Часть 1
9 июня 2018 г., 02:53
Снова глухая местность за городом, старое здание, которое нужно найти, голубая одинокая луна, освещающая дорогу. Дазай усмехнулся — все такие задания были похожи одно на другое и отличались разве что количеством трупов и временем, к которому миссия была закончена. Вокруг стояла мёртвая тишина. Осаму по привычке вслушивался в неё, чтобы уловить звук нажатия на курок прежде, чем пуля прострелит его голову насквозь. Но поблизости, похоже не было ни единой живой души. Слишком скучно.
В мире было довольно мало вещей, которые могли бы застать Осаму врасплох. Однако звонок от бывшего босса, Мори Огая, утром с просьбой кое в чём помочь его довольно удивил. Именно из-за этого звонка Дазай шёл сейчас к какому-то забытому складу, чтобы забрать одну важную личность.
его прежнего Чуи.
Дазай вновь подхватил мафиози на руки и отнёс в ванную. Он аккуратно усадил коротышку и попытался забрать пальто, но тоненькие пальцы крепко вцепились в него. Дазай вздохнул и закатил глаза.
— Чуя, отдай пальто. — как маленькому ребёнку сказал Осаму.
Но мафиози, продолжая смотреть куда-то в одну точку, и не шелохнулся.
— Чуя, пальто. — уже более грозно проговорил шатен.
Накахаре пришлось сдаться. Он разжал руки и кареглазый смог забрать одежду, тут же кидая на стиральную машину, на которой уже валялись другие грязные вещи.
Темноволосый включил душ, чтобы вода лилась на Чую, и вышел из помещения. Сейчас нужно было подобрать одежду для нового гостя. И обязательно свободную и удобную, чтобы не травмировать коротышку больше.
Осаму подошёл к шкафу и раскрыл его. Под руку первой попалась чёрная рубашка. Шатен недолго думая взял её и кинул на футон и продолжил подбирать вещи. Строгие брюки отпали сразу — измученному человеку будет некомфортно в грубой ткани. Осаму рассматривал пляжные шорты, но вовремя одумался и достал старые чёрные спортивные штаны, которые использовал как домашние, и кинул их к рубашке.
Закончив приготовления, Дазай вернулся в ванную. К его удивлению ничего не изменилось. Накахара сидел в такой же позе, поджав к себе коленки, обхватив их руками, и глядел куда-то в одну точку. Несмотря на то, что ему было холодно и вся кожа уже покрылась мурашками, мафиози не двигался и не пытался согреться под струями теплой воды полностью, лишь частично находясь под брызгами.
— Мне всё за тебя делать? — беззлобно проговорил шатен. Голубоглазый на такую колкость никак не отреагировал, впрочем как и на само появление Осаму в комнате, даже голову не повернул.
Дазай взял насадку и сделал напор воды поменьше. Накахара зажмурился и замотал головой, когда струя начала бить ему в лицо. Дазай не смог сдержать смешка от вида недовольной мордашки. Чуя так забавно морщил нос, что нельзя было не улыбнуться.
Детектив стал смывать с коротышки грязь, слизь и кровь. Он намылил мочалку и начал аккуратно растирать пену по телу Чуи. Тот не сопротивлялся, позволяя бывшему напарнику делать всё, что он посчитает нужным. Осаму не хотел причинить ещё больше боли, поэтому делал всё очень осторожно. Он старался не давить на кожу, не сдирать уже успевшие засохнуть корки старых ранах и не расцарапать ещё больше свежие.
Пока темноволосый мыл Чую, он мог осмотреть более внимательно те увечья, что остались после плена. Представшая картина суициднику не понравилась. По всему телу Накахары были множества ранений, синяков, следов от ожогов и ударов. Мафиози представлял из себя обширную коллекцию различных травм. Дазай не понаслышке знал, что все эти увечья сильно болят и мог лишь закусывать губу от недовольства. Такой потрёпанный внешний вид вызывал даже чувство жалости, которое темноволосый терпеть не мог.
Когда кареглазому показалось, что уже достаточно обмывать Накахару, он взял в руки шампунь и выдавил немного себе на руку. Дазай не без удовольствия прикоснулся к рыжим волосам и стал массировать кожу головы, тщательно промывая длинные пряди. Несмотря на их ужасное состояние, локоны у Чуи были такими же мягкими, как и раньше. Эту особенность волос коротышки Осаму отметил ещё с первого раза, как удалось к ним прикоснуться. Если честно, шатену нравилось перебирать пальцами рыжие пряди, пока их обладатель спал после использования порчи или просто тяжёлого дня на работе.
