Светлый паромщик Такамии

После привычно спокойного школьного дня ко мне подошли Иба и Ю. Во взгляде одноклассника читалась решимость, но когда он увидел рядом старосту, то вопросительно посмотрел на меня. — Все в порядке. При ней можешь говорить открыто, — успокоил я разнервничавшегося было Ибу. — Тогда все просто. Я готов быть вассалом твоего клана. — Я рад. Нет, правда — в этом деле не бывает лишних рук. Семья в курсе? — Дед говорит, что я вправе делать этот выбор самостоятельно, — несколько неопределенно ответил Иба. Впрочем, мне этого было достаточно. По традиционным японским меркам мы все — взрослые, и главное, чтобы не было явных протестов. — Добро пожаловать на борт, — кивнул я. — Пойдем с нами в чайную — собрание без главы, конечно, не начнут, но опаздывать все равно не годится. В большом зале собрались все аякаси, пришедшие в Такамию с Кагетцуки. Устраивать традиционную церемонию мы не стали, да, в общем-то, никто из нас кроме как по манге толком и не представлял, как она могла бы выглядеть. Сидзуку устроилась за столом в углу, туда же я подтолкнул и обоих одноклассников. — Главное, для нас всех сегодня, — начал Кагетцуки, закончив приветствовать собравшихся, — это готовы ли мы принять вассальную клятву клану Амакава. Все мы здесь знаем условия, и у всех нас получилось начать здесь, в Такамии новую жизнь. У нас был месяц на размышления — и теперь время сказать, готовы ли мы. На мой взгляд, пафос был немного избыточен, но, в конце концов, я же не японец. После нескольких секунд тишины аякаси нашей команды переглянулись и наперебой закричали «Да!». Отказавшихся не было. Первым ко мне подошел Кагетцуки, опустился на одно колено, и произнес текст клятвы. Я сказал свою часть этой ритуальной формулы и коснулся рукой его плеча, активируя «паром», закреплявший наши взаимные обязательства. Теперь эту связь можно было прекратить лишь по добровольному согласию обеих сторон. Кагетцуки, чуть пошатываясь, встал, и махнул рукой остальным соратникам. Аякаси по одному подходили ко мне, и все повторялось заново. Вроде бы небольшая у нас пока команда, но к концу процедуры я страшно устал. Настолько, что Ибе пришлось аккуратно коснуться моего плеча, привлекая к себе внимание. — Милорд Амакава, — формально обратился он ко мне, — я тоже готов. — Для нашего клана нет разницы между разумными, — не замедлил я воспользоваться его словами в пропагандистских целях. — Текст клятвы и взаимные обязательства одинаковы и для людей, и для аякаси. Правильно истолковав мои слова, Иба опустился на колено и произнес ту же формулу, что он слышал от демонов. И точно так же мой «паром» закрепил возникшую связь — ощущения совпадали почти полностью, различаясь лишь в мелочах. Я обвел собравшихся взглядом. Было видно, что всем немного не по себе, и думали они о разном, но я заметил, что и Кагетцуки, и Синдзи оценили отношение. Еще я обратил внимание на характерное «а я?» в глазах Ю, и что-то неопределенное во взгляде змейки. Чуть подумав, я показал рукой на старосту и змейку. — Чтобы окончательно определиться, кто есть кто: Ю и Сидзуку — мои друзья. Наши друзья. Я бы назвал их ассоциированными членами клана, но это будет не совсем правильно. Но главное, что каждый из вас может обратиться к ним за помощью так же, как и ко мне. И точно так же — прошу оказывать им содействие, как если бы на их месте был я. Девушки вышли из-за стола и синхронно поклонились. Откуда-то сбоку раздалось несколько хлопков. — А интересно тут у вас, прямо как в хорошем аниме, кухихи, — по-доброму улыбаясь, сказала болезненно худая девушка с блестящими глазами, скрывавшаяся до этого под артефактной накидкой. — Ну, здравствуй, Юто! — Рад тебя видеть, Хитсуги, — ответил я и, как мог, жестами показал своей команде, что беспокоиться не о чем и прямо сейчас драки не будет. — Позволь представить тебя собравшимся. Итак, дамы и господа, нас посетила сама Якоин Хитсуги, умнейшая из экзорцистов Круга. И судя по тому, что нас все еще не штурмуют боевые группы остальных кланов — она здесь в гостях. — А гостей полагается кормить, — срезала меня демонолог-детектив. — У вас