Глава 7. Второе сентября. На часах 00:02
25 мая 2018 г., 16:06
Примечания:
Опять же, я в хирургии, особенно магической, не шарю совсем. Если вы в этом специалист - терпите.
Мне каждой ночью снится жуткий сон. В нем я в тебя беспамятно влюблен, Но чувствам быть взаимными не суждено. Кладу цветы на мраморное дно И слышу голос твой через надгробную плиту: «Я так тебя любила, даже в больном бреду …»
Три часа спустя… — Но, командир, ей нельзя аппарировать! — пытался перекричать шум дождя Чарли. — Ее может расщепить! — Ты думаешь, я этого не знаю! Малфой лихорадочно соображал, что делать. Он зажимал обеими руками свою скомканную мантию вокруг ржавого металлического прута, что торчал из-под ребра девушки. Ткань насквозь пропиталась ее кровью. «Какого черта, Грейнджер?! Какого, блять, хрена ты это сделала?!» Он бросил тревожный взгляд на лицо девушки. Она все еще была в сознании. Из приоткрытых губ сочились багровые струйки крови, стекали по подбородку, смешиваясь со слезами, заползали ей в уши. Гермиона хрипло дышала. Слишком неразмеренно. — Чарли, приведи Моргана сюда! Живо! Давай же, Лидебран! Шевелись! Парень аппарировал. Малфой, все еще зажимая рану, обернулся в поисках укрытия. Сад поместья Эйвери, в котором они находились, представлял собой огромный лабиринт из деревьев и кустов. В детстве, на светских приемах четы Эйвери, Малфой постоянно здесь скрывался от назойливых наставлений матери пригласить одну из сестер Гринграсс на танец. Ливень свирепствовал. С каждой минутой набирая силу, его капли все безжалостнее врезались в землю, все больнее хлестали по лицу, грубее колотили по телу. Дождевая пелена не позволяла ничего рассмотреть в паре метров от себя. За спиной Малфоя раздались хлюпающие шаги. Кто-то несся по лужам, быстро приближаясь. Это была Шарлин. Обогнув парня, девушка рухнула на колени прямо в грязь рядом с захлебывающейся в собственной крови Грейнджер. — Командир, нужно что-то делать! Почему вы ничего не делаете?! Ей нужен медик! — Шарлин безумно пялилась на ржавый окровавленный прут. Девушку сотрясала крупная дрожь. Она не переставая таращилась на рану, боясь взглянуть в лицо Грейнджер и не увидеть в нем признаков жизни. — Шарлин! — Нет, командир, вы не понимаете! Она спасла моего брата! Нужно что-то делать! Чем я могу помочь?! Пожалуйста, просто скажите, что я могу сделать?! — Дэш, блять, прекрати истерику! — буквально заорал на нее Малфой. Это подействовало. Широко раскрыв глаза, девушка уставилась на него. — Помоги Тео и остальным разобраться с оставшимися Пожирателями. — уже спокойнее продолжил он. — Все, что ты сейчас можешь сделать, это заняться ранеными и выжившими. Я оставляю тебя за главную, Шарлин! Это приказ! Ты поняла меня?! — Да … — всхлипывая, прошептала девушка. — Да, командир, я все поняла. Я поняла. Малфой знал, что делал. Дэш была способным Мародером. Она ни разу его не подвела, ни разу не провалила ни одну операцию. Парень был в ней абсолютно уверен. Иногда даже больше, чем в самом себе. — Отлично. Тогда приступай. — Да, хорошо… — девушка резко поднялась с места и собиралась было уже аппарировать, но развернулась. — Командир! Здесь в девяти метрах есть беседка. Вон там! Вам лучше укрыться от дождя. Указав куда-то вправо, Шарлин незамедлительно исчезла. Малфой проследил взглядом в указанном направлении, но кроме темноты и серой стены из синхронно падающих капель ничего не увидел. Подхватив холодное тело Грейнджер на руки, он пошел на ощупь. Беседка действительно была там. Огромное сооружение с величественными колоннами стояло прямо посередине небольшой поляны, со всех сторон окруженной вишневым кустарником. Виноградные лозы вились вокруг ее столбов и ограды, закрывая от непогоды прямоугольный стол и лавочки. Аккуратно положив ноги Грейнджер на шершавую столешницу, он все еще придерживал ее голову и корпус. Прут прошел насквозь. Насколько парень мог судить, было либо задето, либо проткнуто легкое. — Малфой, — Гермиона закашлялась. — Заткнись, Грейнджер! Потом поговорим …***
