В бушующих волнах Карибов

Ямайка, Кингстон. В гостиной, где царил полумрак, в одном из кресел, расположилась Мария Андерсон. Она неспешно пила травяной чай и наслаждалась тишиной. Все слуги уже легли спать. Женщина любила это время, когда она могла расслабиться одна с книгой или, как сейчас, с чаем. Можно было не строить из себя манерную даму, а просто сидеть в любой удобной позе. Мария, согнув руку в локте, поставила её так, чтобы было удобно положить на неё голову, а ноги подобрала под себя, скинув домашние туфли. Полы её халата открылись так, что было видно ночную сорочку. Так как она знала, что все уже спят, её не заботил внешний вид. Огонь в камине тихо потрескивал, и этот звук убаюкивал. Допив чай, Мария задремала. В таком состоянии её застал Майкл, он осторожно, стараясь не смотреть на неё, взял с дивана плед и накрыл женщину. Она проснулась и испуганно села в кресле, спустив ноги на пол. — Извините, миссис Андерсон. Я не хотел Вас будить, — виновато проговорил он. — Я думала, что ты уже спишь, как и все остальные в доме, — сонным голосом сказала она. — Нет, я только что вернулся с плантации. Соседи говорят, что участились набеги маронов*, у них скот стал пропадать. А к некоторым они залезают прямо в дом и грабят по ночам, пока все спят. Хотя случаев убийств хозяев не наблюдалось, но все равно это опасно, — обеспокоенно рассказывал Майкл слухи, ходившие в округе. Мария поежилась от страха, и то настроение блаженства мгновенно улетучилось. Теперь она не чувствовала себя в безопасности в своём собственном доме, а уж в гостиной тем более. Ей скорее хотелось убежать в свою спальню и запереться там до утра. — Не беспокойтесь, миссис Андерсон. Я не позволю никому обидеть Вас. Ведь я обещал Вашему мужу, — сразу начал он успокаивать свою госпожу, увидев, как она отреагировала на его рассказы. — Да и не доберутся они сюда, слишком рискованно для них. — Спасибо, Майкл. Можешь идти спать. Я в порядке, — с более спокойным выражением лица сказала Мария. Помощник ушёл, а она так и сидела в кресле, укрывшись пледом, боясь подняться в свою спальню. А вдруг её кто-то поджидает в коридоре? Но немного подумав, что она просто сходит с ума, все же решила встать и пойти в спальню. Но сначала нужно отнести пустую чашку на кухню. Нет, конечно, это могли сделать слуги утром, но Марии это не было трудно. Она не всю жизнь жила со слугами, только сейчас, когда они могут себе это позволить, заработав приличное состояние на тростнике. И в первое время женщине было тяжело привыкнуть, что за неё все делают, даже готовят и убирают. Со временем привыкнув, она все равно некоторые вещи делала сама, как, например, сейчас. Подходя к кухне с канделябром в одной руке и чашкой в другой, она услышала шорох в паре ярдов от себя. Испугавшись, она вскрикнула. Шорох затих, тогда она спросила: — Майкл, это ты? Не пугай меня. Мария не могла пошевелиться от страха, сердце стучало так громко, что она сама слышала его. Тишина стала напрягать. Тогда, собравшись с духом, женщина быстро подошла к столу, освещая путь канделябром, и, стараясь не светить им по сторонам, чтобы не увидеть то, что может её испугать, поставила чашку и также быстро пошла обратно. Дойдя до дверей кухни, она увидела силуэт человека и, громко вскрикнув, разжала руку, канделябр упал, и все свечи мигом погасли. Мария стояла в полной темноте и кричала так громко, что проснулись все слуги. — Тише, миссис. Это я, не кричите, — поторопился сказать мужчина, на ощупь поднимая канделябр, чтобы зажечь его снова. — Боже, Майкл. Ты напугал меня. Как давно ты здесь? — все ещё в панике спросила она. — Я пришёл сразу, как только Вы вскрикнули в первый раз. — Майкл уже начал зажигать все свечи на кухне. — А почему Вы кричали? — Я