Сны закольцованного мира

      Прошло несколько недель с момента встречи верхушки Централа на благотворительном балу. Результатом такой встречи граждане хотели видеть изменения в жизни Централа, каждый — положительные в своем понимании. И они были. Лишенные средств к существованию квазирасы все еще пополняли отдельные банды, но теперь их стали чаще замечать среди мародеров вблизи границ Централа. Их гнал туда голод и легкая нажива в виде оставленных поселений. Право работать имелось на бумаге, но по факту им была доступна лишь каторга, а обязательное ношение ошейников пока лишь усугубило их положение.       Вблизи западного пути из Альфхейма на Кархем Алмаз уже привычно нес караул по душам тех темных, что посмеют бежать от стражи. Их не сложно было вычислить. Обычные жители пользовались общественным транспортом — часто поездами — для перемещения между городами. Нечисть же всеми силами пыталась добраться до брешей. Отчаянный шаг, ведь даже им было бы тяжело из-за искажения, что существовало внутри. Впрочем, брешь в самом деле при нужном навыке можно было использовать как портал, вот только откуда он будет, если такого рода магия была известна лишь охотникам и Ордену.       Юноша тяжело вздохнул и тут же неловко пошатнулся на месте от окутавшего его тумана. Его сила пока что имела скверную привычку проявляться даже в подобных мелочах. Как жаль, что Гранат был занят. Повелитель Огня естественным образом гасил холод Алмаза. Он отмахнулся от холодной завесы и прошелся вокруг своего поста, оглядываясь в поисках хоть какой-нибудь цели. Вчера он к этому времени поймал троих.       Сегодня же было подозрительно тихо, и хотя это вполне мог быть один из редких дней безделья, Сергий жутко не хотел прозевать темного. Рыцари Ордена, точно надзорщики, не затыкаясь повторяли, что лучше прикончить порождение, чем дать ему улизнуть через тропы потустороннего мира. Еще один кружок по лесу. Сквозь корни деревьев то тут, то там робко пробивались скромные кустики цветов. Было жалко, что в ходе битвы им неизбежно придется пасть жертвой мороза. Глаза невольно скользнули вниз — к карману с коммуникатором. Оглядевшись еще раз, Сергий подпрыгнул и скользящим шагом по ледяным пластинкам взметнулся к ветвям раскидистого дуба. Его новое укрытие вполне подходило как для засады, так и для короткой передышки. Парень сел на понравившуюся ему ветку и достал заветное устройство связи. Сводки новостей замелькали перед глазами. Где-то жаловались на погромы, где-то рекламировали новые охранные глифы на пару с новыми достижениями в области магии света, которым было уже больше ста лет, что, однако не мешало переоткрывать их заново. Ничего интересного. Сергий пересмотрел сообщения о пропажах, возможных утечках топлива или кражах — подсказках о потенциале будущих беглецов. Мимо пролетело сообщение о похищениях в Ниэре. Рядом статья о восстановленной справедливости. Одного из преступников Обсидиана, бежавшего в Централ, оправдали, признав узником совести. «Политика», — пронеслось в голове охотника. Интересно, чем в этот момент были заняты Димитрий и Вики? Он мечтательно представил повелительницу воды, ее плавный силуэт, скользящий на горизонте каждый раз, когда она идет сдавать бумаги. А какие красивые молнии испускают ее глаза из-за не вовремя сданных отчетов. Вздох вырвался из груди паренька. Пусть у него и вышло составить ей компанию на миссии, Алмаз был намерен удивить ее сюрпризом после. Главное, чтобы Николас не обманул его, иначе он зря подписался на пару недель дополнительных смен.       Увлеченный мыслями о скорой встрече, он не сразу услышал тихий хруст вдали, но ток его магии моментально отозвался в хозяине. Похоже, одна из ледяных ловушек сработала. Алмаз тут же сорвался с места. Не с той хищной радостью, которая была у некоторых его коллег, скорее из желания побыстрее закончить с работой, чтобы вновь вернуться в миг покоя: темные, как и любая угроза, нервировали. А чем сильнее становились его переживания, тем холоднее становился мир вокруг для остальных. Не лучшая перспектива для Повелителя. Когда Гранат уходил, он намекнул своему товарищу, что такой одиночный поход пойдет ему на пользу. Возможно. Но пока что Алмаз лишь ежился, пытаясь успеть к нарушителю его покоя.       Его заметили раньше. Что-то острое почти коснулось шеи, но замерло в прочной корке льда. Взгляд голубых глаз тут же устремился к потенциальной угрозе. За деревьями мелькнул чей-то плащ. Охотник настроился на ток своей магии, сгущая её вокруг себя. Взмах ладони — и сотни осколков холодного льда разорвали воздух, со свистом прошивая листву деревьев и кустарников. Где-то послышался сдавленный вскрик. «Попал!» — Алмаз осторожно направился в сторону звука, сжимая свои мечи крепче. Мимо пронеся снаряд из темной жижи. Приземлившись, она начала растворять корни какого-то дерева, Алмаз недовольно поморщился: надо будет потом срезать поврежденные части. Кто-то прошмыгнул за спиной. Вибрация еще нескольких ловушек — надо же: похоже, его хотят окружить. «Не стоило», — с досадой подумал охотник. Он подскочил, уклоняясь от летящих снарядов. Краем глаза он заметил на стволах деревьев глифы — плохой знак, нужно ускориться. Он прищурился. Лед на коже начал потрескивать глухими искрами. Кто-то неосторожно коснулся спрятанной в листве льдинке. Навстречу ему устремился охотник, навис на расстоянии клинка перед ошеломленным мужчиной. Казалось, на долю секунды в его глазах были страх и отчаяние, но затем, будто переборов эту слабость, лицо исказилось ненавистью. Ответом ему стал короткий всполох магии клинков. Отпрыгнув от застывшей глыбы льда, Алмаз пустился в погоню за остальными. Клинки со свистом пробили воздух рядом.       