Космос. Новый дом.

Два года спустя. —Проснись, Рэш! — кажется, ничто не может нарушить спокойный сон парня, особенно в утро выходного дня. Одного не предусмотрел Рэш, ложась спать спустя пять часов после официального отбоя — у солдата нет выходных. —Рэш, сейчас майор придет! Вставай! — раньше Рэш не замечал, какой мерзкий голос у Брока. Звонкий, громкий и немного свистящий. Проворчав что-то в ответ, парень крепче обнимает подушку, продолжая спать.—Ну, все, попали, майор идет… —Угу, скажи, чтобы попозже зашел… — отозвался сонным голосом Рэш, переворачиваясь на другой бок. —Смирно! — этот голос оказывается куда громче и противнее. — Почему этот слизняк еще в постели?! Разбудить немедленно! — майору постоянно удается каким-то образом приходить в самый разгар сна и все портить. Рэш даже удивляется, как это «метровое недоразумение» само успевает выспаться. —Сэр! Есть, сэр! То, что Рэш влип основательно, стало понятно сразу. Майор не прощает нарушение дисциплины. И будь ты хоть трижды ребенком высокопоставленных офицеров и племянником советника, наказания тебе не избежать. Наряда три вне очереди, да еще и на полигон отправят. Только спящего это не пугает. Создается впечатление, что даже подначивает. Сколько же за прошедший месяц у Рэша было этих «нарядов»! За долгий сон, за язвительные речи, за драку с товарищами. Рэш в его попытках быть исключенным из академии. Человек может привыкнуть ко всему. К громкому шуму, под который будет спокойно засыпать, под сильные толчки, от которых после все ребра болят, и даже спать при неприятном запахе, который в казарме стоял постоянно, можно научиться. Но вот суметь не проснуться от сильного удара по животу, явно ногой в сапоге — этому Рэш еще не научился. Вскочив, парень судорожно оглядел комнату, находящихся в ней солдат, майора, на чьем лице застыла самодовольная улыбка, а маленькие поросячьи глазки прищурились, став еще меньше. Но кто его ударил? Явно не майор. Слишком он далеко, да и не станет сам марать руки. Брок? Нет, тот стоит рядом с майором. Тогда кто? Стич… Мелкий, наглый, рыжий уродец, чье существование оскорбляло представление о нравственности и доброте человеческой расы. Как же ненавидел его Рэш. Да и не только он, почти весь взвод. Но сказать что-то против прихвостню майора никто не мог. —Слушай сюда, Лэнголд: несмотря на то, что твои родители какие-то там шишки, ты здесь на равных правах с остальным говном, понял? –похрустывая костяшками пальцев, заговорил майор, зло глядя на солдата, спешно натягивающего сапоги. — Сказал встать, значит встать. Сказал ползти-ползешь, сказал лизать мне сапоги-лижешь. Понял?! -А как же статья за превышение полномочий? — Рэш и сам не понял, как сказал это вслух, а когда понял, было уже поздно. Зеленые глаза майора стали красными и, казалось, что изо рта вот-вот побежит пена. — То есть, сэр, есть, сэр! — но положение это уже не исправит. —Шесть нарядов! — хлопнув себя по лбу, застонал Рэш. Брок лишь сочувственно усмехается, ковыряясь вилкой в своем пайке. Столовая, единственное место на базе, где можно было хоть немного отдохнуть, не опасаясь присутствия майора или его «псов» — Два дня на полигоне! Я всего лишь проспал! Где справедливость?! «На равных правах с остальными!» Что чесать-то! Остальных давно выгнали! Козлы… — Приступ ярости не уходил, напротив, становился сильнее. —Рэш, друг мой, позволь открыть тебе глаза на мир, — поставив свой поднос рядом с остальными, Реми, кудрявый паренек родом из старой Франции, без приглашения сел за их столик. — Будешь много возмущаться, останешься без возмущаловки. Или, как говорит наш лейтенант: «Будучи на Земле, поступай как землянин», чтобы это не значило…. —Ой, да подумаешь. Майор — он просто, просто… В жопу его. — подвел итог Рэш, отставляя кашу. Паек сегодня был на удивление отвратительным, сегодня побил рекорды, даже учитывая, что в остальные дни он был просто мерзким. — А этот Стич… Так бы и вдарил ему. — Сжатый кулак с грохотом обрушился на столешницу, однако та не сломалась. А вот Рэшу пришлось стиснуть зубы от неприятной боли в костяшках. — Ну-ну, а потом ты проснулся… — отмахнулся Брок, заговорив серьезно — Я слышал, на полигоне сейчас шестнадцатый отряд, так что будь осторожнее. — В их трио Брок выступал оплотом сочувствия, логичности и знания. Он по праву заслужил звание умника года, его отметки поражали, а боевая подготовка заслуживала похвалы. Но он, как часто говорил майор Николя, «связался не с той компанией». —А что за шестнадцатый отряд? — Переспросил Рэш. —Палки-копалки, парень! Шестнадцатый отряд, нам про него все уши прожужжали! — неодобрительно развел руками Брок, поражаясь умственным способностям товарища. —Désolé, Resh, maiscrétin…. — Реми же сдерживал себя, чтобы не засмеяться. Мало кто на станции говорил на старофранцузском, и Реми это радовало. Мало кто мог понять, хвалит он или оскорбляет, а может вообще что-то левое лопочет. Вот и Рэшу это не слишком нравилось. —Что? Говори нормально, а то я себя дебилом чувствую. — возмутился Рэш, и француз больше не мог сдерживать смех. Хватаясь за живот, он согнулся на стуле, не в силах остановиться. — Эй! Что я