Цветочная лавка в Забытом переулке. Дилогия

Если бы Виолетта знала, чем обернётся её встреча с Лукой, она ни за что на свете не назначила бы ему эту встречу. Чувство вины расползалось в груди, стоило только подумать о том, что выйдя на улицу, на них была объявлена охота. Из-за неё. Опять из-за неё. Они стали дичью, а охотники… Охотниками были все остальные. Виолетта старалась дышать как можно тише, но сбившееся дыхание было не так просто восстановить. Сердце в груди стучало в бешеном темпе, под стать дыханию. Виолетта посмотрела на пытавшихся отдышаться одноклассников, сидевших и прятавшихся вместе с ней. Остап морщился от пронзавшей его ногу боли, а Иза, сжимая бок, негромко хныкала, притянув коленки к груди. — Так это правда? Голос Остапа прозвучал тихо, он был надломлен. Виолетте с трудом верилось, что так мог говорить её вечно сонный, задиристый одноклассник. Остап не смотрел на неё, устремив взгляд куда-то под свои ноги. Его губы дрожали, и даже плечи била мелкая дрожь. Виолетта не знала, было ли это от холода или от страха, а может от переизбытка чувств того и другого. Но она понимала его как никогда прежде. — Я о Лёле, — добавил Остап, так и не дождавшись ответа от Виолетты. Решил, что она не поняла, о чём он. — Это правда? Она?.. Виолетта сглотнула образовавшуюся во рту горечь, но нашла в себе силы кивнуть и выдавить из себя тихое «Да, правда». Остап закусил губу и сжал пульсирующую щиколотку с таким остервенением, что у него побелели костяшки на ладони. — И это может случиться со всеми, кто призвал Женщину в красном. — Виолетта посмотрела на Изу. — Ты должна заставить всех разбить зеркала. Изольда покачала головой и сильнее вжалась в собственные колени. — Иза, это важно. Послушай меня. Виолетта попыталась одёрнуть её, положив на плечо одноклассницы руку. Но Иза, словно кукла, лишь пошатнувшись, никак не отреагировала ни на её слова, ни на прикосновение. — Иза, только ты можешь это остановить!.. Но Изольда продолжила игнорировать её. Виолетта ощутила себя настолько уставшей, что её руки безвольно повисли вдоль тела. Она отстала от Изы и, прижавшись спиной к холодной кирпичной стене, как и одноклассница, подтянула к груди коленки. Они прятались под балконом первого этажа старой девятиэтажки, в углублении, где обычно детвора скрывалась от вводы, играя в прятки. Со стороны дороги их не было видно — хорошей маскировкой служили высаженные кем-то кусты. Это место нашёл Влад. Перед тем, как вместе с Лукой он поспешил увести преследовавшую их толпу как можно дальше от этого места, Влад взял с Виолетты слово, что она лишь при самом крайнем случае выйдет из укрытия. И если это всё-таки произойдёт, то она побежит к Астре сломя голову так быстро, как никогда в жизни не бежала ни на одном кроссе. Виолетта пообещала ему, но время шло, а Влад и Лука всё никак не возвращались. Ей очень хотелось позвонить Луке и спросить, где они и всё ли с ними в порядке, но у неё не было телефона. Можно было бы попросить позвонить Остапа, но Виолетта боялась, что звонок мог прийтись не к месту. Вдруг они сейчас тоже прятались и её звонок их выдаст?  — Х…холодно… Иза прошептала это так тихо, что поначалу Виолетте показалось, будто ей послышалось. Но взглянув на одноклассницу, она поняла, что та и в самом деле мёрзла. Что было совершенно неудивительно. Одежда Изы не могла её согреть. «Сколько нам ещё ждать?» Виолетта взвешивала «за» и «против», пытаясь посчитать их шансы на удачу при побеге. Остап был не в лучшей форме, Иза и вовсе не могла стоять на ногах. На секунду в голове у Виолетты возникла опасная мысль: «Бросить их и бежать самой». Но она тут же отогнала её от себя. Конечно, они не были друзьями, и волноваться о них или подвергать себя опасности из-за них Виолетта была не обязана. Да и кто знал, смогут ли они попасть в Забытый переулок? Вдруг он отвергнет их? А вдруг, он отвергнет и её саму?.. Чем дольше Виолетта размышляла о своих дальнейших действиях, тем глубже в ней засел страх того, что у неё ничего не получится. — Остап, нужно бежать, — всё же сказала Виолетта, наблюдая за тем, как метель, накрывшая город, усиливалась с каждой пройденной минутой. Их убежище начало заметать снегом. — Если останемся ещё ненадолго, то уже не выберемся отсюда. Остап, не раздумывая, кивнул и тут же сказал: — Иза, соберись. Девушка лишь покачала головой, пряча лицо в коленях. — Блин, Иза, — Остап дёрнул одноклассницу за руку, — ты либо бежишь, либо остаёшься здесь. Я тебя упрашивать не собираюсь, поняла? — Иди к чёрту, Остапов!.. — Иза отмахнулась от парня и зло посмотрела на Виолетту. — А ты?.. Возомнила себя главной? Думаешь играть роль обиженной овечки? Посмотрите на неё, выискалась тут бедняжка. Игнорировали её все, тьфу!.. Да так тебе и надо было!.. Виолетта удивилась тому, насколько безразличны ей были слова Изы. В душе ничего не ёкнуло, в сердце не кольнуло. Даже злости