Stay with me

Первым, что хочет увидеть Тэхён после пробуждения — это абсолютно пустая комната и задёрнутые занавески на окнах, однако всё с самого начала идёт не так. Он просыпается от шума на кухне и недовольно жмурится, стараясь спрятаться от солнечных лучей. До ушей доносится какая-то попсовая песня и… голос младшего? Спросонья Тэхён не может сообразить что к чему, ведь Чонгук по идее должен быть на работе. Сегодняшний день Ким планировал провести в гордом одиночестве, задумываясь над вечным смыслом жизни и своим поведением. Очевидно, планы придётся кардинально поменять. Вылезая из-под одеяла, Тэхён встречается со своим отражением в зеркале и чуть ли не скрипит зубами. Отворачивает голову, запуская пальцы в волосы, и шоркает подошвами домашних тапочек по полу. В нос врезается запах кимчи и зелёного лука, а мелодичный голос (Тэхён раньше не особо замечал это) прерывается на припеве. Старший останавливается, ёжась от холода, и обводит взглядом кухню, на которой полный беспорядок. Чонгук замирает с полотенцем в руках, и вид у него такой домашний и невинный, что Тэхён не находит смелости начать возмущаться. Чёлка Чона смешно зачёсана назад, рукава кофты закатаны до локтя, ещё и этот дурацкий фартук на нём. Тэхён оглядывает его с ног до головы во второй раз, подмечая каждую маленькую деталь, а Чонгук стоит смирно, словно его поймали за шалостью. Они встречаются взглядами и зависают на время. Сотни слов просятся наружу, между ними столько недосказанности, что начинать говорить даже страшно. Молчание нарушает шипение масла позади младшего. Чонгук извиняется перед ним, мотая головой, и возвращает своё внимание к плите. Ким несдержанно улыбается, отмечая про себя, что не видел такого Чона очень долгое время, и уходит в ванную. По пути слышит громкое «доброе утро», но решает не отвечать. Завтрак проходит без лишних разговоров. Тэхён заставляет себя съесть тарелку сундубу чиге* и просит налить кофе. Может, это не самое лучшее сочетание, зато Тэхён больше не чувствует вялость во всём теле. Он делает пару глотков и непроизвольно глядит на младшего. Чонгук в ответ чуть поддаётся вперёд и спрашивает первый: — Как спалось? — Нормально, — почему-то повисшая тишина между ними кажется безумно неловкой, поэтому Тэхён продолжает: — Ты не на работе… — Взял выходной, — Чон решает не добавлять «ради тебя» и слабо улыбается. На этом и заканчивается несодержательный диалог. Тэхён помогает с уборкой стола и моёт посуду, думая о том, что в душе всё-таки рад такому порядку вещей. Они полдня проводят в разных комнатах. Чонгук занимается какими-то бумагами, стуча ручкой по столу во время чтения, а Ким то листает ленту новостей, уткнувшись в экран своего мобильника, то щёлкает кнопками пульта. Только ближе к вечеру младший говорит, что не мешало бы съездить в магазин, и Тэхён от безделья соглашается составить ему компанию. Прошло точно пару месяцев прежде, чем Чонгук катил тележку с продуктами и следил краем глаза за хёном, выбирающим яичную лапшу. Тэхён внимательно читал каждую этикетку, и в определённый момент Чон просто остановился, терпеливо ожидая. Мысли жужжали в голове, напоминая рой пчёл, и вскоре он не понял, как задумался о совсем отдалённых вещах. Из раздумий вытащил детский голосок: девочка тянула за руку свою маму и просила купить ей фруктовое мороженое. — Ну мама, пожалуйста! — Чонгук с неподдельным интересом наблюдал за маленькой принцессой и хмыкнул, когда та надула губы от обиды. Подобные сцены всегда умиляли его, и эта не была исключением. Он внимательно следит за реакцией женщины, но та, к разочарованию, раздражённо вздыхает и как-то грубо ведёт девочку дальше. Чонгук переводит взгляд на Тэхёна, который тоже отвлёкся на посторонних людей и поэтому стоял в небольшой растерянности, сжимая пакетик специй. Ким смотрит непонимающе, буквально спрашивая всем своим видом, что младший хочет от него, и Чон медленно расплывается в широкой улыбке и говорит так, чтобы его услышал только Тэхён: — Я хочу семью, — у Чонгука глаза блестят, вид такой воодушевлённый. А у Тэхёна ноги подкашиваются от неожиданности, губы безмолвно шевелятся, не в силах выдавить и звука, и пальцы слабеют за считанные секунды. Пакетик выскальзывает из разжатой ладони и бесшумно падает на пол. Старший опускает голову, смотря себе под ноги, и не двигается, пока Чонгук не оказывается рядом, поднимая ещё не купленный товар.

