Космос. Новый дом.

Научно-исследовательский корпус. Вавилон-6. 15.20 по МГВ. Кабинет Генри Лэнголда. — Программа «Икар» почти завершена, и впору подумать над персоналом. Расположившийся в кресле Натаниэль закурил сигару. Их разговор порядком затянулся. Заместитель советника пришел еще утром, а сейчас была уже середина дня. Впрочем, тема их встречи была интересной. «Икар» — новая ступень в межгалактическом кораблестроении. Здесь не возьмешь на борт абы кого. Генри взглянул на заместителя советника, отметив, что это уже четвертая сигара, и, усевшись напротив, снял очки: — При всем уважении, я бы не стал утверждать, что проект можно считать «почти завершенным», — раздраженно ответил Генри, –ИИ корабля совершенен. Смею утверждать, что вы еще нигде не встречали подобного. Однако мне предстоит дополнить его рядом ограничений, проверить работоспособность внешних орудий, настроить импульс-мозговую связь между пилотом и кораблем. И лишь тогда можно будет сказать, что Икар «почти завершен». — Для последнего вам понадобится пилот, –усмехнулся Натаниэль, — у вас уже есть кто-то на примете? — Я просматривал досье претендентов, но ни один из них не наделен достаточным умом для этого корабля, — указал на «ущербность» пилотов Генри, взглядом встречая вошедшего асмодеанца. Поставив кофе на стол, Сьюди смиренно удалился в угол, ожидая дальнейших приказаний. — Личный асмодеанец, Генри? — Натаниэль надменно усмехнулся, затушив сигару. — Признаться, я был крайне разочарован, когда совет решил отменить рабство, и сделал этих растений «полноценными членами общества». —  Сьюди сильнее вжался в стену. — Сначала они запретили чай, потому что он, видите ли, считается наркотиком у Скубов, затем сняли рабство с асмодеанцев, что дальше? Арцарийцы в политику пойдут? Но, как вижу, нашего великого Генри Лэнголда это не сильно задело, у него как был раб, так и остался. — Сделав глоток свежего кофе, заместитель довольно зажмурился. — Кофе они варят просто отличный! — Этот мальчик не мой раб, Натаниэль. Он полноценный рабочий, секретарь, если угодно.  — Генри даже не притронулся к кофе, сейчас его волновала работа — Мы говорили о пилотах, советник, и я хотел бы услышать ваши идеи, если таковые имеются. — Да, имеются. — Взгляд наконец-то оторвался от пришельца, вернувшись к мужчине. —  Проект «Дети космоса». — Впервые слышу. — Немудрено. — Пожав плечами, Натаниэль потянулся за кейсом, и, достав папку, положил ее на стол — Он был засекречен. — И в чем суть этого проекта? — Генри свел брови. Он имел доступ ко многим проектам, но ни разу не слышал о подобном. — Когда мы запустили первый корабль в космос, с досадой обнаружили, что пилот, обучающийся управлять «Волевым», совершенно не был приспособлен к тому же «Грозному». Крайне неудобно и затратно обучать нового пилота для нового корабля. Для решения этой проблемы и был открыт проект. Суть его заключалась в изменении сознания человека с целью полной синхронизации с компьютером. — Ничем хорошим это не закончилось? — Впервые за весь разговор, на лице ученого промелькнула усмешка. — Верно. Из сорока «добровольцев» выжило семь. Совету это не понравилось. — Совету вечно не нравится все, что приносит пользу, — отмахнулся мужчина, — дайте угадаю, семь выживших показали высокий результат? — Шесть. Результат седьмого и не сопоставлялся с остальными. Он вошел в абсолютную синхронизацию с системой. — Что это значит? — Слушая гостя, Генри взял в руки папку. — Он был способен управлять кораблем, не находясь в кабине пилота. Его мозг был изменен, стал подобен компьютеру. — допив кофе, Натаниэль кивнул Сьюди, который так заслушался, что даже вздрогнул, когда на него обратили внимание. — Асмодеанец, моя похвала твоему кофе. — Рад служить, сэр, — Сьюди учтиво склонил голову. — Где ты отрыл такой экземпляр? Альбинос, услужливый, с