Искусство любить

      — Где эта чертова корзина? — сопел Тэхён, пытаясь найти плетёную корзину, куда обычно складывал чистое белье. Обнаружил ее он в кладовой с зацепившимся клочком шерсти Мисы. — Вот же… Вытащив выстиранные вещи из барабана стиральной машины, омега сложил их в корзину и направился во двор.       Погода стояла чудесная. Стрелка часов перевалила за полдень, столбик термометра достиг двадцати градусов в тени, а глаза слепило яркое солнышко. Тэ улыбнулся, моментально заряжаясь энергией и хорошим настроением. Он стоял в дверях, которые ведут во двор, с вещами в руках, зажмурив глаза, до тех пор, пока не услышал тяжелое дыхание. С трудом разлепив веки, Тэхён взглядом наткнулся на Чонгука, который подтягивался на турнике. Улыбка тут же спала с лица. Немного загорелая и влажная спина, которая чертовски привлекательно блестела на солнце, перекатывающиеся мышцы, тяжелое дыхание и… счёт. — Двадцать восемь… ахм… двадцать девять… Тэхён так и остался стоять, застывший с бельевой корзиной в руках. Когда послышалось «тридцать», Тэхён с трудом сфокусировал взгляд на собственных руках и подошёл к веревке, куда обычно развешивал вещи сушиться. — О, Тэ-Тэ, ты уже достаточно убрался за сегодня, иди отдыхай, — размахивая натренированными руками, сказал альфа. — Я почти все, сейчас приду, — сглатывая, нервно отозвался Тэхён, не поворачиваясь лицом к собеседнику. Рук коснулся лёгкий тремор, вещи так и норовили выпасть из них. Перед глазами сейчас вспотевший Чонгук, который так легко вогнал омегу в краску.       Погода слишком резко сменила обороты, что вскоре яркое солнце скрылось за облаками, а потом и вовсе за тучами. По плитке забили очень мелкие капли, разбиваясь на ещё более крошечные. — Зря ты стирку затеял, сейчас ливень будет, посмотри на небо, — взглядом указал альфа, — Пошли в дом, вдруг гроза начнётся. От слова «гроза» у Тэхёна побежали мурашки по всему телу.       Семь лет уже прошло, но он по-прежнему шугается малейшего грома, а свет молнии действует на него как самый страшный триллер. Омега никогда не забудет свою первую грозу, когда казалось, будто наступит конец света.       Тэхён с ужасом посмотрел на небо, щурясь от падающей прямо на лицо воды, а потом на альфу, одобрительно кивая. — Что посмотрим? — спросил Чонгук, накидывая рубашку. В доме тут же сильно стемнело, что пришлось включать свет. Разыгрался ветер, шевеля хвойные деревья как легкие пушинки. — М? — Тэ развешивал так и невысохшую одежду на сушилку остерегаясь каждого инородного звука. — Фильм какой-нибудь или сериал? А может… ужасы? — альфа поиграл бровями, перебирая диски с фильмами. — Только не ужасы! — завопил Тэхён, — Я сейчас приду, выбери пока что-нибудь. Чон проследил, пока силуэт омеги не скрылся на втором этаже, взял сотовый и набрал первый номер в телефонной книжке.       Тэхён добрался до ванны и закрыл за собой дверь. Он пытался привести мысли в порядок и отойти от стойкого чувства смущения после инцидента во дворе. Такого не было прежде, чтобы тело Чонгука вызывало некие смешанные чувства, и это очень сильно волновало. А ещё этот дождь, так не вовремя! Сквозь небольшое, приоткрытое окно в ванную сильным потоком проникал свежий воздух, а на небе совсем не осталось просветов.       