услышала какой-то шорох и подумала, что это ты, спросила, но мне никто не ответил. Я не стала осматривать всю кухню, мне было так страшно, и я быстро поставила чашку и уже возвращалась, но тут ты стоишь в дверях, — быстро рассказала Мария, все ещё стоя на том же месте и обхватив себя руками. — Но тут никого нет, может, это мышь была? — спокойно сказал помощник, осматривая кухню. — Я не знаю. Возможно, я бы так и подумала, если б не твои рассказы. — Простите, миссис Андерсон, — виновато опустил голову Майкл. — Позвольте проводить Вас в Вашу спальню? — Хорошо, только осмотри её сначала, — все ещё под действием страха говорила она. Около дверей уже столпились сонные слуги и с любопытством смотрели на хозяйку и её помощника. — Всё нормально, идите спать, — быстро произнесла Мария. Ей сейчас не хотелось ничего объяснять. После такого стресса она хотела сразу уснуть и обо всем забыть. Слуги повиновались и разошлись по своим комнатам. Майкл пошёл провожать хозяйку до спальни. Как она и просила, он осмотрел каждый уголок и с тёплой улыбкой выдал вердикт: — Всё чисто, хозяйка. Можете спать спокойно. — Ох, Майкл, что бы я без тебя делала, спасибо тебе. Спокойной ночи. — Женщина с благодарностью обняла его и быстро отпрянула, смутившись. Мужчина был не менее смущен, но счастливая улыбка выдавала его: ему было это приятно. И чтобы не накалять и без того странную ситуацию, он быстро вышел, пожелав на ходу спокойной ночи. Мария улыбнулась себе и, раздевшись, легла в кровать. Забыв о сегодняшнем кошмаре, она уснула с мыслями о Майкле, о его большом и теплом теле. Да, она чувствовала себя в безопасности рядом с ним. И если бы он обнял её в ответ, то она несомненно полностью успокоилась бы в его руках. И тогда она не захотела бы, чтобы он её отпустил.

***

Майкл Браун родился в неблагополучной семье, он был четвертым ребёнком. Родители — пьяницы все время срывали на нем свое зло и плохое настроение. Старшие дети давно покинули отчий дом и разбрелись кто куда. Мальчик долго терпел такое отношение, но когда сил больше не осталось, он сбежал. Ему было всего десять лет, он бродил по улицам Лондона. И чтобы прокормить себя, начал воровать. И как-то в одной из таверн он попытался ограбить одного небедного посетителя, но тот поймал мальчика с поличным и предложил ему работу на своём корабле, а если он откажется, то отправит его в тюрьму. Надо сказать, что работать на корабле, особенно ребёнку, было очень тяжело. Это каторжный труд, который и взрослому не всегда под силу. Поэтому мало кто хотел по собственному желанию идти на это, и многие матросы просто вылавливали вот таких вот мальчиков, юношей и под разным предлогом приводили их на свой корабль. Майкла отправили в порт Саутгемптона, где посадили на корабль, которым управлял Ричард Андерсон. Мужчина проникся симпатией к этому мальчишке, он выслушал его историю и предложил стать его помощником, конечно, не тем помощником, которым Майкл стал впоследствии, потому что он все же ещё ребёнок, но просто помощником в каких-то незатейливых делах. Мальчик согласился, но не потому что боялся тюрьмы, а потому что капитан показался ему добрым и предложил еду и дом, если, конечно, можно так назвать корабль. Когда Майклу исполнилось пятнадцать лет, Ричард стал обучать его всему, что знал сам. Хоть мужчина и был старше Майкла на десять лет, тот считал его своим другом, братом, равным во всем. А сам капитан доверял ему как самому себе. В то время у Ричарда и Марии родилась Николь, и капитан Андерсон пригласил Майкла к себе домой, чтобы познакомить с семьёй. И с тех пор он стал почти членом семьи, Николь буквально росла у него на глазах, девочка полюбила Майкла как своего дядю и всегда называла его дядя Майкл. Ну, сейчас, когда