Точка воздействия

      Довольно улыбаясь, Чарли возвращался в родную квартиру с белым полиэтиленовым пакетом наперевес. День выдался на удивление солнечным, а в пакете звонко стучало тёмно-зелёное стекло бутылки красного вина. Правда, учитывая скромные финансовые возможности художника, вино было из разряда попробуй-остаться-на-ногах-после-первого-бокала. Но очень уж хотелось хоть как-то извиниться перед Риккардо за испачканную краской рубашку. Чарли невольно улыбнулся, вспоминая разозлённого парня, стягивающего с себя рубашку и обвиняющего художника в патологической неряшливости и криворукости.       Витая мыслями где-то на уровне облаков, Чарли не сразу услышал знакомый голос, доносившийся из неприметного тесного дворика за поворотом. Обрадовавшись, художник было кинулся за угол, но, услышав второй, низкий и определённо раздражённый голос, остановился как вкопанный и прислушался к разговору. Подслушивать, может, и плохо, но до жути интересно. — Я всё сказал! — рявкнул Риккардо и Чарли поёжился: тот явно был очень и очень зол. — Риккардо, ты, кажется, не осознаёшь всю сложность ситуации, — холодно произнёс голос, — нельзя просто так уйти из мафии. — Повторяю ещё раз, — прорычал Де'Карли, — я скрываюсь от полиции. Однажды они уже едва не нашли меня, если бы не… Короче! Если я не уйду, меня найдут и повяжут! — Я всё сказал, — голос казался абсолютно безразличным, — ты просто так не уйдёшь. Бывших мафиози не бывает, Риккардо. Послышались тяжёлые неспешные шаги. Чарли, всё это время не двигавшийся с места, в панике озирался по сторонам, прикидывая, куда можно спрятаться. Наконец, забежав за ближайший дом, он затаил дыхание. Когда удаляющиеся в противоположную от него сторону шаги стихли, Чарли выдохнул и опасливо выглянул из своего укрытия. Улица была пустой, только Риккардо стоял, оперевшись спиной о стену подъезда и закрыв лицо ладонями. Натянув на себя дружелюбную улыбку, Чарли зашагал к нему, размахивая пакетом. — Привет, Риккардо, — поздоровался он, — а ты чего тут делаешь? Риккардо вздрогнул и удивлённо посмотрел на художника. — О, Чарли, — он едва улыбнулся, — привет. Ты откуда? Чарли демонстративно помахал белым пакетом: — Ходил за продуктами, а то ты скоро начнёшь от голода мои краски есть. Если что, белая акварель вкуснее. Улыбнувшись на этот раз вполне искренне, Де'Карли отошёл от стены и молча забрал пакет. — Я понесу, — сказал он в ответ на удивлённый взгляд Чарли. — Как хочешь, — пожал плечами художник. Шли они в абсолютном молчании. Чарли поминутно косился на ничего перед собой не замечающего и погружённого в свои мысли Риккардо и всё больше беспокоился. Судя по всему, у Де'Карли проблемы. А раз так, то и у Чарли тоже проблемы. — Риккардо, — неуверенно начал Батлер, глядя на то, как мафиози доставал из пакета продукты и расставлял их на столе, — давай поговорим. — О чём? — спросил Риккардо, изучая этикетку на упаковке лапши. Чарли вздохнул и упёрся руками в стол, точно напротив Де'Карли. — О том, что тебя тревожит. — Меня разве что-то тревожит? — усмехнулся Риккардо, продолжая читать этикетку. — Я не слепой, Риккардо. С тобой же явно что-то случилось! Мафиози его упрямо проигнорировал, достал из пакета бутылку вина, покрутил её в руках и удивлённо уставился на Чарли. Тот стушевался и, опустив глаза, пробормотал: — Не знал, как извиниться за рубашку, и решил купить вина. Риккардо вдруг тепло улыбнулся и произнёс: — Это такая мелочь, не стоило тратиться. Чарли поднял на него взгляд и весело хохотнул. — А я думал, ты мне голову открутишь! — и улыбнулся во все 32. Всё с той же мягкой улыбкой Де'Карли смотрел на него так долго, что Чарли стало как-то неловко. Он почувствовал, как предательски алеют уши. — Кто ты и что сделал с моим Риккардо, — сказал он смущённо. Словно очнувшись, мафиози вздрогнул и, напустив на себя маску скучающего безразличия, спросил, сжимая в руке бутылку: — Извиняться будешь сейчас или позже? В конце концов, я не против выпить. Так, — он окинул взглядом комнату, — в этом свинарнике вообще есть бокалы? Чарли молча стоял, не в силах произнести хоть слово. Такая перемена в настроении пугала больше, чем подслушанный в переулке разговор. Пришёл в себя художник только, когда Риккардо щёлкнул пальцами прямо перед его носом. — Чарли, — требовательно произнёс Де'Карли, — бокалы. — У меня только кружки, — смущённо улыбнулся Батлер. Риккардо закатил глаза. — Всё у тебя через одно место, ладно, тащи сюда кружки. Кивнув, Чарли подхватил две кружки, обычно используемые в качестве стаканов для кисточек, и отправился в ванную их отмывать. Вернувшись с уже чистыми кружками, художник застал Риккардо пытающимся откупорить бутылку своим ножом. — Тебе помочь? — спросил, улыбаясь, Чарли. — Нет, — рявкнул Риккардо, не отрываясь от своего занятия, — покалечишься ещё, — и, подумав, добавил, — или, ещё хуже, сломаешь нож. Ты же криворукий. — Ну спасибо, — обиженно буркнул художник и, плюхнувшись на стул, скрестил на груди руки. Наконец пробка поддалась и Риккардо, победоносно ухмыляясь, разлил вино по кружкам. Чарли