Чёрные начинают и выигрывают

Шах белому королю

      Он вошёл в тихий пустой дом — все драгоценные родственники были в очередных гостях, — включил свет и поднялся к себе. Разобрал сумку, принял душ, поковырялся в инстаграме, пробежался глазами по расписанию на ближайшую неделю. Странно. Прошло около часа, а Киммон, который уже должен был приехать, всё не появлялся. Коптер проверил телефон: ему никто не звонил и не писал. Тогда он набрал сам, и Киммон взял трубку мгновенно, как будто ждал звонка.       — Ты где вообще? — спросил Коптер. — Ты приедешь или нет?       — Я около ворот, — ответил Киммон. — Открой мне.       Коптер слетел по ступенькам вниз и кинулся к воротам. Открыв калитку, он впустил Кима, на лице которого отражалась невообразимая смесь эмоций – от смущения до дикого волнения.       — Я никого не разбудил? — с тревогой спросил Киммон шёпотом, проходя в дом.       — Нет, кроме меня дома никого, — успокоил его Коп. — Мои все в гостях и, видимо, до утра.       Киммон облегчённо выдохнул.       — Ты о чём-то хотел поговорить, — Коптер выжидающе посмотрел на него.       — Мда… — Киммон замялся и отвёл глаза.       — Давай поднимемся ко мне в комнату, — предложил Коптер, которому не очень хотелось разговаривать на задушевные темы в гостиной. Ким смущённо кивнул. Поднявшись наверх, Коп уселся на кровати по-турецки и, положив на колени подушку, приготовился внимательно слушать присевшего на стул рядом с письменным столом Киммона.       — Я хотел поговорить о том, что было сегодня, — неуверенно начал тот.       — Пи’Ким, — тут же прервал его Коптер. — Это твоя личная жизнь, и ты не обязан передо мной отчитываться.       Киммон вздохнул.       — Нет, ты не понимаешь, — он поднял на Коптера тоскливый взгляд. — То, что ты увидел сегодня — это не то, что ты думаешь. Просто я должен был. Меня вынудили это сделать.       — Как это «вынудили»? — насторожился Коптер. — Если вы с Басом вместе…       — Мы с Басом не вместе, — раздражённо прервал его Киммон. — Просто ситуация уже вышла из-под контроля. Ладно, — он бессильно махнул рукой, — ты мне всё равно не поверишь.       — Какая ещё ситуация?.. — Коптер застыл. — Рассказывай. Я уже ничему не удивлюсь.       Киммон глубоко вздохнул, набрав в лёгкие воздуха как перед погружением на глубину.       — Слушай… — выдохнул он. — Я действительно уже не знаю, что делать. Бас задался целью затащить меня в койку.       У Коптера округлились глаза.       — Он уже что только ни выдумывал, — продолжал Киммон, не обращая внимания на реакцию слушателя. — Силой он меня нагнуть не может, я всё-таки посильнее буду, — Ким криво усмехнулся. — Но фантазия на всякие гадости у него богатая: как-то раз даже споить меня пытался, только я вовремя понял, куда дело идёт.       Киммон встал и, подойдя к окну, окинул взглядом тёмную улицу.       — Ему, в общем, никакая фантазия не помогла бы: я всё же не трепетная барышня, я его и старше, и умнее, и опытнее. Я только одного не учёл, — он сделал паузу и, отвернувшись от окна, уставился на Коптера. — Тебя.       — Меня? — прошептал Коптер. Сил удивляться уже просто не было. — А я тут при чём?       Киммон снова горько усмехнулся.       — Ты при чём… — повторил он, сел на кровать рядом с Коптером и заглянул ему в глаза. — Он сказал, что если я ему не дам, то он трахнет тебя.       — Что?!       — А ты думаешь, почему он от тебя отстал? — Ким сжал пальцы на своих коленях и опустил голову. — Потому, что я согласился.       