такого сказал?! Брок! Что он сказал? —Он сказал, что ты дебил. — флегматично ответил Брок, который в школе, в отличие от большинства, ходил на дополнительные курсы древних языков. Не давая Рэшу и слово вставить, он продолжил — Шестнадцатый отряд-отряд Тестодианцев. —Тестодианцы? А почему они здесь? Разве их база не на Рестарте находится? — факт наличия пришельцев на базе землян удивлял не только Рэша, но и Реми. Однако тот был слишком занят собственной шуткой, утирая кулаком выступившие от смеха слезы. — Знаешь, что, иди-ка ты к черту, французишка! —Обязательно, ты же не будешь доедать? — не дождавшись ответа, Реми подвинул к себе паёк Рэша, принимаясь за еду. Его здешняя кухня устраивала, да и ходить весь день голодным перспектива не радовала. —У них там что-то с оружием произошло, кажется, программа слетела и начала палить по всему что движется. Вот их и эвакуировали к нам. — Брок, осилив свой обед, сейчас спокойно пил чай, оглядывая помещение. —Брок, а у меня появилась идея! — Рэш буквально подскочил на стуле, прихлопнув в ладоши. — А пойдем со мной?! —Куда? — Реми поперхнулся и закашлял. —На полигон, куда же еще! — радостно объявил парень и, ударив подавившегося по спине, начал излагать свою «гениальную» идею — Ты пошлешь майора к черту при всем взводе, и он отправит тебя… —В могилу. — Перебил его Брок тем же спокойным тоном, что и раньше.—Ты его уже довел, так что на мне он по полной отыграется. Уволь, но моя жопа мне еще послужит верой и правдой. А ты сам виноват, так что дерзай. — Блуждало много слухов, что майор Алексей Николя со своим буйным нравом уже отправил пару кадетов в больницу, а одного даже в кому, но, во славу его героического прошлого, остальные военные закрывали глаза на его методы. И пусть это были лишь слухи, у Брока были все причины вести себя хорошо. —Трус… — с досадой вздохнул Рэш, чей план вылетел в трубу. — Впрочем, у нас еще остался Реми! — Увидев на себе хитрый взгляд Рэша, Реми тут же покинул стол, забрав с собой тарелку, со словами «только через окровавленный труп Брока, которым я прикроюсь» — Отец прав, друзей в мире нет…. —Кстати, об отце, как там твой старик поживает? — Обед подходил к концу, и поэтому Брок начал делать глотки побольше, в попытке допить чай. —Ну, он все работает там над каким-то проектом, я с ним давно уже не общался. — потирая затылок, ответил Рэш —А мама? -Она сейчас на 'Барсеке', там какой-то мятеж, пираты, рабы, асмодеане… А в общем, все как всегда. Обещали подъехать на вживление имплантата, но, чую, мне это не грозит, — вероятность того, что при всех его косяках, Рэшу вставят имплантат, была не велика, но парня это не слишком волновало. —Не знаю, Рэш. Ты толковый парень, задатки вон какие, любое оружие в руках как родное, просто постарайся не злить никого и все нормально будет. — Брок, в отличие от друга, на имплантат надеялся. Это билет в высшую лигу, возможно даже на «Пегас». Для парня это было целью всей жизни. В отличие от большинства своих однополчан, Брок не был из семьи военных. Сирота, с Земли, где жил со своей кузиной и воспитывал её дочь-Эмили. Обычно, в Авангард безотцовщин не брали. Сюда попадали лишь те, у которых родословная до прадеда военная, а Броку просто повезло. Его кузина-Адель, отдала все заработанные деньги, чтобы отправить парня на службу, а так как в Авангарде был недобор, парня так и быть, взяли на борт. Большую роль сыграла в этом знакомства с Лэнголдами, но Брок никогда не просил у них помощи, стараясь все делать сам. —Да не нужен мне этот имплантат! Меня вполне устраивает быть настоящим, без всяких там модификаций! — Рэш хотел добавить что-то еще, но не успел — звонок оповещал о окончании обеда, а это значило, что парню пора на полигон. — Запомни, Брок, от имплантатов одни проблемы. —Не говори ерунды, люди годами их использовали и ничего, а ты тут вообразил шут знает что. — скептично ответил Брок, направляясь к выходу. —Кто знает, кто знает, а предчувствие у меня плохое… — бубнил себе под нос Рэш, с неохотой идя на полигон. Из пятнадцати отрядов лишь четверо парней сегодня были отправлены сюда в наказание: Рэш из пятого отряда, Ричард из первого, Натали из девятого и Лайсерк из двенадцатого. У каждого своя была причина быть здесь, но Рэш в подробности не вдавался и просто ждал своей участи. Полигон Авангарда представлял собой большую открытую местность, по периметру огражденную проволокой под напряжением, четыре пулеметные установки, стреляющие ненастоящими зарядами, но причиняющие боль, пара растяжек с мешками. Труднопроходимая местность, искусственно заболоченная, в конце которой на уступе возвышался белый флаг — цель. Сегодня задача усложнилась в несколько раз, так как по местности передвигались соперники иной расы, а с тестодианцами шутки плохи. Рэш нервно поежился. Он немного повидал рас в галактике, но об этих был наслышан. Огромные, страшные на вид, с клыками и красными глазами. Легенды не врали лишь о росте. Тестодианцы действительно были громадны, больше двух метров ростом, мускулистые. В основном их тело покрывала коричневая кожа, на руках и позвоночнике переходившая в ребристые хрящи. Мордами они походили