***
Следующее утро у Луи началось не очень. Его разбудил телефон, он бурча потянулся и поднял трубку. — Да? — хриплым, сонным голосом пробубнил Томлинсон. — Оу, твой голос сейчас безумно сексуален, — это был Зейн, который уже хохотал во всю глотку на другом конце. — Иди ты. Это срочно, Зейн? Я очень хочу спать, — начал он, но его перебили. — Ему позвонил его лучший друг, которого он не видел почти два дня. И ты сейчас со мной так разговариваешь? — Зейни, я очень сильно люблю тебя. Я просто хочу спать. Позвоню вечером, обещаю, — умоляющим голосом проговорил тот. — Ладно, спи. Если не позвонишь вечером, я обижусь на тебя и не приеду в пятницу, — пригрозил Малик. —Тогда точно позвоню, — кинув телефон куда-то на кровать, он перевернулся на спину и посмотрел на часы. «Чёрт, уже половина третьего», — Луи слетел с кровати и помчался в душ. Во сколько же он вчера лёг спать? Быстро приведя себя в порядок, парень накинул полотенце на бёдра и хотел уже идти одеваться, как раздался стук в дверь. Трижды. — Хей, во-оу! Почему я постоянно вижу тебя полуголым? — Тебе просто везёт, — они, смеясь, прошли в комнату Луи. Лиам живо заправил кровать, тот же поблагодарил. Он в спешке оделся, в это время разговаривая о чём-то с Пейном. Когда он полностью был готов, вспомнил о все ещё включённом в ванной свете, и, на носочках побежал. Лиам от этого зрелища надрывал животик, сгибаясь пополам, но когда вернулся Луи и одарил его недобрым взглядом, тот замолк и изобразил руками, что как будто его рот закрыт на замок. Они вышли и направились в квартиру напротив. У входа Томлинсон почувствовал смесь запахов духов и жаренных сосисок с пивом. — Парни! Мы здесь, — из-за угла, по-видимому, кухни, показалась блондинистая макушка, этот парень помчался обнимать Лиама. — Найл, — представился блондин, вылезая из объятий друга и, протягивая руку. — Луи, очень приятно, — он хотел пожать протянутую ладонь, но тот схватил и потянул его в свои объятия. Томлинсон не растерялся и прижал его покрепче. — Ты та-акой ми-илый! — воскликнул Найл, вылезая из объятий. Они прошли в зал, планировка квартиры была такой же. — А это Гарри, — Хоран указал пальцем на высокого стройного парня, укладывавшего волосы, тот обернулся. —Луи, — представился он, протягивая руку. Гарри словно разучился говорить, глядя на него обезумевшими глазами. Внутри него произошёл переворот? — Хей, кудряшка, — окликнул его Лиам, и тот будто вышел из ступора и зарделся. — Гарри, — представился он, пожимая протянутую руку. — Приятно познакомиться, — негромко прощебетал Луи, и специально с особой интонацией, даже с нотками кокетства произнёс его имя. — Гарри. — Что с ним? — что с ним, изогнув брови и смотря на Хорана, спросил Пейн. — А я откуда знаю? — сквозь смех выдавил Найл. — Кста-а-ати. Гарри, тебя это тоже касается, — он молча присел на краешек дивана, будто не находя себе места. — Луи поступает в тот же университет, что и мы. Я с ним на одном факультете. — Интересная новость, — Стайлс направился на кухню с улыбкой на лице.***
Луи все тщился объяснить Лиаму схему выделения lac-оперона. — После освобождения фаговых частиц из клетки их ДНК подвергали плавлению, то есть разделяли на одиночные цепи, а потом разделяли на тяжелые и легкие цепи с помощью центрифугирования в градиенте плотности хлористого цезия. Затем тяжелые цепи двух разных фагов подвергали молекулярной гибридизации. Благодаря противоположной ориентации комплементарное спаривание осуществлялось только в участке lac-оперона, а участки генома фагов оставались неспаренными. Их удаляли с помощью фермента нуклеазы, специфично действующей на однонитиевую ДНК. Таким образом был получен в чистом виде участок ДНК, соответствующий лактозному оперону E. coli. Эксперимент Дж. Беквита принято считать началом генной инженерии, — объяснял Луи, а Лиам судорожно все записывал, боясь упустить мельчающую деталь. — Ты понял? — Да, — гордо метнул тот. — Слава богу! А то я уже боюсь мимо вас проходить. Скоро мне будут сниться ваши пероны, — энергично жестикулируя руками, посмеялся Найл. — Lac-опероны, — уточнил Луи. — Ладно, мне, наверное, пора. Я ещё обещал позвонить другу, а то он пригрозил, что если я не позвоню, обидится и не приедет в пятницу, — Томлинсон поднялся с дивана, повернувшись в сторону выхода. — О, зови его к нам, — предложил Лиам. Блондин поддержал, звучно