Ария паразитов

***

      Мёртвое тело Некаи снова стало живым, но не надолго. По стенкам серебряного лифта были размазаны серые пятна вязкой жидкости. Мия стояла перед закрытыми створками лифта, держа в руке всё тот же небольшой клинок. Кейдж опёрся о заднюю металлическую стенку, рассматривая распадающееся на нити тело. Холодный свет отражался от полу зеркальных поверхностей. Его тусклые лучи заставляли всё вокруг выглядеть ещё бесцветней. Все краски заразились серостью. Они уже не могли сиять насыщенным цветом. Они могли лишь пародировать свой былой окрас. Кожа Мии покрылась кровоточащими порезами, её чёрные кеды посерели от чужой крови. Кейдж же нашёл где-то длинную джинсовую куртку, она была нужна ему только чтобы прикрыть свои ужасные раны, что ему пришлось самому забинтовывать. Брюки цвета хаки изрядно потрепались и юноше пришлось их заматывать клейкими бинтами. Вид у обоих был довольно побитый:       — Ну, и что теперь? Ты же не остановишься, да? — устало и на выдохе говорил Кейдж.       — Да не в жизнь. Лучше умру пытаясь узнать что тут за чертовщина творится. — Мия даже не повернулась к Кейджу. Она продолжала упорно смотреть на сомкнутые створки лифта.       — Такая упрямость до добра не доведёт.       — А твоя осмотрительность как буд-то доведёт.       — Она бывает полезна. Она почти всегда полезна.       — Что-то она не спасла тебя от паразита.       — Откуда тебе знать. Может я хотел отдать своё тело.       — Ты? Отдать? Хотя… да, пожалуй. Ты слишком безволен сам по себе.       — Твоя правда. Но это тоже бывает полезным.       — И когда же это вообще может быть полезным?       — Ну… тебе не приходится решать всё самому.       — Фу, оставь свою пассивность при себе. Меня от неё тошнит. Неужели так приятно прислуживать всем и вся?       — Не то что приятно, но зато очень просто. Тебе же нравится управлять мной как вздумается. Убей того, поймай эту. Хорошо устроилась.       — Э-эй. Я делаю это только потому что сама не могу то что умеешь ты.       — Оправдания… мне они не нужны. Я и сам умею делать выводы.       — Что-то ты много болтаешь…       — У меня плохое предчувствие. Предчувствие конца.       — Ч-что это за «Предчувствие конца»? Н-не надо так нагнетать.       — А сама? Трясёшься как осиновый лист. Ты же боишься того, что будет наверху. Остановись. Ещё не поздно оставить всё как есть. Ты всё равно ничего не изменишь.       — А вот и изменю! С твоей помощью или без! Я хочу понять эту систему и сделать её правильной.       — И как же для тебя правильно?       — … Так как у меня… — дрожь её исчезла, пальцы ещё сильнее сжали рукоять лезвия.        «Хм, как напористо. Но не думаю что этого будет достаточно. Без моего вмешательства ничего не выйдет. В конце концов я…» — не успел Кейдж закончить мысль как двери лифта открылись. Кейдж всё никак не мог избавится от холодных объятий хандры, что зажали его в свои тиски с самого начала эпизода с Мией. Но ему не привыкать. Он был уверен, что скоро все его недуги пропадут. Рассеются вместе с новым рассветом. Это уже была не надежда, это был факт.       Мия же тонула в неуверенности. Страх всё больше подступал к её неуравновешенному сознанию. Она нервно переступила через порог маленькой кабинки, вступив на светлый паркет просторной залы. Нити стали натягиваться. Жёлтое свечение окутало комнату свои манящим сиянием. Хэд обернулся. Его руки были сложены на груди. Тело обтягивала хлопковая белая футболка, на длинных ногах болтались тканевые широкие штаны. Глаза его светились в полумраке. У окна стоял Шакс. Он нервно жевал уже третью сигарету. Зрачки его дёрнулись в сторону лифта и в его глаза на минуту закралось волнение, ведь он не знал кто стоит перед ним:       — Ты ещё кто? — прокуренным голосом спрашивал Шакс.       — Это Мия, точнее её паразит.       — Кто? Паразит? А, это одна из тех… Что ты тут забыла, нечистая? — небрежно махнул Шакс, снова уткнувшись в окно.        Мия ничего не ответила. Ноги её подкашивались, но тело упорно неслось к стоящему Бесформенному. Рывок. Ещё шаг. Ещё один. Мия хватает Шакса за кисть. Они вместе подают на пол. Перепуганный Бесформенный с трудом сдерживает вторую руку паразитки. Лезвие нависло над его шеей:       — Сгинь… малявка… — Шакс медленно растворяет свою оболочку, растекаясь по полу.       Мягкая фиолетовая жижа сплошным потоком вытекает из-под натиска Мии. Через секунду Шакс снова формирует свой облик, только уже в десяти метрах от напавшей:       — Нахалка. Не смей убивать в столь священном месте!       — Не нужно прикрываться столь клишированными фразами, Шакс. — вышел из тени лифта Кейдж.       — Ты? Не думал тебя здесь встретить. Как тебя там… а и не важно. Ты почти меня победил, моё уважение, но думаю ты бы не справился так хорошо без паразита.       — Поверь моему опыту, я бы справился и без неё. Она лишь оттягивала мою силу в свою сторону.       — Хах, как и каждый грёбанный паразит, а ты хорошо осведомлён. Они создают иллюзию того, что они что-то дают, а на самом деле лишь терзают твоё тело.       — Ну ладно, я пришёл сюда не за этим. — Кейдж сунул руки в карманы и медленно направился в сторону Хэда.       — Господин… Рая? — Хэд содрогнулся, его нити испускали всё больше белых импульсов.       — Я говорил забыть это имя, Хэд.       — Простите, господин Кейдж! Я совсем забыл об этой просьбе. — Лицо его сияло от радости.       — Рая? — недоумевала Мия, что уже встала, готовая в любой момент кинуться на Шакса.       — Господин? — возмущённым голосом крикнул Шакс, косо посматривая на паразитку. — Подожди, что тут происходит? Ты знаком с ним, Хэд?       — Конечно знаком! Это же наш создатель! Существо, давшее начало «Семье».       — Значит, это ты придумал… паразитизм?       — Да... Это я, но роль создателя я оставил в прошлом. Сейчас у меня совершенно противоположная задача. — Кейдж оставался холоден.       Рука его мягко коснулась пучка нитей, что вились рядом с Хедом и впивались ему в лопатку. Казалось что нашему юноше даже стало грустно. Глаза его больше не сияли. Лицо поблёкло. Веки чуть опустились:       — Господин! Вас так долго не было! Я уже думал, что мне придется осуществлять ваш план одному!       — На самом деле, я так и хотел, но… некие обстоятельства повлияли на мои решения.       — Что здесь вообще происходит? — почти плачущим от нервов голосом спрашивала Мия. Её уголки глаз уже наполнились солёными каплями, нервы её не выдерживали такого напряжения.       — … — Шакс же просто впал в ступор, он уже даже не опасался атак паразитки.       — Хм-м, вы, наверное, удивлены, но я не простой Бесформенный и безымянный персонаж. Я — важное звено во всей этой системе.       — Ты… ты знал о Шаксе? И… и о его планах? И-и о… обо всём, что творится в городе? — Мия медленно подходила к Кейджу.       — Да, знал. Но мне было интересно, что сделаешь ты, дойдя до сюда. Конечно Хэд немного испортил мне представление.       — Прошу меня простить, господин Кейдж! — тут же отозвался Хед, складывая пальцы в замок.       — Т-ты… меня обманул.       — Нет, это не так. Ты просто не спрашивала.       — Т-ты… ужасен. — по её бледным щекам потекли прозрачные слёзы.       — Может быть, но разве тебе не интересно, что же такое… происходит вокруг. — Кейдж двинулся ей навстречу.       — Да кто ты, чёрт возьми, такой?!       — … Создатель… ложный, но всё же.       — Ч-что?       — Будучи обычным Бесформенным я созерцал вечное небытие. Я томно ожидал своего эпизода, но лишь вечность преследовала мою судьбу. Я не знаю сколько пробыл в бесцветной бездне, но в один момент… я встретил одного человека. Как, где и когда я не знаю, но точно помню, что встретил. Он рассказал мне о мире, что населён безрассудными созданиями, что убивают друг друга тысячами, ради субъективных взглядов. Тогда я попросил у него. Попросил дать мне силу, что бы усмирить их. И он дал. Он дал мне форму. Я быстро проник в тот мир и так же быстро нашёл себе тело. Смотря на упадок старого мира, я строил новый на его отшибе. Я собирал людей… давал жизнь Бесформенным… приучал их к паразитизму… В конце концов, я сам попал в сети своей же системы, что назвал «Семьёй». Я отрёкся от силы, отдал её новому бесформенному. Сменил имя, взял паразита, уничтожил записи обо мне и Бесформенных, устроил громкий побег и три долгих года скитался по наполовину мёртвым землям.       — Так вот почему после смерти Канигема не нашли ни одной его записи… — шептал Шакс, приставив ладонь ко рту.       — Да… я убил его и спалил все его документы, а те что остались лишь яркая безделушка на потеху юным конспирологам.        Глаза Кейджа блеснули. На миг в них проснулась та дикая боль, что таилась в глубине его души. Он копил её множество лет. И сейчас… серебристое лезвие в груди смогло пробудить те погасшие чувства:       — Ты… ужасен… Будучи богом, ты спихнул все обязанности на другого, ты оставил свой род в неведенье, ты убежал от ответственности… Ты не заслуживаешь быть создателем… Ты хуже чем кто-либо из паразитов!