на земных черепах, головы, украшенные гребнем, черные глаза. Все трое, а их там было именно трое, были похожи как один. Только их капитан, появившийся позже, отличался еще большим набором мышц, мощностью гребня и количеством шрамов. —Что, Лэнголд, не выспался? — раздался голос майора, заставив парня вздрогнуть и отвести взгляд от инопланетян. — Бегом на старт! —Сэр, есть, сэр! —Итак, слабаки, ваша цель — добраться до флага и не погибнуть при этом. — Начало было не слишком обнадеживающим. Майор говорил так, будто они и вправду могут здесь погибнуть. Рэш слышал о летальных исходах, но чаще всего это были просто слухи. Сейчас же майор говорил вполне серьезно. Неужели эти тестодианцы настолько свирепы на поле боя? Но ведь это просто тренировка, ничего страшного произойти не может… По неволе Рэш вновь покосился на одного из пришельцев и, сам не ожидая, встретился с ним взглядом. Рэшу показалось, что тот тоже не совсем понимает, что от него требуют. Добыть флаг. Зачем? Зачем им, большим, мощным, сильным представителям своей расы, нужно пытаться «обыграть» этих мелких, по сравнению с ними, тонкокостных существ? Подумать только, всего один несильный удар тестодианца, и человечишка пополам сломается! Пришелец презрительно фыркнул, отвернувшись от Рэша. — И помните, девочки, у вас всего один шанс, иначе эти громилы вас надвое переломят. Задача ясна? —Сэр, есть, сэр! — хором ответили все четверо, готовясь приступить к исполнению приказа. —Тогда, начали! — командой к началу прозвучал громкий выстрел, и все рванули с места. Поначалу все шло гладко, Рэш бежал впереди, с легкостью обходя ловушки и уклоняясь от выстрелов, за ним бежал Ричард, худощавый, словно тростинка, которую мог даже ветер сломать. Почти наравне, отставая на шаг-два, бежала Натали. Девушка маленького росточка, хрупкого телосложения, совсем не выглядела как солдат. Позади всех бежал Лайсерк. Коренастый парень с накаченными руками и мощной шеей, он не мог передвигаться так же быстро, как остальные, однако, идеально прикрывал тыл, не давая соперниками обогнать их. Кстати, о соперниках, где они? Рэш удивленно стал оглядываться по сторонам, пока не увидел двоих тестодеанцев, стоящих на самом старте. Они не бегут? В чем дело? Они не собираются схватить флаг? Почему? Что они задумали?! Стоп! Двое? Но ведь их было трое? Где третий? Череду вопросов прервала резкая боль в боку, ударило чем-то тяжелым. Наступил на растяжку? Нет, удар был больнее, словно шипастой кувалдой огрели. Упав в грязь лицом, Рэш потянулся к глазам, чтобы разлепить, но болезненно застонал. Сильная боль, будто сломались все ребра, появилась так же внезапно, как тихий вскрик. Чей это голос? Его? Нет. Девушка. Натали! Почему она кричит? Наконец, размазав грязь по лицу и открыв глаза, он огляделся по сторонам. Тестодеанец, — это он ударил Рэша и Натали, сбив с ног, — движется к Ричарду. «Он же его убьёт! Нужно помочь, нужно…» —Ричард! — кажется, это голос Лайсерка. Громогласный, похожий на медвежий, рык. Как ему удалось обогнать тестодеанца? Лайсерк выскакивает на дорогу, становясь единственным препятствием между громадной черепахой и человеком. Кажется, тестодеанцу все равно, кому нанести удар. Вся сила обрушивается на Лайсерка. Хруст сломанных ребер слышен даже сквозь крик. «Нужно встать! Встать!» — уговаривает себя Рэш, с трудом поднимаясь на ноги. Он бросается вперед, становясь живым щитом между двумя лежащими на земле солдатами и пришельцем. —Беги! — командует Рэш, ощущая привкус собственной крови во рту, и Ричард, не медля и секунды, бежит в сторону флага. Рэш заставляет себя держаться на ногах. Смотрит прямо в глаза тестодианца. Во взгляде гостя явно читается злость, что дает понять — Рэша ждёт летальный исход. — Победа за нами… — хрипит парень, скаля зубы. Глупо злить и без того злого врага, тем более, когда он в силах разодрать тебя в клочья. Слова остаются без ответа. Впрочем, нет, ответом служит громкий рык. Разозлить гиганта — плохой план. Хорошего плана у Рэша нет. Он рывком уходит в сторону из-под очередного удара и бросается в сторону растяжек. Не уничтожить — так замедлить.  — Ну же, черепаха, давай! — подначивает парень, дразня тестодеанца. По очередному рычанию становится понятно — план удался. Пришелец зол и, не думая, кидается всем телом на мелкого солдатика, в надежде переломить его всего одним движением. Нога Рэша поднимается вверх, но не в попытке ударить врага, а в попытке натянуть леску. Растяжка рвется, и мешок, до краев наполненный песком, отделяется от стены и летит, пряма на них. Рэшу нужно было сделать лишь шаг назад, что он и сделал, а вот неповоротливый громадина этого сделать не успел, и со всей силы повалился в грязь, громко рыча при этом, словно лев, которому на хвост наступили. —Победа! — слышится голос Ричарда, заставляя Рэша обернуться. Парень жив… В его руках реет белый флаг, а это значит, что бой закончен. Можно и отдохнуть… Усевшись прямо в грязь, Реш облегченно вздыхает и жалеет об этом, чувствуя сильную боль в ребрах. —Нил! — раздается злой рев капитана тестодоанцев, направляющегося на барахтающегося в грязи соратника. — Чего разлёгся, кёха?! Вставай! Пришелец