Вёзочка

Яков Платоныч ныне отнюдь не был тем самым скептиком, каким мы когда-то застали его в начале истории. Он преодолел большой путь от рационализма к эмпирическому познанию сути событий. Прикоснувшись к стихии огня, шагнув в её жаровню, Штольман пересёк порог интуитивного восприятия, погрузившись в мир, пограничный реальному. Пережив затем смерть от раны, нанесённой ему Нежинской, олицетворявшей его земное материалистическое прошлое, он вновь возродился к жизни, шагнув в объятия барышни Мироновой, несущей в своей душе исцеляющую силу любви и счастья. Став отцом Яков окончательно уверовал в чудо, и каждый раз, слыша детский смех, он укреплялся в своей вере снова и снова. Зайдя в спальню, Яков Платоныч нашёл Анну крепко спящей в ворохе белоснежных одеял. На полу были небрежно разбросаны чулки, некоторые детские вещи. Плюшевый Настин медвжонок лежал в тапке Штольмана. Он улыбнулся, поднял с пола одежду и аккуратно сложил в гардероб. Анна ждала второго ребёнка, который скоро должен был прийти в мир, и имела обыкновение засыпать, едва преклонив главу. Штольман положил плюшевого медведя рядом с женой, укутал её одеялом, поправил вьющийся локон и тихо вышел из комнаты, прикрыв дверь.

***

Адъютант встал, вытянувшись, как струна, и прищёлкнул каблуком, когда Штольман подошёл к своему кабинету во дворце Его императорского Величества. Кивнув головой в знак приветствия, Яков велел: — Никого не пускать. — Слушаюсь, Ваше высокоблагородие, — ответил молодой человек. Яков затворил кабинет на ключ и подошёл к массивному столу, обтянутому зелёным бархатным сукном. Нагнувшись, он нащупал под столешницей металлическое кольцо и потянул за него. Часть стены напротив стола с лёгким скрипом отодвинулась в сторону, открыв вход в секретный архив императора. О существовании сего хранилища не знал никто, лишь тот, кто заступал на пост начальника тайной разведки, был посвящён в государственные мистерии. Штольман засветил газовый рожок, и помещение наполнилось тусклым желтоватым светом. Острый пряный запах пыли и бумаг ворвался в кабинет. Слегка поморщившись, Яков Платоныч зашёл в архив, и, направился к высоким стеллажам, где на полках разместились два внушительного размера несгораемых шкафа. Отворив дверцу одного из исполинов, сыщик бережно достал зелёную выцветшую от времени папку, на которой красными чернилами каллиграфическим почерком было написано слово «Секретно». Он медленно открыл её и провёл пальцем по оглавлению. — Кудесники  — Долгожители — Богатыри — Оборотни — Русалы - Вурдалаки Остановившись на «долгожителях», Штольман раскрыл нужную страницу и, достав блокнот, начал выписывать их мудрёные имена и адреса пребывания. Все мудрецы и долгожители к 1895 году были сочтены властями, и встретить живого представителя прошлого считалось большой редкостью. Многих жестоко поубивали ещё во времена войны с Наполеоном, как представителей великого наследия Руси. Те, которые остались в живых, согласились то ли из мудрости, с целью поддержания равновесия добра и зла, то ли из хитрости - ради собственной выгоды, содружествовать с новыми властями. В общем их никто не трогал, но время от времени сильные мира сего шли по заветным тропам к старикам за мудрым советом, ибо многие из отшельников разумели духом и обладали поистине незаурядными способностями. Предупредив государственный переворот, Яков Платонович произвёл фурор в императорских кругах, и при протекции полковника Варфоломеева получил доступ к владению многими секретными источниками информации. Просмотрев список, Яков выбрал мудреца волхва Белозёра, который жил в небольшой живописной усадьбе в центре не рубленной вековой рощи. Это место было недалеко от Петербурга, в верстах пятидесяти. Белозёру было 523 года. Яков закрыл глаза и усмехнулся. Поймать звезду? Что может быть проще… Открыв второй шкаф, Яков достал бумажный свёрток за номером 17, на котором было росчерком красными чернилами написано: «Перстень Проходимецъ». Выйдя из архива и вернув стену на место, новоявленный ловец звёзд присел в кресло и положил перед собой загадочное кольцо. Слегка прикусив кулак, Штольман глубоко задумался. Одному идти на такое пикантное дело опасно. Нужен помощник. На свете не было более подходящего человека, могущего составить статскому советнику компанию в путешествии к небесам, чем Пётр Иванович Миронов. Однако его надобно было для начала найти. А где может быть господин Миронов? Штольман улыбнулся. Господин Миронов вызывает духов. Надев перстень на палец, Штольман слегка надавил на рубин и, исчезнув из кабинета тайной разведки, очутился у поместья княжны Николевской. Оправив сюртук, Яков Платонович подошёл к двери и, слегка помедлив, громко постучал в дверь .

***

Княжна Николевская время от времени устраивала спиритические сеансы и слыла весьма жизнерадостной гостеприимной особой. Вполголоса шептались, будто она питает нежные чувства к Петру Миронову, однако её положение не позволяло им вступить в брачный союз. Да, да. Пётр Миронов — это константа мироздания. Эдакая пристань неизменности бытия. Как говорится, годы проходят, люди меняются, а Пётр Иванович всё такой же, каким мы его помним. Жизнерадостный, неунывающий, мастер спиритизма и оккультизма, дамский баловень, философ, ищущий истину в вине. Пожалуй, единственное, что наполнило смыслом его бытие в последние годы, это то, что к нему в полной мере вернулась способность медиума, утраченная в былые времена. Услышав то, что ему тихим голосом поведал Штольман, Пётр Миронов громко расхохотался, напугав до ужаса дворецкого, вышедшего из гардеробной. Однако, когда Пётр Иванович увидел вскинутую бровь Яков Платоныча, его невозмутимый уверенный взор, медиум со всей серьёзностью погрузился в мысленное созерцание всей задачи, молча надел шляпу, и мужчины вышли из поместья Николевских. Свернув на городскую аллею, они молча шли, помахивая тростями. В тусклом свете фонарей их силуэты удалялись, а яркая полная луна усмехалась вслед, кидая блики на верхушки деревьев, отчего листья мерцали и таинственно покачивались. Ловцов звёзд было уже двое. Дойдя до конца рощи, мужчины остановились и пожали друг другу руки. Большой белый кот, вальяжно шагая и вытянув трубой хвост, поспешил потереться спиной о вожделенные человеческие ноги, однако остановился, будто наткнулся на невидимую преграду. Топорща усы, он принялся осторожно нюхать воздух. На месте, где только что стояли люди, никого не было. Бедолага не успел заметить, что пожав друг другу руки, мужчины изящно и легко растаяли в воздухе.