Похоже, это был их лидер. Они даже не попытались активировать глифы и просто бросились врассыпную. В голову невольно прокралось воспоминание о короткой лекции по поведению при отступлении, которую так настойчиво вбивали всем агентам при обучении. Нахмурившись, Сергий стал набирать скорость, пролетая бледной молнией меж частых деревьев. Настигая одного беженца за другим, он делал короткие взмахи и быстрые выпады, обращая их в неподвижные ледышки. Время было дорого. Он старался целиться в грудь и голову, чтобы жертвы не успели ничего почувствовать. Лес тихо шумел листвой, ни единого крика не раздалось в далекой глуши, и лишь глухой треск льда нарушал покой вечной зелени. Последняя жертва охотника — ребенок -спрятался в дупле, зарывшись в листву и подёргиваясь от страха и зыбкого холода. Вокруг плотной пеленой стелился туман. Мальчик сжался, заметив, как кромка листьев рядом начала покрываться инеем. Точно сорванная пружина маятника, он подскочил на месте, вжимаясь в потолок дупла. Алмаз приблизился к нему, точно бледная тень, сотканная из тумана. Ребенок набрал больше воздуха в легкие, уже готовясь сорваться истеричным воплем, как глаза его увидели тонкие дорожки инея, бегущие по коже. Он замер.       — Все закончено, — произнес напоследок Алмаз, склонившись к нему. Рука крепче прижалась к древесине, выпуская последние волны холода.       Наконец-то долгожданный покой. Охотник размеренно направился вдоль леса, возвращаясь назад. Нужно было написать короткий отчет. Все сообщения, которые сдавали по окончании службы он и его товарищи, теперь шли не только на стол СиОда, но и напрямую в Орден. Раньше они довольствовались той же статистикой, что и отделы безопасности городов и связанных с ними селений, однако чем дольше они продолжали работать с ними, тем глубже клерки Ордена проникали во все внутренние дела агентства.       Отправив отчет, Алмаз тут же почувствовал ответную вибрацию коммуникатора. Ему снова стало зябко. Было нечто удивительное и по-своему зловещее в том автоматизме, с которым Орден подходил к работе.       Рядом с ним пролетела любопытная пташка. Коротко отсалютовав ей, Алмаз пошел дальше. Стоило продолжить патруль. Маленькая трясогузка еще немного покружила рядом и, взметнувшись вверх, пропала из поля зрения . Туман рассеялся вслед за ней.       Прошло несколько часов. Лес остался позади, и вместе с ним утих тот холодный ритм, что гнал Сергия вперед. Алмаз шагал по мощеным улицам средних уровней Альфхейма, где воздух был пропитан запахом угольной пыли и свежесваренного эля. Его форма, слегка припорошенная инеем, казалась чужеродной среди ярких вывесок и гомона вечернего города. Коммуникатор больше не вибрировал, но тяжесть отчета, отправленного Ордену, все еще давила на плечи. Он знал, что его действия будут препарированы, разложены по полочкам, а затем добавлены в бесконечные архивы тех, кто следил за каждым шагом охотников.       Агентство IMG возвышалось впереди — серое здание с узкими окнами, больше похожее на крепость, чем на контору. Сергий остановился у входа, задержав взгляд на выцветшей табличке с аббревиатурой компании. Что-то в этом месте всегда заставляло его чувствовать себя лишним, словно его холод был слишком острым для теплых коридоров внутри. Возможно, слишком подозрительные клерки Ордена. Может, то, что другие охотники старались каждый раз держать дистанцию, стоило им только завидеть Повелителя Холода. Он глубоко вдохнул, прогоняя эту мысль, и толкнул тяжелую дверь.       В холле было шумно. Гранат — снова пахнущий как целая шахта — стоял у раздатчика напитков, весело бранясь с Аквамарин. Та, с блестящим взглядом и невиданным ранее задором, подбрасывала в воздух маленький водяной шарик из своего кофе каждый раз, когда Димитрий пытался что-то ей сказать. Шарик то и дело лопался над головой Граната, заставляя его забавно гримасничать. Их голоса эхом разносились по помещению, привлекая взгляды других агентов. Впрочем, никто и в здравом уме не стал бы вмешиваться в дела Повелителей. Сергий замер в дверях, наблюдая.       — Что тебе стоит? — донеся до него игривый тон товарища, придвинувшегося поближе к Аквамарин.       — То, что у меня уже есть планы на вечер, — махнула головой девушка, оставив за собой шлейф водяных капель. Водяная дымка ударила прямо в нос Димитрия. Не удержавшись, тот громко чихнул, клубки дыма тут же повисли занавесом, скрывая удаляющийся силуэт Виктории.       — И вот так каждый раз, — покачал головой Димитрий, а затем внезапно обернулся, будто потревоженный чем-то, — Сергий?       Они были… живыми. Их энергия, их легкость казались такими далекими от того, что Алмаз нес в себе. Его магия, его сущность — лед, что замораживал все вокруг, — не вписывалась в этот теплый хаос. Гранат мог растопить его холод, но что будет потом, когда он будет окончательно поглощен этой игрой с Аквамарин. Сергий сжал кулаки, чувствуя, как иней начинает оседать на пальцах. Может, его место не здесь. Может, он и правда слишком… чужой.       — Эй, Серж, ты чего там застыл как статуя? — голос Граната, звонкий и чуть насмешливый, вырвал его из раздумий.       — Извини, немного устал после миссии, — разминая плечо, посетовал Гранат. — Николас здесь? — Алмаз одновременно ужасно хотел узнать, о чем говорили его товарищи, но и жутко боялся вмешаться.       — А где ему еще быть? — Гранат тут же повис на плече Алмаза, точно игнорируя всю его зашоренность. — Лучше послушай, что я сейчас скажу.       Алмаз кисло улыбнулся. Как раз сейчас ему отчего-то не особо хотелось слушать вечного непоседу-приятеля.       — Я, похоже, в пролете у Вики, — заметил он так, будто говорил о погоде, — так что если ты планируешь попробовать, надо выяснить, что там за планы у нее на вечер, — сказал он почти на ухо другу, почти заговорщицки, — ты в деле?       — Ничего я не планирую, — вспыхнул красной лампой Сергий.       — Ну да, ну да, — ткнул его в щеку довольный Димитрий, — остынь тогда для начала, а то ты горишь, точно звезда на елке.       — Это все твоя магия.       Недовольное бухтение Алмаза лишь больше раззадорило его товарища; впрочем, заметив посторонние взгляды, тот решил благополучно покинуть слишком открытый холл.       — Как скажешь, — Гранат быстро осмотрелся, — я тебе ничего не говорил, но Вики любит сливочный суп с гребешками.       Максимально застигнутый врасплох Алмаз даже не заметил, как Димитрий довел его до кабинета Бельгейров.       — А теперь дерзай, все по-честному, — подмигнув, Гранат толкнул его в кабинет Николаса.

