You're All I Want

Первая мысль, с которой я проснулся, была об Эмили. О моей сестре. О моей маленькой глупой сестренке. За ней последовала целая вереница других: «Наверное, надо с ней помягче, она же ведь еще ребенок. Первая любовь и все такое… хотя какая там к чёрту любовь?! Ей всего пятнадцать! Она просто, как и остальные девушки, повелась на его… да, привлекательность. Он весьма красив, и я думаю, он старательно этим пользуется, поступая по-свински, и ему наплевать на какие-то там чувства и признания в любви. Ну, а вообще, сами виноваты: мне кажется, они прекрасно понимают, на что идут. А потом только пустота внутри, жалость к себе и так далее. И Эмили туда же. Никогда не думал, что столкнусь с такой проблемой. Надо с Рихардом, что ли, поговорить. Хотя что там говорить? Я практически не разговаривал с ним эти одиннадцать лет, а тут вдруг такое рвение сблизиться. Да я его даже не знаю толком. Одноклассники, называется». Несмотря на мое волнение за свою сестру, я прекрасно понимал, что Рихарду неинтересны такие девушки, как она. Да и тем более Эмили сама потом должна понять, какой он придурок, хотя бы немного пообщавшись с ним. Так я думал. Уже с более спокойной душой я сосредоточенно читал параграф в коридоре школы, но в голову из-за моих бурных мыслей и шума вокруг, как назло, ничего не лезло. После звонка все начали медленно двигаться в класс, а я плёлся где-то сзади, надеясь увидеть Рихарда и думая, что его за эти два дня стало слишком много в моей жизни. Плюхнувшись на свое место, я посмотрел по сторонам и, окончательно убедившись в том, что он не придет, начал доставать учебники. Эмиль и Ральф, как обычно, сидели на своих местах, но Круспе с Томасом так и не появлялись. «Ну и хрен с ними. Я хотя бы один день проведу спокойно».  — Итак, сегодня мы поговорим о… — начала фрау Бергер, но закончить свое предложение ей так и не удалось.  — Всем привет! — в класс буквально ввалились смеявшиеся Томас и Рихард. Браун пытался как-то удержать его на ногах, ибо тот, видимо, был не в состоянии двигаться самостоятельно. Он практически нес его на руках. Они продолжали о чем-то шептаться, несмотря на то что за ними наблюдал весь класс, включая фрау Бергер. Старушка смотрела на них с открытым ртом, не произнося ни слова до определенного момента.  — Какая наглость! Мало того что вы опоздали, так вы еще и… — Она приблизилась к ним на пару шагов. — Пьяны? Я требую объяснений! Да уж, пьяны. Судя по тому, что Круспе не только стоять не мог, так еще и ржал без перерыва, плюс его огромные зрачки, то здесь не только алкоголь замешан. Его глазища огромные даже с моего места было видно.  — Чуть-чуть сов… сем… — еле выговорил Рихард, тут же засмеявшись. Его волосы торчали в разные стороны, одежда была слегка помята. Ноги парня передо мной подкашивались, и, казалось, еще совсем немного — и он упадет, но сильная рука Томаса, весьма двусмысленно обвивавшая его за талию, не давала этому случиться. Я не мог оторвать глаз от происходящего, да и, думаю, все остальные тоже.  — Я, кажется, сумку… оста… вил… у… тебя… — пробормотал Рихард задумчиво.  — Да, наверное, — спокойно ответил Томас. В отличие от Круспе, тот выглядел более-менее нормально. Рихард медленно развернулся в сторону ряда, на котором сидел я.  — Ландерс, это… все… ты, — еле произнес он.  — Быстро вон из класса! — задыхаясь от возмущения, закричала фрау Бергер, указывая куда-то в сторону двери. Те, продолжая неконтролируемо смеяться, туда и направились, и через десять секунд их уже не было в помещении. «Вот это дела, — подумал я. — Ничего не понял. Что это было?».  — Это просто возмутительно, — фрау Бергер обессиленно рухнула на стул. — Вот какие дети нынче пошли. — Да уж, говорить было нечего. Весь урок для меня прошел как в тумане. Да какая тут классическая литература, если такое творилось? То, как Браун его обнимал, просто не давало мне покоя: «Да ну, может, мне показалось? И ещё… я-то тут при чем?». Всю большую перемену я просто не знал, куда себя деть, хотя, собственно, какое мне было дело до них? Ну покурили немного… Я полагал, что они оклемаются и придут на урок. До звонка оставалось еще десять минут, и я, поняв, что хочу в сортир, направился на второй этаж. Зайдя в небольшое помещение, я смог наконец-таки отдохнуть от этого непрекращавшегося шума. Согласен, не самое лучшее место для отдыха, но что было, то было. Бросив сумку, я подошел к зеркалу и не успел даже посмотреть на себя, как услышал что-то похожее на протяжный стон. Я нахмурился и, прежде чем что-либо предпринимать, постарался распознать, откуда это донеслось, и через некоторое время с помощью несложных вычислений до меня дошло, что странные звуки доносились из последней кабинки. Это, разумеется, было не мое дело, но мне было так интересно, кто там. Я просто не сдержался. И потом тысячу раз пожалел об этом. Осторожно подбираясь к той самой кабинке, я немного помедлил и открыл дверь. Блять, лучше бы не открывал. Я увидел то, чего вообще не должен был видеть: Томас и Рихард целовались. Два парня целовались на моих глазах. И это был такой страстный и жаркий поцелуй, что я просто не мог оторвать глаз. Это было для меня так… странно и необычно. Браун все так же обнимал Рихарда за талию, положив вторую руку ему на пах, отчего тот еще больше выгнул спину и запрокинул голову, издав при этом стон, больше похожий на рык дикого зверя. Томас целовал шею Круспе, в то время как тот вцепился рукой в его плечо. А я просто стоял и смотрел на это как завороженный. Наверное, с запретным всегда так. Я просто не соображал что делать, не мог сдвинуться с места. Но, к моему же несчастью, меня заметили.  — Ландерс, какого хрена?! — закричал Браун, заметив меня. Сказать, что я был в смятении — ничего не сказать.  — Двери, блять, закрывать надо, — пробормотал я, не растерявшись. Нет, ну правда. В этот момент и до Рихарда дошло, что они здесь не одни. Он смотрел на меня затуманенным взглядом, с абсолютно ничего не выражающими глазами.  — О, Па…уль, — с глупой улыбкой сказал Круспе. Я последний раз посмотрел на них и, быстро рванув с места и подхватив сумку, побежал нахуй из этого проклятого туалета.