My personal pain

POV Dylan       Томми на самом деле прав: нам больше незачем оставаться в больнице. До конца привести его вес в норму я смогу и дома, зато там моему ангелочку будет спокойнее. Поэтому, получше укутав мальчика в плед я вышел из палаты, направляясь к Сэму.       Дойдя до его кабинета, я постучал и не дожидаясь ответа открыл дверь. Сэм сидел за столом, рассматривая какие-то бумаги. — Привет, ты сильно занят? -ради приличия я решил спросить, но даже если бы ответ был утвердительным, меня бы это не остановило. — Для тебя найду минутку. Что ты хотел? -он оторвался от своих бумажек и вопросительно посмотрел на меня. — Я хотел посоветоваться с тобой насчёт Томми. — Томми — это тот белокурый парнишка, которого ты выхаживал и с ложечки кормил? -Сэм ухмыльнулся и мне захотелось треснуть старого друга по этой наглой физиономии. Он ещё и не верил, что я смогу спасти Томми. Говорил, что у моего ангелочка нет шансов. — Да, это он. Я сделаю вид, что не заметил твой издевательский тон и продолжу: мне кажется, что я уже могу забрать мальчика домой: его вес уже перевалил за 55 килограмм, да и психологическое состояние тоже в порядке. Как ты думаешь? — О Боже, великий и ужасный Дилан О’Брайен просит совет насчёт своего сокровища у меня, простого смертного? — Так, мистер язвительность, ты ответишь на мой вопрос, или мне посоветоваться с кем-то более серьёзным? — Ладно, если честно, я уверен, что ты сможешь долечить его и дома, так что бери своего сладенького мальчика в охапку и бегите вприпрыжку домой, чтобы не мозолили мне глаза своими нежностями.-я не сдержался и всё-таки дал ему подзатыльник и гордо удалился из кабинета, под возмущенные крики друга.       До палаты, где меня ждал Томми я буквально летел, счастливо улыбаясь и представляя себе как обрадуется мой мальчик. Он пережил слишком много, и теперь всё наконец-то будет хорошо. Я окружу его теплом, заботой, любовью и лаской, помогу забыть плохое и жить счастливо.       Найдя нужную дверь, я аккуратно открыл её, увидев самую милую картину на планете: Томми сидел закутанный в пледик с головой, обложившись кучей подушек (которые Джу заботливо притащила из дома) и что-то жующий, при этом чуть ли не причмокивая от удовольствия. Я так рад видеть, что он наконец-то может нормально кушать, не заботясь о том, что наберёт лишние килограммы. — Котёнок, у меня хорошие новости: Мы можем хоть прямо сейчас ехать домой! Язвительная морда, по имени Сэм одобрила мою затею забрать тебя домой, так что собираем вещи и уходим из этой белой и слишком стерильной палаты на встречу счастливой жизни! Ты помнишь про замок и диснеевские песенки? Я думаю это важно. — Дилан, я готов хоть всю жизнь ходить в платье с миллиардом юбок, блестками на лице и в диадеме Лотти, если ты будешь рядом и будешь делать тоже самое-мальчик ярко и счастливо улыбнулся и встав с кровати при этом выпутываясь из теплого заточения пледа запрыгнул на меня, обвивая стройными ножками мою талию. Я нежно поцеловал его, при этом поддерживая, чтобы это прекрасное создание не познакомились с полом.       Через несколько минут я всё же опустил мальчика на ноги — Котёнок, давай собирать вещи. Я уже хочу побыстрее оказаться в нашей квартире.-Томми энергично закивал, и пошёл складывать все мои футболки, которые он уже успешно считал своими, в большую сумку. Я присоединился к нему, закидывая остальные вещи туда же.       Где-то спустя час когда все наши пожитки были запихнуты в одну сумку, мы счастливые, с улыбками на пол лица и предвкущающие всю сладость и прелесть совместной жизни направились к выходу из клиники, которую оба уже успели возненавидеть за эти три тяжёлых месяца.       