В бушующих волнах Карибов

Капитан Андерсон сидела в таверне Кингстона с кружкой рома и ждала своего помощника. К этому времени адмиралтейский суд уже принял решение, и добыча была разделена между членами команды. Матросы уже вовсю тратили денежки в той же таверне. Доля Энджела была у Николь. Вдруг неожиданно девушка почувствовала холодный клинок на своей шее и услышала шёпот над ухом: — Отдавай золото, крошка. — Не суетись, котик, — спокойно ответила Николь, — загляни под стол. Мужчина, не убирая клинок, присел за её спиной и посмотрел под стол на уровне её коленей. Девушка показала ему средний палец и засмеялась. — Почему это никогда с тобой не проходит? — обидчиво спросил он. — Потому что я хорошо тебя знаю, Энджел. И твой запах тоже, — весело ответила она. — Мм, мой запах? Ты хотела сказать — мой аромат? — помощник сел напротив неё за стол и тоже заказал себе ром. — Да, аромат дешёвых портовых шлюх. — Эй, я сегодня только с девкой из борделя развлекался, — с серьёзным видом шутил Энджел. — Тоже мне великая разница, — фыркнула девушка. — Черт! Кто-то ревнует?! — Ага, уже выплакала все глаза от ревности. Ладно, рада видеть тебя живым и здоровым, друг мой, — весело произнесла Николь. — Я тоже, душа моя. Ну, как все прошло? — заинтересованно спросил мужчина. Девушка рассказала ему все в подробностях и про случай на корабле, когда они возвращались. Во время её монолога Энджел несколько раз сжимал кулаки и челюсть. Он уже порывался встать и надавать тумаков всей команде, которая там же сидела, но Николь останавливала его. — И что они сделали с этими двумя? — с раздражением в голосе спросил помощник. — Поставили на доску*, — спокойно пожала плечами девушка. — Всего-то, надо было сначала девятихвосткой** их избить, а потом сразу за борт. — Ну, извините, я не в состоянии была отдавать приказы, — обиженно сказала она. — Прости, Николь. Просто я так злюсь безумно, когда тебе делают больно, — Энджел взял её руку в свою. Девушка вздрогнула. Она сама не ожидала такой реакции от себя, обычно, когда Энджел берет её руку, это воспринимается спокойно, она даже внимания не обращает. А сейчас что-то другое было в его прикосновении: возможно, нежность. Николь быстро одернула руку и прочитала в глазах мужчины разочарование. Она тут же заговорила, чтобы скрыть неловкость ситуации: — Я хотела с тобой посоветоваться: что мы будем делать с командой? По сути крысы все утонули. Может, дадим им ещё шанс? — Ну, так как я буду теперь все время с тобой, и это не обсуждается, то можно дать им шанс, уж я-то прослежу за ними. — Здесь приказы отдаю я, помощник. Надеюсь, что в туалет ты со мной ходить не будешь, — шутливо изрекла Николь. — Хорошо, с этим разобрались. Теперь рассказывай, что тебе удалось узнать. — Говорят, что один плантатор отправил корабль в Африку за рабами. Причём он отплыл как раз тогда, когда мы поджидали в бухте испашек. Примерно через месяц он выйдет из Африки, соответственно, ещё месяц плыть до Кубы. Мы можем отправиться сейчас, чтобы перехватить его ещё в водах Атлантики. — Отлично, тогда собери команду на пристани, я объявлю им, что у них есть второй шанс.