тремя отсутствующими фалангами… — Что стало с тем ребенком? — Генри отвлекаться не собирался. Впервые за день он был заинтригован беседой с этим человеком. — По нашим данным — погиб. — Когда говорят «по нашим данным», можно считать, что у вас нет никаких данных, — скептически заметил мужчина, пролистывая документ. — Почему не электронный носитель? Я не люблю пользоваться бумагой, лишний хлам. — Наслаждайся моментом, Генри, ибо Совет скоро и ее запретит… Что же до парня, то доподлинно неизвестно, что с ним стало. Он исчез после пожара в четвертой лаборатории. — Если он мертв или исчез, зачем ты мне об этом говоришь? — Потому что у нас осталось еще шесть высококвалифицированных, натренированных пилотов. И одного из них я хочу посоветовать тебе. Шестая страница, — кивнув на папку, Натаниэль уселся поудобнее, закинув ногу на ногу. — Мигель Ноиз. Большой послужной список, две встречи с Древними, идеальная дисциплинарная карта. В данный момент пилотирует «Пегас». — Ноиз? — открыв шестую страницу, мужчина прочел анкетный лист. — Организуйте нам встречу, советник, и я вынесу свой вердикт. — Уже. — Натаниэль поднялся с кресла. – В четверг, в два часа. — Хорошо, он придет сюда или назначено особое место? — Сьюди дернулся вперед, сказать что-то важное, но перебивать Генри не решился. — Пускай оценит корабль. Нам же надо проверить их «совместимость». — Сэр, прошу прощения, господин Лэнголд… — Сьюди несмело сделал шаг вперед, склонив голову. — В чем дело? — В четверг у вас уже назначена встреча… — Перенеси. — Сэр, это ваш сын, у него вживление импланта, и ваша жена желала видеть вас там. — не отступал асмодеанец. — Неужели ты думаешь, что я брошу свои дела ради мальчишки и его импланта? — возмутился Генри, обернувшись к помощнику. — Передай моей жене, что у меня много работы. А Рэшу вышли… Не знаю, какие подарки по таким случаям дарят. Разберись сам. — приказал мужчина, возвращаясь к советнику. — В четверг в два. Я понял. — Знаешь, я бы мог перенести, скажем, на субботу, — предложил Натаниэль, но мужчина отрицательно мотнул головой. — Ценю вашу заботу, сэр, но это моя работа. — Что ж, Лэнголд, побольше бы нам таких ответственных людей, — пожав руку, мужчина направился к выходу. — С другой стороны, демографические показатели рухнут в бездну… — усмехнулся он, закрывая за собой дверь. Вавилон. 12.10 по МГВ. Кабинет советника Алдеса. Солдатски чеканя шаг, не изменяя привычную походку даже на каблуках, Хельга направлялась на деловую встречу с советником Алдресом. — Я могу вам помочь? — Молодой консультант даже не оторвался от КПК, старательно двигая пальцами по экрану. Однако, молчание и тихое покашливание, заставили его поднять голову, — миссис Лэнголд? Простите! Я… Простите! Я могу вам чем-нибудь помочь?! — сейчас ее волновал не этот мальчик, взволнованно стирающий пот со лба, а фотография на его столе. Жена. Или девушка. Внешность довольно заурядная, однако ее волосы почти достигают плеч. Сама того не заметив, женщина провела рукой по светлому ежику. А ведь когда-то у нее был прекрасный, длинный волос медового цвета. Но на войне практичность спасает жизнь. — Советник у себя? — Хельга посмотрела на секретаря. — Да… Я сообщу, что вы прибыли! — Парень кинулся к интеркому, но был остановлен короткой фразой. — Не надо. Я сама войду. Рекс устало разбирал отчеты, размышляя, что указать в докладе, а о чем лучше промолчать. Нельзя, что бы Собрание что-либо заподозрило. Порой раскладывать бумажки было сложнее, чем воевать во флоте. — Вздыхаешь по старым временам? — Войдя в кабинет, женщина приветственно улыбнулась, отдав честь, — советник Алдес, капитан 14 отряда Хельга Лэнголд прибыла! — Вольно, солдат! — Радостно поднявшись с места, мужчина подошел к подруге, с распростертыми объятьями, на которые женщина незамедлительно ответила. — Не