* * *

      Кабинет Николаса был завален инструментами, колбами, бесконечными горшками с цветами и без, свитками, торчащими, казалось, из каждой щели. В отсутствии Мариан такой хаос всегда возникал естественным образом. Что, впрочем, похоже, совсем не мешало юноше. Свет магических светильников отражался от металлических деталей, разбросанных по столу, в воздухе витал слабый запах трав и озона. Николас склонился над рабочей поверхностью, его пальцы с хирургической точностью возились с кибернетической начинкой левой руки Тани. Хозяйка конечности сидела рядом, опираясь на спинку стула, ее левая рука — уже отремонтированная, но все еще не укрытая синтетической плотью, — небрежно постукивала по подлокотнику.       — Осторожнее там, мастер, — поддела она, но голос был теплым, без настоящей колкости. — Если сломаешь, я тебе счет выставлю за моральный ущерб.       Николас хмыкнул, не отрываясь от работы. Его глаза, скрытые за чередой увеличивающих стекол, внимательно следили за тонкими нитями искусственных сосудов, которые он соединял пинцетом. — Счет? Мне казалось, что после последней твоей инспекции моих запасы зелий это я тебе должен буду выставить счет. — Он нахмурился, замедлившись у особо сложного участка.       — Хорошо, тогда угостишь меня… — Новак мечтательно закатила глаза, — пирожным! Точно, я присмотрела одно как раз в кондитерской рядом.       — Пирожное? Серьезно? — ненадолго отвлекаясь от работы, посмотрел на нее Николас, — разве ты не говорила, что не ешь их?       — Знаю, — Новак пожала плечами, — но я могу их попробовать, поэтому почему бы и нет?       — Хорошо, — Николас указал на кристаллы рядом с девушкой, — передай мне пару этих, и будут тебе пирожные.       Таня кивнула. Николас всегда был таким — погруженным в детали, но с этой ненавязчивой заботой, которая проглядывала в каждом его движении. Он не просто чинил ее — он словно пытался сделать ее жизнь чуть лучше, чем она была. Повреждения на ее кибернетической руке, полученные в последней вылазке, были незначительными, но он настоял на проверке, «чтобы наверняка». Это было так на него похоже.       — Кстати, — Таня нарушила тишину, — видела Изумруд недавно. Кажется, ей получше. Ну, знаешь, особенно после того погрома… — Она замялась, подбирая слова. — Правда, порой мне кажется, будто с каждым разом она все меньше нуждается во мне, — девушка сделала паузу, раздумывая о чем-то своем, — особенно с тех пор, как Сонберг начал виться вокруг нее со своими уроками, — прыснула Таня с чуждым ей раздражением.       Николас поднял взгляд, уголки его губ дрогнули в легкой улыбке.       — Ревнуешь, Новак?       Таня подняла бровь.       — Да ну тебя, — лишь наигранно вскинула она голову, но тут же в ее глазах проскользнуло осознание, отразившееся легким румянцем пойманной с поличным.       Он кивнул, возвращаясь к работе, но в его глазах мелькнуло понимание. Задушевные беседы и так были редкостью среди агентов, и такие моменты были как розы среди зимы — красивый миг редкости. Он аккуратно закрепил последний шарнир в суставе, отчего девушка даже немного вздрогнула. Проверив руку на подвижность, она дольно кивнула.       — Думаю, она просто нашла свой ритм. Но ты ей нужна, Таня. Даже если она этого не говорит. Все же вы очень похожи, не забывай об этом.       — Надеюсь, — буркнула она, но в голосе не было злости.       В этот момент дверь кабинета скрипнула, и в проеме появился Алмаз, сутулясь, будто пытаясь сжаться в незаметную точку. Его светлые волосы были слегка растрепаны, в глазах читалась неловкость. Он кашлянул, привлекая внимание.       — Добрый вечер, Оливин… Я за цветком, той лилией, если ты не занят.       Николас выпрямился, сдвигая свои окуляры на лоб.       — Ты как раз вовремя! — Он подскочил к шкафу, порылся в ящике и достал небольшой зачарованный пузырь, внутри которого плавала водная лилия, переливаясь мягким голубым светом. — Держи. Как обещал.       — Спасибо. Это… для ритуала. Очень редкая штука. — Алмаз принял пузырь, его пальцы чуть дрожали, но он улыбнулся — искренне, пусть и немного застенчиво.       — Без проблем, — отмахнулся Николас, довольно осматривая результат своей работы. — Если что, обращайся.       