Цветочная лавка в Забытом переулке. Дилогия

Забытый переулок встретил свою хозяйку тёплым ветерком и летним зноем. Виолетта втянула носом приятный аромат, почувствовав, как стало разливаться внутри её тела тепло. В пальто стало жарко, но снимать его она не собиралась, следуя за Астрой к лавке. Ян замыкал их небольшую группу, а Габи и Влад вернулись в «Ликорис». Огонёк в кованом фонаре приветливо мигнул, Астра даже кивнула ему, словно он был живым. А Виолетта только сейчас удивилась тому, что фонарь, выкованный для того, чтобы огонь внутри него освещал темноту, горел и днём. Зайдя внутрь оббитого светлой древесиной помещения, Астра скинула с себя верхнюю одежду, неряшливо сбрасывая её на спинку плетёного кресла. — Мы должны закончить то, что начали в прошлый раз, — сказала она, обернувшись к застывшим у двери Виолетте и Яну. — Сейчас? Ты думаешь, что сейчас подходящее время для этого? Виолетта молчала, позволяя Яну озвучивать то, что крутилось в её голове. «Разве «красная женщина» сейчас не важнее?» — подумала она. — Это мне решать, подходящее оно или нет. Проследите, чтобы она никуда не сбежала. Виолетта хотела было сказать, что на этот раз она точно никуда сбегать не собиралась, но найти в себе силы для простого препирания с Астрой так и не нашла. Астра скрылась за неприметной дверцей, и на этот раз Виолетта точно знала, зачем именно она туда отправилась. Виолетта помогла Яну дойти до кресел и усадила мужчину в одно из них. Взглядом она зацепилась за красные полосы ссадин на его горле и невольно дотронулась пальцам и до своей шеи. Кожа на ней противно пощипывала, и Виолетте захотелось посмотреть на следы, оставленные ею на самой себе. — Вот поэтому я и запретил тебе призывать её, — прохрипел Ян, откинувшись на спинку кресла. — Теперь ты понимаешь, как тяжело быть взрослым? Виолетта грустно хмыкнула, посмотрев на его бледное лицо. Ей хотелось поговорить с ним обо всём и ни о чём конкретном, лишь бы минуты ожидания шли быстрее. — Я думала, Вы умерли, — произнесла она. — Не поверишь, я в какой-то миг тоже так подумал. Ян попытался усмехнуться, но вышло, мягко говоря, криво и натянуто. Виолетта села на второе кресло, утопая в мягких подушках. Оглядевшись, она подметила, что цветов в помещении стало меньше, а некоторые из них заметно подувяли и даже засохли. «Но ведь я была здесь вчера…» Вчера. Это слово молнией сверкнуло в мыслях Виолетты. А ведь и в самом деле, столько всего произошло с ней за какие-то два дня? Она нашла Цветочную лавку, в роли призрака побродила по коридорам «Ликориса», стала свидетельницей того, как её одноклассница выпрыгнула из окна. А ещё всё то, что произошло в стенах больницы? «Красная женщина», тот пёс, Лёля… Вспомнив о Лёле, сердце Виолетты болезненно сжалось. Хоть они и не были подругами, но то, что произошло с Лёлей, и её откровения, рассказанные на лестнице, не могли стать причиной для ненависти и злорадства. — Я кое-что спросить хотела, — осторожно начала Виолетта, исподлобья взглянув на Яна, — о моей однокласснице. Ян понимающе кивнул и постарался ровнее усесться в мягком кресле. — Я её видела. — Успела навестить её? — Нет, — Виолетта отрицательно покачала головой. — Я её видела. Сказав это, она надолго замолчала. Ян выжидающе смотрел на Виолетту, гадая, о чём же она говорила. Ну видела она её и видела, что дальше? Он устало помассировал себе виски. — Я тебя не понимаю, — в конце концов признался Ян, когда их молчание затянулось. — Твоя одноклассница… Та, что?.. — Да, — не дав ему договорить, произнесла Виолетта. — Та, что из окна… Слова комом застряли в её горле. Кто бы мог подумать, что произнести их будет так сложно? — Я её видела. Ян обречённо вздохнул и потёр пальцами переносицу. — Я не понимаю, что это значит, — ещё раз повторил он. — Что значит «видела»? Как, если к ней в палату ты не заходила? Виолетта не знала, как правильно объяснить свои мысли, поэтому она старалась осторожно подбирать слова, чтобы не выглядеть в глазах Яна неразумным ребёнком. — Влад назвал это… «Отделением»? Когда душа покидает тело. Во взгляде Яна Виолетта наконец-то увидела понимание. Мужчина выпрямился, его взгляд потяжелел, брови сошлись у переносицы. — Я слушаю. — Когда в больнице я отделилась от…тела, то оказалась… Не знаю, как правильно сказать? На другой стороне? В другом мире? — Виолетта от досады прикусила губу. — В астрале? — Я понял, о чём ты говоришь, — сказал Ян. — Тому месту нет названия. Виолетта, помедлив, кивнула. — Во всяком случае, — продолжил он, беззаботно пожав плечами, — так Астра говорит. Не знаю, конечно, насколько её словам можно верить… Лампочки на потолке несколько раз мигнули, и Ян поспешил извиниться за свои слова, прося Виолетту рассказать о том, что с ней произошло дальше. — В общем, я оказалась