говорит что-то еще, смешивая межгалактический язык с языком своей расы, но слова в сознании становятся ватной массой, и Рэш погружается в сон. —И в общем, я был крут, — поправив подушку под головой, пожимает плечами Рэш. Лазарет куда удобнее, чем казармы, кровати мягче, цвета не такие унылые и спать можно допоздна. Да и еда лучше. В общем, Рэш остался доволен. А вот Брок не очень. Наблюдая за другом, он, с какой-то усталой улыбкой, потирал подбородок. —Рэш, кандидатов на вживление имплантатов назовут уже на следующей недели, тебе некогда отлеживаться. — Парень вовсе не собирался занудничать, он искренне беспокоился за друга и о его дальнейшей судьбе. А вот Рэш всем своим естеством демонстрировал, что плевать он хотел на будущее, судьбу и имплантаты. Сейчас Лэнголда волновало лишь время обеда и что это будет — суп или каша. —Эй! Я вообще то жизнью рисковал, а ты! Мог бы хоть героем назвать, бездушный землянин…. И вот как после такого можно считать тебя другом? Ни тебе сочувствия, ни восхищения героизмом! Только занудство и занудство, разбавленное занудством. Я тебе уже устал говорить, что плевал я и на имплантаты, и на «14 отряд» и тем более на ОСА, куда меня так стремится впихнуть мать… — ОСА, —Основные Силы Авангарда, — были элитой среди военных и уступали лишь «14 отряду». Попасть в них было практически невозможно. Но Рэш и не стремился, а вот Брок… —Если у тебя выпадает возможность попасть в ОСА, ты обязан ей воспользоваться. — При всем своем усердии, парень даже мечтать не смел, что однажды попадет туда. Все на что он мог рассчитывать- Аванпост. Хорошо, что он следовал логики: неважно, где спасать жизни, важно делать это хорошо. Такое жизненное кредо Рэш не разделял. Он вообще не понимал, для чего так рано их созывают на службу. В двенадцать лет ты еще совсем юнец, и все проблемы, которые тебя должны волновать — где раздобыть крем от прыщей, а не как разобрать и собрать автомат за двадцать секунд. Сейчас ему почти восемнадцать, из которых шесть лет Рэш провел в казармах и полигоне. И это было только начало. Если ты избрал путь военного, то до 55 лет забудь, что такое "спокойная жизнь". В такое непростое время, когда опасность грозит не только от соседних стран, но и от соседних миров, земляне буквально помешались на военной подготовке. Шестилетнее военное образование — обязанность каждого земного ребенка, независимо от пола, социального статуса и медицинской карты. Конечно, обычная армия в разы отличалась от Авангарда: там было намного проще, больше времени выделялось на учебу, нежели на строевую подготовку, при этом оставалось немного времени на себя и своих близких. И Рэш завидовал черной завистью всем тем,кто учился в армии. Вернувшись из своих мыслей, Рэш заметил, что Брок уже стоял у окна и что-то в нем разглядывал. Он выглядел обеспокоенным, казалось, парня что-то тревожило, и Рэш пытался понять, что это могло быть. -Ты сам не свой, — протягивая руку к яблоку, отметил Рэш. В животе раздался гул, побудивший Лэнголда поспешить с трапезой. Одного Рэш не учел — глотать было нестерпимо больно. Скривившись, парень откинул яблоко в сторону, попав им в соседнюю пустующую койку. Когда боль начала сходить, Рэш, тяжело дыша, откинул голову на подушку. Потерев кулаком глаза, парень глухо выругался и, жмурясь, взглянул на Брока, который с искренним сочувствием в глазах смотрел на друга. —Завтра с утра у меня зачет. — Подойдя к пустующей койки и убрав с той яблоко, Брок уселся. В его голосе ясно слышалось волнение и страх. —Пф… — Рэш даже не сомневался в возможностях Брока. — Тут и думать нечего, ты все сдашь, да еще и лучше остальных… —И, подумав, добавил, — Либо завалишь все нахер, как я… — это была своеобразная попытка утешить приятеля, и, кажется, она удалась. —Не, как ты завалить, на это ни один придурок не способен!Хотя... У тебя талант! —заулыбался Брок, слегка подавшись назад. — Если все сдам, о будущем можно и не париться, а вот если провалюсь… Плясать придется долго и упорно. А вот ты что делать будешь, я даже не знаю. У самого какие мысли на этот счет? —Честно? Никаких, — признался Рэш. — Даже если я все завалю, меня отправят на пересдачу, завалю пересдачу, мне сделают пересдачу пересдачи, и так до тех пор, пока не сделаю все как надо. Или пока не поставят все автоматом. Ты же знаешь, раз моя мать едва ли не легенда Галактики, то и я должен быть ей под стать. — Опять недовольство и презрение. Рэш ненавидел себя за то, что является сыном таких важных людей. Все требуют от тебя больше, чем от остальных, ждут, что ты достигнешь высот своих родителей, и, если ты не оправдываешь ожиданий, никогда тебе этого не простят. Но почему он должен быть похожим на них? Парень часто задавался этим вопросом, и еще чаще спрашивал себя, как этого достичь. По рассказам матери это кажется несложным, всего лишь как следует постараться, идти к своей цели, и строго следовать уставу. Скука! Отец же был более честен: «С твоими успехами, твой потолок два сантиметра над уровнем плинтуса». Рэш уже давно заметил, что его родители больше гордятся Броком, нежели им. Ревности это, однако, не вызывало. Только