ей двадцать лет, а ему тридцать пять, и после смерти отца, когда они сблизились ещё больше во время совместных тренировок, она перестала называть его дядей, он стал для неё первым лучшим другом. Майкл очень тяжело переживал смерть своего наставника и главной его целью в жизни стало — забота о Марии и Николь. Но, помогая девушке в её безрассудной идее: стать капером, чтобы отомстить за смерть отца, он частично нарушил слово, данное Ричарду. Вместо заботы о ней, он подверг её опасности. Сколько он пытался её уговорить не заниматься этим делом, но все напрасно. Николь была жутко упрямой, как и её отец. Она поставила ультиматум: или он учит её, или она сама найдёт учителя. Конечно, Майкл согласился, потому что неизвестно кого девушка найдёт и через что пройдёт в своих поисках. Когда Николь встретила Энджела, Майклу стало спокойней за неё, потому что он знал, что она в надёжных руках. Он даже тайно мечтал, что они поженятся. Вернувшись в обычную жизнь, помощник Браун стал плантатором в семье Андерсон. Он стал много времени проводить с Марией: рабочие вопросы, непринужденные беседы. Но их отношения никогда не переступали черту дружбы. Но в один момент Майкл понял, что до безумия любит эту женщину, и не важно, что она старше его на пять лет. Конечно, она не подозревала о его чувствах, как он думал, и он не спешил признаваться. Во-первых, он считал, что это предательство по отношению к Ричарду, а, во-вторых, боялся потерять её. В итоге мужчина смирился с этим и готов был нести этот груз невысказанных чувств всю свою оставшуюся жизнь. Его ещё смущал момент: внешность. Ведь Ричард был красивым и статным мужчиной, а Майкл… Майкл был огромного роста, с большим шрамом на щеке. Нет, он не был страшным или неприятным, но и красавцем его тоже не назовёшь. Хотя женщины его любили, но он не понимал за что. Как-то одна девица в таверне, с которой он провел ночь, сказала ему, что его обаяние и простота намного больше сводят с ума, чем красота какого-нибудь хлыща. Майкл тогда посмеялся и не воспринял сей комплимент всерьёз. Если когда-нибудь ему удастся завоевать Марию, он будет самым счастливым человеком на земле.

***

На следующее утро Мария решила пойти посмотреть свои плантации с тростником, Майкл попросил разрешения сопровождать её, чтобы все показать и рассказать. — Прости меня, Майкл, за вчерашнее, — виновато посмотрела она на него. — За что, Мария? — удивлённо спросил он. — За то, что я обняла тебя, как какая-то девка из таверны. Я просто поддалась порыву чувств облегчения, благодарности. И ещё смутила тебя. — Женщина покраснела и опустила голову. — Нет, Мария, Вам не за что извиняться. Я обещал Ричарду защищать его семью. Вы даже не благодарите меня, это моя обязанность. Они дошли до плантации, и помощник стал рассказывать: сколько было посажено тростника и сколько будет урожая. — А сколько отходов от производства сахара получается? — спросила Мария. — И куда они идут? — Честно, прилично. Мы продаём их, — ответил мужчина. — Зачем? Может, нам стоит начать делать ром и продавать его в местные таверны да и на другие острова? — со знанием дела предложила она. — Если у нас достаточно денег, чтобы купить оборудование, то идея очень даже хорошая. А Вы умная женщина, Мария, — весело заметил Майкл. — Господи, Майкл, ты так говоришь, как будто мы с тобой только познакомились. Это даже немного обидно слышать. — Она встала перед ним и посмотрела в его голубые глаза, затем, заметив, что ему на лоб упала прядь чёрных, как смоль, волос, она подняла руку и медленно поднесла её к его лицу. Майкл замер, ожидая, что же она дальше сделает. Мария осторожно убрала прядь со лба и хотела уже убрать и руку, как он схватил её кисть и прижал к своей щеке, закрыв глаза. Она