***

Дорога до дома занимает минимум времени, распаковка пакетов — ещё меньше. Они стараются занять себя любыми делами, чтобы хоть как-то отвлечься и не чувствовать давящей тишины наедине друг с другом. Когда Чонгук уходит в ванную и не появляется слишком долго, Тэхён наконец расслабляется, вытягивая конечности на диване. Вечернее шоу, идущее по телевизору, больше утомляет, нежели веселит. Спустя двадцать минут одиночества, ему становится не по себе. Стены квартиры снова давят, будто пытаются его расплющить. Ким чувствует, как любопытство чешет где-то под рёбрами и буквально тащит найти Чонгука. Это навязчивое чувство, больше похожее на простое любопытство, отключает всё разумное в нём. Незапертая дверь манит, а включённый свет говорит о том, что младший всё ещё находится в ванной. Тэхён без труда проникает внутрь. Пока его не было дома, Чон приобрёл новую стеклянную дверь и обмолвился, что она без замка. Тэхёну это только на руку. У Чонгука глаза крепко сомкнуты, ладони расслабленно лежат вдоль бортиков с двух сторон. Огромное количество пены практически закрывает всё тело парня, и Ким чуть улыбается, подходя ближе. Что-то щёлкает внутри, и Тэхён отпускает ситуацию, не особо задумываясь над своими действиями. Он снимает с себя одежду и без единого слова залезает к Чону. Тёплая вода приятно согревает ноги, а встреча с чужой кожей вызывает табун мурашек по всему телу. Чонгук резко распахивает глаза и непонимающе оглядывает своего хёна. Тот таинственно улыбается и опускается на колени, чтобы в лишний раз не смущаться своего обнажённого тела. Тэхён кажется безумным, неправильным, таким непривычным, что Чонгук теряется от неожиданности. Ким молча подползает ближе и жестом показывает раздвинуть ноги. Чонгук оживляется, пытается здраво оценить обстановку, но кроме прижавшегося спиной Тэхёна в голову ничего не лезет. Он напоминает себе чаще дышать, сталкиваясь носом с чужим затылком. Старший мягок, скользит руками под водой по его бёдрам и запрокидывает голову. Прижимается ближе, словно кошка, требующая внимания и ласки. Тэхёну кричать хочется о том, как ему надоело мёрзнуть без чужого тепла, говорить самому себе, что он поступает правильно, никого не подпуская близко. Тэхён вздрагивает, когда Чонгук неожиданно обнимает и льнет щекой к его. Он слышит шумное дыхание младшего, и сам открывает рот, зачерпывая воздух. Приятно. А потом его целуют. Проводят губами по шее, останавливаясь на пульсирующей артерии. Тэхен обмякает, инстинктивно наклоняет голову вбок, подставляя кожу под короткие поцелуи. Тягучая патока медленно разливается в груди, Тэхён даже боится как-то обозначить это чувство. Чонгук не сдерживается: покрывает поцелуями всю область поблизости губ, совсем слабо кусает в плечо. У старшего колени подгибаются пуще прежнего, он сгибает пальцы на ногах и прикрывает глаза, мурлыча. Чужая рука незаметно погружается в воду, накрывая ладонью низ живота, скользя ниже. Тэхён вжимается в грудь Чона сильнее, произносит что-то нечленораздельное и, кажется, хнычет. Ким сгорает от желания прикоснуться тоже, зацеловать родное лицо и показать, что ему до чертиков необходимо иметь возможность разделить все эмоции напополам. Он тянется рукой через плечо и за подбородок разворачивает голову Чонгука. Прижимается тёплыми губами к другим и задушено стонет. Младший хватается за его талию, и тот наконец разворачивается лицом, обнимая ногами крепкую спину. Тэхен целует глубоко, проводит кончиком языка по другому и весь дрожит. Мокро, жарко, слишком интимно. Чонгук отвечает всем телом, неприкрыто наслаждаясь вязкой слюной старшего. Тэхён обвивает руками его шею и вздрагивает, когда чувствует сжимающуюся ладонь Чона на своей ягодице. Чонгук неожиданно улыбается, смотря в глаза напротив со всей внимательностью и доверием, и Тэхён ловит его туманный взгляд. Безоружный, обнажённый