каждый день тебя увидишь в юбке, капитан, — кивнув на кресло, Рекс направился за бокалами и вином. — Так особый случай же! Увольнительная! Давно я здесь не была. — Шестнадцать лет, — напомнил мужчина, протягивая напиток. — Признаться, я думал, еще столько же не увидимся… Как ты? — Как на утро после увольнительной. А нет, такой я завтра буду, — рассмеялась Хельга — Как видишь, еще не развалилась, хотя рухлядь уже та… — Не говори так. Тебе сколько? Сорок? В этом возрасте только жизнь начинается! — сев напротив, Рекс отпил из бокала, — Есть новости с фронта? — Да какие там новости? 13 и 15 разгромлены, 17 пропал. Еще пара лет, и оборона падет. Ничего хорошего, — Лэнголд пригубила вино. — Ты как? — Ну, заполняю бумажки и поддакиваю Собранию. Ты где глаз умудрилась потерять? –указал на протез Рекс. — На корабле Древних. Разведка облажалась. Нас послали собрать материал; заявили, что корабль пуст. Четверо Древних. И куча Мяса. Нас как детишек отымели. Пока от них отбивалась, половину взвода вырезали. Я еще легко отделалась. — Осушив бокал, Хельга потянулась за бутылкой. — Как сбежала, сама не знаю. Очнулась уже на «Вольном», и сразу в лазарет. Короче, ковыряли мне череп, вытаскивали осколки и решили, что проще повязку повязать, чем глаз спасти. На том и порешили. — Ну ты даешь… — осознав, насколько скучна его жизнь, Рекс тяжело вздохнул. — А ведь такой милой девочкой была. Весь взвод влюблен был. Даже генерал клинья подбивал. Так нет же, уцепилась за Генри. Кстати о нем, как там твой супруг? — О, я уже и не уверена, супруга ли ему. Кажется, он предпочитает мне габариты побольше да корпус попрочнее.  Рекс улыбнулся в ответ, но тут же стал серьезен:  — В чем дело? Ответа не последовало. — Хельга, мне важно знать твое мнение. Не как солдата, а как друга: корабль, что мастерит Генри, действительно так важен?  Отставив бокал, Хельга задумчиво хмыкнула. — Мое мнение или мнение Генри волнует тебя? — спросила она после недолгого молчания. — Оба. Как правило, они совпадают. Или сейчас особый случай? — Мой муж считает, что это единственно верная линия обороны. «Корабль, оснащенный двигателем деформации, сужающий пространство перед собой и расширяющим за собой, тем самым способный двигаться быстрее пределов скорости света, не используя катализатор, станет вершиной кораблестроения. Орудие, уничтожающее материю на молекулярном уровне, будет способно уничтожить корабль Древних за два залпа. Щиты, использующие для подзарядки ядро фотонной массы, смогут выдержать больший урон, чем любой корабль Авангарда. И все это работает с помощью самообучающегося искусственного интеллекта, способного подстроится под любого противника» — голосом рекламщика отчеканила женщина, словно дразня манеру речи мужа. — Он считает это будущим. Я считаю, что это предвестник нового конца. Самообучающийся компьютер? Наши КПК глючат и портят нам жизнь. Всплывёт баг в Икаре, и наша жизнь будет уничтожена. Я считаю, что нам нужно больше солдат и оружия, а не умные роботы. Они сейчас и так уничтожают Вселенную. — Древние не совсем роботы. Хотя.... Мы до сих пор не знаем, чем именно они являются. Подумать только — за двадцать лет войны с ними наши знания практически не пополнились. Как можно победить врага, не зная его? — С помощью большой пушки, — вернувшись к вину, Хельга довольно улыбнулась — Вообще-то, я по делу. — Да? А я уж губу раскатал, что ты по мне соскучилась… — сделав печальное лицо, Рекс тяжело вздохнул. — Что за дело? — Твой крестник. У него намечается знаменательная дата. Удивленно взглянув на женщину, Алдес нахмурился. — Он женится? Не рановато? — Вопросы вызвали у Хельги тихий смешок. — Я тебя умоляю, Рекс. Этого раздолбая никто и года не выдержит. Кроме Брока. По правде говоря, я буду меньше всех удивлена, если однажды сын придет ко мне со словами: «Мам, пап, вы знаете Брока? Так вот, у нас скоро свадьба». — О, ну теперь я хотя бы знаю причину, по которой ты станешь вдовой, — рассмеявшись, Рекс в красках представил картину, как произносит поминальную речь на похоронах друга. — Так что с Рэшем? — Получает имплант, — напомнила Хельга. — Он сдал все экзамены, спасибо, что посодействовал. И мне не терпится узнать, какой же имплант достанется моему сынку. — О, так вот в чем дело. Ну давай посмотрим. — поднявшись, мужчина пошел к рабочему столу — Не терпится узнать? Церемония уже скоро, там бы посмотрела. Был бы сюрприз. — Не люблю сюрпризы. — Лэнголд последовала за ним. — К тому же, у меня уже есть на него планы. — Какие же? — вбив запрос в компьютер, Рекс покосился на женщину. — Только не говори, что хочешь забрать его в 14 отряд? — Мой мальчик, конечно, умный, но не хотелось бы доверять ему судьбу Галактики. — Верно. Николя о нем нелестно отзывается. Хочешь перекинуть его к кому-нибудь более, ну… Кто бы мог ему мозги вправить? — Кто? Рассел? Да он же его убьет! Турку я тоже не пожелаю такого счастья. К тому же, он и так тренирует «будущую легенду Галактики»… — Наэль. — А? — Парня, которого он «тренирует», зовут Наэль. Уж о нем-то я наслышан… Так, посмотрим. — на мониторе высветились результаты, заставившие Рекса задумчиво приподнять бровь. — Он набрал практически максимальное количество балов. Признаться, не ожидал… — Списывал у Брока, — скептически заметила женщина — Думаешь? — Рэш не любит трудности, и, если есть способ их обойти, он его найдет. — склонившись над монитором, Хельга внимательно изучала информацию. — Его назначили на имплант Штурмовика? — нахмурившись, женщина вбила новый запрос, нависнув над Рексом. Результатами поиска стал Брок. — А его, значит, на Солдата… — Что-то не так? — заметил недовольство подруги Рекс. — Результаты еще не озвучены? — Нет, я еще не подал запрос в Икс-Геном… — Я должна попросить тебя об услуге, Рекс. Важной услуге. Устало потянувшись, зевнув и сонно потерев глаза, Рэш покосился на Реми, сопящего у него на плече. Как давно они отсутствуют? Часа два, так точно. Если кто-нибудь заметит, им несдобровать. С другой стороны, все тело так ломит, что даже вставать не хочется. — Эй, Реми… — В ответ лишь сонное сопение в ухо. — Реми… — что-то ответив на своем, французик лишь крепче вжался в чужое плечо. — Просыпайся, придурок! — Рэш с силой толкнул друга, отлепляя того от себя. — Эй, Аврора, нам надо вернуться в... — Казарму? — сонный голос с ужасным акцентом наконец отозвался на обращения, однако тело признаков жизни не подало. — Точно, в нее… Рэш попытался встать. Не вышло. Реми недовольно открыл глаза. Возня рядом мешала его сну, а Рэш начинал действовать на нервы. — Иногда я ненавижу тебя, Лэнголд… — ворча, парень начал подниматься. — Ну простите, принцесса! — напялив берет, Рэш сел, начав тупить в пол, пытаясь привести мысли в порядок. – Классно же было, да? — Если Брок узнает, а он однажды все равно узнает, он нам ноги вырвет… – Реми поднялся, чуть пошатываясь и опираясь на стену. — Но, черт, это и вправду того стоило… — усмехнулся он, протянув руку Рэшу. — Кажется, я застудил поясницу… — А, насчет Брока, да… Не стоит ему знать это. — А ты сможешь держать язык за зубами? — за стенами раздался сигнал на ужин, и Реми поспешно стал натягивать сапоги. — Еще на один раз хватит… — проверив пакетик с травкой, оповестил Рэш. — Где ты достал ее? — На днях раздобыл у одного кадета. — Ты чёртов везунчик, Лэнголд… Торчок и везунчик… — рассмеялся Реми. В столовую они пришли вместе, когда Брок уже доедал первое блюдо. — Где вы были? Рэш растерянно потупил взгляд, и Реми пришлось говорить за него. — Забавная история, — щелкнув пальцами, француз усмехнулся. — Cet idiot, именуемый твоим другом, заявил, что лучше меня во всем. Похоже на него, да? Так