иронию: бедный Брок, ему придется держать ответ перед этими тиранами, если вдруг что-нибудь запорет… —…я уже послал приглашение Адель и Эмили, так что все нормально… — Рэш, слишком занятый своими размышлениями, не услышал весь текст друга, и ухватил лишь последнюю часть. — Я их не подведу… —Не подведешь, — кивнул в ответ парень, попутно высматривая, чем бы перекусить. — Время обеда скоро? Брок усмехнулся. Он уже понял, что Лэнголд его не слушал, и что он зря рассказывал о своих проблемах. Но это было не впервой, чтобы обижаться. Таков уж характер Рэша —уходить в свои мысли. Поначалу это жутко бесило, а потом парень свыкся. Он не был из тех, кто злится по таким пустякам. Брок был уверен, что Рэш его услышит,когда это будет нужно. —Через десять минут, — взглянув на часы, ответил Брок, поднимаясь с кровати. — Мне надо идти, готовиться. А ты отдыхай. Надеюсь, скоро на ноги встанешь. —Ага, надейся, — усмехнулся Рэш, прежде чем вновь застонать от боли. И вот чем он это заслужил?! Знает чем — геройством! А ведь знает простую истину: героями не рождаются — ими умирают. Проводив взглядом Брока, он аккуратно зевнул, стараясь при этом не сильно напрягаться, и стал искать, чем бы еще себя занять.       Долго ждать развлечений не пришлось. Дверь в очередной раз открылась, и в палату вошел Пилюля — местный медик. Забавный мужичок, которого, несмотря на его сорок два года, все новобранцы считали в доску своим. Признаться, Пилюля, или, как было сказано в его досье, Джон Дэвидсон, не выглядел на свои года. Ему от силы можно было дать тридцать. Подтянутая кожа, яркие голубые глаза, задорная ухмылка, которая никого не оставляла равнодушным, и русый волос с некой рыжинкой, прибранный в небольшой крысиный хвостик прямо на макушке. Носил он исключительно яркую одежду с обильным количеством побрякушек — значков, вставок, страз. Даже белый докторский халат был умело украшен нашивками. Но весь этот взрыв на фабрике гуаши не резал взгляд, а был правильно подобран и имел особый стиль. Еще одним качеством Пилюли был его дар собеседника. Он и о тебе выслушает и о себе расскажет. Даже скорее не о себе, а о своем муже, оставшимся на Земле. Разговоры могли тянуться часами, но все они заканчивались словами Джона: «Вот найдешь себе пару, тогда меня и поймешь…» —Как тут наш пострадавший-с? — Усмехнулся Пилюля, усевшись на свободную койку. Он не ждал ответа от Рэша, так как упорно что-то созерцал в своем КПК. —Что там у вас? Мой диагноз? — спросил парень нетерпеливо. —Не, мой пасьянс. — отмахнулся мужчина, ворча под нос что-то подозрительно похожее на "А чего вы ожидали от человека, у которого сегодня заслуженная увольнительная? Человек хотел спокойно посидеть в комнате, послушать музыку, разложить пасьянс, как вдруг ему доложили, что один «зеленый» перешел дорогу тестодеанцу. Никак не могу закончить, нужен бубновый валет…" —А у меня шесть ребер сломано… — простонал Рэш, в надежде привлечь внимание к своей скромной персоне. Но не тут-то было. Пилюля даже не думал отвлекаться. —Не шесть, а три, — поправил он, закинув ноги на подушку, даже не соизволив снять туфли, и прислонился спиной к спинке кровати. — А еще вывих плечевого сустава, множество травм и ушибов, гематом… Как ты вообще выжил? — Ну хоть это от игры отвлекло. Взгляд упал на Рэша и парень тихо застонал, будто ощутил его в живую. — С рукой мы вроде как разобрались. И даже без стержня, а вот с ребрами заминка вышла… Но думаю к концу недели на ноги поставим. —Так скоро? — покидать только приобретенный рай не хотелось, и Рэш уже задумался: «А не сломать ли себе еще что-нибудь?» —Тебя как угораздило-то на полигон попасть? — отложив КПК, мужчина скрестил на груди руки, внимательно глядя на горе-пациента. —Да, с майором херня приключилась, –пожал плечами парень, нехотя отвечая на вопрос. Не хотелось говорить, что он здесь по собственной глупости. Да и про геройство при Пилюли лучше не заикаться, а то такую тираду выслушать придётся. У него на сей счет взгляд был такой: «Геройствуют одни дибилы. А жизнь надо без переломов прожить». —Дерьмо случается, мой друг, дерьмо случается... — покачал головой доктор, поднимаясь с кровати. — Ну, сейчас мы тебе пенициллинчиком по самые гланды накачаем, и будет тебе счастье! —Как-то не слишком приятное счастье… — проворчал Рэш, потирая затёкшую руку. Парень не слишком любил врачей, что уж там про уколы говорить. Но главное, Рэш знал главный секрет медчасти-у Пилюли очень тяжелая рука. Место после его укола еще неделю болеть будет. Лэнголд поежился. — Может я лучше сам как-нибудь? —Сам поставишь себе укол? Ну, ты даешь! — Пилюля даже рассмеялся. И было в этом смехе что-то маниакальное. — Ладно, снимай штаны! —Ну нет уж! — упрямством Рэш был наделен, и более того, порой упрямства было больше, чем ума. Только Пилюлю это не волновало, он пришел сюда лечить — он будет лечить. И не важно, как при этом он навредит пациенту. Выписался Рэш спустя полторы недели. А все от того, что крутился много, не позволяя регенератору делать свое полезное дело. Выйдя из клиники, первым делом он решил разобраться, почему его друзья ни разу за все время его не навестили. Реми он нашел в столовой. Почему-то это было первое место, которое Рэш решил посетить. Оно и понятно, француз всеядный и ненасытный, да и с поварихой у них хорошие отношения. —Ну что, французская крыса, жрешь опять? — усевшись напротив, Лэнголд злобно нахмурился. Сейчас он разрывался от желания съездить кулаком по этой смазливой мордашке. —О, mon ami, тебя выписали! Быстро они… — Рэш даже не сразу заметил, что француз сегодня был не весел. Так что пришлось парню приглушить свое недовольство, ведь за время его отсутствия здесь что-то поменялось… —Такое ощущение, что ты не рад.  