же ведь уже закончилась торжественная часть? Кагетцуки понятливо кивнул и отрядил своих помощников на организацию запланированного банкета. — Да, ты сильно начал, — шепнула мне на ухо как-то незаметно пристроившаяся рядом со мной за столом Хитсуги. — И я, знаешь, рада, что все это не закончилось три дня назад. Это было бы уже слишком. Она тяжело вздохнула, и, игнорируя ревнивые взгляды Ю и Сидзуки, спокойно принялась дегустировать угощение. Когда голод был утолен, и собравшиеся начали кучковаться по интересам, Иба отвел меня в сторону. — Каковы мои задачи, глава? — похоже, мой новый вассал принимал все всерьез. — Обращайся ко мне, как и раньше, — поморщившись, поправил я его. — Мы ж все-таки одноклассники. — Хорошо, Юто, — кивнул Иба. — А теперь глава задаст тебе самый глупый из всех вопросов. Каковы твои способности, о которых ты так загадочно намекал? — улыбнулся я. Вообще, забавно получилось. Я принял в вассалы человека, о котором вообще толком ничего не знаю. И особенно — боевых возможностей. Но это дело такое — по реальным задачам будет видно, что он может, а что лучше не поручать. Ну, а что в процессе такого вот притирания можно запросто не дожить до следующего учебного года — это, в общем-то неизбежный риск нашей работы. — А ты и не переспрашивал, — вернул мне улыбку Иба, — смотри внимательно! Взмах рукавами — и в его левой руке зажаты между пальцев три внушительных метательных ножа, а в правой — чуть подрагивает вакидзаси. — Для катаны я мелковат, — как бы извиняясь, проговорил Иба. Его глаза смеялись — мое обалдение ему явно льстило. — В роду были боевые монахи-буддисты высшего посвящения. И много, — констатировала возникшая у меня за спиной Хитсуги. Я вопросительно посмотрел на нее. — Пространственные карманы вдоль рук, где они хранят оружие. Известный прием, очень удобный и при этом весьма эффектный, если нормально владеть. Но чтобы эта техника была не магией, а передаваемой по наследству способностью — кто-то из предков твоего нового вассала должен был очень понравиться божеству. — Подробностей, к сожалению, не знаю, — ответил Иба на невысказанный вопрос. — Наша семья это умеет уже очень давно, а вот как эта техника появилась — фамильные хроники умалчивают. — Впечатляет, — констатировал я. — Но вообще задача у тебя будет другого профиля. Нужно подумать над схемой патрулей и вообще о том, как можно контролировать максимальную территорию на предмет фиксации и исследования как проявлений магии, так и авторов этих самых проявлений. — Ну ты и путано выражаешься. Но суть я понял, — констатировал мой новообретенный вассал. — Какие средства в моем распоряжении? — Кагетцуки и Синдзи в твоем распоряжении. Они составляли эту схему вместе, с учетом работы «Службы доставки». Ее надо пройти ногами, над ней надо поработать головой, подумать над оптимизацией. — я немного задумался, а потом продолжил, порадовавшись посетившей меня мысли. — Допускаю использование следящих артефактов и включение их в сеть. Литературой обеспечу. Но учти, артефакторов среди нас нет вовсе, серьезных магов — тоже. Есть два подающих надежды любителя, — я показал на себя и старосту, — так что имей в виду. Зато есть один энтузиаст локальных сетей и аппаратно-программных интерфейсов, сама себе SMTP-траффик. Иба моргнул. Похоже, мысли о магах, демонах и современных технических средствах одновременно в его голове не помещались. — У меня дома живет давний клановый вассал — дух письма. Заходи в гости, обсудите с ней подробности. — Кухихи! — За моей спиной раздался одобрительный смешок Хитсуги. Похоже, я понемногу начинаю различать его тональности. — Юто, ты покажешь девушке город? — ее интонации звучали как приказ. Спорить я не стал, поручил Кагетцуки и Сидзуке позаботиться об окончании вечера, помахал рукой озадаченной старосте, и мы с Хитсуги рука об руку пошли гулять по вечерней Такамии. Некоторое время мы и впрямь тихо гуляли по вечернему городу. Наконец, я не выдержал и решил прервать затянувшееся молчание. — И как тебе Такамия? — Спокойно тут у вас, кухихи, — задумчиво ответила Хитсуги. Я не успел понять, шутит детектив или нет, как