…

      — Иронично… создатель паразитов… самый худший из них…       Из его плеч потянулись белые нити. Радужка обесцветилась, показывая лишь истинно белое сияние. Кейдж устало смотрел в глаза паразитке. Его бледная рука мягко коснулась сжатых до боли пальцев. Лёгким движением Он вынул из своё груди роковой кинжал. Таким же лёгким шагом он направился вперёд, ведя Мию за собой. Она сопротивлялась, но вскоре, заметив что нити плавно переходят от Хэда к Кейджу, успокоилась, тая в себе невероятную злобу. Рядом с опрокинутым стулом лежало тело Шакса. Белые линии исполосовали его тело, но на лице не было той ужасной предсмертной гримасы. Лишь тонка печаль в его глазах показывали его разочарование в этом мире:       — Что с ним? — Мия закипало внутри, голос её дрожал, давление в её душе распирало тело.       — Ничего. Он просто вернулся туда, откуда пришёл.       — Ты отнял у него жизнь?       — Можно и так сказать.       — А что с другими?       — Скоро они тоже исчезнут.        Нити проникали повсюду. Жёлтые отсоединялись от Хэда, переходя к новому владельцу. Всё вокруг окутала белая пелена. Она как полу прозрачная занавеска огораживала героев от ужаса за стенами шпиля:       — В конце концов мы уподобились тем, кого хотели изменить. Так глупо. Так безрассудно. Но не все вернутся в бездну. Люди, что связаны с паразитом уже не смогут отдать их мне. Эти Бесформенные навсегда останутся в телах людей.       — …       — …       — Ты — Рая, так?       — Мне не очень нравится это имя, его дал мне тот человек, кого я впервые повстречал.       — Но всё же это твоё настоящее имя?       — … Да.       — … Рая, зачем ты ушёл?       — Боялся финала. Это очевидно.       — Но разве финал это не то к чему стремится каждый?       — Не всегда. Он неизбежен, но не каждый хочет его увидеть.       — Ты хочешь?       — Нет.       — Это был твой план. Твой второй план. Просто уйти из мира живых. Да?       — Да.       — Бог — глупец.       — Правда? Ты так думаешь?       — Да. Ты — такой наивный дурак, что аж противно.       — Тогда… присмотришь за этим миром за меня?       — Неа... Я только сейчас поняла, что всё это время ничего не хотела менять. К тому же это не моё творение. Пусть оно само следит за своим развитием.       Тело теряло свой облик. Белая жидкость стекала по отходящим от тела нитям. Последние действия. Последний этап. Внизу. В городе. Стебли переставали быть такими чёрными. Их наполнял свет. Белый. Холодный. Спокойный. Они вновь поднимались над городом, унося ненужных и оживляя других. Город сиял белизной:       — Ты… снова бежишь?       — Увы. Мне давно пора.       — И ты не сможешь вернуть себя к живым?       — Во тьме безлюдной мне приятней.       — … Ладно, иди… Повлиять на божество я всё равно не в силах.

Я не вижу граней. Мир для меня бесформенное пятно. Многие не поймут меня. Многие назовут безумцем. Но я всё равно вижу мир иначе. Нет границ. Нет чётких линий. Всё это огромное пятно, что пестрит всевозможными красками. Пусть же он станет белым. Пусть он потеряет свою цветовую палитру, но он станет чистым. Я так хотел. Но этого всё равно не произошло. Потому что тогда… Мне бы пришлось создать эти самые грани.

Last Thought — The Final Station OST