Впусти меня обратно

POV Энни Прошла уже неделя после того, как мы с Чонгуком решили «передохнуть». Бесцельно тыняюсь по квартире. Чёртов отпуск! Всё должно было быть не так! Абсолютно не так! Здесь сейчас должен был быть этот чёртов Чон, мы бы играли на x-box, он бы выиграл в очередной раз, и загадал бы мне какое-нибудь дурацкое желание, типа весь следующий матч сидеть с яйцом во рту, или ещё какая-нибудь дичь. Ненавижу пустой дом. Ненавижу одиночество. И кто бы мог подумать, что я однажды такое скажу? Что я скучаю по этому засранцу. А он даже не пишет. Сколько раз думала, стоит ли написать самой, но потом вспоминаю, что это я же и предложила сделать паузу. С другой стороны, логично, что, если я предложила — мне и писать первой. Но, опять-таки, с другой стороны, мог бы и дать понять, что он ждёт. Ебучий мозг. Или может просто пить надо меньше? Неделю уже не просыхаю. Но, если так подумать, всё к этому шло. Наши беспочвенные скандалы, из-за любой мелочи. Его срывы на мне, из-за бессонницы. Мои срывы на него, из-за усталости от нагрузок Бан PD-нима. Столько всего случилось… Но каждый раз мы же мирились. Я либо дура, либо и правда заебалась от всего. Но мне и правда хочется, чтобы Чонгук приехал и сказал «к чёрту это всё, Мун, занимаемся идиотизмом вместо того, чтобы заниматься сексом», или что-то в этом духе. Сколько мы пережили пока были вместе, и сколько пережили чтобы БЫТЬ вместе… Глупо, так глупо расставаться. Не заметила, как уже набрала номер мелкого, но он не отвечает. Это пиздец как задевает! Ну и пошёл нахуй значит! Что он о себе думает, этот ебучий Чон Чонгук?! Неожиданно телефон в руке завибрировал, но мои надежды рухнули, когда я увидела всего лишь напоминание о Дне рождении Ким Исоль. Зачем оно мне? Странно что я не стёрла его раньше. Дни отпуска шли нереально долго. Ёбаный Чонгук даже не перезвонил. И я тоже не стала звонить больше. Хотя так хотелось. Хотелось, чтобы он взял трубку, и накричать на него за то, что он себе позволяет! Я уже надумала миллион вариантов развития событий, а он даже не удосужился перезвонить! Завтра убью. Прикончу этого засранца. На месте просто. Самое странное, что за эти дни мне писал только Юнги. И, что более странно, первую неделю он писал о том, что это всего лишь перерыв. Что мы с Чонгуком слишком много были вместе. Что каждому нужно немного воздуха. Что всё вернется на места после отпуска. Но сейчас даже он мне не пишет. Что за бред? Бесит до невозможного! Чёртов Мин Юнги. Даже его сейчас не хватает. Первый день после отпуска кажется самым сложным. Настроения ехать на работу нет вообще. Но, не могу же я упустить шанс пройтись на каблуках в короткой юбке мимо Чон Чонгука. Надев чёрное скинни-платье с длинным рукавом и высокие каблуки выхожу из дома. Подкуриваю сигарету, и в очередной раз оставляю вишнёвый след на фильтре. Каждый раз Чон говорил о том, что это выглядит очень сексуально. Внутри всё сворачивается комком, когда думаю о том, что сегодня увижу его. От нервов не могу даже докурить, поэтому бросаю полускуренную сигарету, и сажусь в машину. Стою возле компании, думая о том, что я скажу Чонгуку, когда увижу его. На самом деле, понятия не имею, зачем я это делаю, ведь, как всегда, всё пойдет по пизде. Не скажу же ничего из того, что думаю. В любом случае, перед смертью не надышишься, и я гордо переступаю порог компании Big Hit. Бан PD-нима нет на месте. Поэтому я иду на своё привычное место работы. На кухню. Хожу по пустым коридорам. Всё такое же, как и две недели назад, но внутри закипает жуткое волнение. Слышу голоса за поворотом. Это точно Юнги. Улыбаюсь и делаю несколько тихих шагов, чтобы напугать ублюдка, но от его слов ноги прирастают к полу. — Чонгук, ты не сможешь скрывать это от неё. Сделал глупость — cкажи ей. — Не дышу. Не моргаю. Жду продолжения. — Если она узнает, кто это был — она убьёт меня, а потом и Исоль тоже. — Нет. Нет-нет-нет-нет-нет. Внутри закипает ярость и истерика. — Да, она это сделает. Но будет ещё хуже, если она узнает об этом случайно. Потом. Когда вы помиритесь. — Я не могу, хён. Чёрт возьми, как я ей скажу? «Мун, ты знаешь, я тут неделю назад трахал Исоль, в качестве подарка на её День рождения? Пришёл с пустыми руками, и надо было выкручиваться как-то.»