Алмаз кивнул, пробормотал что-то благодарное и поспешно вышел, будто боялся задержаться. Таня проводила его взглядом, а затем повернулась к Николасу с ехидной ухмылкой.       — Ну вот, поздравляю, — протянула она. — Из главного фармацевта агентства ты официально стал нашим новым флористом.       К горлу подступил смешок. Прокашлявшись, Николас шагнул к столу и взял небольшую ампулу с мерцающей синей пылью. В последнее время его наставница все чаще стала покидать лаборатории и уезжать в штаб Ордена. Работы стало намного больше. Его новые подчиненные не успели пока освоить высшую алхимию и боевые зелья, поэтому он искал способ выкроить время под новые обязанности и поручения, как только мог. Бонусом шло то, что некоторые «покупатели» среди агентов соглашались половить для него столь нужные ингредиенты.       — Тем не менее посмотри на последние плоды моей работы. Помнишь то средство, что мы нашли тогда у Эстреллы? Пыль синекрылых бабочек с Обсидиана. Я нашел поставщика в Альфхейме, и хоть эта штука поначалу противилась, но с небольшой помощью и магией наших товарищей мне удалось получить более чистую магическую эссенцию.       — И это значит? — непонимающе уставилась на объект девушка.       — Думаю, если интегрировать состав в твою систему, ты сможешь видеть полноценные сны. Не просто обрывки, а настоящие, как раньше.       — Ага. — Таня моргнула, осмысливая его слова. Первым импульсом было схватить и тут же вколоть себе неведомую эмульсию. Но благоразумие пока что было сильнее ее желания вернуть себе прежнее тело. Она уставилась на колбу, потом на него и неловко рассмеялась. — Сны? Серьезно, Ник? Это же мелочь.       — Не мелочь, — твердо сказал он, его голос стал серьезнее. — Я помню, что это значит для тебя, — он протянул ампулу, — не просто функционировать, но ощущать. Если сны помогут — почему нет?       Она замолчала, сверля лекарство взглядом. Сны — ужасно соблазнительная идея. Но повелительница прекрасно помнила, что через них некоторые маги могли воздействовать на сознание. И ее немного пугала потенциальная слабость. Будто прочитав ее мысли, Николас подошел ближе и разжал ее ладонь, чтобы вложить туда ампулу.       — Я проверил, это не должно повлиять на протоколы безопасности, но настаивать не буду: решение всегда за тобой, — его пальцы двигались с той же заботой, с какой он говорил, и это тронуло ее больше, чем она готова была признать. Она кашлянула, чтобы скрыть неловкость.       — Кстати, у нас же тут намечается вечер на верхнем уровне, — сказала она, меняя тему.       Николас поднял взгляд, прищурившись.       — Мне показалось или ты только что пригласила меня на бал Синей Луны?       Таня хмыкнула, отмахиваясь, чтобы скрыть свой легкий румянец.       — На самом деле я уже пригласила Изумруд, вот только, — она скривилась, — Изумруд прихватит с собой его. — Похоже, даже одно упоминание Анри оставляло у девушки на языке кислый привкус.       Николасу только и оставалось, что пожать плечами в ответ. А в голове уже в который раз отозвалось недоумение — отчего Кварц так недолюбливает Сонберга, хотя, судя по его встречам с магом, тот был вполне любезен. Ничего отталкивающего — вежливый, сдержанный, с легкой улыбкой, которая казалась искренней. Может, Таня просто придиралась? Или… Он отогнал мысль, что она могла быть как-то связана с Анри в прошлом. Уж слишком она настаивала, что это не так. Как и сам маг, который попытался рассеять его подозрения.       — Ладно, будь что будет, — сказал он, возвращаясь к реальности. — Можешь рассчитывать на меня. Но предупреждаю: танцор из меня отвратительный, — протянул он чуть ли не по слогам последнее слово, — однако если нам удастся избавиться от местного бармена, то я смогу показать тебе, чего стоит этот флорист, — довольно указал он на себя.       — Договорились, но давай обойдемся без превышения полномочий.       Николас улыбнулся, наслаждаясь моментом. Мастер не раз говорила ему, что именно такие мелочи в жизни и стоят того, чтобы никогда не переставать постигать тайны жизни и истинной магии. Ради тех, кто рядом. Ради того, чтобы их жизнь стала хоть немного лучше.

