Плененный разум

      «Не опаздывай, Грейнджер!       Какого хера, Грейнджер!       Ты чокнутая идиотка, Грейнджер!       Грейнджер! Грейнджер! Грейнджер!       А не пошли бы Вы к ебеням, мой дорогой командир!       Это приказ, Грейнджер!       Я отстраню тебя, Грейнджер!       Грейнджер, тупая ты сука, я разорву тебе глотку, если ты еще хоть раз сорвешь мне операцию!       А Вы оказывается ничтожное брехло, Ваше Гребаное Пожирательское Величество! Выплевываете угрозы, как трусливая шавка!» Раздавшийся справа звонок заставил девушку дернуться и оторваться от мысленных пощечин в адрес «этого ублюдочного недокомандира Малфоя». «Отдел Магического Правопорядка», – мерзкий писклявый голос сообщил о прибытии на 4 этаж. «Злоебучая же ты серена! Как будто укуренная Мандрагора изнасиловала перепонки! Хотя даже ее верещание и то в разы приятнее этой адской пискотни». Издавая предсмертные стоны, двери лифта открылись. Каждый раз на пути к своему подразделению Гермиона размышляла о том, «почему блять все в этом месте происходит так громко! Сука, как будто все звуки в этом лифте максимально усилены для того, чтобы сотрудник в ужасе восстал ото сна и больше не расслаблялся в течении рабочего дня». Она была почти абсолютно уверена, что невыносимый писк этой девицы был заколдован на извращенное медленное выковыривание бесов и темных сил из пленников лифта. Хотя на Грейнджер он действовал как раз наоборот: бес вселялся в нее от этого безбожного ультразвука. Она чуть ли не пинком вышибла нужные ей двери, выплескивая раздражение. Чарли (единственный, кто соглашался с ней дежурить) уже был там. Гермиона находила его достаточно забавным парнем. Он никогда не обижался на ее колкости и выпады, отшучивался или предпочитал не замечать вовсе. Он склонился над какими-то чертежами, упершись одной рукой о стол. За его левым ухом торчал карандаш. Пальцами второй руки он задумчиво перебирал непослушные рыжие кудри. Он носил ирокез. За ухом чернела татуировка в форме девятки. «Девять дней мы с братом подыхали в этом холодном вонючем подвале без света, воды и еды, – как-то разоткровенничался Чарли. – Шон (брат) умер у меня на руках за пару минут до того, как нас нашли. Его раны загноились, начался сепсис, я ничего не мог сделать…»       – А я смотрю, ты сегодня в одном из своих самых прекрасных настроений, – не отрываясь от своего занятия бодро заметил он. – Что, опять проклинала Мадину? Грейнджер усмехнулась. Они понятия не имели, кому принадлежал голос в лифте, объявляющий этажи, но между собой предпочитали величать его Мадиной. Это имя принадлежало бывшей девушке его брата, которая при любом косяке Шона верещала так, будто ей за пазуху прыгнул Соплохвост.       «Прям один в один, – ржал он, пока они спускались как-то на второй этаж. – Честное слово, того и гляди заорет «Шоооооооон, кисунечка мой. Почему, блядун ты отбитый, вон та шалава стояла возле тебя в очереди аж три минуты? Ты мне с ней изменяешь?!» Истеричная мадам была, я тебе скажу». Они переглянулись, тихонько усмехнувшись. Гермиона уселась на соседний стол, отодвинув в сторону кипу бумаг.       – Его уже привели?       – Да, минут тридцать назад. Малфой лично его доставил. – он бросил на чертежи карандаш и выпрямился, запрокинув голову назад. Соприкасаясь затылком то с левым то с правым плечом, он поднял руки над головой и потянулся.       – И где сейчас этот гребаный сгусток самомнения? – фыркнула девушка.       – Если ты про Малфоя, то Шарлин и Тео отчитываются ему о вчерашней операции… – он секунду помедлил, присаживаясь на краешек стола, – в которой ты значишься главной проблемой. И почему я не удивлен? Они опять еле слышно усмехнулись. Словно по заказу дверь распахнулась и в кабинет вошел командир собственной персоной.       «Помяни черта...» Малфой сосредоточенно о чем-то размышлял. Его лицо было напряженным, брови нахмурены. Он прошелся взглядом по комнате, задержавшись ненадолго на Гермионе.       – Грейнджер, почему без формы? – с раздражением бросил он.       – Где моя палочка, Малфой? Он проигнорировал. Подошел к столу и внимательно стал рассматривать чертежи.       – Ты нашел, где это? – обратился он к Чарли.       – Малфой!       И снова молчание.       – Малфой!       Он гневно заиграл желваками. Тео спокойно ему что-то объяснял.       – Малфой, твою ж мать! Отдай мне мою палочку! Мужчина медленно поднял голову и впился в нее раздраженным взглядом. «Сколько можно, Грейнджер? Сколько еще блять ты будешь портить мне кровь своим сука остервенелым характером?» Ее глаза лихорадочно блестели. Она как будто представляла, как не спеша проворачивает нож в его сердце. «Ни на секунду не удивлюсь, если снова и снова вышибая булыжником мозги тому Пожирателю, она рисовала на его месте меня».       – Я сказал, надень форму. – спокойно произнес он.       «Тупоголовый кретин!»       «Чокнутая неврастеничка!» Чарли тревожно переводил взгляд с одного на другую. Он явно ощущал себя лишним.Эти двое еще несколько секунд продолжали буравить друг друга глазами. Наконец, Грейнджер злобно выплюнула:       – Слушаюсь, МОЙ КОМАНДИР! Именно на этих словах сделав акцент, она медленно пошла переодеваться. Задрав голову вверх и закатив глаза, Малфой с остервенением втянул в себя воздух. Нервно выдохнув, он посмотрел на Чарли:       – Ну, ты нашел где находятся потайные ходы в этом гребанном замке?

