Хочу танцевать только с тобой

Кажется, Детройт — это постоянный холод. И не в том смысле, что солнце почти перестало заглядывать в город. С появлением машин Киберлайфа люди словно забыли, что такое быть обычным человеком. Злоба, раздраженность, насилие — лишь малая часть городского безумия. А из-за развития девиации в андроидах все только ухудшилось. Радикально настроенные группировки уже не прятались за плакатами «Долой машины», а переходили к конкретным действиям. Полиция стала еще жестче, обнаруживая почти в каждой системе Киберлайфа ошибки. Этот снежный ком рос, и Детройт тонул. — Ваш кофе, сэр. Харрисон вздрогнул и посмотрел на робота перед собой. Бариста по имени Лэндон, как значилось на его одежде рядом с серийным номером сборки, услужливо улыбался и протягивал пакет. Его программа означала быть расходным материалом для людей. И все вокруг принимали это, включая самого андроида. — Остерфилд? — поправив очки и услышав свою фамилию, Харрисон обернулся. О, эта обезоруживающая улыбка. Лола Динк — типичная блондинка и по совместительству однокурсница Харрисона в колледже. Он бы даже назвал девушку красивой. Вот только глупости там было больше. — Привет, Лола, — поздоровался Харрисон, расплачиваясь за кофе. — Как же давно мы не виделись! Ты ведь совсем перестал посещать занятия. Мы думали, ты уехал. Что-то случилось? — защебетала девушка. — Так сложились обстоятельства, — натянуто улыбнулся Харрисон. Он действительно забросил колледж и свою прежнюю жизнь, но посвящать в подробности Лолу точно не собирался. — А как у тебя дела? — Хорошо. Я с Грэгом. Ты же помнишь Грэга, да? Он сделал мне предложение. Представляешь, я выхожу замуж! — Поздравляю. — Спасибо. Только из-за всей ситуации с этими … девиантами в городе просто хаос. Киберлайф проверяет роботов и устраняет даже намеки на ошибки. Их акции явно на дне после такого скандала. Грэг думает, что очередной финансовый кризис уже скоро. Она что-то говорила и говорила еще, но вот только Харрисон, подобно машине, отключился. Он понимал, что корпорация не позволит девиантам и дальше появляться, но ситуация явно накалилась до предела. Устраняют даже намеки? Как он мог пропустить такую информацию? Конечно, полиция совершала рейды, но там работали обычные люди, и они не столь внимательны к деталям. Совсем другое дело Киберлайф, Они знали, что искать. — Эм, прости, Лола, но я спешу. Как-нибудь увидимся, — скомкано произнес Харрисон и, подхватив пакет, попытался обойти однокурсницу. Однако, она остановила его, положив ладонь на грудь. — Не пропадай, Остерфилд. Мы за тебя очень переживаем, — выразила сочувствие Лола. — Конечно, — кто эти «мы» Харрисон даже не спросил. После переезда из Лондона он мало с кем общался, поэтому в полное равнодушие к своей персоне верил больше. *** Ветер только усиливался, и Остерфилд был вынужден ехать на общественном транспорте. Его внимание привлек видеоролик корпорации Киберлайф, где они представляли новую модель андроида и завуалировано сообщали, что «девиация скоро будет устранена, и людям не придется бояться за свою безопасность». Настроение Харрисона стремительно ухудшалось. Он спешил домой. Наверное, все эти новости просто гнали его вперед, буквально насмехаясь. Небольшой коттедж выглядел безжизненно, мрачно и забыто. Парню повезло, что родители не приезжали часто, иначе они пришли бы в ужас от "такого Сайлент Хилла." Остерфилд поежился, поправляя воротник куртки. Перчатки он давно потерял, поэтому замерзшими пальцами с трудом нащупал ключи в кармане. Сделав два оборота, Харрисон оказался внутри, захлопывая за собой дверь, словно только она и могла спасти его от паники Детройта. — Эй, — негромко позвал