Свободное падение

Красный — как закат, кровь и пламя. Как край падающей звезды, которая сгорает при входе в слой атмосферы. Мы — Моргенштерны. Яркие, утренние звезды. Дети Люцифера, самые красивые из всех Божьих ангелов. Мы намного прекраснее в момент падения. Кассандра Клэр. «Город небесного огня»

      — Давай же, — произнес он, и в его голосе слышалась язвительная насмешка. Клэри окинула встревоженным взглядом лесную чащу, словно ожидала поддержки из пустоты. Она была совсем одна сейчас, и перед ней встал судьбоносный выбор. — Убей, — уверенно добавил Джонатан. — Ты ведь для этого здесь — чтоб избавиться от меня. Так давай! — он повысил тон голоса, и в полной тишине его слова раздались особенно пронзительно. Клэри едва успела поудобнее перехватить клинок в дрожащих руках, как Джонатан одним резким движением подтянул её к себе так, что оружие теперь стало упираться ему прямо в грудь. Один шаг вперед — и клинок пронзит его сердце.       Разве не этого Клэри хотела? Она была уверена, что сможет убить его без заминки, но сейчас, когда ей выпал шанс покончить со всеми совершенными и будущими злодеяниями брата, она предательски замешкалась. Она должна его ненавидеть. Должна! Но она не могла. Дух перехватывало от одной мысли, что она собственноручно прикончит единственного родного человека. Так глупо было пытаться дать ему ещё один шанс на искупление. Так глупо было верить, что он ещё мог исправиться. Он бы не смог, потому что ничего другого даже не представлял. Зато он бы легко сумел сжечь дотла все, что препятствовало достижению его целей. И, чтобы этого не случилось, Клэри должна его убить. Прямо сейчас, не медля, не раздумывая. Другой возможности могло и не представиться.       — Ты глупа и слаба, Клэри, как любой обыкновенный человек, — с усмешкой на губах сказал Джонатан, наклонившись к ее лицу, отчего она сразу отстранилась. — Я хотел показать тебе, что значит настоящая сила, но ты предпочла своих сентиментальных дружков-слабаков. Я предлагал тебе власть, предлагал править вместе со мной, но ты опять выбрала их. Но сейчас, когда у тебя появился шанс просто убить меня, прекратить все, что тебе так претит, ты не можешь. — Он четко выделял каждое слово, заставляя их эхом отдаваться в голове у Клэри, будто он повторял свои фразы снова и снова. — И знаешь, милая сестренка, когда я выпотрошу всех, кто тебе так дорог, то считай это уроком и помни, что виной их смерти твоя нелепая мягкотелость, — процедил он, ухватив её за руку, собираясь выхватить клинок.       Клэри не могла точно сказать, было это случайностью, или все-таки её вперед толкнула злость, но она вонзила кинжал в грудь Джонатана, не желая больше никогда слышать его голоса. Его обвинений. Его оскорблений. Его угроз. Больше не было никаких сомнений, не было жалости. Если не существовало родных ей людей на целом свете, то она не желала, чтобы в жилах Джонатана текла та же кровь, что у неё. Пусть она слабее, но получать силу, только становясь похожей на него, она не собиралась.       — А ты помни, пока будешь гореть в Аду, что тебя убила твоя мягкотелая сестра, которая тебя проклинает и ненавидит, — гневно прошептала она ему на ухо, прежде чем оттолкнуть его, позволив упасть на холодную землю. С его губ сорвался хриплый вздох. Последний вздох. Жизнь Джонатана Моргенштерна, желавшего сжечь весь мир, превратилась в бессмысленный пепел. Но во что после этого могла превратиться жизнь Клэри, она даже и не догадывалась.