***

Лоренсо почти не выходил на палубу, только если что-то важное было. Он все время читал письма, из которых узнал, что у его матери была младшая сестра, у которой было двое детей: мальчик и девочка — двойняшки. Значит, у него были кузен и кузина. Теперь Лоренсо ещё больше захотел посетить Англию. — Капитан, шторм надвигается, — услышал он крик одного из матросов за дверью. — Сейчас иду, — мужчина встал со стула, убрал письма в шкафчик и вышел из каюты. Матросы суетились по палубе, а некоторые в трюме закрепляли немногочисленный груз. Лоренсо и пара матросов начали убирать паруса на фок-мачте. Затем, спустившись, они хотели перейти на грот-мачту, но корабль сильно накренился, и их отбросило в сторону. — Быстро всем убрать паруса, — скомандовал Лоренсо, — оставьте все, потом доделаете. Все сразу бросились к мачтам, ветер был настолько сильным, что некоторые матросы еле держались. Океан бушевал так, что вода попадала на палубу, и пока все были заняты парусами, на нижней палубе собиралась вода. Судно начало раскачиваться из стороны в сторону, казалось бы, ещё чуть-чуть и оно завалится на бок. — Рубите мачты, — кричал капитан корабля, — остальные, быстро на нижнюю палубу: там воды немеренно. Лоренсо полез на бизань-мачту и начал её рубить, затем, привязав её канатом, бросил за корму, остальные мачты полетели следом. Когда он начал спускаться, судно снова накренилось, и он, не удержавшись, полетел вниз. Матросы тут же подбежали к капитану и склонились над ним, под его головой была небольшая лужа крови. — Скорее доктора, — крикнул кто-то из подчиненных. Лоренсо осторожно перенесли в каюту. Помощники его отца, не участвовавшие в борьбе со штормом, сидели в своей каюте, но услышав голоса, из которых чётко была выделена фраза «капитан ранен», они тут же выбежали и агрессивно спросили: — Что с ним? Быстро отвечайте. — Мы не знаем, там доктор, — промямлил один из матросов. — Что ты мямлишь? — резко спросил помощник Энрике. Матрос замолчал, но тут сразу вышел доктор и сказал спокойным голосом: — У капитана лёгкое сотрясение мозга, сильный ушиб спины и вывих плеча. Ему нужен покой. Плечо я вправил, но пока шевелиться нельзя, ходить тоже. Я буду наблюдать его периодически. Доктор ушёл в свою каюту, а остальные продолжили бороться со штормом.