Минут через двадцать водные процедуры закончились. Дазай смыл с повелителя гравитации всю грязь, и результат его порадовал. Чуя стал больше похож на приличного человека, чем на того измученного уставшего парня, которого детектив увидел в подвале. Хотя Накахара с мокрыми волосами, облепившими лицо, и сонным взглядом вряд ли был похож на опасного преступника. Сейчас он выглядел невероятно по-домашнему. У Осаму возникла мысль, что такой момент надо запечатлеть, но внутренний голос подсказывал, что за такую идею шатен получит по полной программе.
Суицидник накинул на Чую полотенце и принялся вытирать, так как понимал, что сам мафиози сейчас ничего такого делать не будет. Дазай уделил особое внимание волосам и попытался сделать так, чтобы на них совсем не осталось влаги. Голубоглазый на такое поведение внешне не отреагировал, хоть прикосновения Осаму были довольно приятными, тот всё же перестарался.
— Мне тебя ещё и до кровати нести, принцесска? — закутывая в него, как пару часов назад закутывал в плащ. Чуя в ответ прошипел что-то нечленораздельное и не культурное. — Ладно уж, иди сюда. — засмеялся детектив и подхватил худое тело на руки.
Шатен отнёс коротышку в комнату и усадил на футон рядом с приготовленной одеждой. Он поправил спавшее полотенце и отошёл к шкафу. На одной из полок находился ящик, в котором Осаму хранил многочисленные медикаменты. Кареглазый достал его понёс всё содержимое к пациенту. Чуя, завидев сомнительный предмет у Дазая в руках, отодвинулся дальше.
— Не бойся, я только помогу. — сказал детектив, вытаскивая бинты и антисептик.
— Я и не боюсь. — сухо ответил рыжеволосый и протянул детективу свою руку, чтобы тот мог начать работу.
Дазай стал обрабатывать раны, попутно поражаясь изменениям. Чуя не накричал, не огрызнулся, даже голос не повысил на замечание про боязнь. Выглядело это подозрительно. Было похоже на то, что мафиози редкими фразами пытался держать свой образ бесстрашного, злого и сильного эспера, когда у него внутри всё разваливается на части. Он хорошо скрывает своё состояние, но Дазай всё видит.
Детектив покрыл бинтами те места на руке, где раны были наиболее большими и серьёзными. После он перешёл на вторую руку, так же забинтовав почти всё предплечье. Потом Дазай стал покрывать бинтами грудь и спину шляпника. Тут же почти не осталось голой кожи, которая не была скрыта белой материей, так как это пространство было особенно богато на увечья. От туловища шатен перешёл к ногам. Он аккуратно перебинтовал бёдра и голени коротышки. Здесь травм было не так много, что немного радовало.
— Я закончил. — громко заявил Осаму, убирая истраченные медикаменты на место, и кивнул на вещи, которые лежали рядом.
Пока Накахара переодевался, кареглазый начал рыться по маленькой кухне в поисках еды. Дазай поставил две кастрюли на плиту. В одной он стал варить бульон, в другой — лапшу. Оставалось только ждать, пока всё приготовится.
— Ну-с, Чуя, — весёлым голосом начал Осаму, усаживаясь рядом с рыжиком, — ты расскажешь мне что с тобой произошло?
— Тебе не обязательно это знать. — Накахара отвернулся от него.
— Ну скажи. Что произошло? Тебя допрашивали?
— Нет, — уже не так уверенно произнёс коротышка и поймал на себе удивлённый взгляд шатена, — мне не задали ни одного вопроса.
Чуя будто бы весь сжался и даже вздрогнул от напоминания про плен, но последнее могло вполне показаться Осаму. Но реакция явно присутствовала и была она вызвана страхом, это шатен понял сразу.
— А что же тогда? — после паузы спросил Дазай.
— Сказал же, тебя не касается! — злобно прокричал Чуя и снова отвернулся, скрещивая руки на груди. Говорить об этом мафиози совсем не хотелось.
Дазай не решился пока дальше его расспрашивать. Что-то тут же менялось в рыжеволосом, когда речь заходила о событиях этой недели. Лучше, наверное, узнать завтра, когда страх, или что там сейчас главенствует над Чуей, поутихнет, и тот сможет спокойно рассказать.