— Чарли, подсунь ей под спину мантию. Сверни ткань валиком и аккуратно подложи снизу, перед прутом. — давал указания Морган. — Отлично. Давай еще один под голову. Раздался раскат грома, сообщая, что непогода и не думала утихать. Температура воздуха постепенно понижалась. При каждом выдохе изо рта шел пар. Трое мужчин в беседке суетились над окровавленным телом девушки. Гермиона лежала головой у самого края стола и хрипло постанывала. — Малфой, встань позади и прижми ее руки на уровне с головой. Держи и не отпускай ни в каком случае! Чарли, ты держи ее за ноги. Колдомедик суетился, расставляя неподалеку какие-то склянки, раскладывая повязки, гремя инструментами. Морган всегда был собран и сосредоточен, но сейчас его пожирало чувство вины. Из-за его невнимательности Грейнджер здесь. Он слишком заигрался, слишком отвлекся. Взяв в руки нож, парень разрезал форму на девушке от шеи до пупка, открывая обзор к ране. Ее кожа была холодной и мокрой. Гермиона еле ощутимо дрожала. — Джулиан, — произнесла она так тихо, почти беззвучно, но он услышал. — Прости меня… мне так стыдно. Прости меня, слышишь… Морган сосредоточенно обрабатывал чем-то рану. Кожу начало пощипывать. — Джулиан, … Закончив с подготовкой, парень взял бинт и наклонился над ее лицом под непонимающие взгляды Мародеров. — Извинишься потом, обманщица. Ты перестанешь разговаривать, если я скажу, что ожидал от тебя подобной выходки? — он нервно улыбнулся, стирая струи крови вокруг ее рта. Гермиона попыталась улыбнуться в ответ, но лишь снова закашлялась. — Твою мать, Морган, делай уже что-нибудь! — взревел Малфой. — А я и делаю! — рявкнул Колдомедик. — А ты держи ее крепче! Чарли, слушай меня внимательно: как только я выдерну прут, ты должен будешь взять черную колбу и вылить содержимое прямо ей в рану. Ты меня понял? Парень кивнул. Он был траурно бледный. Естественно, Чарли переживал. Он привык, что его напарница постоянно оказывается на грани смерти, но не так. Не в полевых условиях. Не там, где нет специального оборудования и анестезии. И уж точно он не привык к Грейнджер с железом в теле. Пользоваться подручными средствами было чисто ее особенностью, но никак не Пожирателей. Чарли недоумевал, как кто-то из них снизошел до такого маггловского способа убийства. — Грейнджер, в этот раз тебе придется зажать рулон ткани между зубов. — обратился Морган к девушке. — Ты же помнишь, что дантист из меня никудышный? Давай. Гермиона впилась зубами в рулон толстой грубой ткани. Ее начала охватывать паника. Так странно: она лежит, проткнутая ржавым прутом насквозь, уже минут двадцать, а страшно ей стало только сейчас. Девушка непроизвольно заскулила от ужаса. — Тише, не паникуй. Я здесь и я все сделаю, слышишь? Это будет адски больно. Тебе покажется, что ты умираешь, но это не так. Просто продолжай дышать, договорились? — успокаивал ее Джулиан. Его голос звучал мягко, словно убаюкивая. — Вы готовы? — Морган окинул взглядом парней. — Тогда на раз, два, три… И он резко выдернул длинную железяку из тела девушки. Гермиона одичало зарычала, надсаживая горло. Она выгнула спину так, что захрустели позвонки, сжала чьи-то руки в своих до посинения. «Просто продолжай дышать, договорились?» Это тянулось целую вечность — такая пошлая фраза. Точнее, она казалась девушке пафосной до этого самого момента. А теперь время будто и правда замедлилось. Было такое ощущение, словно Морган нарочито специально неторопливо вытягивает из нее прут, попутно проворачивая его. На секунду ей показалось, что Колдомедик вонзил железку обратно, но это были лишь ощущения от кровоостанавливающего зелья. Потом сердце словно закололо. Воздуха стало не хватать. Джулиан метался над раной, шепча какие-то заклинания. Он делал все настолько быстро, попутно успевая приказывать Чарли подавать нужные инструменты и зелья. — Черт, черт, черт! — только и срывалось с губ Моргана. Все это время Малфой безотрывно смотрел в обезумевшие от боли глаза Грейнджер. Он не заметил, в какой момент девушка перестала впиваться в его руки, не запомнил, когда именно она перестала моргать. До мозга как-то медленно доходило, что сквозь шум дождя и суету Джулиана больше не было слышно булькающих хрипов и болезненных стонов. С ее губ перестал срываться пар. Неожиданный раскат грома ударил словно командиру в затылок, тормоша заснувшее от холода сознание, взрывая замедлившееся от происходящего мышления. Малфой резко отпустил ее руки, дотрагиваясь до сонной артерии. Пульса не было. Она не дышала. Гермиона Грейнджер больше не дышала.