вот, слово за слово, мат за матом, мы поспорили, чей, ну… pénis plus long… — Что он про мой пенис ляпнул? — насторожившись, Рэш взглянул на француза. — Так вот, решили мы проверить и… — Вы два идиота, — хмуро произнес Брок, решив не тратить на них время, а доесть спокойно ужин. — Твои выводы ничем не обоснованы, ami… —  Реми тоже принялся за еду. Только Рэш был не голоден. Ковыряясь в каше, парень громко вздохнул, поднимая взгляд на товарища. — Даже не думай, Лэнголд… — прошипел Реми. — Дождись хотя бы конца ужина! — Так, вы о чем? — настороженно спросил Брок. — Ни о чем! — Попытался выкрутиться Реми. — Рэш, тебе есть что сказать? — Нет… — Голос дрогнул. Поняв, что дело дрянь, Реми покинул пересел за крайний стол столовой. — И? — Мы курили траву. — Наказанием для Рэша стал презрительный взгляд и молчание. — Брок... Скажи что-нибудь... — Что? — Не отрываясь от тарелки, парень покосился на друга. — Не знаю… Ты же злишься, да? — С чего бы? — Брок приступил к кофе, вкус которого был все так же отвратительным. — Не знаю… Как правило, ты злишься на такие вещи… — Рэш внимательно взглянул на парня. Тот лишь залпом осушил стакан и поднялся с места. — Однажды, тебе придется повзрослеть, Лэнголд. И Брок ушёл. Наконец-то этот день настал. День, когда все студенты академии вышли на центральную площадь. День, когда сам советник Алдос прилетел сюда, с одной целью — поздравить курсантов с их вступлением во взрослую жизнь. День, когда сотни студентов получат свои импланты. День, когда мальчики и девочки превратятся в настоящих солдат. Брок не спал всю ночь. Он так долго этого ждал. Его трясло от мысли, что сегодня произойдет то, к чему он шел всю жизнь. Его собственный имплант. Казалось, что, получив его, перед тобой откроются все двери, и все, что было невозможно, станет простым и достижимым. Все эти мысли засели в голове, заставляя Брока судорожно переучивать клятву, которую ему предстояло сегодня дать. Клятву служить своему народу, Собранию и расам, которые ему надо будет защищать. — Ты стал белее на два оттенка… — нехотя поднявшись с кровати, Рэш взглянул на друга, который даже не обратил внимания на язвительное высказывание. — Брок, завязывай, ты так себя в могилу сведешь… Это всего лишь имплант… — Лэнголд, ты либо вставай и повторяй клятву, либо не мешай… — отозвался солдат, попутно расправляя складки на парадной форме. — Клятва, клятва… Это тупо! — очередное мнение Рэшфорда Лэнголда. — Приноси, не приноси, это всего лишь слова. Захочешь предать — и никакая «клятва» тебе не помешает. Зря только время тратят… Повторяя слова, Брок даже не заметил, как Рэш сходил в душ, вернулся, оделся в парадную форму и отматерил смятый берет. В итоге Рэш все же заставил обратить внимание приятеля на себя, повиснув на плече Брока. Одарив друга недружелюбным взглядом, мужчина сдался, молча спрашивая, что тому надо. Так же молча, Рэш указал на галстук, лентой болтающийся на шее. В некоторых делах Рэш был плох, а в каких-то мог дать фору любому тридцатилетнему. Его девизом еще со школы было: «Быть умным — не значит хорошо учиться» и, кажется, парень следовал этому принципу и сейчас. Завязав галстук, Брок оценивающе взглянул на Рэша и вернулся к повторению. — Брок, я возьму твои перчатки? У тебя же их две пары? — Хэйвок кивнул. — Спасибо. Кстати, Реми не видел? — Сказал, что пошел в прачечную. У него там штаны остались. — Брок отошел от зеркала. — Идем? На церемонии все были одеты одинаково: серая парадная форма, нашивки, береты. На всех выпускниках красовались синие шелковые ленты, на отличниках — медали. — Я собираюсь вернуться на Землю, — поправляя свою ленту, заговорил Рэш. -Предварительно, разумеется, навещу отца, сообщив ему о своем решении. — Это твоя самая неудачная идея… — неодобрительно покачал головой Брок. Возвращение на Землю для солдата означает