Скоро была готова еда. Осаму переложил в тарелку лапшу и залил бульоном. Потом он накрошил туда остатки того, что было в холодильнике: немного яйца, овощей и мяса. Вышло вполне сносно — даже себе детектив так не готовил. За неимением палочек, пришлось достать обычную вилку. Но это было последнее, о чём сейчас стоило волноваться.
Завидев еду, рыжик тут же вырвал её из перебинтованных рук и чуть было всё не разлил. Потом он словно очнулся и начал вести себя более сдержанно, кинув косой взгляд на детектива. Дазай сделал вид что ничего не увидел, но подметил про себя этот факт.
Меньше чем за пять минут тарелка опустела. Накахара отдал её шатену, улёгся на футоне и укрылся одеялом по самую макушку. Дазай пытался ему ещё что-то сказать, но шляпник не слушал. Он вскоре уснул, сжавшись клубком, как маленький бездомный котёнок. Осаму невольно засмотрелся на коротышку, который выглядел сейчас неожиданно милым и беззащитным, особенно в чужой одежде, которая была больше на несколько размеров, чем надо было. Непонятно почему, но Дазаю очень хотелось спрятать голубоглазого от всех проблем и угроз, закрыть где-нибудь и никому не показывать.
Осаму встряхнул головой, отгоняя странные мысли. В самом деле, как может быть один из сильнейших мафиози, который лично поубивал тысячи людей, милым? Это уже какой-то бред. Хотя странно, что эти мысли посещали голову не впервые. Суицидник иногда думал так и раньше, когда повелитель гравитации ещё был его напарником. И причём не только тогда, когда рыжий был без сознания или спал, а гораздо чаще.
Осаму слишком ушёл в свои мысли и сам удивился тому, о чём думал. Он решил отвлечься и взял телефон. Темноволосый написал сообщение Фукудзаве с просьбой дать ему пару дней выходных, объясняя это «веской причиной». У Юкичи он выходные редко просил, поэтому надеялся на удачу.
Ответ пришёл через пару минут. Фукудзава разрешил Осаму отдохнуть до конца недели. И даже про причину не спросил, вот же человек хороший.
Дазай отложил телефон в сторону и решил последовать примеру рыжика и тоже отойти ко сну. Он снял лишнюю одежду, оставшись в рубашке и брюках, и пристроился рядом на футоне, стараясь не разбудить пострадавшего. Кареглазому открылся взор на узкую спину мафиози, скрытую сейчас тканью рубашки. Очень хотелось прикоснуться, погладить, но Дазай держал себя в руках. Ну в самом деле, что это он захотел руки распустить? Глупо.
Но прикоснутья хотелось. Осаму перевернулся на другой бок, думая о своём неожиданном поведении по отношению к врагу, и скоро под такие мысли уснул.
С момента пропажи Накахары Чуи прошла неделя.
Вскоре показалось нужное здание. Это был обычный заброшенный склад. Однако настораживал тот факт, что снаружи не было ни души. Узнали о визите и ушли? Ловушка? Осаму подумал об этом, но нисколько не испугался и смело зашёл внутрь. Умрёт и умрёт — всем будет только лучше. Внутри Дазай также не нашёл ничего интересного. Большая пустая комната без дверей, если не считать ту, через которую вошёл детектив, и с несколькими окнами, через которые проходил лунный свет. Стены кое-где поросли мхом, виделись выцветшие краски граффити. Дазай вышел на середину комнаты и огляделся. Никаких ловушек он не заметил, как и признаков жизни. Криков также не было слышно. Неужели и правда сбежали? Детектив обошёл помещение. Никакой мебели, никаких труб, никакого освещения. Только в углу одиноко стоял какой-то ящик. Он привлёк внимание Осаму. Кареглазый подошёл ближе и постучал по нему. Тот оказался пустым. Ящик совсем не вписывался в пустую обстановку склада, так что суицидник решил сдвинуть его в сторону. Это не потребовало много сил. Под ним обнаружился люк. Дазай, очень довольный собой, недолго думая открыл его и спустился по лестнице вниз. Осаму очутился в какой-то комнате. Вокруг было темно и тихо. В воздухе витал противный запах крови и чего-то ещё, более сладкого, но такого же неприятного. Детектив включил фонарик на своём телефоне, чтобы