она уже совершенно другим голосом сказала: — Мечом, который, надеюсь, с тобой, через пять секунд нанеси рубящий удар строго себе за спину. Время пошло! Привычка выполнять такие команды не рассуждая у меня сформировалась во время тренировок с Химари. С чехла сброшена маскирующая печать, оружие само просится в бой, и на счет «ноль» мой клинок со свистом рассекает невзрачного мужичка в потертом пальто на две части. Я успел на миг ужаснуться, что меня как-то слишком уж жестоко разыграли, но спустя миг моя жертва превратилась в непонятное членистоногое существо, а потом развеялась уже привычным черным дымом. — Демон-паук, мастер маскировки — пояснила любительница недобрых шуток. — Но удар у тебя впечатляющий. Я могу посмотреть меч? Осторожно протянув свое оружие рукоятью вперед, я с интересом посмотрел реакцию Хитсуги. Как и следовало ожидать, она даже не коснулась моего меча. Да что ж ты делаешь! — пораженно выдохнула она. Потом, после едва заметного колебания, положила ладонь поверх моей руки. — Ну зачем ты связался с этой штукой. Понимание и скрытая боль на дне ее темных глаз не позволили мне просто молча пожать плечами. — Прости. Не получается пока иначе, — шепнул я ей на ухо. Убрав меч обратно в ножны, я скрыл их оставшейся от кошкиной косы печатью. Теперь я носил меч Мурамасы из коллекции деда — именно этот проклятый клинок лучше всего лег мне в руку, когда я решил подобрать себе новое оружие. — Квалификацию охотника на демонов подтверждаю, — официальным тоном произнесла Хитсуги. И уже нормальным голосом продолжила, — Тебя надо принимать в круг. И чем быстрее, тем лучше. — Все так плохо? — спросил я. — Достаточно паршиво, — подтвердила она. — Вот смотри: твоя команда аякаси, которая хотя бы наконец принесла тебе присягу. Пока членство клана Амакава приостановлено, специальный комитет правительства, курирующий работу Круга, вполне может считать тебя неуправляемой угрозой. С учетом сложных внутренних интриг, могут и решиться на устранение. Если не тебя самого, то демонов-вассалов. Вероятность этого невелика, но достаточна, чтобы принимать ее во внимание в расчетах. С точки зрения самого Круга — ты, как глава одного из кланов, сейчас в своем праве. Но еще несколько часов назад все это выглядело как крупная организованная группа разумных демонов в зоне компактного проживания большого количества людей. Такую информацию можно ненадолго придержать на время проведения расследования, что я и сделала, но совсем игнорировать нельзя. — Спасибо тебе, — выдохнул я. — Я совершенно не подумал, как моя деятельность уже сейчас может выглядеть со стороны. Ситуация действительно могла быть крайне неприятной. В самом деле, для сторонних наблюдателей я вполне мог казаться сумасшедшим, притащившим в мирный город группу маньяков-людоедов. Вполне реальная угроза для моих будущих коллег — экзорцистов круга. — Думать вообще полезно, кухихи, — Хитсуги постучала указательным пальцем по моему лбу. — А то прислали бы по твою душу боевую группу Тсучимикадо, ты и мяукнуть бы не успел, как очутился бы в подвале. И твой знакомый Айджи лично бы пичкал тебя зельями да спрашивал, какому из духов Бездны ты планируешь принести в жертву население Такамии. Помнишь его, кстати? Разумеется, лично я нынешнего представителя Первого клана в Круге никогда не видел. Но по манге помнил, что он несколько раз приезжал к дедушке в Ноихару, и иногда беседовал с Юто. — Смутно. Я был маленький, а он же вроде бы здорово старше, — неуверенно протянул я. — Он еще достаточно молод, ему тогда было шестнадцать или семнадцать, но его отец уже тогда понемногу привлекал сына к дипломатическим миссиям. Вообще, Айджи — неплохой парень, но он во многом заложник своего положения. — Но хотя бы теперь опасность от Круга мне не грозит, а специальный комитет вряд ли успеет вмешаться? — уточнил я. — Если бы так, — помрачнела детектив. — Есть ведь еще и вторая проблема — исчезновение Куэс. Этого следовало ожидать. Может быть даже, для меня и моих близких безопаснее всего было бы сейчас отрубить голову этой симпатичной девчушке тем самым легендарным мечом, собрать