***

— Эй, капитан, могу я войти? — постучал Энджел в каюту Николь. — Входи, — спокойно ответила она. Энджел открыл дверь и замер. Посреди каюты стояла бочка, рядом на полу были небольшие лужицы мыльной воды. А из бочки торчала тёмная голова Николь. — Ой, прости, я не вовремя, — попятился помощник. — Да заходи ты уже, я все равно в бочке сижу. Ты что-то хотел? — непринужденно спросила девушка, натирая руку мочалкой. — Хотел, думал, что ты свободна. Помнишь, я обещал научить тебя драться на шпагах? И раз уж нам ещё долго плыть, а работы пока никакой, то можно и попробовать, — несколько смущенно сказал Энджел. — А, да. Можно. Сейчас, подожди, домоюсь и пойдём на палубу, — все так же непринужденно продолжала она. — Ну, тогда я пойду и подожду тебя там, — развернулся мужчина, чтобы уйти из каюты. — Подожди, а кто мне спину потрет? — подмигнула Николь, заметив смущение молодого человека. От таких слов он чуть слюной не поперхнулся, но, собравшись, ответил: — Вот сколько мы вместе плаваем, ты никогда не просила меня делать это, что изменилось в этот раз? — Энджел, как давно ты перестал понимать мои шутки? — обиженно спросила она. — Прости, Николь, просто я немного… — Просто ты немного влюбился? — посмеялась девушка. — Ха-ха, смешно. Как можно влюбиться в пацанку? — Энджела почему-то разозлили её слова, и он захотел обидеть её в ответ. — Пацанку, значит? Вот что ты обо мне думаешь. Хорошо, иди пока. Увидимся на палубе, — закончила разговор Николь, не выдав ни одной эмоции. Помощник ушёл, а она начала резкими движениями мыть свое тело. «Пацанка, ну, держись. Мужлан неотесанный, ещё и друг называется. Я покажу тебе пацанку». С этими словами Николь резко встала и вылезла из бочки, встав на небольшую подставку. Не обращая внимания на воду вокруг, она со злостью соскочила с подставки и подскользнулась. Упав лицом вниз, она вскрикнула и ещё больше разозлилась, и ударила кулаком по полу. Быстро встав, девушка начала вытираться. Закончив с этим, она натянула чистые рубашку и штаны. На время тренировки Николь замотала мокрые волосы в пучок. Надев сапоги, она вышла из каюты, не растеряв ещё злость и агрессию. — Ну, что, красавчик, готов? — встала она за спиной помощника, поместив руки на бока. Он медленно развернулся и спросил с улыбкой: — Я смотрю, ты готова не только физически, но и эмоционально. Ну, злость в этом деле не лучший помощник, хотя для первого раза сойдёт. — Меньше разговоров, больше дела. Давай шпагу, — нетерпеливо сказала Николь. Энджел передал капитану вторую шпагу и начал объяснять простые правила и движения, в том числе и как держать сие оружие. Девушка быстро схватывала, тем более шпага была намного легче сабли. За несколько часов фехтования она научилась многим приемам. Но тренироваться нужно все равно. — Ну, что, выпустила пар, дорогуша? — спросил запыхавшийся помощник. — Выпустила, но ты не думай, что тебе сойдёт с рук то, что ты сказал. Сегодня вечером жду тебя в каюте, — серьёзно сказала она. — Решила соблазнить меня? — расхохотался мужчина. Николь метнула в его сторону взгляд, полный злости и одновременно хитрости. Энджел ещё больше рассмеялся, а девушка уже ушла в свою каюту. В девять вечера помощник капитана Андерсон стоял около каюты, постучав и услышав разрешение войти, Энджел открыл дверь. Николь сидела на стуле, кротко сложив руки на коленях. На ней было зелёное платье и туфли, волосы распущены. Её серые глаза излучали победоносный огонёк. Энджел открыл рот от удивления: он никогда не замечал, что у девушки были такие красивые волосы. Он видел многих женщин, и почти все они завивали свои волосы или убирали в причёску. Но у Николь они были прямые, и ей это очень подходило. Мужчина невольно залюбовался ей, девушка это заметила и медленно встала. Тогда он быстро взял себя в руки и рассмеялся, она остановилась и взглянула на него вопросительно. — Если бы не этот взгляд, я бы поверил, что ты леди. Но кого ты хочешь обмануть: под всеми этими тряпками скрывается самая настоящая пацанка. И тут Николь не выдержала, она быстро подошла к своему помощнику и нанесла молниеносный удар в челюсть. Энджел слегка покачнулся, схватившись за подбородок. — Прости, дорогая, я не хотел. Дай-ка, я рассмотрю тебя получше, — молодой человек, еле сдерживая смех, взял девушку за руки и начал рассматривать её. — Ну да, я просто не разглядел тебя, ты не пацанка, ты красотка из таверны, которая разносит пойло клиентам. После этой фразы Энджел больше не мог сдерживаться и захохотал. — Ну, ты и паскуда, мистер Грэй, — яростно крикнула Николь и нанесла второй удар. — Эй, леди так себя не ведут, — все ещё смеясь и защищаясь от ударов, сказал мужчина. — Да пошёл ты! Вон из моей каюты! — уже в истерике кричала девушка. Из её глаз хлынули слезы, но она этого не понимала и продолжала выталкивать помощника. Он заметил её слезы, впервые за все время, которое он её знает, она плакала. Энджел растерялся, он не знал, как реагировать на это. И когда мужчина пришёл в себя, то увидел перед собой закрытую дверь. Он сразу начал стучать: — Николь, открой дверь. Прости меня, я, правда, думал, что ты поймёшь мои шутки, как всегда понимала. Девушка со слезами на глазах начала срывать с себя платье и проклинать то, что родилась женщиной. — Уходи, Энджел, пока не получил то, что тебе причитается, — шмыгая носом, сказала она. — Я не уйду, пока мы не поговорим. Открой, или я снесу эту дверь! — настойчиво кричал молодой человек. Наконец она открыла. Не понимая, что стоит в одной ночной рубашке и до пояса в рваном платье, Николь по привычке села на стул в небрежной позе, вытянув ноги вперёд и скрестив руки на груди. Её заплаканные глаза все ещё метали молнии, волосы растрепались. В таком виде она была похожа на проститутку, но Энджел, хоть и отметил это, старался не обращать внимания. — Может, помочь тебе снять платье, чтобы удобнее было? — осторожно спросил помощник. Только сейчас девушка обратила внимание на свой внешний вид и рассмеялась: — Могу чем угодно поклясться: ты сейчас подумал, что я похожа на проститутку. — Ты слишком хорошо меня знаешь, дорогая, — улыбнулся он. — Отвернись, — скомандовала капитан. Как только Энджел отвернулся, Николь быстро скинула остатки платья и рубашку, надела привычную одежду и завязала волосы в хвост внизу. — Можешь поворачиваться, — спокойно сказала она. — Слушай, Николь, мне правда жаль, я не хотел переходить границы, — он уставился на неё умоляющим взглядом. — Прощаю, но никогда больше, даже если мы поругались, не касайся моей женственности, иначе я перестану тебе доверять и считать своим другом. Ты останешься моим помощником, но другом больше никогда не будешь. Просто представь, если б я усомнилась в твоей мужественности, — девушка взглядом показала на место между ног мужчины, — что бы ты почувствовал? — Я все понял, родная. Больше никогда это не повторится. Твоя дружба для меня важнее всего на свете, — пылко произнёс Энджел и, подойдя к Николь, поцеловал ей руку, как настоящий джентльмен целует руку леди. — Ну, тогда ты свободен. Я хочу спать, ты слишком меня утомил, — зевая, махнула она рукой. Мужчина усмехнулся и, попрощавшись, вышел.