Дело близилось к буре. Тэ медленно подошёл к окошку, пока ветер смело играл с его рыжими прядями. Юноша было стал прикрывать форточку, как вдруг прямо перед его глазами сверкнула молния. Словно самая яркая вспышка фотоаппарата, проникающая глубоко внутрь. От шока Тэхён широко распахнул веки и замер. « — Нет, прошу, пожалуйста, не надо! — детский плач резал слух. — Замолчи! — чья-то рука грубо схватила мальчишку за волосы, — Будешь делать то, что я скажу! А иначе — они будут умирать по очереди! — мужчина указал на двух плачущих взрослых, которым связали рты, перевязали конечности до невозможности двигаться. — Дядя… н-не надо… нет… Сквозь детский плач доносились звуки трескавшейся по швам одежды. Чувство боли и опустошения переполняли детскую душу. Тяжелые веки закрылись, не желая больше видеть весь ужас, что происходил там, в той комнате, в которой Тэхён потерял все: честь и самое дорогое, что у него есть — семью. »       Его просто трясло, стоять на ногах не было сил. Сердце бешено билось о грудную клетку и, казалось, Тэхён досчитал до бесконечности, когда раздался оглушающий раскат грома. Не покидало стойкое ощущение, что от дребезга и вибрации по всему дому, сейчас лопнут все стекла и разойдутся полы. Тэхён резко вскрикнул от неожиданности, его охватил страх и жуткая паника. Медленно он осел на пол, закрываясь руками, насколько мог. Единственное, на что его хватало — это кричать. Он не чувствовал безопасности, но чувствовал сильный страх и боль в голове. То ли от громогласной грозы, то ли от того, что он вспомнил. Через так и не закрытое окно слышен был лишь звук дикого ливня, а за дверью обеспокоенный крик Чонгука: — Тэхён! Тэхён, открой дверь! Господи, Тэ! — альфа ломился со всей силы, пытаясь сломать дверь и спустя пару неудачных попыток ему все же удалось снести ее с петель. Омега сидел на полу, съёжившись. Он кричал и, всхлипывая, звал на помощь. Чонгук ринулся к нему, пряча тут же в свои объятия, в которых Тэ всегда чувствовал себя в безопасности. — Все хорошо, я здесь, — шептал альфа, поглаживая омегу по голове, пытаясь успокоить его. Одной рукой Чон дотянулся до окна, закрывая его. Он почувствовал, насколько сильно Тэхён вцепился в него. Чонгук попытался отодвинуть от себя омегу, чтобы посмотреть в его глаза и попытаться успокоить, но они были закрыты. Соленые дорожки ручейками текли по щекам, а веки были слишком сильно зажмурены. « — Он ещё маленький, сможешь сам его выдрессировать, — грубый бас пронзал насквозь, шершавые от бесконечного счёта купюр руки трогали в самых недопустимых местах. — Не надо, пожалуйста, хватит… — молил мальчик. — Заткнись! — громкая пощёчина отдавала тупой болью, разливающейся по всему маленькому телу. » — Тэхён, открой глаза! — почти кричал Чонгук, пытаясь привести омегу в чувства, слегла постукивая его по щекам, но все было без толку, — Пожалуйста, посмотри на меня! « — А с ними что сделать, босс? — ещё один мужчина в маске указал на семейную пару, заливающихся собственными слезами и срывающими глотку сквозь грубую полоску ткани, смотря как издеваются над маленьким мальчиком, — Теперь они — бесполезный мусор, — ухмыльнулся первый, кидая напарнику пистолет, — Держи. Думаю, тебя не нужно учить, что делать. » — Пожалуйста, Тэ, — уже еле слышно молил Чонгук, прижимаясь ко лбу омеги. « — Помаши ручкой родителям, малыш, ты их больше не увидишь, — веки Тэхёна немного приподнялись, и он в последний раз встретился взглядом с двумя парами родных глаз. » — Нет, прошу! — словно в бреду вяло повторял омега. Его лоб покрыла испарина. Ничего не понимающий Чонгук, держа юное тело в руках, готов был на все, лишь бы вытащить рыдающего Тэхёна оттуда, где он сейчас находился. « —Мы всегда будем любить тебя, сынок! Прости, что не смогли уберечь тебя,— Тэхёну чудился нежный голос матери,— Прости нас... »