Коп открыл рот от удивления и шока.       Он ожидал чего угодно, но только не такого трэша: Бас был не просто озабоченным пубертатом — он оказался одержимым чудовищем, и Киммону пришлось расплачиваться собой за покой и безопасность Коптера. Шок смешался с жалостью и благодарностью к этому красивому, сильному парню, который сейчас сидел на кровати рядом с ним и смотрел на него глазами преданной собаки.       — Я ради тебя на всё готов. Он знает, что ни за кого другого я бы не впрягся, — прошептал вдруг Киммон, наклонился, опираясь на подушку, и накрыл поцелуем губы Коптера. Зарывшись пальцами в густые волосы Копа, Киммон углубил поцелуй, осторожно проскользнув языком в его приоткрывшийся от неожиданности рот, и сразу резко отстранился, оставив Копа в полной прострации.       — Прости, — пробормотал Киммон, отодвигаясь. Коп неосознанно потрогал пальцами свои губы, на которых, как ему показалось, ещё остался след поцелуя. — Я не должен был… — Коптер смотрел на него не мигая. — Мне пора, наверное… — Киммон отвернулся от него и сделал попытку встать с кровати.       Коптер порывисто сомкнул пальцы на его запястье.       — Подожди… — он осёкся и опустил голову. — Если хочешь, можешь остаться, — прошептал он, быстро вскинув глаза на своего гостя. — Если тебе это нужно… — и смущённо кашлянул.       — Остаться? — хрипло спросил Киммон. Коп в ответ кивнул, снова потупив глаза и отпуская его руку. Ким сдержанно улыбнулся. — Тогда я в душ, если не возражаешь. День был тяжёлым.       Коптер снова кивнул и встал с кровати, чтобы достать из шкафа ещё одну подушку и второе одеяло.       — В ванной можешь взять любое полотенце, они все свежие, — сказал он, роясь на полке в поисках простыни, — и любой гель, какой понравится.       — Понял, — кивнул Киммон и направился в душ. В дверях ванной комнаты он обернулся. — Спасибо. Я думал, ты меня прогонишь.       Коптер ободряюще улыбнулся ему, ещё раз кивнул, и Киммон, зайдя в ванную, закрыл за собой дверь.       Оставшись один, Коп ничком упал на кровать, уткнувшись носом в одеяло, и через какое-то время услышал, как зашумела вода. Он вздохнул и перевернулся на спину. В голове роились совершенно разные мысли, начиная от откровенно абсурдных и заканчивая ими же. Что со всем этим делать, он не знал и не понимал. А ещё этот поцелуй... Кстати, о поцелуе. Коптер вдруг осознал, что возбуждён — в самом прямом смысле этого слова. Когда Ким его поцеловал, тело отреагировало тут же, как будто ждало этого целую вечность. Ему не было противно… можно даже сказать, наоборот —приятно. И что самое странное — он был совсем не против это повторить, а, может, и продолжить дальше. Но ведь Коп не был геем: он увлекался девушками (даже пару раз ходил на свидания, правда, неудачно — девушки больше не перезванивали); его никогда не возбуждали мужчины, он ни разу не представлял себя с парнем, ни в какой роли, да и специфическое внимание Баса (надо признать, весьма симпатичного и сексуального мальчика) его пугало и отталкивало. Притом, Киммон ведь его друг и коллега — со всеми вытекающими… но целовался он круто и очень возбуждающе.       