You're All I Want

Всю ночь я пролежал на своей кровати, отчаянно пытаясь заснуть и прогнать прочь эти странные мысли из своей головы. Я думал о том, что произошло и — что важнее — что могло бы произойти, если бы я не выгнал его из своей квартиры. Чувствуя себя виноватым перед Рихардом, но в то же время дико злым на него, я не представлял, что я могу сказать ему завтра и как мне себя с ним вести. Мне больше не хотелось лезть в эти тайны, что-то копать. Спасибо, накопался уже. Я оставлю эту историю в покое и унесу ее с собой в могилу. Надеюсь, Рихард сделает то же самое. То, что произошло между нами, не имеет продолжения и будущего. Да и не должно иметь. Блять, я нормальный парень и буду встречаться с девушками, ходить с ними на свидания и дарить им цветы или что там еще парни должны делать? Завтра же я предложу Рите встречаться. Я нравлюсь ей, а она мне… тоже? Что чувствует парень, которому нравится девушка? Я почему-то ничего не чувствую. *** К моему же несчастью, в школе я оказался за час до начала занятий, потому что хотел поскорее убежать из дома и не встречаться на кухне с родителями, которые наверняка задавались всевозможными вопросами по поводу моего поведения вчера. Как обычно, опустившись на холодный пол рядом с кабинетом биологии и прислонившись головой к стене, я закрыл глаза и просидел так довольно долго, дожидаясь хотя бы кого-нибудь из своего класса, так как мне было просто необходимо отвлечься, поговорить с кем-нибудь, кроме себя самого. Вскоре рядом со мной тихо опустился кто-то еще и до меня донесся тонкий цветочный аромат духов. — Доброе утро. Я раскрыл глаза и уставился на рядом сидящую Риту. В юбке. На полу. Допустим, я ебанутый, ну ты-то зачем села? Вот сейчас придет биологичка и скажет, что у нее не будет детей и вообще она полы тут протирает. — Привет, — я хотел съязвить, но как-то неприлично говорить такое даме, наверное. — Снова не выспался? — поинтересовалась она, подмечая мой «помятый» вид. — Вроде того, — согласился я. — Много задали. — Да, понимаю, я сама вчера до самого вечера занималась математикой, это ужасно, — жаловалась Рита, и я прекрасно понимал ее. В принципе, с математикой у меня обстоит немного лучше, чем с химией: я ничего не понимаю, но имею возможность списывать, а это абсолютно не обязывает меня пытаться ее понять, ведь свою тройку я могу получить всегда, а большего мне и не надо. — Справилась? — поинтересовался я, чтобы наш разговор не зашел в тупик. — Да, пришлось потрудиться, ведь мне нужны идеальные оценки, — заключила она. Я промычал в ответ что-то несвязное. — А ты чем занимался? — вежливо поинтересовалась она, заметив мое кислое лицо. Мое сердце снова заколотилось в бешеном темпе, когда в голове начали мелькать картинки вчерашнего вечера. — Да химией занимался, мать её, — почти выругался я и выдавил из себя подобие улыбки. Наверное, это получилось довольно коряво и странно, потому что я морщился, улыбался и злился одновременно. Вдобавок ко всему этому мне еще хотелось рассмеяться от своих же слов. Химией, блять. В общем, как и подобает собеседнику в такой ситуации, она посочувствовала мне. Мы разговаривали о школе и уроках, и, если честно, я сам не заметил, как прошло время и что оставалось всего ничего до звонка. Подтягивались ребята, и вскоре к нам присоединился Шнайдер со своими классными историями о бомжах на лестнице у его квартиры. — И знаешь, я сначала не понял, что он живой, ведь он почти не двигался, — все вокруг засмеялись, а я сидел с каменным лицом и задавался лишь одним вопросом: «Что ты несешь?». Надо сказать, что эти его рассказы и истории имели сногсшибательное воздействие на девушек. Те невинно хихикали и слушали его, раскрыв рты. Я уже давно понял, что тактика у него такая, вот и всё. Вот и я поддался его способностям рассказчика и стал слушать вместе с остальными. — Ничего себе… — Кристоф на секунду раскрыл рот, прервав очередную историю и уставившись куда-то вглубь коридора, по которому то и дело шныряли эти мелкие мерзавцы из младших классов. Все головы, включая и мою, были обращены именно в ту сторону, но первые пять секунд я не совсем понимал, что именно его там заинтересовало? Девочка, которая пытается поднять мальчика? Мальчик, который скачет на девочке и кричит: «Вперед, лошадка»? Но только потом я понял. Именно посередине рекреации, в самом, блять, её центре, стоял виновник моих внезапных сердцебиений и бессменный спонсор моей бессонницы. Рихард страстно целовался с какой-то высокой блондинкой и вместе с этим действием шарил рукой под её короткой юбкой. И это был уже не поцелуй, а какое-то публичное пожирание друг друга. Блять. Я отвернулся, зажмурившись. Дети же играли и скакали посреди этого разврата. Если бы это был кто-то другой, я бы уже давно кричал что-то вроде того, что здесь разврат средь бела дня, но сейчас я не мог сказать и слова. Боль и злоба переполняли меня. Почему? Я и сам не понимал. Ведь ещё вчера мы… А, к черту. Звонок был, как всегда, вовремя. На этот раз я действительно обрадовался ему, потому что устал смотреть на этот пиздец. Иностранный язык. Что ж, это намного лучше. Я, подобно зомби, медленно зашел в класс и кинул свою сумку на одну из последних парт. С ним я точно не сяду. — Доброе утро. Попрошу минутку внимания! — слышал я с задней парты голос учительницы. Ну не помню я, как ее зовут. Все они для меня на одно лицо в девять утра на первом уроке в школе. Все вокруг засуетились, начали доставать учебники, а я сидел как вкопанный и не мог пошевелиться. — Рихард, я попрошу тебя объяснить, что это было сейчас. — Вы это мне? — как всегда, нахально спросил Круспе. — Ты видишь тут еще одного Рихарда? — она подвинула очки указательным пальцем. — Быстро встань. Демонстративно громко выдохнув, Рихард встал, опираясь на парту. — Я не понимаю, что вы от меня хотите, — по обыкновению спокойно начал он. — Я как-то неправильно себя вел? Ой, блять, что ты, нет. Ты же у нас такой примерный мальчик. Я уже начинал закипать от его гребаного спокойствия и крайней степени нахальства. — Ты ещё спрашиваешь? — возмутилась она. Мне было жаль старушку, но впутываться в эту перепалку я не хотел, это выглядело бы странно. Да и зачем? Меня не волнует его личная жизнь. — У меня есть девушка, и я ее люблю. Я считаю, что мне нечего стыдиться, — заключил он. — Но если вас так смущают наши отношения, то я больше не буду. — Впредь так не делай, пожалуйста, — заключила она, видимо, понимая, что ничего здесь сделать не может. Он даже морально сильнее неё. Рихард молча кивнул, плюхнулся на стул и начал что-то оживленно обсуждать с парнями рядом. Любовь, значит… Да ты даже имени ее не знаешь! Я отвернулся к окну и достал наушники, надеясь на то, чтобы этот день поскорей закончился.