Каждой твари по паре

- Нашли мы новое место, - начала рассказ Исса, разделавшись со своей запеченной рыбиной. – Удобное, не очень далеко отсюда, а главное – безопасное. Есть где зверье держать. - Тебе точно понравится, - подтвердила Лис. – Но перетащить туда Сога сложно будет… - Ниче, справимся, - мазнула рукой наш вождь. – Че я, лапочек не водила, что ли… Я порой поражаюсь тому, как много в ее жизни разного опыта. Иногда кажется, что это не человек, а высший разум какой-то. Она всегда точно знает, что и как нужно делать, любая работа у нее в руках, что называется, горит. Я себя на ее фоне всегда ощущала неуклюжим неучем, у которого подопечные животные дохнут, и с которым вечно что-то случается. Честно говоря, у меня дня не проходит без неприятных приключений на голову – хоть безвылазно сиди дома! А ведь сколько лет уже живу так. И все равно удача мне изменяет, и добро бы, с тираннозаврами, так нет! Яддоплюйки, сиречь дилофозавры, троодоны, насекомые… Мне «не везет по мелочи», зато с большими последствиями. - Гами, план такой, - отвлекла меня от невеселых размышлений Исса. – Завтра с утра слетаем на разведку еще раз, покажу тебе место, объясню, что и как думаю делать, потом вернемся, начнем животных готовить. Переезжать придется в несколько заходов, сразу всю толпу мы не протащим. Один остается здесь, двое ведут караван. Сога я уведу первым, он заодно тропу для остальных проложит. Вопросы есть? - Нету. - Отлично! Тогда давайте спать. Разошлись молча. Пустой треп не по делу давным-давно вышел из нашего обихода. Мы научились ценить отпущенное время, каждую минуту относительно безопасного светового дня, каждую минуту, когда можно спокойно поспать. Уже неважно, кто мы и как здесь оказались, нас устраивал наш персональный мир, которым мы ни с кем не собирались делиться. Я лежала в спальнике у костра, пялясь в звездное небо, и не могла уснуть. Поспишь тут под вой, свист, хохот и улюлюканье, рычание, ворчание и перетаптывание… Вообще-то, я привыкла – спим мы обычно вполглаза, даже если вокруг туча нашего же зверья. Случись нападение, все равно придется разбираться нам, даже если Сог или Кира сожрут агрессоров. Летучие непременно поднимут гвалт, кинутся в атаку – лови потом… Дождя не предвиделось. На небо карабкалась здоровенная луна, звезды – яркие, многочисленные – не мигая, смотрели на человечков, все еще пытавшихся выжить в недружелюбном космосе после того, как сами же и раздолбали родную планету… Я не заметила, как уснула. Проснулась – рывком, от первых лучей встающего солнца. Исса м Лис уже копались в вещах, на ходу зажевывая остатки вчерашней рыбы. - Нами, давай шевелись живей, приводи себя в порядок и полетели. Приказам Иссы лучше подчиняться. Оперативно. Времени мало, дел много, а следующая ночь может уже и не быть такой мирной. Как только местное зверье привыкнет к гиганотозавру, оно начнет вылазить из нор и укрытий и шакалить по окрестностям. Добежала до ближайших кустов, предварительно проверив, не сидит ли там кто в засаде – а то цапнут за голый зад, и поминай как звали. В три укуса доела кусок рыбы, умылась у ближайшего пресного ручья, оделась, и – бегом к своей птице. Чайка при виде меня встрепенулся, заскрипел, взъерошил хохолок на голове и потянулся клюнуть. - Но-но! Мяса не дам, сейчас полетим. Кормить птиц и птерозавров перед вылетом не стоит – на сытый желудок они становятся ленивы, неподъемны и взлетать попросту отказываются. На месте перехватит какую-нибудь мелочь. Я тщательно осмотрела перьевой покров, проверяя, нет ли помятых, сломанных, вытершихся перьев. И только после этого подняла лежавшее на земле седло – плоскую накладку из нескольких слоев паразавровой кожи со вшитыми деревянными пластинами для удобства и множеством ремешков. Надевать эту сбрую на птицу следует аккуратно и так, чтобы ни в коем случае не повредить перья – единственную защиту и от врагов, и от холода, и от воды. Чайка привычно стерпел процедуру, а я в который раз задумалась, что заставляет их нам подчиняться и служить, ведь они – дикие, пойманные с помощью транквилизаторов и заклейменные. Насколько я помнила старые данные, некоторые из этих животных даже не обладали сколько-нибудь развитым интеллектом. Как стегозавры, например. Их мозг величиной всего лишь с крупный орех, они тупы, как дерево! Но и эти тупицы, получив клеймо племени, выполняют простые команды и таскают грузы за еду. Наверное, будь это настоящие, вымершие динозавры, а не выведенные кем-то, такой фокус не прокатил бы. - Ну, долго ты там будешь? - Да уже почти все! Я продела древко пики в петлю возле луки седла так, чтобы оружие не мешало птице, прицепила на пояс бурдючок с водой и забралась в седло. Серебристо-серая Тира, на которой восседала хмурая Исса, с клекотом забила крыльями и поднялась в воздух. Чайка потянулся за ней. Мы дали круг над песчанным пляжем и полетели вдоль побережья на восток. Встающее солнце било в глаза, вынуждая жмуриться, холодный утренний ветер забирался под одежду, но редкие облака грозили совсем развеяться к полудню. Значит, будет жара. Под нами, насколько хватало глаз, простиралось зеленое море джунглей с редкими вкраплениями серых скал. Распластавшись на птичьей спине для большей обтекаемости и скорости, я вглядывалась в эти заросли и понимала, что пробираться через них с толпой животных мы будем долго и печально. И это несмотря на то, что брали только самых ценных – рапторов и прочую мелочь вроде дило, неповоротливых трицератопсов и анкилозавров, двух белых тирексов и, о ужас, даже бронтозавра мы оставили на «Центре», сняв клейма. Зачем мы тогда ловили эту неповоротливую громадину, я так до сих пор и не поняла – никто никогда не использовал его, он просто жил и жрал возле тех руин, где мы обосновались. Даже яйца не нес, потому что самец. Не отягощенный грузом аргентависы летают быстро. Где-то через полчаса целенаправленного полета, когда птицы стали заметно выдыхаться и сбавили скорость, Исса знаком приказала следовать за ней и повернула южнее. Найдя подходящую безопасную скалу, мы позволили птицам сесть на нее. Сами слезать с седел не стали – некуда. Нахохлившиеся аргенты замерли, раскрыв клювы и только время от времени склоняя головы то на один бок, то на другой. - Надо бы их напоить, - сказала я. - На месте есть вода и мелкая живность. Смотри, видишь во-он те руины? – Исса указала дальше на юго-запад, где на горизонте в синеватой дымке маячили остатки строений и торчали массивные опоры обвалившегося каменного моста. – Нам туда. Там река с водопадом, и под мостом есть очень удобная пещера. Я хочу там поселиться. - Интересно, кто все это строил? - Видимо, те, кто здесь не выжил… Логично. Если бы прежние хозяева этого Ковчега остались живы, все выглядело бы совсем не так. Только вот, что их стерло, если они дошли до таких мощных сооружений? Дав птицам отдышаться и немного отдохнув сами, мы снова поднялись в небо. Солнце начало припекать, но встречный ветер хоть немного сбавлял его жар. Представляю, какая влажная жара царит под кронами… Мы летели над сетью извилистых речных проток, пробивших себе путь к «океану», кстати, здесь, на этой станции – довольно просторному. Обрывистые берега густо поросли бамбуком, пальмами, какими-то неизвестными мне кустами и прочей невообразимо перемешанной растительностью, которая как-то прижилась в этих «широтах», хотя на Земле эти виды могли разделять тысячи километров. Какие-то, наверное, и вовсе не существовали в те времена и были выведены лишь когда запустили международный проект «Арк». - А кто это у нас там ходит? – расслышала я сквозь шум ветра и успела заметить, как Тира нырнула в нижний воздушный поток, подчиняясь команде. – Рыжий рекс там ходит, бронтозавра жрет! Я приказала Чайке спуститься следом, и мы тоже зависли на безопасной высоте, наблюдая, как рыжая самка тираннозавра – их можно было отличить по более блеклому узору на хребте и характерным отметинам на морде – безуспешно пыталась завалить себе обед. Ленивый черный исполин не слишком-то отмахивался от нее – как следует разогнаться рексихе мешали деревья, а мощный