и слишком ранимый, Ким впервые за долгое время не прячется от Чонгука и самого себя. Голова идёт кругом, и соображать получается туго. Тэхён доверяется наплывшим чувствам и эмоциям, ощущая несуществующие трещины в стене, которую он усердно выстраивал многие месяцы. Старший без единого слова подается вперёд и целует искренне, медленно, дразняще проводя языком по нижней губе. Тот сначала напрягается, отвечая на поцелуй, а потом берёт инициативу в свои руки. Пальцы плавно скользят по позвонкам, спускаясь к копчику, и Чонгук наблюдает за чужой реакцией. Тэхён прогибается в спине, размыкая поцелуй, и загнанно дышит после того, как младший подставляет палец ко входу. Тэхён замечает странную улыбку Чонгука и впивается ногтями в кожу в области плеч, заставляя его стиснуть зубы. — Больно, малыш? — хмыкает Тэхён, оставляя глубокие следы в виде полумесяцев, и в следующую секунду он издаёт болезненный вдох, прислоняясь лбом к другому. — А тебе? — Ким буквально чувствует, что Чон улыбается, и сам не сдерживается от улыбки. Страсть пленяет мгновенно. Они, словно в тумане, вылезают из ванны и не единожды спотыкаются по пути в спальню. Чонгук смеётся, прижимая Тэхёна за талию ближе, а тот слишком больно кусает распаренную кожу, будто вымещает непонятную злость этим действием. Тэхёна толкают на кровать и придавливают весом сверху, не давая возможности выбраться. Кажется, он даже не против. От Чонгука не спрятаться: выцеловывает шею, гладит ладонью низ живота и обжигает своим дыханием. Тэхён запоздало реагирует, крутя головой как в бреду, и из последних сил гонит все мрачные мысли из головы. Они его отравляют, твердят побыстрее скрыться от чужих глаз и больше не подавать руки навстречу. Тэхён вновь чувствует волну паники и необъятного стеснения перед Чонгуком, но в этот раз младший крепко держит его за локоть и заглядывает в глаза, ожидая ответа. — Только не говори, что это была минутная слабость, и ты опять хочешь уйти, — отблески надежды отражаются в карих глазах, и Тэхён замирает. — Зачем тебе это? — тихо говорит Ким, не выдерживая пронзительного взгляда. — Зачем я тебе такой? — Зачем? — удивлённо повторяет Чонгук. Младший вспыхивает злостью, теряя контроль. Он припадает губами к другим и целует с напором, не обращая внимания на нулевую отдачу, спускается к шее и оставляет свои следы, проходится языком по чувствительным соскам, немного прикусывая их. Фраза «потому что я хочу» повторяется беспрерывно. Чонгук как зависимый одаривает излюбленное тело короткими поцелуями и прикасается к тем местам, которые Тэхён старается прикрыть руками. — Хочу любить тебя, хочу видеть, как ты наслаждаешься подо мной, хочу, чтобы ты терял голову от моих ласк, — Тэхён несдержанно мычит, смаргивая накатившие слёзы, и извивается, избегая очередного соприкосновения. — Хён, позволь любить твоё тело. Чонгук больше не трогает. Опирается руками по обе стороны от него, дожидаясь хоть какого-нибудь ответа. Тэхён распахивает глаза и сквозь пелену видит нависшее над ним лицо. — Блять, мне хочется вылизать тебя как котёнка, лишь бы ты больше не зажимался. Просто скажи, и я прекращу. В чём дело? Тэхён кусает собственные губы, ненавидя себя так сильно, что готов исцарапать свою кожу до красных полосок. Ему что-то мешает ответить младшему, а тот чуть ли не прожигает его взглядом. — Ты… стесняешься своего тела? — неожиданно спрашивает Чонгук, поднося ладонь к его лицу и поглаживая щеку большим пальцем. Тэхён прикрывает глаза от приятного чувства, и Чонгук шумно вздыхает. — Я готов целовать каждый миллиметр твоего прекрасного тела. Я знаю, что ты боишься… меня… будущего, но, хён, посмотри, пожалуйста, на меня, — Тэхён мгновенно слушается. — Я не гарантирую тебе идеальной жизни, вечной любви и тому подобное, но разреши держать тебя за руку прямо сейчас и делить все эмоции на