в другой больнице. Там не было живых, одни лишь призраки. Мне почему-то кажется, что именно так они и выглядят. — Призраки? — Да. Они странно вели себя, повторяли одно и то же действие несколько раз… Виолетта вспомнила о девушке с крыши. «Значит, и она была призраком». — А во всём остальном они очень на нас похожи. На первый взгляд от живых и не отличить, — Виолетта разгладила складки на юбке, а потом безжалостно сжала их пальцами. — И там я встретила Лёлю. — Твою одноклассницу. — Да. Она была ранена… — Ранена? — Пёс напал на неё. — Пёс? Ян посмотрел на потолок, словно прося у него каких-то объяснений. Но лампочки горели непрерывным светом, как вежливые собеседники, не отвлекавшие Виолетту от её рассказа. — Это пёс «красной женщины», — сказала Виолетта. — Мне так кажется. Он её слушался. — Она приказала ему напасть на твою одноклассницу? — Нет, — покачала головой Виолетта, но после всё же неуверенно добавила: — наверное. Не знаю. Лёля сказала, что как только Астра и Габи ушли из её палаты, пёс появился на пороге и напал на неё. У Лёли вот здесь был огромный синяк. Виолетта указала на свой бок. — Лёля спросила у меня, не мертва ли я? — И что ты ей ответила? — Что вроде бы жива. Губы Яна дёрнулись в одобрительной усмешке. — Она сказала, — напрягая память, Виолетта попыталась дословно вспомнить фразу Лёли об её состоянии, — это со слов Габи и Астры, как я поняла, что она уже не очнётся. Это…правда? Во взгляде Виолетты Ян увидел искорки надежды на то, что он сейчас возьмёт и успокоит её, скажет, что всё с Лёлей будет в порядке. Но таких слов сказать Ян не мог. Он покачал головой и улыбнулся Виолетте такой улыбкой, что сердце девушки на мгновенье будто исчезло из её груди. — Значит, правда. — Об этом тебе лучше у Астры спросить. — А она ответит? Виолетта посмотрела на закрытую дверь, выкрашенную белой краской. Была ли она такой же и в прошлый раз? Виолетта вспомнить не могла. — Думаю, что ответит. Теперь ты не просто гостья. Виолетта перевела взгляд с двери на Яна и вопросительно наклонила голову набок. — Что это значит? — Это значит, что теперь ты, как впрочем и я, застряла в этом месте по доброй воле. — По доброй воле, — задумчиво протянула Виолетта. «Наверное, это и в самом деле так». Астра вернулась, держа в своих руках поднос с двумя чашками и стеклянным чайником, внутри которого заваривались чаинки и кусочки каких-то фруктов. Вода уже приобрела блёкло-жёлтый цвет, поэтому поставив поднос на столик у кресел, Астра разлила чай по чашкам и недовольно посмотрела на Яна, всё это время не сводившего с неё взгляд. Виолетта глядя на них, почувствовало в груди зарождение какого-то тепла. Ей казалось, будто эти двое общались без слов: Астра хмурилась, Ян от её вида веселился, но при этом им не нужно было говорить, чтобы понять мысли друг друга. — Скажите, — начала Виолетта, привлекая к себе их внимание. — Я буду там одна? От одной мысли об этом кожа на её руках покрылась мурашками. — На этот раз не будешь, — произнесла Астра, подвигая чашку Виолетты ближе к ней. — Я буду с тобой от начала и до самого конца. — До самого конца… Виолетта нервничала. Прежде чем сделать глоток, она глубоко вздохнула. Её сердце так сильно колотилось в груди, что ей казалось, будто этот стук слышала и Астра, и Ян. Это смущало, её щёки и уши покраснели. — А за моей дверью Вы увидите?.. — То, из-за чего ты здесь. Виолетта ощутила скручивающийся в животе страх. — Тогда…перед тем, как я выпью это… Виолетта взяла в руки чашку, дрожащими от волнения пальцами сжала тёплый фарфор. — Я хочу сказать, что… Я виновата, — произнесла она, почувствовав горечь во рту. — В том что произошло там… То, что Вы увидите… Я виновата. Астра бросила на неё презрительный взгляд. — Меня это не волнует, — резко сказала она, уверенно подхватывая чашку за «ушко». — Ты здесь не для того, чтобы каяться. А я не священник, чтобы прощать тебе что-то. Виолетта взглянула на Яна. Он откинул голову назад и закрыл глаза, на его лице блуждала очаровательная улыбка, но, кажется, он уже спал. — Пей, — приказным тоном произнесла Астра. Виолетта поднесла чашку к губам и по привычке подула на воду. От чая исходил лёгкий аромат чего-то свежего, летнего. Но одновременно с этим чувствовалось и что-то терпкое, как осенние дожди холодное, немного удручающее и наводившее тоску. Закрыв глаза, Виолетта залпом осушила чашку, не почувствовав у чая никакого вкуса, будто бы она только что заглотнула воздух. — А теперь сядь так, чтобы тебе было удобно. Виолетта послушалась, устраиваясь на мягких — даже чересчур мягких, как она считала — подушках. — Закрой глаза и посчитай до десяти в обратном порядке, — услышала она голос Астры. «А в прошлый раз таких советов не было», — не без усмешки, подумала Виолетта, начиная считать.