конец службы. На Земле больше нет сражений, ее не надо защищать, и все, кто там остались — это фермеры и предприниматели. Решение Рэша означало то, что он решил пойти против воли как отца, так и матери, и прекратить быть военным. А из этого же следовало, что он публично решит отказаться от импланта. — Зачем тебе это? — Потому что я не хочу всю жизнь быть солдатом. Я не создан для этого. Все кончится тем, что по моей вине сгорит какая-нибудь планета. Или я взорвусь от собственной гранаты… Брок верил скорее в первое. Навык солдата был у Рэша в крови. Брок всегда завидовал тому,что позволяла Рэшу быть лучшим,хотя он и не старался сделать хорошо. Даже попытка завалить экзамен и написать его без помощи Брока и шпаргалок провалилась, и Рэш набрал высший балл. — Ты не должен так поступать… — уговаривать Реша Брок не собирался, но мысли озвучил. — Кто такие, по твоему мнению, Древние? — Космические маньяки, мечтающие нас уничтожить? — Детский лепет… Они те, кого во что бы то ни стало, мы должны уничтожить! — Звучит довольно кровожадно… — Рэш…— обессилено вздохнув, Брок подошел к парню. — Мой отец был простым уборщиком на медицинском флоте. Я хорошо помню день, когда на его корабль напали Древние. Живых не осталось. Даже дети, которых перевозили в госпиталь, исчезли. Их забрали Древние. Не выдержав, моя мать покончила с собой, оставив меня совсем одного. Если бы не тетя, я бы ютился в каком-нибудь сиротском приюте. Все, что я имею, я обязан ей. Но так же, я в долгу и перед тобой. Без тебя я никогда бы не набрался смелости подать заявление в Авангард. Ты всегда поддерживал меня, даже когда ситуация была безвыходная. Ты всегда был рядом и протягивал руку помощи. И я хочу, что бы так было всегда. Ты брат, которого у меня никогда не было. Ты тот, за кем я пойду в ад и вернусь обратно. Но если ты решишь уйти, я не смогу пойти за тобой. Потому что мое место там, в самом эпицентре битвы. А знаешь, почему? Потому что ты научил меня одному: никогда не сдаваться. «Либо выживем, либо умрем, третьего не дано». А теперь скажи, почему ты избрал путь наименьшего сопротивления? Ты хочешь сдаться, не начав бой, или пойти со мной и набить этим гадам их страшные морды?! Что скажешь, Лэнголд, мы еще повоюем, или ты сдулся?! — Брок и не рассчитывал, что эта речь хоть как-то повлияет на Рэша, но должен был сделать попытку. — Не зря тебя сделали капралом, Хэйвок… Умеешь зубы заговаривать… — усмехнувшись и поразмыслив пару секунд, Рэш воодушевленно взглянул на Брока, отдав честь — Вас понял, капитан! Не брошу вас в этой передряге, сэр! Но моя смерть будет на вашей совести, генерал Хэйвок! — Договорились, командор! — подыграв, Брок так же отдал честь, радостно улыбаясь. — Ну что, готов вставить себе имплант? — После твоих речей, я так возбужден, что готов вставить даже тебе…  Брок неодобрительно вздохнул. — Пошли, Лэнголд, там уже народу понабежало, скоро все места займут… А мне охота поближе к твоей матери встать, увидеть, как она горда за тебя! — Ты просто мастер по сбиванию настроя, Брок. Просто мастер! — Мы все собрались сегодня здесь с одной целью. Эта цель — перестать быть детьми и стать солдатами. Человечество — относительно молодая раса в Галактике, у нас нет подчиняющихся нам колоний, как у ньютонеанцев, нет мощных непробиваемых тел, как у арцарийцев, и даже культурное наследие беднее, чем у скубов, но этого нам и не нужно. Теперь человечество создало то, что делает нас равными каждому врагу. То, что позволит нам стать равными всей Галактике. Так поблагодарим же «Генетик-икс» за предоставленные человечеству импланты, и дадим им слово! — по площади разнеслись аплодисменты курсантов, под которые Рекс удалился со сцены. На его место пришла молодая девушка в строгом сером костюме и подобранными в хвост русыми волосами. — Приветствую вас, курсанты. Мое