Как только мы вышли из клиники, я сразу увидел машину Джу, которой я заблаговременно позвонил с просьбой забрать, потому что моя машина стоит возле дома. Несколько раз просигналив, девушка приветливо улыбнулась и помахала нам, открывая заднюю дверь. — Ну что, голубки, добро пожаловать в семейную жизнь! Теперь вы будете терпеть истеричные закидоны, но никуда не денетесь, потому что готовы на руках друг друга носить. Том, на тебя это не распространяется: ты Дилана даже при всём желании не поднимешь. — Джу, может ты отвезешь нас домой, а не будешь раздавать супер-полезные комментарии по поводу нашей жизни? -Я что тоже такой невыносимый?! Если да, то я поставлю своему малышу памятник за героизм, потому что долгое время терпеть Джулию даже я не могу, а он меня в добавок ещё и любит. — Дилан, ты ужасно не благодарный. Я может тебе жизнь этим спасу, а ты игнорируешь мои супер-важные советы. Ладно, всё, я обиделась, бессовестная ты вредина.-ааааа, я больше её не выдержу и как Томми может просто хихикать. Нет бы поддержать своего любимого парня!       Машина наконец-то тронулась, и мы поехали направляясь к нашей квартире. Боже, мы не были там целых три месяца, поэтому сейчас нам скорее всего предстоит генеральная уборка, но думаю такую небольшую проблему как бардак мы решить сможем.       Спустя полчаса я уже открывал дверь в нашу общую квартиру. Эти слова словно пульсировали у меня в голове неоновыми буквами. Это больше не мой дом, он — наш и моё сердце начинает трепетать при этой мысли, словно сжимаясь от восторга. Теперь всё наше, и нет больше ничего моего.       Когда я наконец победил замок, и мы вошли в жилище, перед нашими глазами предстала не такая уж и страшная картина, как мы ожидали. Крысы по полу вроде бы не бегали, да и тараканов, тащащих куски еды я тоже не заметил, так только кое-где есть небольшой слой пыли и всё.       Занеся сумку в спальню и переодевшись в чистую одежду, мы с Томми вооружились тряпками, швабрами и моющим средством и пошли отмывать покрывшуюся пылью квартиру.       Я мыл окна и шкафы, а Томми — полы и протирал всякие мелкие штучки, иногда брызгая на меня водой и весело хихикая.       В один момент я не выдержал и сгребя в охапку, повалил мальчика на диван, под его заливистый хохот, начиная щекотать от чего смех становился только громче. Когда мы вдоволь насмеялись я принёс из спальни большое и мягкое одеяло и укрыл нас им, обнимая Томми. На дворе начало декабря и снег уже тонким слоем лежит на улицах, вперемешку с осенней грязью, но всё равно холодно. Скоро начнутся рождественские праздники: моё любимое время, когда можно носить тёплые тапочки, глупые свитера с оленями и обвешать весь дом мигающими гирляндами.       Только в этом году Рождество будет особенным, потому что со мной его будет праздновать мой Томми. Он уже не тот сломанный, маленький мальчик, который пугается каждого шороха. Он — невероятно прекрасный парень. Мой парень. И хоть он очень изменился, он остаётся всё тем же милым котенком, которым был при нашей первой встрече (хотя тогда он больше был похож на маленького ёжика, который очень хотел казаться грозным и злым, стоит ли говорить что безуспешно?). Он всё то же милое существо, моё хрупкое, нежное чудо, которое хочется обнять и никогда не отпускать, что ты не случилось. — Ди, я до сих пор не могу поверить, что всё это закончилось, и что теперь мы будем просто счастливо жить, не борясь за жизнь, а просто живя. Не боясь, что в один момент утром я не проснусь или что-то типа того.-Томми посмотрел на меня, и я ободряюще ему улыбнулся. — А ты просто поверь, котёнок. Сейчас самое волшебное время года, а ты самый волшебный мальчик, которого я знаю, так что просто поверь, что и в нашей жизни наступила светлая полоса, ладно? -так и не ответив Томми просто поцеловал меня, и этого было достаточно. Его поцелуи всегда говорят намного больше, чем любые слова. Они передают всю горечь, когда ему плохо, всю обиду, когда ему больно, но в этом поцелуе была лишь любовь.       Мой маленький ангел наконец получил то, что заслуживает. Он получил счастье.