не пыталась сопротивляться, напротив, она начала нежно гладить шрам на его щеке. Майкл наслаждался этой лаской, но её тихий голос вывел его из состояния блаженства: — Откуда у тебя этот шрам? Он вздохнул и осторожно убрал её руку. — От плети. Когда я был маленький, мой отец так сорвал зло на мне, — грустно ответил мужчина, — он сделал меня уродом на всю жизнь. — Прости, Майкл, я не хотела ворошить твоё прошлое. Ты не урод. Ты милый и обаятельный человек, — с улыбкой сказала она. — Но я никогда не буду таким, как Ричард, — горько ухмыльнувшись, заметил он. — Ричард — это Ричард. А ты — это ты. Не нужно сравнений, будь собой, и ты встретишь достойную женщину, — Мария как будто сама испугалась своих слов. Майкл повернулся к ней спиной и тихо сказал: — А если я уже её встретил? Но я считаю, что не достоин её, поэтому не могу признаться ей. Марию как громом поразили его слова, она не могла дышать и говорить. Он развернулся, чтобы посмотреть на её реакцию, но женщина тут же побежала, не разбирая дороги. Майкл стоял в шоке несколько минут, а потом побежал за ней, но потеряв её из виду, он повернул в другую сторону. Миссис Андерсон бежала и бежала, пока не наткнулась на конюшню. Тогда она попросила конюха запрячь лошадь без дамского седла. Когда лошадь была готова, женщина, скинув нижние юбки и бросив их прямо на полу конюшни, подобрала платье и села на лошадь. Она помчалась галопом через плантацию и оказалась за территорией своего имения. И снова, не разбирая дороги, она мчалась и мчалась прямо. Оказавшись далеко от имения и устав от дикой скачки, Мария пустила лошадь шагом, а сама погрузилась в свои мысли. «Неужели он говорил обо мне? Значит, он считает себя недостойным меня. Сколько времени он так скрывает свои чувства? О, Майкл, глупый-глупый. Я ведь люблю тебя. Если б ты только признался мне…» Мария очнулась от своих мыслей и посмотрела вперёд: кругом лес и заросли лиан. Лошадь свернула с главной дороги, пока она была в раздумьях. — Господи, где я? Что мне делать? — шептала испуганно женщина. Оглядываясь по сторонам, она остановила лошадь. Прислушавшись к звукам в лесу, ей стало не по себе. Тогда она развернула животное и снова пустила его шагом в обратном направлении, надеясь, что сможет выбраться из леса. Так она ехала час, но лес все не кончался. И вдруг боковым зрением справа от себя Мария увидела реку. Пришпорив коня, женщина поскакала туда, походу вспоминая, в каком направлении реки находится её имение. Подъехав к реке, она спешилась, чтобы дать лошади и себе отдохнуть и напиться воды. Женщина села на берег и осмотрелась вокруг. «Так, если я поеду по течению реки, то попаду на территорию, близкой к моему дому. А там уже легче сориентироваться». Вдруг она услышала шум за спиной, быстро обернувшись, увидела в кустах чёрное лицо. Сразу всплыли воспоминания с прошлой ночи. Мария испуганно вскочила и бросилась к лошади, человек тут же выбежал из кустов и направился к ней. Пока она боролась с платьем, он уже настиг её и повалил на траву. — Нет, нет! — кричала она. Марон, а это был именно беглый раб, закрыл ей рот рукой и начал срывать с неё платье. Мария отбивалась руками и ногами, тогда мужчина ударил её по лицу, на время она затихла, и он, воспользовавшись моментом, задрал подол платья и силой раздвинул ей ноги. Женщина забилась в истерике и снова попыталась сопротивляться. Она укусила его за руку, тот вскрикнул и убрал руку. Тогда она закричала так громко, что её голос разнесся на много футов вокруг: — Помогите! Мужчина снова ударил её и зажал рот рукой, при этом начиная снимать штаны. Женщина, увидев это, похолодела от ужаса, ей перестало хватать воздуха от его руки, и через секунду она услышала выстрел и тут же погрузилась в темноту.