Шрамы.

      Снейп сидел в своём кабинете и размышлял над сложившейся ситуацией. Альбус подхватил смертельное проклятье и зельевару не было жаль старика. Ему кажется, что это наказание слишком слабое, чтобы окупить все его прегрешения. Он таким зверским образом истязал сына Лили, что не достоин более лёгкой участи.       Ещё постоянно приходилось поить мальчишку модифицированными зельями, которые немного улучшали его шаткое положение. Теперь Северусу приходится уделять Гарри ещё больше внимания, которое и так всегда было сосредоточено на мальчишке.       Надо же - Поттер думал о нём, не как об ужасе подземелий. Но ему - то что с этого, наоборот лучше, чтобы мальчик его ненавидел. И Снейпу предстоит исправить это упущение с его стороны. ***       Отправляясь на встречу к Волан-де-Морту, Северус понимал, что, скорее всего, не вернётся живым.       Но он был полон решимости, и отступать не собирался. *** — Взгляни... на... меня... — Прошептал он. Зелёные глаза встретились с черными, но мгновение спустя, в глубине черных погасла жизнь, взгляд глаз стал пустым и неподвижным. Рука, державшая одежду Гарри, упала на пол, и больше Снейп не шевелился.       В этот момент в душе Поттера что-то остановилось. Появилось какое-то новое ощущение страха, но оно было направлено не по отношению к самому страшному магу этого столетия, как могло показаться, к этому сумасшедшему он уже давно привык. Мальчик боялся больше всего боли, но вот от кого её следовало ждать?И тут, Гарри осенило, неужели… Дамблдор!?       Было такое ощущение, будто с его головы, только что сняли мешок*, закрывающий обзор на некоторые очевидные истины. Но такое резкое осознание заставило встать в ступор. Неужели, всё, что происходило с ним, была игра?! У Гарри появилось новое чувство по отношению к мужчине, что бездыханно лежал на полу. И в голове разом стало пусто. Мышцы ног окончательно лишились сил, и он упал к телу профессора, вплотную усевшись к Северусу, а по щекам незаметно потекли слёзы. Поттер невербальным заклинанием, разрезал ладонь и, положив её к остывающей рваной ране на коже декана Слизерина, на уровне подсознания, начал зачитывать на парсентанге строки ритуала принятия крови, родства и магии. Молодой человек не замечал, что его тело и разум действовали отдельно друг от друга, но его уже это волновало. Так надо.       Но ничего не происходило. Тело, с которым приходилось контактировать становилось всё холодней, а на Гарри накатывала жуткая паника. Не успел, он не успел, когда зельевар успевал всегда. Душевная боль разгоралась внутри, будто бы её целью было довести мальчика до истерики. Он беспомощен, всё потеряно, но остановиться тоже не было сил, ведь потом Поттер не простит себя за то, что опустит руки. В этой критической, хотя можно уверенно заявить, что уже в летальной ситуации, он искал выход. Но если смотреть на это здраво, то о каких же возможностях идёт речь? Что может сделать глупый гриффиндорец, который вместо занятий и уроков, всегда влезал в опасные приключения.       В голове раздавался непонятный голос, но Гарри не обращал на него никакого внимания, ровно до того момента, как Гермиона хорошенько его не встряхнула. И только сейчас, юный маг услышал о дуэли, назначенной свихнувшимся магом: через час в Запретном Лесу. Поттер посмотрел в лицо подруги, которое выражало огромное сожаление по потери профессора, несмотря на всё, он тоже для неё что-то значил. Переведя взгляд на Рона, гриффиндорец понял, что тот в замешательстве, но в глазах видна скорбь по этому человеку. Неизвестно почему, но ему стало немного легче, зная, что друзья разделяют с ним схожие чувства, и не являлись бесчувственными подростками.       Гермиона мягким движением убрала руку Гарри с шеи Снейпа, залечив порез. Так же без слов обняла опечаленного друга, поддерживая. Но Гарри в этот момент смотрел только на ладонь, с большим оставшимся продолговатым шрамом. Обычно они должны заживать бесследно, после применения магии, разве нет? Тогда-то он и заметил, что из-под рукава виднеется ещё один рубец. И не удержавшись, мальчик закатал собственный рукав, и увиденное его поразило до глубины души. Не каждый день удаётся увидеть полностью исполосованную руку, старыми "украшениями", хотя только вчера, там не было и следа. Поттер услышав шорох, перевёл шокированный взгляд на подругу. – Прости, что мы тебе ничего не говорили, но на нас тоже оказывали давление всё это время. Мы, конечно, беспокоились о тебе, но это делало всё только хуже, поэтому, когда ты перестал бояться вспомнить всё, мы пытались не провоцировать тебя на новые приступы.       Гарри ещё больше удивился, не до конца понимая: о чём это говорит Миона с таким странным выражением лица с явным чувством вины. Тогда, он не удержался и очертил пальцами несколько шрамов. Вдруг, резко его голову начало заполнять большое количество воспоминаний. От неожиданности и неподготовленности к такому действию, он повалился на пол, обхватив голову руками.       Он всё вспомнил.       Теперь многое для него прояснилось. Все те чувства к Северусу и Дамблдору, появившиеся недавно имели за собой основу. Жаль, что не успел провести больше времени со Снейпом, может тогда Гарри и признался бы в своей симпатии к нему. Хотя эту возможность на корню уничтожил сам же зельевар. Тот незаметно пичкал его странным зельем, что укрепляло Обливиэйты и скрывало шрамы. Сейчас в душе поселилась огромная обида на желчного профессора, что тот за него всё решил, как Поттеру будет лучше. Но если рассматривать картину здраво, то Северус наоборот помог ему, буквально спасая мальчика.       Покидая хижину, у гриффидорца сердце кровью обливалось, когда он в последний раз взглянул на мёртвого профессора.       Гарри с новыми мыслями собирался на последнюю встречу в Запретный лес. Если смотреть правде в глаза, то нынешнее положение дел его очень угнетало, а новые "приятные" воспоминания тяготили душу. Вера Дамблдору за секунду растворилась, и в итоге выходило, что Гарри мало кому доверял, а кем дорожил – стало ещё меньше. И не факт, что друзья переживут очередное опасное приключение, в которое оказалась втянута вся магическая Британия. Сейчас, с этого момента его поступки будут приниматься именно им, без разных корректировок - осознанно. Он не тот, что был раньше, но изменит ли этот факт что-нибудь? Хватит ли сил?!