? — Сама не поняла, что произошло, но вот передо мной на полу лежит Гук с разбитым носом, а рядом стоит Шуга, ошарашено глядя то на меня, то на него. И вот ноги несут меня куда-то, а я даже не успеваю понять, как я снова оказалась дома. Что? Что он сделал? Господи, да выеби он кого-угодно — я бы даже не разозлилась. Но не эту суку. Не эту мразь. Телефон разрывается от сообщений. «Мун, выходи, я под твоим домом уже 10 минут.» Ебучий Юнги. «Лучше ты заходи». Спустя несколько минут звонок в дверь. Пулей подлетаю, резко открывая дверь, и впиваюсь в губы этого сурового рэпера. Затаскиваю в квартиру, захлопывая дверь ногой, и прижимаюсь к телу Мина. Как только до него дошло, что за херня происходит, он попытался оттолкнуть меня, но не тут-то было. У злой женщины размах чугунной сковородой — что теннисной ракеткой, поэтому сил прижать его к стене настолько, что он даже пошевелится не может, хватает с лихвой. Кое-как оторвавшись от моих губ, он пытается меня успокоить, но как только мои губы перемещаются на его шею, вперемешку с зубами и языком, ему уже сложно что-либо сказать. — Мун, оно того не стоит. — Шепчет он, но как-то неубедительно. — Ты готова упасть так низко в глазах Чонгука, только лишь ради мести? — Я ничего не отвечаю, но знаю, что да, готова упасть. Как бесит всё это. Заткнись ты уже. Его ебучая футболка мешает, но снять я её не могу. Тяну его в сторону спальни, и толкаю на кровать, нависая сверху. Я злая как демон. Он видит это, и в его глазах начинает гореть огонь. Юнги, огромными усилиями перевернул меня на спину, и сам навис надо мной. — Что же ты делаешь, Энни Мун? — Сил у меня совсем не осталось. Я поняла это, стоило мне оказаться под Мином. Ну всё, сейчас он уйдёт, и на этом конец. Но, к моему удивлению, его рука гладит моё бедро, поднимаясь выше, закидывая мою ногу ему на спину. Горячая ладонь сжимает ягодицу. Какая хорошая идея была, надеть сегодня платье. — Чёртов Мин, ты же сам знаешь, что я делаю. — Он нагло улыбнулся, и его губы принялись целовать мою шею. И кто тут про низкие поступки говорит? Эта зараза оставляет засосы на каждом миллиметре моей кожи. Совсем не в тему начинает звонить телефон. Скорее всего, это директор, но мне так похуй, потому что ублюдок Юнги уже давно снял с меня платье и бельё, и сейчас раздевается сам. Бледная кожа. Красивые ключицы. Не успела я рассмотреть его полностью, как он резко наваливается на меня, и так же резко входит до основания. Шуга двигался быстро, резко, грубо. Его пальцы сомкнулись на моей шее, а губы шептали на ухо «ну что, ты этого хотела?» А я могу лишь отвечать «нет, хочу жёстче». Он вертел меня как хотел. Отымел во всех позах. Называл грязной шлюхой, ублюдочной тварью. Хватал за волосы. Затыкал рот то поцелуем, то собственным членом. Не подумала бы, что он настолько ублюдок. Кончив в тысячный раз, я чувствовала себя каким-то овощем, но ему захотелось стоя. Ноги не слушались, но его это мало волновало. Став сзади меня, он крепко прижимал меня одной рукой к себе, а другой держал за горло. Как бы это ни звучало — такого секса у меня не было даже с Гуком. И сейчас это именно то, чего мне хотелось. Тело горит от шлепков, поцелуев, укусов, засосов. Дышать сложно. Его рука переместилась с талии вниз. Пальцы умело массировали клитор, и в этот раз мы кончили вместе. С моим протяжным стоном и его зверским рыком мне на ухо. Курим на балконе. Я стою в его футболке, в то время как он в одних лишь джинсах, под которыми даже белья нет. Как, впрочем, и у меня. — И что ты скажешь Гуку? — Спрашиваю я этого «друга года». — Сам же втирал ему о важности правды в нашем мире. — Он делает тягу, глядя куда-то вниз. — Что вы квиты. — Он возненавидит тебя. — Не больше, чем ты его ненавидишь. Сама-то что думаешь? — Сказать такое сложно. Но я, выкидывая бычок с балкона и наблюдая его полёт вниз, говорю то, чего никогда не ожидала сказать. — Чон Чонгук больше не часть моей жизни. Так что я больше ничего не думаю. Провожаю Мина. Ситуация знакома. Моя рука вновь не успевает дотянутся до ручки, потому как ладонь Юнги, которая какой-то час назад доводила меня до оргазма, сейчас нежно перехватывает мою. Всё как тогда. Аккуратно. Нежно. И это успокаивает мою ярость окончательно. Слёзы по щекам. Нет сил больше держать всё в себе. Шуга обнимает меня и прижимает к себе. Сейчас доходит, что его поцелуй не такой, как у Чонгука. Его объятия не такие, как у Чонгука. Он — не Чон Чонгук. Тело предательски дрожит, и тонкие руки Юнги прижимают меня крепче. Одной рукой он зарылся в мои волосы, а вторая обхватила талию. Невольно хмыкаю от того, что спустя пару лет, ничего не изменилось. Он целуется так же, как и тогда. Отрываясь от моих губ, он снова утыкается лбом в мой лоб. — Разберёмся, Мун. Нам теперь обоим пиздец. Ненавижу тебя, ты ёбаный суповой набор.