увидеть хоть что-то. Его свет разлетелся по помещению, и шатен тут же заметил кого-то на полу в паре шагов от себя. Осаму стал всматриваться в, судя по всему, пленника. Небольшой рост, знакомая причёска — так ведь это же Чуя! Абсолютно нагой, он лежал на полу без сознания, спиной опираясь на стену, в то время как руки были скованы над головой. Дазай не мог не заметить новые порезы, синяки, ожоги и гематомы на Накахаре. По коже рыжика стекала слизь, где-то вперемешку с кровью. Пол рядом был покрыт тёмными багровыми пятнами. Яркий свет заставил Чую открыть глаза. Он поднял расфокусированный взгляд на бывшего напарника. Дазай понимал, что у Накахары, должно быть, всё плывёт перед глазами, и тот ничего не видит. Шатен присел на корточки, окликнул коротышку несколько раз и уже собирался похлопать по щеке, когда тот наконец отозвался. — Дазай… — голос у Накахары был хриплым и безжизненным. Совсем не таким как обычно. — Это я. — Осаму положил телефон на землю и начал освобождать руки мафиози от цепей, — Я пришёл за тобой. — Убей… меня… Прошу… — губы рыжеволосого расплылись в устало безумной улыбке. Кареглазый замер на секунду. Он не мог поверить своим ушам. Чуя уж точно был последним человеком, который захочет умереть, особенно от его руки. — Что ты такое говоришь? — голос Осаму немного дрогнул. Шатен говорил обеспокоенно, даже не пытался скрыть то, что волнуется, хоть теперь их статусы врагов не позволяли проявлять таких чувств. Но конечно же он делал это специально, чтобы как-то развеять обстановку и, может, даже успокоить Чую. — Ты не понимаешь… — улыбка пропала с лица Накахары. Голос сделался ещё тише, — Он скоро придёт. Я не хочу переживать всё это ещё раз! . Я не хочу снова становиться его куклой!.. Я не хочу… — Всё закончилось. — с некой заботой сказал Осаму. Он разобрался с цепями, поднял Чую и тут же закутал в свой плащ. Плевать, что вещь потом придётся отстирывать от слизи, если вообще получится. Впереди им предстояла долгая дорога до квартиры Дазая, так что будет куда лучше, если Накахара не замёрзнет. Осаму поднял коротышку на руки и понёс к выходу из здания.***
Когда Дазай подходил к дому, улицы города совсем опустели. Детективу это было только на руку. Можно было не скрываться в переулках и не идти дальними дорогами, что прилично увеличивало путь. Шатен смело вышел на улицу. Он не знал, который сейчас час, но ему было всё равно. Главное было поскорее добраться до квартиры и расспросить Чую об этой неделе. Сейчас тот мирно покоился на руках Осаму. Рыжик уснул ещё в самом начале их пути. Его рот был немного приоткрыт, веки со светлыми ресницами слегка подрагивали, пальцы сжимали края плаща и сильнее натягивали его на тощее тело. В таком состоянии он выглядел непривычно умиротворённым. Осаму и не думал, что бывший напарник может быть таким. Дазаю вдруг вспомнились времена Портовой мафии, когда он так же нёс напарника до своей или его квартиры, смотря какая из них была ближе, после заданий, на которых приходилось использовать Порчу, а потом выхаживал, забинтовывал все раны и укладывал в постель. Но тогда всё было по-другому, и дело даже не в том, что раньше Чуя мог себе позволить такую слабость, как отключиться на руках Осаму. Тогда он выглядел… не таким измученным что ли. Дазай долго разглядывал лицо коротышки прежде чем понял что заставило его так думать. Накахара изменился за то время, когда находился в плену: он сильно исхудал, стал очень бледным, под глазами появились тёмные мешки, волосы, испачканные слизью, потеряли свой цвет и объём, даже весил голубоглазый меньше, чем четыре года назад. А самое главное — глаза. Осаму сразу заметил — они словно потухли, стали серыми, безжизненными. Дазаю это определённо не нравилось. Впереди наконец показалось знакомое здание, в котором находились квартиры членов агентства. Осаму был несказанно рад тому, что идти осталось недолго, главным образом из-за рук, которые у шатена затекли и сильно