не было. Виолетта посмотрела на Изу с неким снисхождением. Возможно, с жалостью. В этой Изе, сидевшей рядом с ней, не было ничего от той Изольды, которая заставляла парней сворачивать шеи, в попытках проводить её удаляющуюся фигуру хотя бы взглядом. Тушь с её ресниц размазалась под глазами и щекам, теперь Иза была похожа на панду. Её идеальной укладке пришёл конец, а искусанные губы кровоточили мелкими ранками. — Чего? — процедила она сквозь зубы, размазывая тушь ещё сильнее, стараясь вытереть рукавом слёзы. — Ну, давай, скажи, что это я во всём виновата!.. Это ведь из-за меня её все призвали, так? Это из-за меня Лёля!.. — Это уже не важно, — перебила её Виолетта, подумав о том, что если кто и был виноват в том, что сейчас происходило, так это она. — Сейчас нам нужно добраться до безопасного места, где ты сможешь сказать всем разбить зеркала. — Никто не будет бить свои зеркала!.. Виолетта хотела было сказать, что Иза должна будет постараться быть как можно убедительнее, как вдруг услышала характерный хруст снежного покрова под чьими-то ногами. — Тише!.. — шикнула она остальным, затаив дыхание. Иза всхлипнула, но Остап успел прикрыть её рот своей ладонью, заглушая рвущийся наружу плачь. Виолетта вжалась спиной в промёрзшую и отсыревшую стену дома. Ей было страшно. Так же, как и остальным. Она чувствовала исходивший страх от Изы и страх вперемешку со злостью от Остапа. Остап наверняка злился на то, что будучи крепким и задиристым парнем был вынужден из-за травмы ноги отсиживаться вместе с девчонками в укрытии вместо того, чтобы учинить хорошую драку со своими обидчиками. Время шло, сердце отбивало в груди удар за ударом. Но ничего не произошло. Прошло ещё, наверное, несколько минут, прежде чем Виолетта допустила мысль о том, что звуки шагов ей послышались. Она прикрыла глаза, веря, что так её слух обострится, и она сможет уловить даже самый тихий в мире шорох. Но снаружи их укрытия не было никаких звуков, лишь ветер, завывая, ударялся о стёкла находящихся сверху окон. — Сидите здесь, — неожиданно прошептал Остап, еле разлепив пересохшие от волнения губы. — Я проверю… — Нет!.. — Нет!.. Тому, насколько синхронно Виолетта и Иза произнесли свои протесты, Остап был готов удивиться, если бы в следующую секунду кто-то одним сильным рывком не вытянул его наружу. Иза истошно закричала и забилась в угол, размахивая руками и ногами в попытках отбиться от пока что невидимого врага. Виолетта попыталась схватить Остапа за ногу, но, не успев ухватиться за его лодыжку, почувствовала, что парит над землёй. Её тоже схватили и потянули вверх. Единственная мысль, крутившаяся в голове Виолетты в этот момент, была о том, что она могла задохнуться. Шарф, за который её схватили, затянулся на её шее, и удары пульса отчётливо ощущались во всём горле. Она вытянула перед собой руки и постаралась поцарапать того, кто схватил её. Или хотя бы ущипнуть за что-нибудь в попытке освободиться. Но попытки были тщетны. Её швырнули в сугроб. Холодный снег, из-за постоянных перепадов температуры превратившийся почти что в лёд, царапнул кожу на её и без того травмированной щеке. Виолетта на миг зажмурилась, но испугавшись собственной слепоты, быстро открыла глаза. Над ней возвышался высокий коренастый человек. Виолетта не могла понять, был ли этот человек мужчиной или женщиной, попадающий в глаза снег мешал ей видеть. Она попыталась отползти в сторону, но её снова схватили за ногу и дёрнули вверх. Второй ногой Виолетта попыталась отбиться от своего мучителя, но сколько бы раз она не махала ногой, цели её ботинок так и не достиг. Сквозь отбивающий в ушах пульс она услышала голос Остапа. Он боролся, но проигрывал. Где-то позади, не переставая кричать, голосила Иза. Виолетта не знала, находилась ли та всё ещё в их обнаруженном укрытии или её тоже вытащили из-под балкона, но от невозможности сделать хоть что-то Виолетте тоже захотелось взвыть. Но она, казалось, потеряла из-за страха голос. Из её рта не вырывалось ни звука. Но вскоре весь кошмар завершился так же неожиданно, как и начался. Виолетта услышала визг тормозов, а после мир вокруг неё завертелся как на сумасшедшем аттракционе в летнем луна-парке. — Поднимайся!.. — Мужской голос ворвался в помутнённое сознание словно издалека. — Виолетта, поднимайся!.. Чьи-то крепкие пальцы подхватили её под мышки и поставили в полный рост. Ноги у Виолетты тут же подкосились, но она успела ухватиться за чужие руки и сохранить равновесие. Виолетта подняла вверх взгляд и испытала такое облегчение, что из глаз против воли хлынули слёзы. — Всё хорошо, — убедительно произнёс Стрелецкий, и для надёжности несколько раз кивнул, так и не отпустив её от себя. — Я здесь, теперь всё хорошо. Виолетта шмыгнула носом, веря каждому его слову. Теперь она была в безопасности, потому что появился тот, кто мог её защитить. И от Женщины в красном и от любой другой напасти.