угукнув. — Лучше вы приходите, а то мне кажется, Гарри не очень рад новым знакомствам. — Он просто в шоке от того, какой ты сексуальный, — вынес Найл, подергивая бровями. — Возможно, — бросив эту фразу, он вышел из квартиры парней и зашёл в свою, падая на диван от бессилия. Луи набрал Зейна, они болтали около пары часов, после чего тот отыскал еду в холодильнике и принялся кулинарничать, но ничего путного из этого не вышло. Выкинув варево, он направился в спальню. Зайдя в комнату, Томлинсон почувствовал терпкий запах — йогурт, который он оставил на тумбочке ещё в первый день своего приезда. Он схватил эту гадость и швырнул в мусорное ведро, сразу же завязав пакет, чтобы эта вонь не разносилась по всей округе, и даже решил вынести. Спускаясь по лестнице, Луи заметил Гарри — тот был в коротких шортах и облегающей футболке. Он сразу обратил внимание на его худые, но мускулистые ноги, и так громко сглотнул, что Гарри насторожился. — Привет, кудряшка! Тот лишь мельком помахал и сбежал вниз по лестнице. «Он точно не в себе» — подумал про себя Луи. Он пошёл по улице прямо, дойдя до мусорных баков и с размахом закинув в них пакет, с облегчённой душой побрел домой. Зайдя в спальню, он распахнул окно и, рухнув на кровать, отчаянно силился не уснуть.***
Гарри нёсся сломя голову, так, что сам не заметил, как оказался на другой стороне улицы. Он повернул голову влево. Там был Луи. — Эй, поаккуратнее! — возмутился мужчина, в которого врезался Стайлс. — Извините, — он неловко нажал пару кнопок в плеере, заиграла Hands Up, побудившая его побежать в обратно. Гарри постарался забыть о Луи. Тот просто вежливо поздоровался и снес ему крышу. Парню хотелось просто хорошо размяться перед тренировкой. Он занимался почти каждый день в тренажерном зале, и всегда пытался выглядеть хорошо, но каждый раз смотря в зеркало, боролся с мыслью только о том, что что-то в нем не так. По максимуму старался прикрыть кудри шапкой или чём-то завязать, ноги скрывать джинсами. Гарри уже добежал до спортклуба и, неспешно зайдя, поздоровался со всеми. Ближайшие два часа он собирался провести именно здесь. — Ник, я могу взять твоё полотенце? — Гарри поинтересовался у знакомого — они часто занимались вместе. — Конечно, бери. Но с тебя кофе, — Ник улыбнулся, на что Гарри одобрительно кивнул. Он прошёл к душевым. Раздевшись и включив воду, Гарри встал под леденящим струи. Он не мог выбросить из головы Луи, думая, что же там произошло, почему такая реакция? Не может же быть такого, что ему понравился парень? На этот вопрос он четко себе отвечал — «нет». Хотя, наверное Гарри начинает сомневаться в своём ответе. Сам он относился к людям не традиционной ориентации - параллельно, если можно так выразиться. Но, Стайлс определённо точно больше осуждал за это парней, чем девушек. Возможно его мнение в скором времени измениться? Кудрявый наскоро обмылся, оделся, и, спустя пару часов тренировок, поплелся домой. Зайдя в квартиру, краем глаза наблюдал, как Лиам с Найлом играли в приставку, они крикнули что-то, но Гарри не услышал. Широкими шагами пройдя в спальню, он лёг на свою кровать и просто хотел уснуть. — Гарри? — окликнул заходящий в комнату Лиам. — У тебя все нормально? — садясь на кромку постели, спросил он. — Ты пришел, чтобы спросить именно это? — поворачиваясь лицом к другу и изогнув брови, поинтересовался Стайлс. — Это из-за Луи? — Нет, — Кудрявый поднялся, и сел рядом. — Голова целый день раскалывается. — Он тебе нравится? — Гарри, ошеломлённый тем, что сейчас сказал Лиам, мотнул головой. — Ли, все нормально, — улыбаясь, ответил парень. — Хочешь, спрошу, нравишься ли ты ему? — тот мотнул головой, а Пейн лишь нежно улыбнулся. Лиам приободряюще похлопал его по спине: —Хаз, возможно, в силу своего возраста и неопытности ты считаешь, что это ненормально. Но, я скажу тебе одно: мы всегда тебя поддержим и постараемся помочь. Нет ничего неправильного или зазорного в том, что ты испытываешь такие чувства к мужчине. Я просто хочу, чтобы ты знал, что у любви нет пола. Поверь мне, я знаю, о чем говорю. После его ухода, Гарри прилег и долго думал над словами Лиама. Возможно, он прав — стоит не врать себе, а принять это чувство. Может, это скоро пройдёт? Может, просто симпатия? Или нет? Он засыпает с полной головой. И кто знает, может, ему снится их счастливое будущее с Луи?