***

      Клэри проснулась в холодном поту, с криком подскочив на кровати. Она беспокойно осмотрелась, удостоверившись, что в темноте не скрывался Джонатан, которого она постоянно видела в своих кошмарах. Прошло уже несколько недель с его смерти, но Клэри с тревогой вспоминала, как вонзила клинок ему в сердце. Тогда ей казалось, что это был единственный выход, но теперь её съедало чувство вины. Она боролась с сожалением, убеждала себя, что поступила верно, но ничто так и не помогло ей успокоиться. Надо было найти другое решение, надо было. Нет, стоило возненавидеть Джонатана еще задолго до того вечера в лесу, чтобы потом не жалеть о его смерти. Но она продолжала считать его своим братом. Её сердце было слишком упрямо и продолжало упорно спорить со здравым рассудком.       — Клэри? — услышала она голос Джейса рядом, вздрогнув от неожиданности. Кажется, ей все еще было непривычно от того, что он спал в её комнате. Она уже давно свыклась, что постель рядом с ней пустовала. Слишком многое в её жизни изменилось в последнее время, а освоиться толком не было возможности. Никогда не было возможности угнаться за переменами. — Что случилось? — Джейс мягко прикоснулся к её плечу, приняв сидячее положение. Клэри чуть повернула голову, взглянув на него. В свете луны, который лился через окно, его глаза приняли ярко-голубой оттенок, как морская гладь, и Клэри в который раз удивилась, как он даже полусонный мог выглядеть настолько привлекательно. Или ей только так казалось, потому как никак по-другому она его воспринимать не могла.       — Ничего, просто кошмар, — отмахнулась она, а затем задумчиво свела брови у переносицы. Она не рассказывала Джейсу, что Джонатан преследует её во снах, потому что не знала, как он мог на такое отреагировать. Но теперь-то он спросит, какие кошмары её мучают, и вряд ли она сумеет отвертеться.       — Расскажи, — не требовательно, но твердо попросил он, чего Клэри и опасалась. Все эти недели она напрягалась, когда тема разговора с друзьями каким-то образом затрагивала Джонатана, пыталась сохранять внешнюю невозмутимость, но сейчас она себя выдала, когда растерянно отвела взгляд. Пожалуй, Джейсу стоило знать, потому что если уж он не поможет ей избавиться от тревоги на душе, то никто не сможет.       — Это все из-за Джонатана, — вздохнула она, бессильно всплеснув руками. — Я вижу его в своих снах, он стоит прямо напротив, ухмыляется, будто смеется надо мной. И это все так реально, как если бы я увидела его живым. — Клэри перевела взгляд на Джейса, попытавшись уловить эмоции на его лице. Она примерно представляла, как странно её слова звучали со стороны, и надеялась, что они не были похожи на бред безумца. К её удивлению, Джейс лишь понимающе кивнул. Понимал ли он? Во всяком случае, пытался понять, и это уже дорогого стоило.       — Клэри, это всего лишь кошмары. Ты просто должна свыкнуться с мыслью, что Джонатан мертв. Ты все сделала правильно. — Он заботливо заправил прядь её волос за ухо, чуть погладив рукой по голове.       Клэри вновь погрузилась в свои мысли. Действительно ли она всё сделала правильно? Джонатан сказал, что преподаст ей урок, и отчего ей теперь казалось, что он и вправду это сделал? Мысли стали лихорадочно путаться, и она терялась в предположениях. Ну не мог Джонатан позволить себя убить так легко, но она не понимала, в чем же заключался подвох.       — Но почему у меня такое ощущение, что Джонатан хотел быть убитым? — произнесла она, когда наконец извлекла суть из беспорядочного клубка мыслей. — И я просто исполнила его волю. — «Он направлял меня», — про себя закончила она фразу. Старшие братья всегда помогают сестрам встать на верный путь. Но Джонатан никогда не был и не будет ей братом — в этом она старательно себя убеждала, — да и путь, выбранный им, был отнюдь не верен. Сплошное противоречие самому понятию «нормально», и потому Клэри не знала, чего еще можно было ожидать.       — Даже если и так, это ведь ничего не меняет, посуди сама, — спокойно отозвался Джейс. — Он издал последний вздох на твоих глазах, он мертв, и никто больше не пострадает от его руки. А, знаешь, что это значит? — чуть улыбнулся он, погладив её по щеке. — Ты можешь вздохнуть спокойно. Спокойствие, понимаешь?       Клэри не сдержала ответной улыбки, сладко зажмурившись, чувствуя его прикосновения. Здесь и сейчас, когда Джейс был рядом и все её друзья, за которых она боролась, оставались живыми, она и вправду могла вздохнуть с облегчением. Пора было начать с чистого листа, бросив за спиной всю ту тьму, что принес с собой Джонатан. Но ведь достаточно одного неосторожного движения, чтобы чистый лист почернел.