принюхался. Пахло химией, спиртом и совсем чуть-чуть — виноградом. «Если я выживу после этой дряни, — невесело подумал он, — у меня, наверняка отрастёт третья рука или, на крайний случай, ещё одна голова». Настроение стремительно падало. — Я, конечно, в жизни много чего перепробовал, — усмехнулся Риккардо, — но вино из кружки точно пью впервые. Ты не перестаёшь меня удивлять, Чарли. Художник поднял на него усталый взгляд. «Чтож, была не была, — решил Чарли, — если выпью и выживу, спрошу у Риккардо про тот разговор». И залпом выпил всё содержимое кружки. — До дна, — сказал мафиози, принимаясь за своё вино. Чарли со стуком опустил кружку на стол и шумно выдохнул. В голове, как ни странно, прояснилось, даже дышать как будто стало немного легче. А ещё ужасно хотелось ответов. — Риккардо, — начал он, не дожидаясь пока оторвётся от вина, — мы всё-таки должны поговорить об этом! — Об этом? — Риккардо отодвинул опустевшую кружку. Чарли кивнул. — Я слышал твой разговор, — заявил он влоб, — не знаю, с кем ты говорил, но настроен он был явно недружелюбно. Де'Карли побледнел и вцепился пальцами в дерево стола. — Чарли… — прошептал он побелевшими губами. — Нет, — художник вскинул руку, призывая к молчанию, — я знаю, что ты скажешь. «Забудь», «не обращай внимания», «я сам разберусь». Нет, Риккардо, не разберёшься. Мы живём в одной квартире, так что не впутывать меня ты просто не можешь. В конце концов, я хочу хотя бы знать, угрожает мне опасность или нет. — Ты прав, — Риккардо устало провёл ладонью по лицу, — я впутал тебя во всё это. Пусть и не хотел. Но, — он уверенно посмотрел на Чарли, — обещаю, с тобой ничего не случится. Мои люди не знают, где я в данный момент залёг, так что всё будет в порядке. Правда. — Пфф, — фыркнул Чарли, — ты бы лучше о себе позаботился. Что я, с шайкой мафиози не справлюсь! — Чарли, — улыбнулся Де'Карли, — не обижайся, но ты и со мной одним не справишься, а тут целая банда… — А вот и справлюсь! Возьму и выколю им всем глаза своими супер-остро заточенными карандашами! Риккардо только рассмеялся: — Страшный ты человек, Чарли… ***       Чарли отшвырнул мокрую кисточку куда-то в угол комнаты и уставился на идеально чистый холст. Капризное вдохновение в очередной раз смоталось в далёкие дали, помахав на прощанье белым платочком. Устало вздохнув, художник обернулся и с улыбкой посмотрел на спящего на древнем, как мир, диване Риккардо. Чем дольше Чарли думал о произошедшем за сегодняшний день, тем больше у него возникало вопросов. Более менее ясно было только одно — по какой-то причине Риккардо решил уйти из мафии. Но почему, в таком случае, его просто не оставят в покое? Насколько влиятелен человек, с которым спорил Де'Карли? И что мафия теперь намерена делать? Баттлер схватился за голову. — Что делать? — прошептал он, опускаясь на колени, — что я теперь должен делать? Как мне тебе помочь, Риккардо? Как?..       Хотелось выть загнанным зверем. *** — Хреново выглядишь, Чарли, — заметил Риккардо утром, потягивая растворимый кофе без сахара, — у тебя синяки под глазами, и лицо такое бледное… Ты вообще спал? Чарли поднял на него взгляд и мученически улыбнулся. — Всё нормально, — он небрежно махнул рукой, — я просто заработался. — Но холст абсолютно чистый. — Ну да, просто… — художник обернулся на свой мольберт, — просто картина получилась неудачная, и я её выбросил. — Вот так вот просто? — удивлённо изогнул бровь Де'Карли, — всю ночь работал, а потом выбросил? — Угу, — кивнул Чарли, отпивая свой приторно-сладкий кофе с пятью ложками сахара, — а мне вот интересно… — Чего тебе? — А волосы у тебя просто покрашены в белый, или ты того…? — Того? — не понял Риккардо. — Ну… — замялся Чарли, — поседел. Мафиози подавился кофе. Откашлявшись, он громко расхохотался: — Чарли, честное слово, с тобой невозможно разучиться удивляться! Поседел! — тут Де'Карли снова рассмеялся. Баттлер улыбнулся. Если Риккардо смеётся, то, может, всё не так плохо? *** — Чарли, — крикнул Де'Карли, схватившись за ручку входной двери, — я ухожу. — Угу, — промычал Батлер, зажав между зубов кисточку. Вернувшееся вдруг вдохновение позволило ему вылить всё своё напряжение на холст, так что Чарли с головой ушёл в работу. — Не открывай никому дверь, — мрачно сказал Риккардо. — Даже тебе? — улыбнулся художник. — У меня есть дубликат ключа, дурачок, — Риккардо усмехнулся. Дверь за Де'Карли закрылась, в замке повернулся ключ, послышались неспешные шаги вниз по лестнице. В квартире было тихо, только сквозь открытое окно доносился уличный шум. Чарли стоял у мольберта и мечтательно улыбался. Как мило прозвучало это трогательное «дурачок».       Риккардо вышел из подъезда и оглянулся, тут же зацепившись взглядом за знакомое окно. «Всё будет в порядке, — шепнул он себе под нос, — я всё улажу».       Как жаль, что Де-Карли забыл о том, насколько наблюдательны бывают мафиози. Как жаль, что он забыл о талантливых сталкерах, числившихся в группировке, из которой ему так хотелось уйти навсегда. Как жаль, что он тогда ушёл, оставив Чарли одного. Как жаль, что ничего уже не исправить.