Коптер прислушался к звукам в ванной. Кроме плеска воды — ничего. Интересно, а как Киммон выглядит без одежды?.. Внизу живота начало тянуть. Коптер приподнялся на локтях, прислушиваясь сильнее. Наверное, Ким уже растёр по своей безупречной коже вкусно пахнущий гель и сейчас стоит в душевой кабине весь в пене. Коптер отчётливо представил эту картину: струи воды сбегают по широким плечам Киммона, ручейками стекают по сильной спине до упругих ягодиц, расчерчивают светлую кожу хрустальными дорожками. Коптер прикусил губу и сел на кровати, ощутив между ног крепкий стояк. Вот бы хоть одним глазком…       — Твою мать… — простонал он, неуклюже слезая с кровати. Стояк отчаянно мешал нормально передвигаться, и посмотреть на обнажённого Киммона хотелось уже просто нестерпимо — что он так долго, вдруг ему там плохо, мало ли… а если всё нормально, так и отлично… с Кима не убудет, он даже и не заметит.       Коптер на цыпочках подошёл к двери в ванную и приоткрыл её.       Киммон стоял за раздвижной стеклянной перегородкой, которая отделяла пространство душевой кабины от ванной комнаты. Мытьё, видимо, было в самом разгаре. Коптер, голова которого вдруг стала пустой, но при этом тяжкой и звонкой, как главный ритуальный колокол храма Ват Сакет, тихонько зашёл внутрь и, закрыв за собой дверь, прислонился к ней спиной. При этом он ни на секунду не задумался о том, как объяснит Киммону, если тот его заметит, что он тут, собственно, делает.       Сквозь матовую от пара перегородку был виден только высокий силуэт. И вдруг Киммон широким жестом провёл ладонью по запотевшей поверхности и сквозь этот прозрачный просвет посмотрел Коптеру прямо в глаза. Тот вжался спиной в дверь, затаив дыхание — метаться и прятаться было уже поздно, он был пойман с поличным. Ким выключил воду и отодвинул перегородку.       Коптер не дышал. Он заворожённо смотрел на ничем не прикрытое стройное сильное тело, видел перекатывающиеся под кожей мышцы и медленно, но неотвратимо краснел. Опустив глаза ниже, Коп увидел, что правой рукой Киммон обхватывает свой стоящий член.       Он дрочил. Он дрочил в ванной. ОН ДРОЧИЛ В ВАННОЙ КОПТЕРА!..       Продолжая медленно ласкать себя, Киммон, окинув Коптера взглядом и на секунду задержавшись на его шортах, поднял глаза и приглашающе протянул руку. Коп отклеился от двери и подошёл к нему. Ким стянул с него футболку, отбросил её на стиральную машину, наклонился и тронул его губы своими. Коп вцепился в его плечи, инстинктивно приподнимаясь на цыпочки и вовлекая его в более глубокий и жаркий поцелуй. Обе ладони Киммона скользнули под ткань шортов и трусов Коптера и легли на его ягодицы, ласково поглаживая их. Сам Киммон прижался к Коптеру, и его член оказался зажатым между их телами. Язык Кима ворвался в рот Коптера и начал исследовать каждый уголок, не давая передышки. Коптер крепче прижался к обнажённому парню и тихо застонал, когда тот в ответ сильнее стиснул ладонями его задницу. Через пару секунд шорты Копа вместе с нижним бельём были спущены ниже бёдер, освободив налившийся кровью возбуждённый член. Ким оторвался от губ Коптера и посмотрел вниз, на его стоящий член, потом заглянул ему в глаза и, не разрывая зрительного контакта, опустился перед ним на колени. Коп сглотнул и часто задышал, когда Ким обхватил рукой его член. Шорты с бельём мешали, и Киммон аккуратно стянул их с Коптера совсем и отправил в компанию к футболке.       Скользнув кончиком языка по уздечке, Киммон поднял глаза, чтобы увидеть реакцию. Коптер внимательно смотрел на него, его губы были полуоткрыты, дыхание сбилось. Ким обхватил головку члена губами, и Коптер шумно прерывисто вздохнул. Задержавшись в таком положении на несколько секунд, чтобы ещё раз обвести уздечку языком, Киммон приоткрыл рот шире и взял на всю длину. Коптер задохнулся от неожиданности и вцепился в плечи Киммона, пытаясь удержаться на ногах, которые начали подкашиваться. Он смотрел сверху вниз на Киммона, насаживающегося на его член, изо всех сил сдерживал стоны, гладил Кима по виску и щеке, а потом прикоснулся кончиками пальцев к его губам, дарящим тягучее удовольствие.       