Реми недовольно фыркнул, пожимая плечами. —Отчего же? Рад. Но мы все знали, что ты поправишься… Рэшфорд Теодор Лэнголд, сын великого и великой Лэнголд. Чувак, даже умри ты, тебя бы воскресили… Как же прервать такую династию! — Ого, сегодня Реми не просто злился, а источал яд и злобу, словно гадюка. —Что не так, Реми? Какая муха тебя укусила? — парень недоуменно смотрел на друга. — Allez au diable, Рэш! — вскочив, француз яростно бросил взгляд на ничего не понимающего солдата. — В отличие от тебя, у нас, жалких смертных, есть проблемы! —Так может пояснишь, каким боком я встрял в твои проблемы? — Реш тоже привстал. Его неслабо напрягала вся ситуация. Одно дело, когда на него просто злятся, но злиться, не объяснив причину… — Ведешь себя как мудак. Толком можешь объяснить, что произошло? —Да ничего не произошло, Лэнголд. Ничего необычного. Просто хорошие солдаты, как всегда, остались за бортом, пока такие выродки как ты, возлегают на лаврах. Эта была последняя капля для них обоих. И если Реми поспешно удалился, то Рэш остался один, с вопросами и гневом, медленно сжигающими изнутри. Брока найти было сложнее, пришлось обойти три тренировочных площадки. Тот нашёлся на полигоне. Заняв место зрителя, Рэш наблюдал за тренировками друга, жалея, что здесь негде было достать коллу и попкорн. Судя по тому, что сегодня Хэйвок коротал время здесь, с шестью «добровольцами», накосячили они знатно. А раз настроение после встречи с Реми у парня было хуже некуда, он решил его поднять чужими страданиями.

***

Брок никогда не жаловался. Ни разу в жизни. Он выказывал недовольства, пытался наставить на ум, но что бы жаловаться — никогда! Однако сейчас у него было такое желание. Экзамен был сдан на отлично, несмотря на все пережитые волнения, и сейчас Брока использовали как могли. Надо подготовить новичков — Хэйвок, надо проверить готовность экипажа — Хэйвок, надо заменить майора — опять Хэйвок. Вот и сегодня его кандидатура выбрана в качестве командира тренировочной группы. Опять все то же: полигон, ловушки, флаг, тестодеанцы, шесть неопытных первокурсников, в руках не державших оружие. Вот за что ему это? Так еще и речь надо толкнуть, чтобы поддержать болванов. Это была его первая речь, и как бы он не готовился, все равно все выходило не так. Наконец, Брок решил сказать то, что, по его мнению, сам хотел бы услышать: —Сегодня вы шестеро схлестнетесь с тестодеанцами в борьбе за флаг. И может вам это кажется глупым — вступать в бой за кусок белой ткани, но поверьте, в бою вы будете сражаться за гораздо менее значимую цель, и отдавать свои жизни за то, что раньше казалось неважным. Не думайте, что это лишь тренировка. Ваши враги, тестодеанцы, самая свирепая раса после арцарийцев; но даже объединившись, они уступают нашим главным врагам — Древним. И если вы проиграете сейчас, то на настоящем поле боя вы не проживете и шести секунд. Вы должны знать: победа или поражение, жизнь или смерть — выбор за вами. И вы должны выбирать жизнь.  Навряд ли такие громкие речи помогут на поле боя, но они придали уверенности каждому, кто их слышал: солдатам, Рэшу, Николя, хотя последний не подавал виду, но по его глазам было ясно, что он доволен Броком. Прогремел выстрел, и Брок поднялся на пост наблюдателя, смотреть, как шестеро бегут по полю, не пропуская ни одну ловушку. Кажется, даже тестодеанцы были поражены тем, как умело солдаты спотыкаются о каждую растяжку, наступают на каждую мину и падают в каждую яму. Поражены настолько, что даже со старта не спешили сходить. —Они безнадежны, — недовольно свел брови Майор. Рэш даже чуть отодвинулся, боясь, что и ему влетит. — Вот, Лэнголд, смотри на себя моими глазами! —Позвольте, благодаря мне мы добыли флаг… — попытался оспорить Рэш, заранее зная, что от похвалы он не дождется. —Ты лишь работал пушечным мясом для одной черепахи. А если бы их было три? — Майор всегда был позитивной жилкой компании. Солдат даже нервно глазом дернул, пытаясь понять, зачем вообще сюда пришел. — Запомни, Лэнголд, сила не в качестве или количестве, а в том, чтобы вовремя пристроиться и приспособиться. — Это сложнее, чем кажется… — парень устало вздохнул, разглядывая солдат. — Особенно когда впервые туда выходишь… —Этому мы вас и учим, говна ты кусок! Распустил тут нюни! — выругался майор, — Неужели мне вас, дебилов, еще неделю терпеть? А одного, так целый год! —Год?! Я не сдал экзамены?! — кажется, Рэш забыл, как дышать. —Да ты и не пытался их сдать, ослиная ты моча! — точно, пересдача же в связи с болезнью… Так, а Брок на полигоне, значит точно