Часть 1
15 мая 2018 г., 16:11
— Цисси, где моя трость?
Слова Люциуса Малфоя, министерского работника, аристократа, уважаемого богача волшебного сообщества Британии и, по совместительству, отца шестерых бравых сыновей и одной дочурки затерялись в какофонии, царившей в доме. Обречённо вздохнув, мужчина начал спускаться по лестнице, чтобы найти свою жену, хотя подозревал, что она не имеет ни малейшего понятия о положении искомой вещи, так как в доме уже не первый год царит хаос, который видоизменяется каждую минуту.
— Поберегись!
Люциус не успел повернуть голову на крик, как ему в спину с нечеловеческой силой прилетела подушка. Глава семьи пошатнулся, но вовремя схватился за перила и смог удержаться на ногах.
— Что это такое? — прорычал Люциус и обернулся. Билл и Чарли смотрели на отца виновато, но без тени сожаления. Билл, улучив момент, когда брат не будет смотреть, вытянул руку и указал на него, для пущей убедительности покачав головой.
— Меня не волнует, кто это сделал. Этой вещи место в спальне, — грозно сказал Люциус и поправив парадную мантию, продолжил путь.
Нарцисса была на кухне. Одной рукой придерживая годовалую дочь, она стояла у плиты, помешивая кашу.
— Цисси, дорогая, ты не видела мою трость? — протянул мужчина, словно это был не бытовой вопрос, а вечный философский. Однако супруга не оценила его тона, и пробуя кашу, чтобы узнать, не пересолена ли она, коротко ответила, что не знает.
— Бравый рыцарь Фредиус Храбрейший перешёл в наступление! Ещё немного, и злого дементора ждёт бесславный конец!
В комнату вбежали близнецы — белокурые аристократы с тонкими чертами лиц, но с непокорными стихийными характерами. Джордж, убегая от брата, раздавал на ходу ценные комментарии, видимо, чтобы случайным наблюдателям было легче понять, на какой стороне сейчас превосходство. На Джордже висела чёрная мантия отца, в которой Люциус часто присутствовал на приёме у Тёмного Лорда. Мантия была для него огромной, и он часто запутывался в ней, лишь чудом избегая рокового падения.
Рокового падения? Да, именно, ведь следом за ним бежал Фред, обмотанный шарфом Нарциссы с тростью в руках. Он взмахивал своим грозным оружием, изображая меч, который вот-вот прервёт существование жалкого дементора.
— Ты, кажется, трость искал, — сказала Нарцисса, не отрывая взгляда от кастрюли. Закатив глаза, Люциус подошёл к Фреду и схватился за трость.
— Ну, пап, — расстроено проговорил мальчик. — Я почти спас нас от злодея!
— Мне нужно на работу. И это не говоря о том, что вы двое — ходячая катастрофа, и то, что вы её ещё не сломали — истинное чудо.
— Хорошо, — согласился Джордж. — Мы отдадим тебе меч, но только в том случае, если ты сумеешь нас победить!
Ловко проскользнув между братом и отцом, Джордж выхватил трость и понёсся с ней прочь.
— Я не желаю гоняться за вами по всему дому. У меня встреча с Министром через час!
Однако такие «веские» аргументы на детей не подействовали.
— Я отниму «Нимбусы»! Посмотрим, как вы будете скакать по полю на своих двоих, как жалкие магглы, в попытке поймать снитч.
А вот это, похоже, подействовало. Недовольный Джордж вернулся обратно, и вложил вещь в протянутую руку Люциуса. Что-то прошептав Фреду на ухо, он быстро скрылся с ним, прихватив за собой чашу со свежеиспеченными пирожными.
Люциус, наскоро попрощавшись с женой, пошёл к камину в холле. Взяв горстку летучего пороха, он блаженно произнес:
— Наконец-то отдых.
И, швырнув порох себе под ноги, отправился на работу.