Киммон приостановился и, выпустив изо рта член, обхватил губами пальцы Коптера: он облизывал и посасывал их, продолжая рукой ласкать член, неотрывно глядя Коптеру в глаза, считывая его реакцию.       Пальцами другой руки Коп рефлекторно сжимал плечо Киммона, который, поднявшись, принялся целовать его лицо.       — Я хочу тебя… — прошептал Киммон в губы Коптеру. Тот открыл глаза и неуверенно кивнул. Ласково и крепко, как испуганного потерявшегося ребёнка, Ким взял его за руку и вывел из ванной комнаты в спальню.       У Коптера тряслись все поджилки, когда Киммон укладывал его на постель и сам ложился рядом. Но едва руки и губы Киммона стали исследовать его тело, все сомнения и страхи бесследно улетучились. Казалось, Ким жаждал поцеловать, погладить и облизать каждый сантиметр кожи, ничего не оставляя без своего внимания. Он вёл себя, как человек, который давно и сумасшедше желал чего-то и вот, наконец, заполучил свою мечту и теперь, сам себе не веря, наслаждается каждой секундой обладания. Он сосредоточенно молчал, не отвлекаясь ни на что, в то время как Коптер в его руках плавился от каждого прикосновения, выгибался и стонал, кусая губы. Когда рука Киммона легла на тёмные завитки волос внизу живота, когда накрыла член и стала поглаживать нежную кожу мошонки, перекатывая в ладони яички, Коптер инстинктивно раздвинул ноги и приподнял бёдра навстречу удовольствию. Киммон терзал его, подводя к самому краю и не давая кончить, заставляя его выгибаться навстречу ласкающей руке, прижиматься к нему всем телом, пошло раздвигать ноги и скулить, прося о большем, а потом навис над Копом и всмотрелся в его лицо.       — Скажи, что ты хочешь меня, — требовательно прошептал он.       Коптер, тяжело дыша, уставился на него невидящими глазами. Ким припал губами к его шее, посасывая чувствительное местечко и снова заставляя Копа стонать.       — Ты ведь хочешь меня, да? — упрямо повторил Ким, любуясь наливающимся засосом.       — Да! — выдохнул Коптер. — Да, я хочу тебя, — прошептал он и выгнулся навстречу губам Киммона, оставляющим на его ключицах яркие следы.       Киммон, оторвавшись от Коптера, свесился с кровати и нашарил на полу свою куртку. Коп затуманенным взглядом наблюдал, как, порывшись по карманам, Ким выудил оттуда тюбик со смазкой, устроился на коленях между широко раздвинутых ног Коптера, нетерпеливо отщёлкнул крышечку и извозил пальцы в прозрачном геле. Он придвинул Копа ближе к себе за бёдра и осторожно погрузил в нежную тугую дырочку один скользкий палец. Сосредоточенно двигаясь внутри партнёра, Ким пытался обнаружить пресловутую «волшебную точку». Вскоре он, изменив угол, попал в нужное место, и Коптер выгнулся дугой, сладко застонав. Киммон победно улыбнулся и добавил к первому второй палец. Теперь каждое движение его руки Коп сопровождал стоном удовольствия. Ким вынул пальцы и нанёс смазку на свой член. Приставив головку к сфинктеру, он осторожно толкнулся внутрь. Коп вздрогнул и задохнулся от неприятного ощущения.       — Сначала будет немного больно, — выдохнул Ким, лаская член Коптера, — зато пото-о-о-о-ом… И он, постанывая, легонько толкнулся снова. Ким был нежным и внимательным любовником. Он входил осторожно, стараясь не порвать узкое отверстие, но Коп всё равно замер на кровати, зажмурившись и стиснув зубы. Его член от болезненного проникновения опал и безжизненно лежал на животе. Ким, не останавливаясь, медленно вошёл на всю длину.       