* * *

      Тем временем в тренировочном зале агентства воздух гудел от магии. Пробегая мимо, Алмаз заметил, что среди агентов внезапно есть и другие повелители. Из толпы донеслось:       — Это наш новый тренер? Почему я до сих пор не попал к нему в обучение?       Парень замер, забыв на время о своей цели.       В центре зала, мелькая вспышками серебра и пламени, в плотных облаках тумана двигались два силуэта. Изумруд, чья кожа распалилась до степени проскакивающих искр магии, а зрачки в глазах почти грозили расколоться — Алмаз моментально дернулся от инстинктивного страха перед фениксом. Но затем он заметил ее оппонента. Анри. Этот волшебник уже успел заработать себе репутацию. Однако не часто можно было увидеть его именно в стенах агентства. Точно тень, он каждый раз исчезал из своего кабинета. Несмотря на ворчание Аметист, пока работа выполнялась, а стол Сонберга украшали аккуратно заполненные отчеты, боссу не было дела до его вылазок. Алмаз с легкой завистью отметил, что движения этого человека куда быстрее, а атаки значительно эффективнее. Двигаясь с кошачьей грацией, он раз за разом уклонялся от ее огненных вспышек. Клинок, зачарованный тонкими нитями света, ловко отражал атаки феникса, оставляя в воздухе слабое эхо звона. Вспомнился его бой с Новак. Сделав себе заметку на будущее, Алмаз думал было пойти дальше, как неожиданно столкнулся с Хрусталь. Возникшая словно из ниоткуда, с темными волосами, собранными в высокий хвост, в руках она держала свиток с переливающимися сигилами.       — Какое совпадение, Снежка, — довольно заметила она, — я наконец-то нашла тебя. Босс поручил нам кое-какое дело, собирайся.       Алмаз моргнул, прогоняя холод из мыслей. Мила смотрела на него с привычной смесью игривости и превосходства.       — Дело? — переспросил он, стараясь не выдать смятения. — Я только с патруля.       — Знаю, знаю, герой ледяных пустошей. — Мила сощурилась, отчего юноша непроизвольно поежился. — Но СиОд велел мне взять именно тебя, и вот незадача — ты уже здесь. Пойдем, это не зачистка. Разведка. Что-то странное творится у старых складов на окраине Ниэра. Плюс, — она понизила голос, — Орден опять сует нос не в свое дело. Надо опередить их.       Сергий бросил последний взгляд на бутон в своих руках: успеет ли он вручить его? Он кивнул Миле, чувствуя, как решимость медленно вытесняет сомнения.       — Дай мне пять минут, ладно? — коротко ответил он, крепче прижимая к себе сосуд с цветком.       Мила хлопнула его по плечу, чуть сильнее, чем нужно, и направилась к выходу, бросив через плечо:       — Не отставай, Алмаз. Твое время пошло.       Сорвавшись с места, он пролетел остаток расстояния, обегая людей, в коридор. Заветная дверь кабинета Аквамарин показалась впереди. Он остановился и, отдышавшись, осторожно подошел к двери. Стук. Тишина.       — Виктория? — Заглянув внутрь, Сергий понуро опустил плечи. Похоже, что девушка уже ушла.       Он встрепенулся и, похлопав себя по щеке, все же решился пройти внутрь. Поставив цветок на ее стол, он оставил записку.       — Будь что будет, — пробормотал он на прощание и побежал назад. Хрусталь не любила опозданий.       Бой в зале уже подходил к своему логическому завершению. Оба бойца уже истратили более чем весь запас своего времени, не говоря о том объеме магической энергии, что буквально ощущалась в воздухе. Весь взмокший, Анри уже даже не стремился смахнуть прилипшие ко лбу волосы. Тень его слабой улыбки против довольного оскала феникса.       — Ты становишься предсказуема, Виа — поддразнил Анри, отскакивая назад.       Изумруд фыркнула, вытирая пыль с лица. Вспышки магии в ней понемногу угасали, витая дымком затухающего пожара, вьющимся вокруг пальцев.       — А тебе стоит поменьше отвлекаться на разговоры, — парировала она, но уголки ее губ дрогнули в кривой улыбке. Она сделала шаг вперед, меняя стойку. — Еще раз.       Снова удар сверху, затем еще один — сбоку. Едва уловимый кусок глифа, который девушка тут же рассекла волной своего пламени. Изумруд чувствовала, как ее сила бурлит внутри, готовая вырваться в любой момент. Это было так приятно, что даже немного больно. Но она четко помнила их с Анри договоренность: сегодня была отработка ее приемов без использования полной силы феникса. Вблизи этой границы, но никак не пересекая. Ужасно утомительно. Тем не менее она начала лучше чувствовать токи магии, удары стали быстрее, и теперь она лучше контролировала их направление. «Хаос обретает форму», как пояснил Анри суть нового урока. После очередного обмена ударами они остановились, тяжело дыша. Волшебник будто невзначай приосанился, глядя с легким прищуром. Рука его, впрочем, сильнее сжимала клинок, на который он незаметно опирался.       — Намного лучше, не правда ли? — сказал он, убирая наконец-то клинок в ножны.       Поединок окончен. Изумруд кивнула, отзывая свои мечи, чтобы затем почувствовать, насколько тяжелее внезапно стало тело. На миг ее вновь начали одолевать мысли о том пожарище, что может выйти наружу. Она сжала кулаки, прогоняя эту злую мысль.       — Не то слово, — тихо ответила она. — Но мне нужно больше работать над собой.       Анри как-то грустно вздохнул, будто ожидал этого ответа, и подошел ближе.       — Нужна помощь? — он протянул руку, готовый тащить ее до кабинета, будто забыв о собственной усталости. Изумруд поначалу замешкалась, но затем все же позволила себе повиснуть на плече напарника.       — Спасибо, — она наконец-то обратила внимание на других агентов, — думаю, нам лучше не задерживать остальных.       