двоих. Пускай у нас не получилось однажды, судьба дала нам второй шанс, так давай же попробуем заново. Мы занимались с тобой любовью десятки раз, и я хочу, чтобы ты забыл каждую проведённую ночь со мной. Пусть сегодняшний вечер станет отправной точкой наших новых отношений. — Не обещай мне больше ничего. Никогда. Просто будь рядом и не отпускай меня, слышишь? — Тэхён выпаливает слова на одном дыхании, и, произнеся их, ощущает небывалую лёгкость в груди. Он сам притягивает Чонгука за шею и остервенело целует в губы. Они целуются так долго, что голова кружится от недостатка кислорода. Чонгук чувствует чужую злость и сам заводится с пол-оборота. Он, как и говорил, не упускает возможности показать своё наслаждение от прикосновений к телу старшего. Каждый старается доставить удовольствие другому, и в этом Чонгук, несомненно, выигрывает. Несдержанный стон слетает с губ непроизвольно. Чонгук странно улыбается, понимая, что сегодня все карты в его руках. Он проходится языком от пупка до подбородка, в конце кусая нежную кожу. Чуть приподнимается, шире раздвигая его ноги, и проводит ладонью по внутренней стороне бедра. Головка напряжённого члена истекает естественной смазкой, и Чонгук немного сжимает её в ладони, а потом вбирает в рот, отчего Тэхён цепляется за простыни. Чон обсасывает вокруг и проходится языком вдоль основания, думая, что сегодня не даст Тэхёну кончить быстро. — Можно я буду трахать тебя так медленно, что ты будешь умолять меня ускориться? — Чонгук ухмыляется, хватаясь за его колени, и прижимается всем телом ближе, еле сдерживая себя не торопиться. — Я тебя убью, Чонгук. — Люблю? — они оба улыбаются, и младший тянется за поцелуем. Чонгук нарочно трётся пахом об его, и Ким стонет ему прямо в губы. Между ними небывалое притяжение. Желание касаться тела друг друга растёт в геометрической прогрессии, Чонгук смотрит на Тэхёна внимательно, запечатляя каждую деталь в своей памяти. — Заканчивай уже дразнить, — младший улыбается в ответ и проводит пальцем по его нижней губе. Он с усилием отстраняется от Тэхёна и разочарованно вздыхает. — Чёрт, у меня ничего нет. — Ты серьёзно? — Тэхён приподнимается на локтях, убирая взмокшую чёлку со лба. Чонгук кивает, оглядываясь по сторонам. Старший падает на спину звёздочкой, шумно вздыхая, и, минуту поразмыслив, просит проверить первый ящик комода. Чонгук неторопливо слезает с кровати и тратит на поиски минуты две, потом всё же находит небольшой мешочек и вытаскивает содержимое на матрас. — И когда ты в последний раз использовал это? — Чон крутит прозрачный плаг в руке, то ли посмеиваясь от веселья, то ли от нездоровых нервов. — Явно давно. Если Чонгук сначала обрадовался, что Тэхён такой предусмотрительный, то потом даже расстроился. Старший хранил лишь плаг средних размеров и неиспользованную смазку без запаха. На большее можно было и не надеяться. Тэхён пожимает плечами, давая понять, что даже не думал об этом, и Чонгук соглашается с ним. Никто не был готов к такому повороту событий. — В следующий раз я подготовлюсь лучше, — бубнит младший, забираясь на кровать. Тэхён оставляет свои возмущения на потом и решает хоть как-то обеззаразить плаг. Чонгук помогает как может. Со стороны кажется, что они занимаются сексом впервые. Старший как-то неуклюже выдавливает смазку на ладонь, обильно смазывая прозрачную игрушку, и раздражённо приподнимает бёдра. Чон успокаивающе целует его в щеку и просит довериться ему. Приходится подождать, пока Тэхён расслабит бёдра. Сначала он вводит один палец, распределяя смазку по всему анальному отверстию, потом добавляет второй, давая время привыкнуть к забытым ощущениям. — Хён? Как давно ты… делал это? — настороженно спрашивает Чонгук, растягивая как можно аккуратнее. Тэхён сжимает одеяло в кулаках и шипит, когда Чонгук с трудом вставляет третий палец. — Я… я не помню. — Блять, ты