Коптер выдохнул.       — Ты весь во мне? — дрожащим голосом спросил он.       — Да, — выдохнул Киммон и сделал первый толчок.       Коптер застонал от боли, но Ким уже не мог сдерживаться. Он начал двигаться, стараясь делать это хотя бы помедленней, чтобы растянуть Коптера. Наконец, стало свободнее, Коп перестал зажиматься и болезненно стонать, его член начал снова наливаться и увеличиваться в размерах: Киммон нашёл нужное направление.       Обхватив бёдра Коптера и подтянув его к себе, Ким вдалбливался в парня, лежащего под ним, так, как будто трахался в последний раз в жизни. Коптер метался по кровати, стонал и, хватая Киммона то за шею, то за руки, просил о чём-то, сам не понимая, о чём. Потом, как будто догадавшись, что нужно делать, он обхватил рукой свой член и начал ласкать себя, стремительно приближаясь к финалу.       — Ки-и-и-и-им… — выстонал Коптер, изливаясь себе на живот и грудь. Киммон сделал ещё несколько толчков , зарычав, вогнал себя в Коптера до основания и кончил в него, содрогаясь всем телом. Он бессильно упал на Копа, размазывая сперму, которой были забрызганы живот и грудь партнёра, и покрывая поцелуями его лицо. Выскользнув из Коптера, он улёгся рядом с ним и, уткнувшись носом в его макушку, счастливо улыбнулся.       — Ты — это что-то… — еле ворочая языком, прошептал Киммон, целуя Копа в затылок. — Я, конечно, подозревал, что ты страстный, но, чтобы настолько…       Он повернулся на бок и провёл пальцами по всё ещё высоко вздымающейся груди Коптера. Тот поёрзал, чувствуя, как из него вытекает сперма Кима, и слегка поморщился.       — Что? — спросил Киммон, заглядывая в его лицо. — А-а-а…       Он улыбнулся и, запустив руку между ног Коптера, начал пальцем ласкать припухшую дырочку, размазывая по ней сперму и лубрикант, и всё время как бы случайно задевая чувствительное место рядом со сфинктером. Коп, вздохнув, повёл бёдрами.       — Нет, на сегодня хватит, — ласково сказал Киммон. — Первый раз нельзя много. Хотя, глядя на тебя, очень хочется, — он улыбнулся.       — И что теперь? — спросил Коптер, поворачивая к нему лицо.       — Теперь? — переспросил Киммон; Коп кивнул, глядя на него влажно поблёскивающими в темноте глазами. — Теперь… — Киммон завис на пару секунд и вдруг выдал: — Коп, может, ты ко мне переедешь?       Коптер аж приподнялся на локтях от неожиданности.       — К тебе? Переехать?.. — ошарашенно спросил он.       — Ну да, — кивнул Киммон. — Мы же теперь встречаемся. Почему бы не начать жить вместе? Не думаю, что твоя мама будет против, — он снова улыбнулся. — Я вот, например, только за: так мне будет легче присматривать за тобой и о тебе заботиться, да и Бас, скорее всего, отстанет, когда поймёт, что ты теперь круглосуточно под моей защитой.       Коптер продолжал ошалело смотреть на Киммона.       — Или ты хочешь, чтобы я переехал к тебе? — усмехнулся тот, укладываясь поудобнее и утягивая Копа к себе под бок.       — Я даже не знаю, что ответить на это, — пробормотал Коптер, позволяя Киммону уложить себя наподобие обнимательной подушки.       — Ну, не знаешь, значит, не знаешь. Завтра утром решим, кто к кому переедет, — уверенно кивнул Ким и зевнул, подгребая под себя шокированного парня. — Всё. Спать.       Измученный Коптер, прижатый к широкой тёплой груди, уснул почти моментально.