команду и броситься в бега. Например, куда-нибудь в Индонезию — там, по слухам, подобные группы не редкость. Но я, конечно, тянуться к оружию не стал. Если боевой лидер клана Якоин мне все это рассказывает — значит или она уверена в своей безопасности, или искренне считает, что я не причиню ей зла. Почему-то мне хотелось, чтобы именно вторая версия была правильной. — Что известно о моей невесте? — я демонстративно остановился и показал раскрытые ладони. Похоже, детектив оценила мой жест. Ее рассказ оказался длиннее и интереснее, чем я ожидал. — Официально — не произошло ничего. От клана Джингуджи формально запросов не поступало, поводов для каких-то действий нет. Неофициально — курирующие Куэс сотрудники четвертого отдела специального комитета обратились в круг с сообщением, что она пропала без вести. Айджи, как председатель круга, отправил меня разобраться в ситуации. Конечно, все наши, да и правительственные агенты тоже, прекрасно понимают — исчезновение демонолога на задании скорее всего означает его гибель. Но разобраться все же необходимо. К тому же молчание Джингуджи наводит на нехорошие мысли. Хитсуги немного помолчала, смерив меня неожиданно тяжелым взглядом. — А что знаешь ты сама? — задал я наиболее волнующий меня вопрос. — Куэс мертва. Это совершенно точно, и для меня это очень печально, — грустно сказала она. — Что еще печальнее — ты к этому совершенно точно причастен. Я ничего не сказал, и она одобрительно кивнула, как будто в очередной раз соглашаясь со своими предыдущими выводами. — Я знаю, что ты ее не убивал. И знаю, что кроме личных причин и задания специального комитета, в Такамию Куэс привело какое-то собственное расследование, связанное с делами клана. И еще мне слишком уж настойчиво подсовывали факты, указывающие на твою причастность. Слишком настойчиво, чтобы я поверила в случайность. Что же все-таки у вас произошло? Мой рассказ был долгим. К его завершению мы с ней пришли к месту схватки кошки и ведьмы. Детектив ходила по выжженной поляне, расфокусировав зрение. Похоже, она задействовала свой кеккей генкай в попытке разобраться в ситуации, и выглядело это немного пугающе. Потом мы с ней прошли по обнаруженному Сидзукой следу до его окончания, где Хитсуги хмыкнула, и вернулась обратно, безошибочно определив точку, где умерла Куэс. Немного постояв на месте, девушка посмотрела на меня уже обычным взглядом, а потом стала медленно оседать на землю. Я успел ее подхватить, и девушка благодарно оперлась на мое плечо. — Это было трудно, но, кажется, я ухватила след. Ты меня простишь, если я пока не буду делиться своими выводами? Я нахмурился. — Поверь, я хочу мести не меньше твоего. И обещаю разделить с тобой право на удар, когда окончательно разберусь. Но, во-первых, я связана обязательствами, а во-вторых — пусть твое расследование будет независимым. Ты ведь не отступишь, да? Ее лицо было совсем рядом, и что-то было в ее глазах такое, что я безоговорочно поверил. И еще почувствовал, что она рада будет отомстить вместе со мной. Отдышавшись, Хитсуги взялась за мобильный телефон. — Айджи! Нужно собрать внеочередное заседание Круга! Из трубки раздалось неразборчивое бурчание. — Пять дней — предел! Да, знаю, что Кагамимори эксперименты проводят, но они должны успеть. Да, договорились. Остальное — только лично. Она сбросила вызов и оперлась на мою руку. — Возможна неожиданная проблема. Ты знаешь, что Джингуджи официально твои опекуны? Я помотал головой. Совершенно не помню, как там оно было по канону, и упоминалось ли вообще что-то такое. — Обычно представитель клана в круге — лидер его боевой группы. Или глава — но по устоявшейся традиции только если он лично возглавляет операции по уничтожению аякаси. У лунного клана сейчас с этим проблемы — учитывая, что они вообще официально не признают исчезновения Куэс. Но именно благодаря особым обстоятельствам мы, думаю, сможем ввести тебя в состав Круга без их согласия. Дождавшись моего кивка, Хитсуги хитро улыбнулась. — Так что через несколько дней жди официального вызова на общее собрание. И покажи уже наконец девушке, где ты живешь. Чаем угощать не