Саван

Я знала, что это будет уже в коридор затмений, Я знала, что лунным светом прольётся в бокал печаль, А значит твоя молитва едва ли уже изменит Последствия этой ночи. Я знаю. И мне не жаль. На кладбище наших мыслей я сяду с рассветом в лодку, И я утеку с рекою. Пурпурной своей рекой, Которая не к покою — к безумию. И свободу Свою я ножом сплетаю с дрожащей своей рукой. А ты оставайся в лунном сиянии междумирья. Пусти по воде за мною из лилий и роз венок И свечку зажги. И алый, что цвет твоего бессилья, Но цвет моего восстанья — зажжётся над бездной строк Твоих о любви и боли, о свете и горьком страхе, О клятвах, что ночь объяла и скоро себе возьмёт, О том, как его водили, как к лекарю, к серой плахе, И он провалился тут же под собственных мыслей лёд. Луна ведь твоя планета. И звёзды — твои сестрицы. Они за меня расскажут, что я за тебя могла. Но всё это стало пылью. Я бешеной колесницей Несусь по реке. Мой парус — как память о плети зла, Мой ветер — чужая жажда меня удавить, изранить, И он меня носит всюду, меня устремляет ввысь. Пурпурной рекой свободы протянется между нами Расплата и верность боли. Наш замысел был нечист, Теперь же он стал лишь тенью, историей на бумаге, Историей государства, что мне предстоит разбить И сжечь в своей дикой буре кровавые ваши стяги. Я знала, что не поверю отныне ничьей любви.