сдал. Остается, Реми? —Так вот что он такой злой… — дошло до Рэша, — И что он завалил? Теорию или практику? —Замешкался на поле боя и потерял напарник. Понятно, почему Реми был зол — торчать здесь лишний год никого бы не обрадовало. — На его месте, я бы тебе врезал. На его месте и месте всего взвода. — Простите? — Ты единственный, чья причина «болел» позволила пойти на пересдачу выпускного экзамена, — разумеется, мама никогда не позволит, чтобы ее сыночка оставили на второй год. Она, наверно, весь совет на уши подняла, лишь бы все наладить. — То ли дело Брок, пришел, сдал, ушел. Ни претензий, ни проблем! —И на какой имплант его записали? — кивнув в сторону друга, спросил Рэш. Все моментально становилось сложным. Реми зол, и это нужно как-то исправлять. У Брока скоро будет имплант. А Рэшу еще самому сдавать экзамены. —Солдат, — пожал плечами майор, словно это было чем-то очевидным. Солдат — усиленная боевая подготовка, запас адреналина, укрепленные кости за счет сниженной мышечной массы, сниженная усталость, повышенная грузоподъёмность. Такой давали почти всем. Были избранные для имплантата «Штурмовик», который снижал вес костей, повышая мышечную массу, что позволяло выдерживать большей урон. А так же «Плут», снижающий как массу мышц, так и костей, позволяющий оставаться незамеченным. Говорят, элита получала имплант «Танк», повышающий все показатели, но пока это были лишь слухи. — Впрочем, Лэнголд, тебе, с твоим отношением к делу, и на это рассчитывать не приходится… На секунду Рэш и впрямь задумался, что майор Николя прав. Правда, эти мысли отогнало осознание того, что родители все равно подсуетятся и исправят положение. Даже путем привлечения дяди. Вернув внимание к полигону, Рэш заметил, как раскиданных по полю людей собирают санитары и как скучающе разглядывает флаг знакомый ему тестодеанец. На сей раз Нилу удалось одержать победу, но почему-то Рэшу казалось, что эта победа совсем ему не по душе. Уж слишком все было просто… — Сэр! — отдав честь Николя, Брок перевел взгляд на Рэша. — Вольно, капрал!  Капрал? Рэш с завистью покосился на друга — Свободны. Завтра в это же время. — Сэр! Есть, сэр! — Тебя, Лэнголд, это тоже касается… — Ну вот, а отдых был так прекрасен… — наигранно вздохнул Рэш, разжигая огонек злобы в глазах майора, — Сэр, есть сэр! — Значит, «капрал»? — растянувшись на травянистом ковре, под теплый свет искусственного солнца, Рэш довольно жмурился, словно кот, стащивший сметану. — Значит, «капрал». — Брок был более сдержан, усевшись с КПК на лавку. Он уже привык к нелогичности Рэша. Все привыкли. Уже никто ни обращал внимание на то, что в военном парке с десятком свободных лавочек он сидит именно на ковре. — Честно сказать, сам не ожидал… — Ну да, в восемнадцать-то лет! Ты ведь самый молодой капрал… — Самому молодому было 16, учи историю, — усмехнулся Брок. — Я бы с радостью, но какой смысл,если она не про моего друга? — съязвил Рэш, — я хочу встретиться с дядей. — Вот, пошел серьезный разговор. Брок даже повернулся, чтобы взглянуть другу в глаза. — С советником? Для чего? — Как правило, Рэш обрывал все связи с родней и теми, кто ей считается. А тут он решил добровольно связаться с крестным, что было не к добру. — Попросить за этого французского болвана, зачем же еще! — недовольно морщась, солдат поднялся с земли, отряхивая форму. — Я, конечно, понимаю, он зол и все в таком духе, но… Но это не повод злиться на меня! Я вот на тебя злюсь! — Спасибо, Рэш, ты настоящий друг… — Нет, ну серьезно! У меня-то хоть родители крутые, а ты-то как умудрился перепрыгнуть меня?! Учись больше — умрешь девственником? — Брок встал, недовольно разглядывая приятеля. — Иногда ты и правда бываешь козлом. — Кулак прилетел по накаченному бицепсу, грозясь оставить на том синяк — Пойдем, надо подготовить тебя к экзамену, а то придется еще год пахать, курсант Лэнголд… Время пролетело незаметно и наступила пора объявления результатов экзамена. Рэш и Реми с нетерпением ждали, когда же те придут, ходя кругами по казарме. Казалось, их просто разрывает от нетерпения. Одно дело Рэш, он волновался только о том, чтобы его результат не подтасовали как лучший и не отправили служить куда-нибудь в отдалённые уголки Галактики. Другое дело Реми, боящийся, что вообще не сдал. Снова. Третьим здесь был Брок, ни о чем не волнующийся. Разве что, если один из них не сдаст, впадут в истерику оба, тогда достанется и ему… Вряд ли советник Алдес даст им еще один шанс пересдачи. Или даст? Рэш был его любимчиком, но даже у Рекса нет таких полномочий. Значит там явно был подкуп. Но парень не стал выяснять подробности безопасности ради. — Почему бы вам просто не сесть и успокоиться? — разминая виски, Брок устало взглянул на парней, — Ваши круги результаты не ускорят… — с другой стороны, эти круги отвлекают их от мыслей, а мысли в их головах опасны... — К тому же, по практике вы показали хороший результат и вряд ли завалили теорию. В конце концов, сто двадцать вопросов не такие уж и трудные, если вы учили. — Если вы учили! — взмахивает руками Рэш, возмущаясь, — А если вы не учили, потому что теория скучная и никто ей не пользуется?! — Рэш, успокойся, ты