       – Если дело только в нас, то у тебя нет причин куда-то отсюда срываться, – настаивал Том, который был не готов отпустить свою дочь бог знает куда, да ещё и вместе с парнем, которого и видел-то всего пару раз. – Как только мы уедем, у тебя будет свой собственный дом и, возможно, ещё и бизнес. И раз уж ты так без ума от этого гадёныша, то можешь спокойно жить тут с ним. Меня то рядом уже не будет, чтобы свернуть ему шею за его шаловливые ручонки.       – Папа, да прекрати ты уже, – искренне посмеялась Маринетт, чем вызвала неуверенную улыбку у своей матери. – Извини, но причина совсем в другом. И я уже сейчас готова дать вам свой ответ.       – И что же ты решила, – Сабин сердцем чувствовала, что решение дочери им совсем не понравится. Всё-таки, было в её поведении что-то странное. – Пожалуйста, подумай хорошенько. Это же твоя жизнь.       – Вы можете продать дом с кондитерской и спокойно начать обустраивать свою жизнь в Китае, – чётко проговорила девушка, отставив в сторону пустую тарелку. – Я в курсе, насколько сейчас это всё затратно, так что деньги лишними не будут. Да ещё в нашей семье планируется пополнение, так что лучше обеспечьте малышу счастливое будущее. А со своей жизнью я как-нибудь сама разберусь.       – И когда только это произошло, – с грустью в голосе протянула женщина, сжав тонкими пальцами напрягшуюся руку своего мужа. – Когда наша дочь совсем перестала полагаться на нас?       – Маринетт, насколько бы богаты не были Агресты, ты же не собираешься позволить ему единолично устраивать вашу жизнь? – сурово произнёс отец. – Я не хочу, чтобы спустя какое-то время у тебя возникло ощущение, что он тебя просто напросто, – Том захлопнул рот, не в силах выдать такое отвратительное слово, как "купил". – В общем, как только всё решите, ты подойдёшь ко мне и обо всём расскажешь. У нас с Сабин хорошие накопления, так что без собственных денег я тебя никуда не отпущу. Если тебе что-то не понравится, у тебя должен оставаться шанс вернуться обратно к нам. Пожалуйста, я прошу тебя, не отвергай нашу помощь. Ведь мы с мамой очень любим тебя и не хотим потерять.       – Ну, если что-то пойдёт не так, то в Китае не так уж и плохо, – решила перевести тему Маринетт, одарив их ласковой улыбкой. – Вы уже решили, чем хотите там заниматься?       – Да чем-чем, – недовольно насупился мужчина. – Там ничего нет кроме этой чёртовой рыбы, которую я на дух не переношу.       – Совсем нет! Кажется, ты что-то перепутал, дорогой, – возмутилась Сабин и тут же начала рассказывать о своих планах на новый ресторанчик. – Мы хотим открыть заведение с традиционной выпечкой. Естественно, она довольно сильно отличается от нашей, но пока мы гостили у моих родителей, мама уже успела научить Тома готовить рисовые пирожки. Да и я всё ещё прекрасно помню несколько рецептов маминых десертов.       – И в подмётки не годятся нашей выпечке, – продолжал бурчать мужчина. – А может быть, откроем именно французское заведение? А то эти рисовые хреновины и так на каждом углу.       – Эй, мы всё-таки начинаем новую жизнь, – осадила его женщина тоном, не терпящим возражений. – Смена обстановки только пойдёт нам на пользу. И неужели ты не готов учиться чему-то новому? Скажи ему, Маринетт.       – Я однозначно хотела бы попробовать твои рисовые пирожки, папа, – девушка сдавленно посмеивалась, ощущая на себе волчий взгляд своего отца. – Да не расстраивайся ты так. Мама поможет тебе быстро освоиться. Да и у дедушки с бабушкой своё заведение, так что, думаю, они смогут дать тебе несколько дельных советов.       – Кругом одни враги, – закатил глаза Том, после чего перевёл взгляд на часы. – Ничего себе, уже так поздно. Мари, давай посмотрим образцы, а потом все разойдёмся отдыхать.       – Уже одиннадцать, – испуганно пискнула Маринетт, выскакивая из-за стола. – Простите, но давайте лучше оставим это на завтра. Я дико устала и очень хочу спать.       – Завтра нас до вечера не будет, – Сабин с удивлением наблюдала за дочерью, которая стремительно пятилась в сторону выхода, как будто куда-то спешила. – Рано утром мы поедем за продуктами, а потом уже хотим объехать магазины, чтобы выбрать хорошую кроватку для малыша и ещё кое-что по мелочи.       – А не рановато ли? – она нервно переминалась с ноги на ногу, стремясь быстрее закончить разговор. – Надо хотя бы узнать пол, прежде чем что-то покупать.       – Ну, мы только посмотрим, – женщина нежно улыбнулась мужу и погладила его по руке. – Том настоял. Хочет, чтобы у его ребёнка было только всё самое лучшее. Так что подошёл ко всему основательно и готовится заранее.       – Маринетт, ты же завтра выбираешься в город? – мужчина немного поник. – Мы с Сабин будем в центре примерно около девяти. Движение там перекроют, так что не уверен, насколько быстро мы сможем туда добраться. В любом случае, мы не можем не считаться с чужим горем. Да и мадам Бюстье, эту прекрасную женщину мы с Сабин знали очень хорошо.       – Да, папа, – тихо ответила Мари, на несколько секунд замерев на месте. – Мы с Адрианом тоже пойдём. Возможно, даже сможем там встретиться.       – Век бы ещё твоего бойфренда не видел, – вполне дружелюбно фыркнул Том. – Ну ладно, иди тогда спать. Наверняка, ты очень устала за эти дни, так что будить тебя с утра не будем.       – Спасибо, – Маринетт благодарно улыбнулась и уже хотела стремительно взлететь вверх по лестнице, но почти сразу остановилась. – Я хочу, чтобы вы знали, – она повернулась обратно и с искренней широкой улыбкой добавила. – Я очень сильно вас люблю.       Не дожидаясь, пока с лиц её родителей схлынет умиление, и они сообразят ей что-то ответить, она выскочила в коридор всё с такой же дурацкой ухмылкой. Как же давно она не чувствовала подобного после разговора с ними. Все эти светлые эмоции оставались в давно забытом прошлом, когда между ними ещё не разверзлась бездонная пропасть, именуемая Нуаром.       Зайдя в свою комнату, девушка порылась в стопке чистой одежды на кресле, вытащив оттуда лёгкие голубые джинсы и однотонную чёрную футболку. Бельё, за неимением комода, она предпочитала держать в ванной в отдельной корзине. Чёрт, весь этот её псих с мебелью теперь действительно выглядел глупо, доставляя явный дискомфорт в повседневной жизни.       – Надеюсь, вместе с обоями я смогу рассчитывать и на новую мебель, – с сомнением выдохнула Мари, направляясь в сторону ванны.       – Нам нужно поговорить, – раздался позади неё тонкий голосок, который она вообще уже потихоньку стала забывать.       – Ну надо же, – болезненно ухмыльнулась Маринетт, вцепившись в дверную ручку. – Ты решила снизойти до бесчеловечной жестокой девчонки? Наверное, завтра снег пойдёт.       – Выслушай меня.       – После душа, – сухо ответила девушка, открывая дверь. – У меня не так много времени на сборы.       Скинув с себя одежду и зайдя в душевую кабинку, она не переставала полыхать от злости. Видимо, у квами тоже бывает пмс. Иначе не получалось объяснить то, что Тикки сначала обосрала её полностью, после решив поиграть в молчанку, а теперь вдруг заговорила, да ещё и вполне миролюбивым тоном.       – Чёрт бы побрал это непостоянное насекомое, – продолжала ворчать Мари, смывая с головы шампунь. – У меня нет никакого желания выслушивать очередную порцию этого нотационного говна.       – У тебя телефон звонит, – послышался из-за двери голос букашки. – Это Нуар.       – Сейчас выйду, – крикнула она в ответ, борясь с явным чувством дежавю, после чего тихо и язвительно добавила. – Ахренеть. Из-под двери даже тонны яда не хлынули.       Распахнув дверцу, она наспех завернулась в полотенце и выскочила из душа. Квами наматывала круги над пиликающим телефоном, как-то странно посматривая в её сторону. Маринетт поспешила принять вызов и тут же улыбнулась, услышав любимый бархатистый голос.       – Принцесса, у тебя проблемы с пунктуальностью, ты в курсе? Ладно в школу опаздывать, но на свидание с таким красавчиком, как я могла бы и вовремя придти.       – Прости, заболталась с родителями и совсем выпала из реальности, – не теряя времени, она стала быстро вытираться, попутно прикидывая, какое нижнее бельё ей стоит сегодня надеть. – Успели довезти Рейну? Проблем не возникло?       – Да, всё не так уж и плохо. Правда, лицо её мамаши всё равно не светилось радостью, когда маленькая Леди никак не хотела от меня отлипать, и ей пришлось простоять на пороге лишние две минуты, – судя по голосу, Адриана это забавляло. – Плюс, я ещё успел обрадовать эту дамочку тем, что изъявил желание встретиться завтра в городе с Рейной. Со своей пламенной речью эта парочка будет выступать около восьми вечера, так что у нас ещё будет время прогуляться всем вместе. Кстати, она сказала, что ты ей понравилась.       – Не шутишь? – по телу девушки разливалось приятное тепло, пока она натягивала на себя свой бежевый кружевной комплект, который не имел к этому никакого отношения. – Хотя, возможно на это повлиял наш последний разговор. В любом случае я ни о чём не жалею.       – И о чём вы разговаривали?       – Я тут немного собираюсь, так что давай поговорим при встрече, – одеваться с телефоном в руке было действительно до ужаса неудобно. – Обещаю, что всё тебе расскажу.       – Поторопись, Принцесса. А то я тут с ума схожу, – парень тяжело вздохнул, после чего в трубке раздался какой-то щелчок. – От нечего делать играюсь с твоим подарком.       – Эй, я его ещё даже в глаза не видела, а ты уже его лапаешь, – возмутилась Маринетт, кое-как расчесав влажные волосы. – Буду через пол часа, так что оставь ему товарный вид.       – Думаю, он будет идеально на тебе смотреться, – игриво ответил парень, щёлкнув ещё раз. – Я жду.       – Да что это там такое, – задумчиво протянула Мари, кинув телефон в сумку. – Если это наручники, то я ими же его и придушу.       Быстро одев футболку с джинсами, она кинулась к компьютерному столу. Достав из ящика зеркало с косметичкой, девушка стала наносить лёгкий макияж. Да, она всего лишь останется у него на ночь, но это не повод идти туда ненакрашенным чучелом.       – Ты открыта для разговора? – неуверенно вымолвила букашка, опускаясь перед ней на стол.       – Если это внеплановая лекция на тему "О нет, Маринетт, остановись! Он же чудовище!", то пролетай мимо, – с подводкой было покончено, осталось нанести только блеск для губ. – Хотя, может ты меня и удивишь. В последнее время мне трудно уследить за твоими решениями.       – О том вашем разговоре на могиле Лиа, – Тикки собралась с духом и громко сказала. – Я рада, что ты так решила.       – Ещё бы, – Мари истерично рассмеялась, смерив её ледяным взглядом и колко добавив. – Разве не об этом ты мечтала, пока впустую распиналась передо мной?       – Ты не поняла. Я просто надеюсь, что теперь у тебя появится шанс на нормальную жизнь, – с жаром высказывала ей букашка, пока та иронично кривилась. – И даже у этого "чудовища" будет шанс на спасение. Как я и говорила, ты вполне способна спасти его, Маринетт.       – Не раньше, чем мы разберёмся с Бражником, – чуть более спокойным тоном ответила девушка, вытаскивая из стола разноцветные тетрадки, которые не открывала уже долгое время. – Этот монстр не должен остаться в живых после того, что сотворил с нами. Не после того, как по его вине погибла Лиа, а двое прекрасных детишек лишились единственного лучика света. Не после того, как он заставил Нуара убивать и ополчил против него весь город. Не после того, как моя мама объявила, что ждёт ребёнка, который в любой момент может погибнуть при очередной атаке акумы. Бражник должен умереть. И он умрёт в муках, как того и заслуживает, а я за этим прослежу.       Кажется, Тикки не ожидала такого поворота, поэтому после её слов мгновенно превратилась в привычный кусочек льда. То же самое пустое выражение лица и холодные маленькие глазки, не выражающие ровным счётом ничего.       – Ты пожалеешь об этом, Маринетт, – безлико выдала квами, пока её подопечная скидывала дневники в свою сумку. – И Адриан об этом пожалеет.       – Ты так упорно пророчишь нам хреновое будущее, – с насмешкой произнесла Мари, перекидывая сумочку через плечо. – Но ещё ни разу так и не оказалась права. Мы вместе, и мы любим друг друга. Нуар убрал с улиц Парижа достаточно мусора, а я уже давно разобралась в себе. Теперь совместная жизнь не кажется чем-то за гранью фантастики. Мы заберём Селесту и Рейну с Кайном, после чего уедем отсюда, забыв навсегда про этот проклятый город.       – Так уезжайте сейчас, – всё ещё продолжала произносить пустые фразы малютка, проследовав за ней на балкон. – Пусть с Бражником разбираются другие герои, которые ещё не ослеплены жаждой мести и смогут действовать на трезвую голову, не усыпая улицы Парижа трупами невинных людей.       – Эти люди не достойны сочувствия, – девушка ухватилась руками за перила и запрокинула голову к небу, вдыхая свежий ночной воздух. – Они не достойны даже мимолётной жалости, которой я позволила просочиться в своё сердце, уничтоженное потерей близких мне людей. После того, как они обошлись с Нуаром, они не достойны быть спасёнными. Пока идёт борьба с Бражником, мне абсолютно всё равно, сколько их погибнет, если это не дорогие мне люди. И знаешь, почему?       – Потому что ты давно стала чудовищем, – уверенно произнесла Тикки, паря у её правого плеча. – Вы оба монстры, и не перестанете ими быть, даже если снимите свои маски.       – Верно, – одобрительно кивнула Маринетт, широко улыбаясь. – Но монстры тоже могут научиться приспосабливаться и жить вполне обычной жизнью, что мы и собираемся сделать. Как считаешь, сойдёт ли труп этого крылатого ублюдка за прощальный подарок от Парижа?       – Сумасшедшая.       – Превращение, Тикки.