***
Как и ожидалось, близнецы не оставили утренний проступок Люциуса безнаказанным. Как только голова белокурого волшебника показалась в камине, Джордж взвил в воздух на своей новенькой метле. Сама метла, как и мальчик, были надёжно скрыты под белой простынёй. — Я привидение! Оставь надежду на спасение! — видимо, торжественную речь Джордж подготовить не успел, но импровизация вышла хорошей. — Оставь надежду всяк сюда входящий, — пробурчал Люциус. — Эта фраза должна быть выбита над дверью этого дома. И почему я раньше не додумался до этого? Дела в Министерстве шли ужасно. Министр был абсолютно против предложенного Люциусом ужесточения учёта волшебников. Видите ли, система и без того хорошо отлажена. А то, что волшебные палочки раздают направо и налево, это норма? — Сдавайся, злой колдун. Тебе не победить меня своей магией. Я могущественен! Люциус сделал шаг, и тут же пожалел: Джордж злобно захихикал, и на мужчину посыпалась белая пыль. Отплевавшись от муки, которая покрыла его от макушки до пят ровным слоем, Малфой-старший поднял голову и хмыкнул. Наверху, свисая с метлы вниз головой, находился Фред с ныне пустым пакетом. Он довольно улыбался. — Я предупреждал тебя, колдун. Быстро выхватив палочку, Люциус связал удирающих близнецов, чьи мётлы попадали вниз, за лодыжки невидимыми путами, и приманил их барахтающиеся тела к себе. — Колдун, может быть, и не такой могущественный, но теперь — точно злой! Близнецы покосились друг на друга и одновременно произнесли: — Ой! После ужина, на котором царило относительное спокойствие, если считать переворачивание тарелок Джинни чем-то обыденным, а скрежет Рона столовым прибором по тарелке чем-то разумеющемся, Люциус заперся в своём кабинете. Но не просидел там и часа, так как шум и непрекращающийся смех не давали сосредоточиться. — Проклятье, — проскрежетал мужчина, зашвырнув перо в чернильницу. Стараясь быть менее заметным, он быстро проскользнул в ванную. Но там его ждал сюрприз — Перси отрабатывал новое заклятие, поэтому вода в ванной была неестественно бурого цвета. — Я пытаюсь превратить воду в лёд. Это очень полезная способность, особенно когда… «Спасибо, что не в медовуху», — подумал Люциус, и, прервав нескончаемый монолог Перси, показал ему необходимое заклинание. Когда бурая жижа застыла, а Перси удовлетворил свою жажду познаний и покинул помещение, мужчина заперся, уселся на край ванны и вынул ленту из волос. Её край был запачкан в муке. Люциус лежал в постели и листал Ежедневный Пророк. На страницах двигались волшебники и волшебницы, весело подмигивая читателям: огромная статья была посвящена предстоящему матчу по квиддичу. Дети уже давно уговаривали его пойти на матч, да что там, билеты уже лежали в ящике его рабочего стола, однако Люциус решил сыграть на этом, объявив сыновьям за ужином, что они должны вести себя идеально, если хотят наблюдать за Пушками Педдл воочию. В комнату тихо вошла Нарцисса. Люциус отложил Пророк. — Уложила? — Спит, — ответила она. — Джинерва у нас буйная девочка. — Может… — Люциус поиграл бровями, указывая на постель. Цисси остановилась. Казалось, в её глазах промелькнули все прошедшие дни от самого рождения Билла. — Нет, — как-то быстро выпалила она. — Я устала. Мужчина обречённо вздохнул и помог жене улечься. — Я найму домоправительницу. Мне надоело видеть тебя у плиты. Она присмотрит за детьми. — Ты же помнишь, что случилось с миссис Скрудж. Ей пришлось немало заплатить за её «душевную травму». — Да, близнецы ловко напугали до полусмерти. До сих пор помню её синее лицо и заявление о том, что куст с розами ожил и пытается захватить мир… Тогда, ещё один домовик? — Люциус, у нас их уже пять! В кладовке просто не останется места для них. Они вполне справляются с порядком в доме, я всего лишь слежу за детьми и кормлю дочь. Не хочу доверять её этим существам. — Хорошо, хорошо. Просто я волнуюсь за тебя. Ты прекрасная женщина, но с рождения дочери выглядишь хуже жены Уизли. Вот, даже синяки под глазами не проходят! Это уже недопустимо, ведь мы уважаемые люди. А что, если тебе срочно понадобиться выйти в свет, а дети… Нарцисса притянула к себе мужа и поцеловала его в лоб. — Я очень ценю твою заботу. Возможно, мы найдём верное решение, но я тебя очень прошу, давай уже ляжем спать, я ужасно устала за сегодня. — Конечно, конечно, — протараторил Люциус и потушил свечу.***
Люциус шагал по Косому переулку в Гринготтс. Он нашёл ведьму, готовую приглядывать за непослушными детьми, хоть и желающую получать за это кругленькую сумму. «Всё равно долго не продержится. Готов поставить тысячу галеонов на то, что через две недели близнецы придумают что-нибудь эдакое, чтобы выжить её из дома», — думал волшебник. Он сделал ещё несколько шагов, и замер: неподалеку стоял Артур Уизли, видимо, он ждал жену, которая отправилась за покупками. А рядом с ним, держась за отцовскую руку, стоял рыжий мальчик — Драко. Он не баловался, и даже не кричал — он смотрел на проходящих мимо волшебников надменным взглядом, который был бы неестественен у другого такого ребёнка. Драко заметил Люциуса и тоже посмотрел на него сквозь немного опущенные веки. К чете Уизли присоединилась Молли с небольшим свёртком в руках и протянула сыну маленький леденец. Потеряв к Люциусу всякий интерес, Драко переключил своё внимание на угощение. — Спасибо, мама, — важно сказал он, не теряя достоинства, и принялся сдирать с леденца упаковку. Малфой мотнул головой и пошёл дальше. Перси просил приобрести ему пару новых учебников, а Рон настаивал на прочтении сказки о Зайчихе-шутихе, в сотый, наверное, раз. Да и Фред умудрился нанести домовику увечья, стоит показать его какому-нибудь лекарю, другой эльф будет стоить куда дороже лечения. И Люциус понял, что ужасно завидует бедному не только на деньги, но и на детей Артуру.