имя Мойра Вашингтон, и для меня честь представлять здесь «Генетик–икс». Наша компания открылась всего семь лет назад. Но за это время мы сумели добиться невероятных высот в генной инженерии, машиностроении и раскрытии истинных человеческих возможностей. Пока на сцене шла демонстрация, Рэш был занят беседой с Реми. Стоимость новых имплантов переваливала за миллионы, и новость о том, что сейчас их будут вживлять бесплатно, настораживала Реми. — Возможно, типа акция… Не знаю, — пожал плечами Рэш. — Правда, какой же убыток она понесет… — Корабль Древних видели в скопление Андромеды. Они подобрались слишком близко к Земле, и я могу понять стремление «Генетик» улучшить солдат. Я не пойму другого — зачем улучшать зеленых новобранцев вместо того, чтобы вживить имплант уже тренированным космопехотинцам… — вклинился в разговор Брок.— К тому же, выпуск Икс-2000 намечался лишь на следующий год. Скорее всего, это демо-версия… — Тогда, это многое объясняет, — усмехнулся Рэш. — Нас используют как пушечное мясо. Сработает имплант — хорошо, не сработает — жаль, конечно, но да ладно… — Твоя паранойя порой выходит из-под контроля. Я считаю... — Ладно, парни, я пошел. — перебивает Брока Рэш, расталкивая людей. — Эй, ты куда? — Реми устремляется следом, но был остановлен рукой Брока. — Сейчас будет его мама выступать. А все ее выступления при сыне заканчиваются одним… — Представляю вам капитана «14 отряда» Хельгу Лэнголд, — объявил ведущий, и женщина в парадной форме поднялась на сцену. — Я не философ и не политик, я солдат. А значит, воодушевляющих речей вы от меня не дождетесь, — Рэш насмешливо кивает. — Скажу лишь то, что каждый из вас, здесь и сейчас, должен будет принести клятву не только своей планете, но и своей Галактике. Сейчас вы, конечно же, думаете: «Ура, наконец-то я стану солдатом». Я думала так же. Но вот, что я вам скажу: вы произносите клятву не о том, что выживете и постараетесь победить; вы клянетесь победить в любом случае, или погибнуть, сражаясь за победу. И, не буду скрывать, большинство из вас погибнет. Не бывает войн без жертв. Однако те, кто выживут, увидят Новый Рассвет — мир, в котором человечеству ничего не угрожает. Рассвет, где мы победили и заняли свое место во Вселенной. Те же, кто не дойдет до конца войны… Что ж, замолвите на небесах за нас словечко, — в зале послышались восхищенные вздохи. — Здесь, среди вас, присутствует и мой сын. И я хочу, чтобы он был первым, кто принесет клятву, ибо его жизнь равна вашей, как и моя. — Под овации Рэш поднялся на сцену. — Эм… Привет, — неуклюже начал он, —меня зовут Рэшфорд Лэнголд. Да-да, то самое разочарование нашего корпуса. Привет, ребят… — По залу разнеслись смешки. — Прежде, чем произнести клятву, я бы хотел сказать пару слов, если позволите. — Получив одобрение от Рекса, Рэш продолжил. — Утром я шел сюда с твердой уверенностью, что произнесу слова: «Я собираюсь вернуться на Землю». Я не считал себя солдатом, а уж тем более достойным получить имплант. Я не считаю путь солдата единственно верным и не одобряю всеобщую мобилизацию войск. Однако я не могу отрицать, что Древние — реальная угроза. Моя мама напугала вас неизбежностью смерти. Это она может, уж поверьте. Впрочем, вы еще речи моего отца не слышали… — Очередной смешок. — Но в чем-то она права. Множество мирных людей уже погибло и ещё больше погибнет потом. И я не хочу быть в рядах тех, кто не постарался этого предотвратить. Древние будут не единственными нашими врагами. Не факт, что даже сильнейшими. Война никогда не закончится. И я клянусь всеми силами постараться защитить человечество, я клянусь выжить, чтобы увидеть, как спустя десятилетия другие новобранцы будут произносить эту клятву. Но давать ее уже на пороге новой войны, глядя в глаза новому врагу. Либо выживем, либо умрем. Третьего не дано.