сдал практику, тебе и теорию засчитают… — быть голосом разума уже становилось скучно. — Ты уверен? Ты говоришь как специалист? Или ты просто хочешь утешить этого болвана? — подначивал Реми, питая паранойю Рэша. — Заткнись, Реми! Если бы не я, тебе здесь еще год пахать! — Как хорошо, что я дружу с золотым ребенком! — Кажется, быть единственным разумным в комнате Броку осточертело. Поднявшись и забрав свой КПК, парень зашагал к выходу. — Результаты объявят через час, постарайтесь не убить друг друга до того времени… Наблюдая, как сапог Рэша летит в голову Реми, Брок устало вздохнул, отмахиваясь от этих двоих. Выйдя из казармы, Брок пошёл к главному корпусу. Надо было взять инструкции, проповедовать начальство да заполнить пару бумажек. Рутинная работа. — Пресли! Какие люди! — Брок был уже внутри здания, когда позади раздался голос Николя. Обернувшись, парень увидел, как майор с распростертыми объятьями подходит к мужчине и... его дочери? Сестре? Молодой жене? Симпатичная смуглая девушка, лет пятнадцати, с самыми необычными волосами, что ему приходилось видеть. Длинными, густыми, волнистыми. Здесь это было необычно. Более того, длинные волосы считались редкостью во всей Галактике. Это было непрактично и травмоопасно, а потому их запретили. Вскоре запрет был снят, но мода на короткие волосы сохранилась. Поймав себя на мысли, что он бесстыже пялится, Брок отвернулся, разглядывая отражение в стеклах. — Твоя дочь, Пресли? Такая взрослая… — донеслись до него звуки их речи. — Марша, ты помнишь дядю Николя? "Пресли"... Брок уже слышал это имя раньше. — Да, пап. Рада новой встречи, сэр… «Ну конечно! Адам Пресли, пилот! Пилотировал «Пегас» и «Грозный»!» Брок было дернулся подойти и познакомиться, но врождённая скромность и устав не позволяли ему нарушить их беседу. —Эй, Хэйвок, иди-к сюды! Буду тебя с легендой знакомить! — пригласил Николя, жестом подзывая остановившегося посреди коридора парня. Кивнув, Брок подошел к майору и семейству Пресли. Отдал честь, представился, все как полагается. И поймал на себе недоумевающий взгляд девушки. Хотелось бы думать, что она единственная заметила, как счастлив Брок и как горят его глаза. Благо, девушка не подала виду. Или уже привыкла к такой реакции на ее отца. — Вот, наш местный уникум, — с улыбкой на устах представил Николя, — Отличник, активист и просто хороший парень. Жаль, не с той компанией связался… — Так это "тот самый Хэйвок", из-за которого я приехал? — Вот теперь шокирован был Брок. В смысле — «из-за которого я приехал»? — Ну, я тебя абы на что звать не стану, — парень совершенно ничего не понимал, вопросительно смотря на мужчин. — Вот, сдал все экзамены на отлично, получил звание, да и вообще, солдат что надо. Что скажешь, берешь? — сейчас Броку казалось, что он скот, которого продают фермеру. Он ничего не понимал, но чувствовал себя не в своей тарелке. — Сэр? —хотелось узнать ответы на все, что здесь происходит. — Поясняю, капрал: Адам собирает новый экипаж на «Черный Феникс», и я хочу, чтобы он взял тебя. — На плечи словно метеор свалился. Его хотят перевести на «Феникс»? «Черный Феникс» — корабль-легенда! Когда-то 15 отряд отбил на нем атаку Древних, спася целую Галактику! Конечно, сейчас этим никого не удивить, но шесть лет назад это было грандиозным событием! Еще одним событием было то, что весь экипаж таинственным образом пропал, а «Феникс» дрейфовал в галактике Андромеда, совершенно пустой, однако абсолютно целый. Вообще-то с этим кораблем было связанно много страшилок, все не упомнить, и пусть Брок был скептиком, но происходящее вызвало в нем поистине детский восторг. — Итак, капрал, тебя уже роботизировали? — При этом вопросе, все внутри сжалось не только у Брока. Он заметил, как и девушка недовольно пощурилась, словно при ней говорили о чем-то аморальном и мерзком. — Никак нет, сэр. — Тогда ничем помочь не могу. — Как-то все быстро разрешилось. Броку даже не по себе стало. А ведь это был такой шанс! — Но твое досье я отложу. Сложен ты крепко, да и по лицу видно, что человек серьезный. Чувствуется в тебе капитанская жилка. Уж я-то знаю… Под хорошим руководством ты далеко пойдешь… — задумчиво причмокнув губами, Пресли нахмурил лоб, сдвинув густые брови. Молчание затянулось на пару секунд, и Броку казалось, что решается вся его судьба. А ведь так оно и было… Переведя взгляд на девушку, парень заметил недовольный взгляд и хмурую мордашку.  — Ладно, солдат, — Пресли принял решение, и был готов его озвучить, — Как только получишь свой имплантат, приходи на «Феникс», я задержу тебе там место, — в этот момент груз упал не только с плеч капрала, но и майор вздохнул с облегчением.  — Сэр! Есть, сэр! Спасибо, сэр! — громогласно заговорил Брок, прижимая тыльное ребро ладони к фуражке.  — Вольно, капрал. Свободен. — Кажется, обоим Пресли хотелось поскорее избавиться от лишнего человека, и Брок с радостью удалился. Последнее, что до него донеслось, отрывок нового диалога между Николя и Пресли:  — Что с Наэлем? Проблемы были? — Вроде, ответом было «нет», но Брок уже не слушал. Ему нужно было срочно вернуться в казарму и рассказать новость друзьям.