***

      – Доволен? – рассерженно спросила она, возвращаясь в полном абмундировании. Малфой даже ухом не повел. Возмущение в ней начало бурлить со страшной силой. «Вот же непробиваемый кретин!»       – Значит так, – начал он, уперев руки в бока. Янис Шерелински, 29 лет. Пожиратель, так же как и вся его семейка. Все погибли, он же считался без вести пропавшим до вчерашнего дня. Он многозначительно подчеркнул голосом последние слова. Грейнджер закатила глаза.       – Чарли, ты идешь со мной. Нам надо добыть из него информацию. Грейнджер, ты наблюдаешь снаружи.       – С какого хрена, Малфой?       – Есть, командир. – процедил он.       Девушка удивленно подняла брови.       – Я отдал приказ. Все, что ты смеешь мне ответить, это «Да, командир! Слушаюсь, командир! Так точно, командир!» Он повышал голос с каждой новой фразой. У Малфоя кончалось терпение. Эта сука невыносимо действовала ему на нервы. Каждый раз, когда она открывала рот, он еле сдерживался, чтобы не вцепиться ей в глотку и не начать медленно душить до посинения. Малфой превращался в животное, разъяренное поглаживаниями против шерсти. Именно это Грейнджер и делала. Она медленно пропускала пальцы против шерсти, заставляя разряд лютой ненависти проходить через каждую клеточку тела. Эта тварь словно вонзала свои костлявые пальцы ему под кожу. Сейчас она стояла и казалось, была и впрямь готова вогнать руку под его кожу и вырвать его печень. Выкрутить, выкорчевать, разодрать в клочья. Грейнджер не собиралась просто стоять и молча наблюдать за допросом снаружи.

***

      – Малфой, просто разреши мне пойти с вами. Я обещаю, что не пророню ни слова, – просила она, пока они шли по длинному коридору до допросной, и, конечно же, нагло врала. Малфой прыснул. «Ну да, конечно! Ты и молчать». Троица остановилась перед односторонним окном в допросную. Оно было почти во всю стену. Пожиратель вальяжно развалился на стуле. Выражение его лица было скучающим, он явно не чувствовал себя в опасности.       – Малфой, …       – Даже не пытайся, Грейнджер! – он посмотрел на нее сверху вниз, раздраженно сжав губы. Вдруг раздался хлопок и какой-то непонятный шум. Из-за угла выбежала взволнованная Шарлин. Девушка задыхалась, но не от бега. Ее каштановые волосы растрепались, на подбородке кровоточила ссадина.       – Командир, у нас проблемы! – чуть ли не прорычала она, истерично хватая ртом воздух. – Они атаковали «Магазинчик сладостей Миссис Пивз»! Там куча детей, уже много раненых. Мы насчитали семерых Пожирателей. Тео, Калеб и Дилан сейчас там, но нас слишком мало. Нужны еще Мародеры! Она остановилась, схватившись одной рукой за угол стены, другую уперев в правый бок. Девушка так торопилась за подмогой, что, кажется, все это время забывала дышать. Малфой среагировал молниеносно.       – Чарли! - он кивнул в сторону парня. Тот все понял без лишних слов.       – Слушаюсь, командир. – и незамедлительно аппарировал.       – Шарлин, ты не ранена? – спросил Малфой, встревоженно оглядывая ее. Она отрицательно махнула головой. – Тогда ты идешь со мной. Захватим Джона и Клэри по дороге, они дежурят в Косом Переулке.       – Малфой!? – рыкнула Гермиона, как бы напоминая о себе.       «А ты отстранена, заносчивая идиотка! Считай, под домашним арестом». Он знал, что хуже наказания для Грейнджер не придумать, чем оставить ее бездействовать и мучительно ждать новостей.       – А ты остаешься здесь и спокойно наблюдаешь за этим ублюдком! – проорал он, собираясь аппарировать вслед за Шарлин.       Гермиона схватила его за локоть, заставив резко развернуться.       – Что за идиотизм? Отдай мне мою палочку, придурок, я пойду с вами!       – Грейнджер, мне некогда с тобой пререкаться. Я сказал, ты остаешься здесь. Это приказ, уясни ты это своей тупой башкой, наконец! И, чтобы когда я вернулся, ты была там, где я тебя оставил, а Пожиратель - живым, а главное целым! Ты поняла меня?!       – У меня все равно нет палочки!       – Ты поняла меня, я тебя спрашиваю?       – Да, командир! – процедила она сквозь зубы и отпустила его руку. Ее тут же обдало волной аппарации.       «А не пошел бы ты нахер со своими приказами, чертов выродок!»