Харрисон. Бруно отозвался мгновенно, выбежав в коридор и радостно виляя хвостом. Он прыгал возле Харрисона, что невольно вызывало улыбку. — Я тоже соскучился, — прошептал Остерфилд, почесывая питомца за ухом. — Где он? Конечно, Бруно не мог ему ответить и лишь гавкнул, словно осуждал за глупые вопросы. Харрисон снял ботинки, повесил куртку и, подхватив пакет, направился на кухню. — Я подумал, что ты ушел насовсем. — Что? Том просто смотрел на него. Изучал, словно запоминал что-то для себя. Это выглядело даже комично, учитывая, что на Томе красовались штаны «Hello Kitty» и белая растянутая футболка, но вот только ситуация не располагала к смеху. Том не пытался улыбнуться, изобразить слезы или биться в истерике. Наверное, потому что еще не знал, когда это нужно делать. Наверное, потому что он был машиной Киберлайфа. Нет, он был девиантом. — Я ходил за кофе. Почему в доме так темно? — Харрисон щелкнул выключателем, и дом словно ожил. Бруно чем-то шуршал в гостиной, вот только Том не изменился. Он будто завис. — Что случилось? — напрягся Харрисон, подходя ближе. Том дернулся, когда Остерфилд взял его за руку. Это не обижало, а скорее радовало. Том пытался научиться быть человеком, проявлять эмоции, действия. И все это ради Харрисона. — Полиция. Я видел их в окно. Они стучались в соседний дом. Там был мужчина, что избивает свою дочь. Но они не заинтересовались этим. Их привлек только андроид, — Том говорил отстраненно, словно был не здесь. Харрисону захотелось, как следует встряхнуть его с криком «прекрати так делать». — Они были возле нашего дома? — Нет. Просто уехали. — Хорошо, — выдохнул Харрисон, сняв очки. Он не хотел признаваться, как боялся, что они придут за Томом. Родные, узнав о таком, отправили бы его в больницу, а андроида на свалку. Вот только Том стал живым ради него, и Харрисон не мог его потерять. Это был эгоизм, помешательство или просто сумасшествие? Остерфилд не знал. Когда у него появился робот-друг по имени Том, парень тоже сначала относился к нему потребительски. Эксплуатировал и даже иногда издевался (Харрисон не мог спокойно вспоминать об этом и чувствовал вину). А потом словно что-то сломалось. И не только в операционной системе Тома, но и в душе Харрисона. Он коснулся щеки андроида. Тот посмотрел на него своими большими глазами. Сейчас он был похож на человека еще больше. Растрепанный, домашний, близкий, родной —это все, что нужно было Харрисону. Как он мог променять это все? Как он мог потерять его? Он должен был понять еще в первый день, как уникален его андроид. Нет, Том был живой. Живой для Харрисона. — Они тоже придут за мной? — Том произнес слова тихо. Боялся услышать ответ, наверное. — Нет. Все будет хорошо, — Харрисон не врал, а верил в это. Люди Киберлайфа, полиция да хоть весь мир вокруг — никто не заберет его. Никогда. — Я хочу, чтобы ты был счастлив, — после такой фразы сердце Остерфилда, кажется, забилось в два раза быстрее. Нет, это не программа, не машина, не код заложен в нем. Том говорил так, потому что чувствовал. И Харрисон верил. — Я счастлив, — он прижался ко лбу Тома и легко поцеловал его. Не удержался, и эта еще одна черта характера Остерфилда — неспособность контролировать эмоции с любимыми. Том не ответил. Ничего, у них еще много времени, чтобы научиться быть вместе. И не только Том становился человеком. Харрисон тоже ожил рядом с ним. Это удивительно. — Я пытался рисовать, — вдруг произнес Том, крепко сжимая пальцы Харрисона в руке. Было больно, но Остерфилд готов терпеть что угодно. Его девиант стремился к социализации, что радовало. — Правда? — Харрисон расплылся в улыбке. — Я хочу посмотреть. — Картина не закончена. — Давай сделаем это вместе.