Мат

      — Солнце, ты какой чай будешь? — Киммон, нависнув над заварочным чайником, замер с ложкой в руках, рассматривая две стоящие перед ним открытые коробочки чая. Не дождавшись ответа, он уже громче повторил свой вопрос, отклонившись и выглядывая из кухни в коридор, ведущий в освещённую утренним солнцем спальню. Ответа снова не последовало. Ким повернулся к столу, на котором стоял чайный набор, привычно опустил ложку в одну из коробочек и, зачерпнув сухие чайные листочки, высыпал их в чайник.       — Я буду кофе, — Коптер обхватил своего парня обеими руками за талию и уткнулся лбом ему в шею. Киммон вздрогнул от неожиданности.       — Кофе вреден для сердца и плохо влияет на зубную эмаль, — назидательно сказал он, потрясая ложкой, как скипетром. — Чай.       Коптер запыхтел, обдавая тёплым дыханием шею, и волоски на загривке Кима встали дыбом.       — Зелёный, — игнорируя возмущённое пыхтение, безапелляционно добавил он. Коптер недовольно вздохнул, но возражать не стал: он уже понял, что спорить по поводу зацикленности Кима на его, Копа, здоровье, просто бесполезно. А иногда и опасно.       — Какие планы на сегодня? — спросил Коптер, неловко, бочком садясь за кухонный стол.       — Ну-у-у-у… — протянул Киммон и начал перечислять, загибая пальцы: — Накормить тебя завтраком… Сходить с тобой куда-нибудь типа кино…       — У тебя разве нет сегодня съёмок? — перебил его Коптер.       Киммон притормозил и, как будто очнувшись, пробурчал:       — Точно… Я же с Басом сегодня встречаюсь.       Он отвернулся обратно к заварочному чайнику и залил ароматные листья кипятком.       — У нас сегодня первая читка по новому проекту, — Ким бросил косой взгляд на Коптера, но тот был занят рассматриванием пейзажа за окном. — А у тебя что?       — А мне везёт, я сегодня дома, — потягиваясь, улыбнулся Коптер. — Буду отдыхать, — он сделал многозначительную паузу, поморщившись и ёрзая на стуле. — И от тебя тоже.       Киммон повернулся и надул губы, всем своим видом показывая, что Коптер только что оскорбил его до глубины души. Коп не выдержал и расхохотался, показывая свои ямочки, и Ким, засмотревшись на него, засмеялся тоже.       — Так, всё. Мне пора, — засобирался он, убирая грязные тарелки в посудомоечную машину. — А то опоздаю.       — Кимми, а где пульт от кондишена? — спросил Коптер, усердно роясь в кровати.       Киммон подошёл к нему сзади и, приобняв, вжался пахом в его ягодицы. Коптер выпрямился и прислонился спиной к его груди.       — Ты уже две недели как переехал, а всё не можешь запомнить, где у нас лежит пульт от кондишена, — прошептал Ким, целуя его в затылок. Коп, улыбнувшись, повернулся к нему лицом, скрестил руки у Киммона на шее и потянулся к его губам. Киммон поцеловал его сначала нежно, но потом, не в силах сдерживаться, начал покусывать сочные губы Коптера, а его язык скользнул в чужой рот. Ким сильнее прижал к себе Копа, и его руки, скользнув по спине Коптера, опустились на его ягодицы и сжали их. Тот, почуяв неладное, протестующее замычал, пытаясь вывернуться из крепких объятий, но Ким только жарче тискал его, даже не собираясь отпускать.       — Ким! — Коптеру наконец удалось разорвать поцелуй. — Хватит уже! Ты и так мне всю ночь покоя не давал.       Тот в ответ прижался к нему пахом, и Коп почувствовал его крепкий стояк.       — Твою мать… — прошептал он и забился в объятиях Киммона сильнее, пытаясь всё-таки вырваться на свободу.       — Никуда не денешься, — игриво промурлыкал Ким, самодовольно наблюдая за бесплодными попытками Коптера вывернуться. Вдруг он перехватил Копа и, развернув его спиной к себе, упал вместе с ним на кровать, подмяв под себя.       — Бля-а-а-а-ать… — зашипел Коптер, чувствуя, как с него до колен стягивают домашние шорты вместе с бельём.       — Солнце, ты же знаешь, я тебя всё время хочу, — напряжённо проговорил Ким, удерживая его и, видимо, доставая в это время смазку, потому что Коптер услышал звук выдвигающегося ящика прикроватной тумбочки.       — Нет! — рыкнул Коп. — Нельзя так часто! Я не хочу!       