Доковыляв до кабинета, Анри и Изумруд рухнули на потрепанный диван, пропитанный запахом старой кожи и слабого травяного настоя, что кто-то забыл убрать со стола. Изумруд отползла к подлокотнику, освобождая место, ее тело ныло от усталости, а магия, все еще тлеющая в венах, отдавала слабым жаром, как угли догорающего костра. Анри, не тратя сил на церемонии, сжался в противоположном углу, его длинные ноги нелепо подогнулись, будто он пытался уместиться в слишком маленькой коробке. Его поза, учитывая рост, выглядела почти комично, и Изумруд невольно хмыкнула.       — Анри, располагайся поудобней, — выдохнула она, борясь с желанием просто сползти на пол. Удерживать себя в вертикальном положении стоило последних крупиц энергии.       — Ну, как скажешь, — пробормотал он, и его тело грузно скатилось со спинки дивана. Он приземлился ближе, вытянувшись так, что голова оказалась рядом с ее бедром. — Не возражаешь?       — Нет, — устало кивнула девушка.       Раньше ее бы подобное смутило, но сейчас она была слишком вымотана, чтобы обращать на это внимание. Кроме того, она же собиралась спросить его о чем-то. Ее мысли текли вяло, точно воск под слабым пламенем, угольки магии внутри едва поддерживали их движение. Она хотела спросить его о чем-то важном, но усталость тянула в дрему, и веки становились тяжелее с каждым вздохом. Клюнув носом, Изумруд встрепенулась. Волшебник мирно дремал, абсолютно невозмутимый, как и всегда. Его дыхание было ровным, лицо — расслабленным, без той привычной тени насмешки и глубокой грусти, что обычно пряталась в его глазах. Она посмотрела на него, и в груди шевельнулось что-то теплое, почти забытое. Сквозь пелену усталости всплыло воспоминание — академия, тенистый двор, старая яблоня с шершавой корой, под которой они с Эджем часто валялись после тренировок. Они тогда тоже были выжаты до предела, с ноющими мышцами и следами свежих побоев, но довольные собой до одури. Эдж смеялся, протягивая очередной кровавый плод, зачем-то пересказывая девушке лучшие моменты ее очередных школьных выходок. А она ворчливо отталкивала его, дожидаясь, пока не придет их… А кто должен был прийти?       Изумруд моргнула. Мысль о ком-то, точно испуганная бабочка, упорхнула в тот же миг, когда девушка прикоснулась к тому видению.       Она посмотрела пристально на Анри. Он не Эдж, определенно нет, хоть есть некоторое внешнее сходство. Но было что-то еще. Возможно, ей всего лишь показалось, привиделось. Но что-то в этом мгновении — его расслабленной позе, тишине кабинета, их общей усталости — было столь таким знакомым, таким правильным. Она кашлянула, пытаясь собрать мысли, и легонько толкнула его плечо.       — Проснись, соня, — насмешливо пробормотала она, голос ее слегка охрип. — Мне нужно задать тебе небольшой вопрос.       Анри приоткрыл один глаз, не меняя позы.       — Какой же? — Его тон был ленивым, но в нем скользнула привычная искорка любопытства. — Мне казалось, я достаточно подробно объяснил основные принципы чар сегодня. Разве ты не?..       Она фыркнула, но улыбка все же пробилась наружу.       — Нет, нет, это не касается магии, — Она помедлила, подбирая слова. — Босс организовал вместе с одной компанией бал или что-то вроде того. Таня пригласила меня, но… — Изумруд замялась, чувствуя, как щеки теплеют, несмотря на усталость. — Думала, может, ты слышал? Вот, — она вздохнула и быстро выпалила слова, впиваясь в него взглядом, — не хочешь составить мне компанию?       Глаза мага моментально распахнулись, его бровь медленно поползла вверх. Он приподнялся на локте, глядя на нее с легким прищуром, будто пытался разгадать подвох.       — Мне казалось, ты не любишь сборища. Не прими это за отказ, просто мне любопытно понять первопричину твоего согласия пойти туда.       — Да, я понимаю, — она пожала плечами, стараясь выглядеть небрежно, хотя внутри что-то нервно сжалось. — Звучит нелепо: я — и в платье, — она криво ухмыльнулась, чтобы затем расслабиться и убрать саркастичный тон. — Но Кварц права — если я не буду часто выходить в люди, то совсем закостенею, что не пойдет на пользу ни агентству, ни мне.       — Тебе вполне подойдут длинные платья, — быстро произнес он, прикладывая руку к подбородку. В его взгляде снова появились нотки той лисьей хитрости, что завораживали девушку и в то же время иногда немного подбешивали его нежеланием раскрывать все карты. Но прежде чем Изумруд успела отреагировать на сказанное, Анри продолжил: — Буду рад принять твое приглашение, однако тогда, полагаю, мне стоит поторопиться.       — Почему? — зависла Изумруд от неожиданности.       Анри хмыкнул, глядя на часы.       — Разве этот бал не сегодня вечером?       — Черт, я совсем забыла… — Изумруд подскочила с дивана, игнорируя протестующий хруст в затекших суставах. Она схватилась за голову, глаза округлились от досады. — Как я могла… У меня даже нет ничего приличного, чтобы туда явиться!       Анри наблюдал за ее паникой с легкой улыбкой, будто находил происходящее забавным. Он медленно поднялся, потягиваясь, как кот после долгого сна, и поправил растрепанные волосы, которые тут же упали обратно на лоб.       — Могу подсказать пару мест для поиска, — сказал он спокойно.       — А если мы опоздаем? — Девушка торопливо схватила свой плащ, готовясь бежать за вещами.       — Мир не рухнет, если ты опоздаешь на пару минут. К тому же, — он окинул ее взглядом, — сомневаюсь, что нам потребуется много времени на выбор.       Изумруд фыркнула, скрестив руки, но щеки слегка порозовели от смущения.       — Звучит так просто, — она осмотрела потертую кожу плаща. — Там ведь соберутся представители знати. Не думаю, что босс обрадуется, если я прибегу в форме и… — Она запнулась, оглядев себя. Истертая, хоть и все еще целая одежда, пускай и со свежими следами пыли на рукавах со слабым запахом тления от постоянных стычек. — Может, лучше…       — Давай сначала попробуем что-нибудь посмотреть, — Анри перехватил ее плащ и жестом указал идти за ним, — не беспокойся, все будет хорошо.       Заинтригованная, она в самом деле отвлеклась от своей минутной паники.       — Ты хоть в чем-нибудь не разбираешься? — шутливо заметила она.       — Кто знает, — загадочно ухмыльнулся он, ускоряя шаг.       Изумруд закатила глаза, но уголки ее губ дрогнули. Несмотря на усталость, мысль о том, чтобы вверить Анри такую задачу, была… заманчивой. Пока что у него получалось выкрутиться из многих ситуаций, и, может, он и правда знал, как не дать ей выглядеть заблудившимся охранником среди приглашенных.       — А почему мы идем к общим душевым? — уточнила она, заметив, что Анри свернул в сторону от коридора, ведущего к выходу.       Он окинул ее удивленным взглядом.       — Виа, мы после боя, — он едва сдержался, чтобы не засмеяться, и скрылся за дверью, — я скоро вернусь.       Принюхавшись к своей форме, девушка поморщилась. Боги, а ведь она была готова бежать прямо сейчас в магазин.       — Да уж, похоже, не стоило настолько сильно выкладываться сегодня, — пробормотала она себе под нос и зашла в дверь напротив, на ходу закидывая вещи в барабан чистящей машины и выбирая самый быстрый режим. Душ обдал ее волнами горячего пара. Мелочь, она спокойно стояла под волнами куда большего жара. Быстро оттерев себя от следов копоти и гари, она юркнула назад в общую комнату — забрать вещи. Сухие и хотя бы без запаха. Быстро одевшись, она вышла, чтобы едва не столкнуться с Анри, на ходу поправлявшим волосы.       — Аккуратно, — мягко приостановил он ее, — готова?       — Да, — выпалила девушка, — но если ты оставишь меня банкротом, с тебя все обеды до следующей зарплаты.       — Договорились, — рассмеялся он, и его смех был таким заразительным, что Изумруд невольно улыбнулась шире.       Они вышли из агентства, и Альфхейм встретил их вечерним гулом. Высшие этажи города пылали светом, будто звезды, вплетенные в шпили из белого камня. Золотистые лучи витражей смешивались с отблесками магических фонарей, воздух дрожал от ароматов цветущих лиан и горьковатого эха гномских кузниц. Улицы бурлили: эльфы в струящихся палантинах поверх легких туник, гномы в тяжелых бархатных камзолах, украшенных самоцветами, и редкие люди, чьи наряды пытались угнаться за этой роскошью. Изумруд чувствовала себя не в своей тарелке, ее потрепанная форма резко контрастировала с окружающей пышностью.       Анри вел ее уверенно, минуя людные переулки. Вскоре они остановились у небольшого магазинчика, спрятанного в торце здания. Изумруд успела прочесть название — «Ариадна». Над входом переливался зачарованный узор, похожий на созвездия, и Изумруд невольно замедлила шаг, завороженная.       — Сюда, — сказал Анри, толкнув дверь. Колокольчик мелодично звякнул, и их окутал аромат кедра и лаванды. Внутри было неожиданно просторно. Манекенов было совсем немного, на них красовались простые платья, пускай и очень качественно сшитые. Каждое украшала витиеватая вышивка, в которой Изумруд не сразу признала узоры, которыми был украшен плащ Анри. Эльфийка-хозяйка, высокая, с волосами как расплавленное серебро, подняла взгляд от прилавка и улыбнулась Анри, будто он был старым знакомым.       — Добрый вечер, — вежливо произнесла женщина, ее голос был как журчание ручья. — Вижу, вы сегодня не один. Новый заказ? — Ее глаза скользнули к Изумруд, и та почувствовала себя под прицелом.       — Моя коллега, — ответил Анри, немного приобняв девушку. — Дело срочное, ей нужен костюм на официальный бал Синей Луны сегодня. Мне нужен костюм, который я просил сделать неделю назад.       Эльфийка покорно кивнула, будто поняла больше, чем было сказано. Она жестом пригласила Изумруд пройти за ширму, чтобы снять мерки. Изумруд замерла, чувствуя себя немного неловко. Она бросила взгляд на Анри, который спокойно ждал своей очереди. То есть неделю назад? Он знал о бале? Догадки повисли в воздухе, чтобы их тут же отогнала хозяйка магазина.       — Милая леди, как мне к вам обращаться? — спросила она, снимая последнюю мерку. Хоть у Изумруд не было подобного опыта, даже ей показалось, что женщина работала весьма быстро.       — Изумруд, — на миг ей показалось, будто женщина замешкалась, услышав ее имя.       — Хорошо, леди Изумруд, — эльфийка взмахнула рукой с небольшим перстнем на пальце. В ее руках возник ларец с множеством образцов тканей, — какой материал вы предпочитаете? Цвет?       — Я не уверена, — теперь была очередь феникса попасть врасплох. Она хотела было ткнуть наугад, но за ширмой раздался голос Анри.       — Не торопись, Вивер знает свое дело лучше многих. — На лице эльфийки от этих слов проскользнула гордая улыбка, затем она снова кивнула девушке, придвигая образцы.       Изумруд выбрала небольшой кусочек атласа. Ей понравилось, что, несмотря на глубокий зеленый цвет, он также плавно переливался в насыщенный синий,чем-то напоминая оттенок ее глаз.       — Под цвет имени, — эльфийка посмотрела внимательно на кусочек ткани, — хорошо, теперь фасон. Сейчас я буду немного колдовать, не волнуйся, это всего лишь мои чары.       — Обещаю, кошмара не будет, — снова послышалось из-за ширмы.       