Мефодий Буслаев и меч Древнира.

— Меф, ты майки забыл! Хоть парочку с собой возьми. В Эдеме хоть и есть так называемая «Инвентарная», но вещи там а-ля восемнадцатый век, — сказала Дафна, разглядывая собранную Мефодием сумку красного цвета, подаренную Эдей. — Ладно, сейчас положу. Вот блин - разорваться. С одной стороны мы переезжаем в Эдем! Это же круто! А с другой стороны Варсуса больше нет. Ну его тело до сих пор ходит. Но того самого забияку мы больше никогда не увидим. Хоть он меня чуть не убил, но мне его жаль, — сказал Буслаев грустно, копошась в положенных в сумку вещах. — Мне его тоже жалко. Я знала его с самого начала… Но это не наша вина. Он сам выбрал свой путь. Давай я тебе помогу, а то ты совсем раскис, — младший страж приобняла златокрылого и, открыв шкаф, в котором были оставшиеся вещи, взяла кучу маек и сложила в сумку. — Да не раскис я… Так, ладно. Давай к делу. Запасные кроссовки, штаны, носки… — он начал перебирать в памяти те вещи, которые я собрал. — Ну большинство твоих вещей мы собрали, а больше в эту сумку не войдёт. Остальные, если надо будет, потом возьмём. Накладывай морок на сумку и пусть она летит без нас. Ты хоть и научился летать, но, если честно, лучше нам отправляться без сумки. Перелёт в Эдем это не очень простое занятие. А для тебя так вообще практически невозможное. Потом я тебя потренирую, но этим мы займёмся уже по прилёту. — Ладно. Дай мне пару секунд, — Мефодий склонился над сумкой и надел на неё морок. Со стороны это выглядело довольно странно. Молодой человек с длинными светлыми волосами до плеч делает какие-то движения над сумкой, которая постепенно становится всё прозрачней и прозрачней. Спустя секунд пятнадцать сумка полностью истаяла в воздухе. — Стой, а как мы потом её найдём? Она ж невидимая. — После прохождения «Врат» все мороки слетают. Кстати, Троил выделил нам небольшой домик. — Ясно. Это хорошо, что у нас будет дом. Не придётся в Чаще Нежити спать. А то просыпаешься ты утром, а у тебя на голове гном валяется, — пошутил Мефодий. Чувство юмора начало возвращаться. — Это да. Открой окно, пожалуйста. Я сумку выпущу, — попросила Дафна и достала флейту. Буслаев открыл окно настежь, и хранитель сыграла маголодию. Хоть сумка и была невидима, но златокрылый почувствовал, что мимо его лица пролетело что-то тяжёлое. — Так, сумка полетела. Теперь Депря. ДЕПРЕСНЯ-Я-Я-К! — позвала кота младший страж. Кошак, до этого спокойно отдыхавший на пустой полке, лениво потянулся и, расправив крылья, полетел вслед за сумкой. — Нифига себе он умный. Протянул его имя и кот уже на пути в Эдем. Долго тренировала? — спросил он с ухмылкой. — Да нет. Около двух тысяч лет. Сумка летит, кот летит, а мы стоим. Теперь наша очередь. Я то могу и за ними в окно, но боюсь, что ты, если полетишь за мной, то переломаешь все крылья. Ты у нас пока… кхм… крылопопик. Так что полетим, когда выйдем из дома. — Сама ты «крылопопик», — насупился Буслаев, — Вот натренируюсь и буду тебя обгонять. Я тебе обещаю. — Чего стоим, кого ждём? Закрывай окно и полетели! Эдем зовёт!