болели. Детектив свернул в знакомый двор и поднялся по лестнице. А вот дальше возникла проблема. Чтобы попасть в квартиру нужно достать ключи и открыть дверь, а обе руки заняты. Дазай вздохнул и подхватил спящего рыжика поудобнее. Он с трудом достал нужные ключи. Ещё больших усилий стоило вставить их в скважину и повернуть. Дверь наконец открылась. Из помещения повеяло тёплым душным воздухом. Он опять забыл открыть окно, когда отправился на задание. Осаму прошёл со своей ношей в квартиру, ногой закрывая дверь. Он посмотрел на рыжика и увидел, что тот уже не спит. Накахара уставшим и безразличным взглядом осматривал квартиру. Дазай поставил коротышку на пол. Но стоило ему убрать руки, как рыжеволосый покачнулся. Он чуть было не упал, но шатен успел вовремя поймать его. — Что и ноги не держат? — попытался пошутить Дазай, хотя самому было не до смеха. Чуя рыкнул что-то, но так тихо, что кареглазый не услышал. Осаму почувствовал, что мафиози попытался отстраниться и встать самостоятельно, но темноволосый не пустил. — Хей, не рыпайся. А то упадёшь ещё. Эх, и что мне с таким овощем делать? Накахара вновь прорычал что-то, очень похожее на «заткнись». Шатен издал смешок. Хоть что-то осталось от***
Поспать Дазаю удалось недолго. Посреди ночи его разбудил крик. Осаму вскочил как ошпаренный и начал осматривать обстановку, придумывая на ходу как отбиваться от тех, кто на них напал. Но шатен увидел лишь Накахару, который сотрясался всем телом и продолжал что-то кричать, закрывая лицо руками и переворачиваясь с боку на бок. Слезы из голубых глаз текли рекой, а волосы разметались по покрывалу в разные стороны. — Тшшш, тише, Чуя. Ты так всех разбудишь. — Осаму прижал его к себе и начал гладить по рыжей макушке. Такое поведение шокировало Дазая. На что мафиози так среагировал? Он увидел что-то? Увидел во сне? Или это действие яда, который ему вкололи до прихода Осаму? Мафиози уткнулся лбом в перебинтованную шею и закрыл глаза, придвинувшись ближе, чувствуя чужие руки у себя на поясе и затылке. Но стоило ему погрузиться во тьму, как перед ним вновь встал тот образ. Накахара чуть ли снова не закричал и широко распахнул голубые глаза, чтобы видеть комнату, освещённую фонарями с улицы, бывшего напарника, которого он ненавидел — видеть что угодно, только не это. Рыжик трясся от ужаса и беззвучно проливал слёзы. Они мелкими капельками собирались у него на глазах, а некоторые срывались и текли вниз по скулам и щекам. Осаму не мог на это смотреть и иногда стирал влагу с лица Накахары. Они просидели так, пока Чуя не начал успокаиваться. Голубоглазый скоро окончательно замолк и затих, иногда лишь тихо всхлипывая. Дазай ещё гладил его какое-то время, и только потом решился спросить. — Чуя, что случилось? — Ничего. Отвянь. — в полголоса проговорил шляпник и попытался оттолкнуть детектива от себя, уперевшись руками ему в грудь, но кареглазый лишь сильнее обнял его. — Всё хорошо. Тебе ничего не угрожает. — Пошёл ты. — гордость, которой немного, но осталось даже после того, что с ним делали, не позволяла находиться так близко к этому человеку. Но с другой стороны рыжеволосому было страшно. Чуя не хотел снова видеть это, боялся, что кошмар повторится. Он мечтал о том, чтобы просто спрятаться где-то, пока всё не закончится. А рядом с Осаму было спокойнее. Страх отступал, отползал в тёмные углы и затаивался там на время, чтобы потом вновь вылезти, когда рыжеволосый потеряет бдительность. Накахара ужасно не хотел, чтобы он возвращался. Дазай уложил их на футон. Чуя лежал молча, уткнувшись лбом ему в грудь, и не отвечал на вопросы. Осаму всё ещё крепко обнимал его, что давало успокаивающий эффект. Скоро мафиози снова уснул, удобно устроив рыжую голову на чужом плече. Суицидник смотрел на его спящее лицо и думал кто же смог довести мафиози до такого состояния. А ещё в нём проснулось странное желание уничтожить любого, кто посмел хоть посмотреть на коротышку, пока тот был похищен.