такой узкий. Чонгук двигает пальцами медленно, внимательно наблюдая за чужой реакцией. Когда Тэхён полностью расслабляется и говорит, что уже готов, младший переворачивает его на живот и пододвигается ближе. Он не сдерживается от поцелуя в спину и прижимается эрекцией к его заднице, отрывисто дыша. Тэхён поддаётся назад и тихо стонет, прося поторопиться, но Чонгук специально водит головкой члена меж двух половинок, смотря на то, как собственная смазка стекает вниз. Он сжимает ягодицу старшего и удовлетворенно мычит. Так хочется оказаться внутри Тэхёна и выпустить наружу всё накопившееся желание, однако парень берёт плаг и постепенно вводит его. Старший задыхается от накативших эмоций. Всхлипывает, когда Чонгук вытаскивает и вновь вставляет в него игрушку. Чон наслаждается покачиванием чужих бедёр и в награду за старания прерывается, чтобы мягко поцеловать в губы. Со временем Ким привыкает и уже насаживается сам, ловя кайф от каждого движения. — Так не пойдёт, — Чонгук переворачивает Тэхёна обратно на спину и устраивается между его разведённых ног. У Тэхёна губы блестят от слюны, взгляд такой пьяный, и низкий голос, просящий трахнуть, сводит с ума. Чонгук аккуратно входит в податливое тело и замирает, смотря прямо в глаза напротив. Старший странно улыбается и кладёт ладони на искусанные плечи. Не нужно лишних слов и жестов. Они чувствуют друг друга всем телом, всей душой. И это более, чем достаточно. Тэхёну больно. Он больше не верит в сказки про вечную любовь, которой просто не существует. Сам удостоверился в этом. Человек не может клясться в чувствах только потому, что не имеет контроля над ними. Чонгук перегорел, невзирая на все сказанные слова и поступки, и Тэхён только сейчас понимает, что не обвиняет его в случившимся. Тэхён не переставал любить младшего ни на секунду, он лишь прятал чувства глубоко в себе и старался подавить их. Ненависть и злость перекрывали все остальные эмоции. Ким действительно старался забыть. Не думать о поцелуях и касаниях, не видеть слишком реалистичные сны и не плакать по ночам от осознания того, что ничего нельзя исправить. Он всегда любил Чонгука и никогда не думал, сколько продержится, живя прошлым. Тэхён боялся неизведанности, боялся, что Чонгук вновь ранит его, и эти раны уже точно не затянутся. Но слабость подавила весь страх. Надежда на возобновление их отношений хранилась внутри Тэхёна и в конце концов подтолкнула сделать шаг навстречу. Что сейчас имеет Тэхён? По-прежнему болезненное чувство в груди, которое, кажется, скоро разорвет его на части. Ким теряется в реальности: перед глазами картинка мутная и замедленная. Слышится дыхание Чонгука, его тихий шепот, звук соприкосновения тел и стук собственного сердца. Тело, будто и не его вовсе, утопает в наслаждении и непрекращающихся ласках. Тэхён так ярко чувствует удовольствие, пробирающее до кончиков пят, что удивляется. Словно в него заново вселяют жизнь, и сам он перерождается. Тэхён пытается разглядеть сосредоточенное лицо младшего, однако взрывается фейерверками эмоций. Он ощущает себя живым прямо сейчас и думает, что предыдущий год тупо существовал. Чонгук толкается плавно, с упоением, будто пытается растянуть этот миг на долгие часы, и не перестаёт шептать о том, как сильно любит каждую деталь в его теле, каждый изъян. У Тэхёна в груди всё сжимается. Слёзы скатываются по щекам бесшумно, и Ким даже не думает убирать их. Что сейчас имеет Тэхён? По ощущениям — целый спектр эмоций, миг, тянущийся бесконечно, и осознание того, что он безмерно счастлив. В реальности — человека, который целует в подбородок между толчками и сплетает крепко их пальцы. Сейчас они — единое целое; люди, неспособные существовать друг без друга; страстные любовники, занимающиеся чувственным сексом. Сейчас они есть друг у друга, а что будет потом Тэхёна уже не интересует.