*** Спустя пару минут ***

— Ну что, готов? — спросила Дафна. — Готов, — ответил Мефодий. — Руки держи сложенными перед собой, чтобы не мешать крыльям. Ногами не маши. Теперь - материализуй крылья, — командовала «бедная блондинка из Эдема», как она назвала себя пару недель назад. Буслаев взял медальон в виде золотых крыльев и приложил палец к углублению. За его спиной распахнулись два больших белых крыла с пятью полностью и одним наполовину чёрными перьями. Сегодня не было ни единого ветерка и стоять с крыльями было не намного сложнее чем без них. — О, всего пять с половиной чёрных? Делаешь успехи. У меня ровно пять, — удивилась Даф и материализовала свои крылья. Оглянувшись на них, она огорчённо сказала, — Ан нет. У меня шесть чёрных. И за что целое перо дали? Что, тот мужик, проехавший на красный и подрезавший автобус, на котором я ехала, и заставивший Депрю упасть с соседнего сиденья не был дегенератом? Ой блин, теперь семь чёрных… — Бывает, — чуть не засмеявшись, сказал златокрылый и взлетел на пару метров. — Ты куда? А морок наложить? Москвичи хоть и привыкли ко многому, но крылатые люди будут для них неожиданностью. — Извини, забыл. — Интересно, а как мы друг друга видим? Мы же вроде невидимы. — Ну я тебя вижу, потому что я твой хранитель, а ты меня видишь, потому что… А я не знаю почему. Может потому что ты златокрылый? Надо потом будет у кого-нибудь про это спросить, если не забуду, — сказала Дафна. Но, как обычно, такие вещи почти сразу забываются и почему он видит младшего стража под мороком невидимости, навеки осталось секретом. — А теперь лететь можно? Только вот где находятся эти «Врата»? — Врата появляются перед тобой сами и практически в любом месте на небе. Просто верь в то, что они появятся и всё, — объяснила Дафна и взлетела невысоко над землёй. Мефодий последовал за ней. Они поднимались всё выше и выше. На высоте около двухсот метров в его голове раздался недовольный голос хранителя. — Ты про Врата забыл. Позови их душой, а то мы так до космоса лететь будем! — Ладно, — ответил Мефодий и представил у себя в голове как эти самые Врата появляются перед ним. И - о чудо! Они появились! Врата Эдема представляли собой золотые ворота, от которых вела такая же золотая лестница вниз, состоящая как будто из сгустка света. Чем ближе пара подлетала к ним, тем более широко распахивались их створки. Спустя минуту Мефодий с Дафной влетели в них. Его глаза, непривычные к яркому солнцу Эдема, сразу наполнились слезами и зажмурились. Да так сильно, что, казалось, веки не разомкнуть даже грифону. — Открывай глаза! Ты же уже был в Эдеме. Ну когда тебя убили. Чего зажмурился то? — Был то был, только моим глазам от этого не легче. Сейчас проморгаюсь, подожди минуту, — сказал Буслаев и, отвернувшись от солнца, начал протирать глаза. — О, смотри, нас встречают. Ого! Даже Троил идёт! — хранитель показала в сторону Дома Светлейших. — Да подожди ты! У меня глаза, как от перцового баллончика щиплет! — сказал он, протирая глаза майкой. Чем сильнее он тёр, тем сильнее щипало. — Ой! Я, по моему, порошки стиральные перепутала! На, промой, — Даф протянула небольшую бутылочку с чем-то. Мефодий промыл глаза этой жидкостью и щипать почти сразу перестало. — Что это за вода такая? Вот бы мне такую пару лет назад, когда мы с Чемоданом одних нехороших людей побить хотели, а у них баллончик был. Я то успел прикрыться, мне не сильно досталось, а вот ему почти половину в лицо вылили. Ох и долго он потом глаза промывал. А тут бутылка "ноль три", и то я не всю вылил. — Приветствую, Мефодий. Поздравляю с переездом в Эдем. Златокрылого, который стоит рядом со мной, зовут Арий. Я думаю вы поладите. Он покажет вам ваш новый домик. Мне нужно с делами разобраться, уж прошу меня простить. До встречи! — сказал Генеральный страж и пошёл обратно в Дом Светлейших. — Как вам уже сказал Троил, меня зовут Арий. Но для «своих» я Ар, — сказал златокрылый. Одет он был в белую майку и чёрные джинсы. На ногах были сандалии. Телосложением он напоминал Мефодия. Не совсем качок, но близок к этому. Волосы короткие и тёмные. Глаза голубые. На поясе висит флейта и небольшой ножичек. — Ну, а я Меф, хотя зачем я это рассказываю… Ладно, чего сидеть. Пошли в дом. — сказал он и встал с камня, на который присел, чтобы отдохнули ноги. Это только кажется, что при полёте задействованы только мышцы крыльев и спины. На самом деле при длительном полёте устаёт всё тело без исключения. Шея затекает, руки устают, а лопатки под конец полёта начинает сводить. — Пошли, — согласился Арий. — Может лучше долетим? — предложила Дафна. Всё таки лететь намного быстрее, чем ходить. Если взлететь повыше и разогнаться, можно обогнать большинство самолётов. Всё зависит от силы твоих крыльев, их формы и плотности воздуха. Но если крылья очень сильные и стреловидной формы, значит скорость ограничивается только выносливостью твоих глаз, так как при скорости выше 500 км/ч они начинают вылезать. Арий оказался на удивление приятным стражем и златокрылые быстро сдружились. В нём было что-то очень напоминающее Мефодия. Из разговора, который состоялся по пути к дому, Буслаев понял, что он четвёртый по неправильности страж в Эдеме, да и во всём мире тоже. Первым в этом списке шёл Меф, затем Дафна, Корнелий и вот теперь Арий. Интересно, а кто следующий? Как только они подошли к дому, Арий открыл дверь. В ту же секунду мимо лица Буслаева опять пролетела сумка и плюхнулась посередине прихожей. — Меф, в следующий раз позови меня на задание. Пожалуйста! Я уже задолбался в Эдеме сидеть. Скукотища жуткая! Вот блин, опять я неофициально говорю... — огорчённо сказал Арий. — Ладно. Только у Троила тебе надо будет отпроситься, а то нам обоим влетит. Тебе за своевольный уход с поста, а мне за укрытие беглого стража, — ответил Мефодий, расстёгивая молнию в сумке. Вдруг откуда то полилась очень грустная мелодия флейты. Это играла Даф! Музыка пробиралась сквозь сон и проникала прямо в душу, заставляя золотые крылья теплеть и наливаться светом. Но почему Дафна грустит? Тут, словно вспышки, промелькнули воспоминания событий в клубе. Укол мечом в живот, крик Дафны, падение тела на пол... «Стоп, а что я делаю в прошлом ? Это же уже было! Я сплю!» — вдруг озарило Мефодия. Он сделал невероятное усилие воли. Крылья на груди воспылали и картинка начала смазываться и закручиваться вокруг по спирали. Златокрылый чувствовал, что несётся куда-то... И вдруг - БАЦ! Он пришёл в себя. Глаза были закрыты, но в нос ударил знакомый запах волос Дафны. Были слышны её тихие всхлипы и на щёку Мефодия упала холодная слеза.