обязательно, кухихи. Когда мы дошли до дома, то у моей калитки Хитсуги ждала машина. Уже прощаясь, я шепнул ей на ухо: — А откуда ты знала, что Куэс мертва? — Мы были достаточно близки с ней. А я, если ты не знал, бисексуальна. Несколько секунд полюбовавшись на мои круглые глаза, она усмехнулась. — Куэс, как мы с ней выяснили — не очень. Впрочем, этого хватило, чтобы между нами образовалась связь, и я почувствовала ее разрыв. У нас получилась очень странная дружба, и мы потом многим друг с другом делились. Как по мне, тебе стоит знать — в своей постели она хотела бы видеть только тебя. И мне все было интересно — что же в тебе такого. Узнала, вот, — Хитсуги махнула рукой, и вдруг взяла меня за руку и прижала мою ладонь к своей щеке. Я не знаю, чего в этом жесте было больше — печали, отчаяния, одиночества или желания найти поддержку. Разве что вот любви там не было — но откуда ей взяться у двух людей, объединенных в первую очередь общей болью потери и зародившимися тайнами. От потока эмоций меня шатнуло, а маг, демонолог, детектив и просто хороший человек, помахав на прощание, исчезла за дверью бронированного лимузина. На следующий день после уроков мы с Ю и Ибой остались убирать класс. Не самое приятное занятие, но эту практику японской школы я одобрял. Совместный труд сближает, и, заодно, дает некоторое представление об ответственности за место, где ты живешь. Когда мы уже уходили, нам встретилась Кисараги-сенсей. — Там тебя ждут на выходе из школы, — вскользь бросила она со странным выражением на лице и ушла в сторону учительской. Я пожал плечами и пошел дальше. И действительно, у ворот стоял внушительный черный лимузин, рядом с которым каменной статуей застыл мужчина в дорогом костюме. — Вы Амакава Юто? — спросил он меня явно из вежливости. Я молча кивнул, избегая каких-то банальных фраз. Вопрос «кто бы это мог быть» сейчас был, пожалуй, самым актуальным. Специальный комитет, правительство, какие-то еще силы, вплоть до личной охраны внука Нурарихёна — сейчас меня мог искать кто угодно. — Госпожа передает вам приглашение на встречу в самое ближайшее время, — спокойно произнес мой визави. Задать уточняющие вопросы я не успел. — Юто! — испуганно крикнула староста, и я успел заметить стремительный рывок Ибы, но сделать ничего не успел. Перед глазами потемнело, я почувствовал, как меня схватили и куда-то швырнули, а потом сознание меня покинуло. Пришел в себя я, к своему удивлению, вовсе не в пыльной и сырой камере. Я лежал на диване в роскошно обставленной комнате, более всего напоминающей шикарную гостиную. И даже руки за спиной у меня не были связаны, хотя на шее висел знакомый подавляющий магию амулет, напоминая, что я здесь все-таки не гость. Хотя ведь захватившие меня должны были знать, что для Амакава магия — не главное оружие. Значит, это скорее всего была страховка от спонтанных выбросов силы, иногда свойственным потерявшим сознание колдунам. На всякий случай я пока не стал снимать амулет, а поднялся с дивана и начал осматриваться. Дверь комнаты сразу же открылась и в помещение вошла невероятно красивая женщина примерно тридцати лет в вечернем платье. Ее внешность показалась мне смутно знакомой, но гадать необходимости не было. Лучше всего за нее говорила татуировка в виде полумесяца посередине лба. Передо мной была представительница одной из старших семей клана Джингуджи. Она махнула рукой в сторону стоявшего посреди комнаты маленького столика, на котором была сервирована легкая закуска и стояли открытая бутылка вина и два бокала. Решив немного поиграть в чужую игру, я сначала отодвинул стул для незнакомки и только после этого сел сам. После чего стараясь, чтобы рука не дрогнула, разлил вино по бокалам. Все это время мы молчали, и, наконец, женщина чуть пригубила вино и внимательно посмотрела мне в глаза. — Юто, я прошу простить за столь невежливое приглашение в гости, но я боялась, что иначе ты можешь отказаться, — очень знакомым низким голосом сказала она. — Мы никогда раньше не встречались лично, но ты должен был обо мне слышать. Меня зовут Мерухи Джингуджи. Скажи, зачем ты убил мою дочь?