Ким запустил руку под живот Копа и нащупал его возбуждённый член: тело, привыкшее к регулярному качественному сексу, реагировало на партнёра независимо от мнения мозга.       — Врать нехорошо, — вкрадчиво сказал Ким, приставил к натруженному сфинктеру смазанный лубрикантом член и с лёгкостью целиком погрузил его в уже растянутую за ночь дырочку. Коптер задохнулся от возмущения, но, тем не менее, смирившись, протянул руку и начал себе дрочить. Киммон двигался рваными толчками, выходя и входя на всю длину, его дыхание стало тяжёлым. Коптер шипел от боли, но продолжал ласкать себя. Он кончил первым, содрогаясь и задохнувшись, и распластался по кровати, пытаясь выровнять дыхание. Киммон сделал ещё несколько толчков и кончил в него, застонав от накрывшего оргазма.       Отдышавшись, он расслабленно поцеловал Коптера в шею и, выскользнув из него, встал, поправляя бельё и натягивая джинсы и заодно с удовольствием рассматривая красивую задницу своего парня, который всё ещё переводил дух после оргазма. Он прилёг рядом, облокотившись на руку, и погладил Копа по спине. Тот приподнялся и тоже стал натягивать бельё и шорты.       — Ты конченый маньяк! — прошипел Коптер, сердито зыркнув на Киммона. Тот в ответ на это только усмехнулся и, притянув его к себе, долго и сладко поцеловал в губы. Наконец, собрав всю свою волю в кулак, Ким оторвался от своего парня.       — Ну вот как от тебя уйдёшь? — горестно вопросил он, вставая с кровати.       — Вали уже к своему Басу, — шутливо насупился Коптер.       — Он, слава богу, не мой, — парировал Ким уже из прихожей. — Я ненадолго.       Натянув кроссовки и ещё раз поцеловав Коптера, он взглянул на часы и рысью метнулся на улицу.       Когда Киммон подъехал к кафе, Бас уже ждал его за столиком. Поздоровавшись, Ким уселся напротив него и скептически посмотрел на стоящий перед ним розовый молочный коктейль.       — Никак не выйдешь из образа? — усмехнулся Ким, кивая на высокий стакан, покрывшийся капельками конденсата.       — Возможно, — спокойно ответил Бас. — И? — спросил он после небольшой паузы. — Надеюсь, я не зря целый месяц строил из себя озабоченного малолетнего дебила?       Ким запустил руку в карман лёгкой куртки, вынул небольшой блестящий предмет, положил его на стол и подвинул к собеседнику. Откинувшись на стуле, Ким внимательно наблюдал за реакцией Баса, который с интересом рассматривал лежащий перед ним предмет.       — Спортивная модель, как ты и хотел. 50 тысяч евро, — прокомментировал Киммон. — Документы в бардачке.       Бас ухмыльнулся и взял блеснувший на солнце брелок.       — Оно хоть того стоило? — с любопытством спросил он.       — Ты себе даже не представляешь, насколько, — Ким расслабленно опёрся локтями на стол и подмигнул. — Может, когда-нибудь поделюсь… Хотя нет, вряд ли. Я жадный собственник.       — Нафиг, нафиг… — отмахнулся Бас, откидываясь на стуле и усмехаясь. — Не хочу ничего об этом знать.       Он снова чуть склонился над столом, придвинувшись ближе к своему визави.       — По ходу, мне тоже понадобится твоя помощь, — тихо сказал он. — У вас-то с Ти всё как-то попроще было: Копги твой доверчивый, как младенец, притом ты ему уже и сам по себе нравился. Тэ вообще — святая простота. А у меня тяжёлый случай. И так уже пробовал, и эдак… Нужен хитровыебанный план.       — Не, друг, с этим не ко мне, ты же сам понимаешь, — Ким развёл руками. — Это к Ти: он у нас мозговой центр и генератор хитровыебанных планов. Это же целое искусство, тут надо всё учесть — и характер объекта, и обстоятельства, и дохренища всяких мелочей. Я ведь до последнего не верил, что Коптер поведётся, но вот, поди ж ты… — Бас понимающе кивнул. — Ти у нас продуманный сукин сын с профильным образованием, ты у нас прирождённый манипулятор с актёрским талантом, а я что… Я так. Вызывающий инстинктивное доверие безобидный и надёжный парень, с которым весело надираться и к которому не страшно повернуться спиной. Поэтому… если надо будет тупо вырубить Года и где-нибудь на квартирке закрыть — вот тут зовите Киммона.       — Ну-у-у-у… — солнечно улыбнулся Бас, хлюпая молочным коктейлем. — А это у нас с Ти план «Б».