Немного поработав вместе, они остановились на варианте с открытыми плечами. Изумруд настояла, чтобы подол был не особо длинным, на что хозяйка послушно согласилась. Она сделала низ платья более струящимся, украсила его серебряной нитью, а лиф вышивкой по краю, что немного напоминала перистые облака. Затем она протянула кружевную накидку и пару туфель — все в тон узорам. Изумруд нерешительно коснулась предметов. Все было такое легкое, но при этом удивительное прочное — она задумалась, точно ли это настоящий вещи, а не зачарованный воздух.       — Попробуй примерить все, а я пока займусь твоим спутником, — мягко сказала эльфийка.       Послышался шорох и тихие разговоры. Немного повозившись с застежками и шнурками, Изумруд покрутилась перед зеркалом. Одежда была весьма удобная: возможно, в ней даже можно будет без проблем атаковать, если потребуется. Она похлопала себя по щекам. О чем она только думает? Конечно, снова о работе. Когда она вышла, Анри выпрямился, его маска спокойствия на миг дрогнула. Платье обнимало ее фигуру, подчеркивая резкие линии плеч и тонкую талию, серебро сияло, как бледное пламя ее глаз. Завороженный, он не сразу заметил, как хозяйка передает ему костюм.       — Полагаю, это значит, что ты доволен? — ухмыльнулась эльфийка, слегка подталкивая волшебника. — Мисс, вы выглядите превосходно.       — Спасибо, мне тоже понравилось, — кивнула Изумруд, — очень удобно. Анри, мы готовы? — спросила она, скрестив руки и стараясь скрыть неловкость.       — Ах да, точно. Дайте мне пару минут переодеться.       Женщина подмигнула девушке. К сожалению, феникс не смогла в полной мере осознать подтекст происходящего, а поэтому продолжила стоять в ожидании, иногда поправляя платье. Когда Анри вышел, Изумруд сразу отметила контраст. Простота со вкусом. Светлые брюки и пиджак, темно-фиолетовая рубашка. Ткань была немного плотнее той, что была в его рабочем костюме, а потому больше поблескивала в свете лампы. Галстук остался неизменным. Впрочем, одежда Анри и так была непривычно элегантной, а потому девушка не сильно ощутила разницу. Что-то быстро обсудив с хозяйкой, он развернулся к ней.       — Итак, ты готова? — спросил Анри, галантно протягивая руку.       — Да, пожалуй, — она переминалась с ноги на ногу, привыкая к новой обуви, — спасибо.       — Момент, — волшебник вдруг пристально посмотрел на нее, как художник на почти законченную работу, — не хватает одной мелочи.       — Я что-то забыла, что-то упало? — Девушка завертелась, выискивая причину его взгляда, как почувствовала тепло его ладони у виска.       — Вот так, — он поправил возникший из ниоткуда небольшой ярко-рубинового цвета георгин, — последняя деталь. Красный тебе очень к лицу. — Он как-то загадочно улыбнулся, чтобы тут же энергично обратиться к хозяйке: — Спасибо, Вивер, мы закончили.       Эльфийка улыбнулась, кланяясь им на прощание.       — Обращайтесь еще.       Они вышли из магазина, и улицы Альфхейма вновь окутали их своим сиянием. Изумруд вышла приободренной и довольной собой. И все же в груди ворочалось смутное беспокойство — как тень, которую она не могла отогнать. Она бросила взгляд на своего спутника. Анри шел рядом, уверенно и непринужденно. Георгин, который он приколол к ее волосам, алел, как искра, и она невольно коснулась его пальцами, ощущая тепло этого маленького жеста. Аромат цветка был настоящий. Его лепестки мягко скользили по коже, струясь едва ощутимой волной чар. Этот цветок сотворен магией Анри, она ощущала легкий след эйдоса. Техника была не похожа на ту, что использовал тот же Николас — цветок не пророс ускоренно. Он был создан с нуля. Куда более сложный вид магии, требующий большего контроля от волшебника и интуитивного понимания самого принципа творения. И тем не менее Анри сделал этот маленький подарок для нее. А заодно вновь возродил в ней то странное чувство. Его печальный взгляд. Слова, за которыми порой проглядывалось второе дно. То, что он явно знал больше, чем говорил. Или чем мог сказать?       Изумруд нахмурилась, прогоняя эти мысли. Это просто бал. Просто вечер, где нужно улыбаться и не наступать на ноги партнеру. Но что-то шептало, требовало обратить свой взор. Будто перед глазами маячил чей-то призрак, но она никак не могла увидеть полную картину. Не хватало деталей. Она снова вспомнила о своем далеком прошлом. Об Эдже, академии, драках на занятиях, о жизни во дворце отца, о тех днях, когда жизнь ее была куда проще, а память более полной. Когда она сама была полноценной сущностью, а не склеенной из осколков.       Возле здания компании уже стояли очереди приглашенных. Охрана пропускала тех, у кого с собой были спецпропуска, отдельно от остальных. Как удачно, что агенты входили в их число. Когда охотники оказались у входа, Изумруд заметила на себе чужие взгляды из толпы. На нее смотрели со странным интересом, не так, как обычно. Феникс понадеялась, что глаза не выдадут ее раньше времени — она ощущала легкое жжение внутри.       — Нервничаешь, Виа? — Изумруд встрепенулась. Конечно, Анри заметил ее волнение. Похоже, для него это было столь же естественно, как дышать.       — Нет, — ответила она слишком быстро, потом вздохнула. — Может, немного. Это все… — она поежилась, приобнимая себя за плечи, — немного непривычно.       Он улыбнулся, и в его глазах мелькнуло что-то, чего она не могла разобрать — то ли понимание, то ли тень чего-то более глубокого. — Ты будешь в порядке, — сказал он, и его уверенность была почти осязаемой. — Просто будь собой. Это всегда срабатывает.       Она хмыкнула, но его слова ослабили узел в груди. Быть собой. Легко сказать. Но с Анри рядом это и правда казалось чуть проще.