хвост пришедшего на водопой зауропода мог переломать ей все кости. Рексиха обиженно ревела, но к вожделенной добыче не приближалась. - Мозгов у нее нет, что ли… - Видать издалека пришла и голодная. А что-то более мелкое еще поди найти. Мы не стали дожидаться, чем кончится дело, тронулись дальше под треск падающего дерева. Но неожиданности на этом не закончились. Уже на самом подлете к мосту, когда до цели оставалось километр-полтора, Чайка подо мной резко, агрессивно вскрикнул и встопорщил хохолок. Да и Тира дернулась, невзирая на властный приказ наездницы. Вдалеке замелькали знакомые пернатые силуэты. - Аргентависы! - Да-а, их тут много разных и красивых, - я уловила хищно-мечтательные нотки в голосе Вождя. Значит, когда обживемся, поголовье птиц у нас вырастет. Но меня беспокоило другое: если они здесь массово гнездятся, если их стая делит здешнюю территорию – проблемы нам обеспечены, по крайней мере, до тех пор, пока мы их не отпугнем. Они будут нападать на живность, на домашних птиц, будут мешать летать. Но на Ковчеге в какое место ни приди – везде наткнешься на недружелюбных соседей, так что, девочки, наверное, знали, какое место выбирать. - Заметят или нет? - Не знаю, но ввязываться в драку не хочу. Давай обойдем со стороны реки. Мы спустились к воде и медленно полетели вдоль русла одного из рукавов. Под нами плескалась рыба, то и дело выныривая на поверхность и блестя на солнце яркими пятнистыми боками. По берегам небольшими стадами паслись травоядные, объедая молодую древесную поросль и кустарник. На моих глазах из зарослей вылетела стая рапторов – изящные, быстрые и довольно крупные хищники, способные нести всадника. Они сочетали в себе черты всех когда-либо живших на Земле орнитоподов, являясь чем-то гармонично средним, впрочем, как и большинство представителей фауны проекта «Арк». Многие особи отличались нехарактерной для природных условий яркой окраской, как вожак этой стаи – черный, с фиолетово-белыми перьями. Он вздыбил хохолок и издал хриплый боевой клич. Его стая рассыпалась, умело отделяя от стада молодого паразавра. Животные испуганно затрубили и попытались было отогнать нападавших, но вожака это не смутило – он прыгнул первым, всаживая когти задних лап в бок жертве и намертво повисая на ней. Стая тут же последовала его примеру, и несчастный паразавр был завален. Стадо в панике разбежалось. Жрать жертву хищники начали еще живой. На самом деле, случилось все довольно быстро. Удаляясь от места схватки, я задумчиво перебирала в уме варианты будущей охоты на этого красавца, если, конечно, он доживет до того момента, когда я приду по его душу с транквилизатором. Мне хотелось заполучить этого красавца, но выследить его я смогу нескоро – сейчас важнее обустроиться на новом месте. А место девочки выбрали действительно замечательное. Большая пещера, прятавшаяся в скалистых наслоениях, имела три входа: один точно под мостом, откуда с грохотом низвергался водопад, второй, самый нижний, по воде и третий, средний – в джунгли. Будь это земная пещера, я бы сказала, что ее за миллионы лет промыла вода, но все эти причудливые подъемы-спуски,площадки, каверны и огромной глубины карстовое озеро, кишащее целакантами, были созданы руками проектировщиков станции. - Тут, конечно, не совсем безопасно, - сказала Исса, отпуская птицу поноситься под потолком за диморфодонами, - но лучшего места мы не нашли. Врежем в основной вход ворота, сверху растение Х посажу, ну а что по воде приползет, то к дому не вылезет, я думаю. Мы расположились под раскидистым деревом, росшим в самом низу, среди камней у водопада. Глядя, как наши птицы с азартом гоняют мелкую крылатую нечисть, жевали остатки взятого с собой вчерашнего мяса, несоленого и без специй и строили планы на будущее. Предстояла огромная работа, потому что обзаводиться придется всем, начиная от какого-никакого дома и заканчивая солью и специями – да, это здесь тоже имелось. Я выслушала подробный план строительства будущей базы, которая со временем станет полноценным домом на долгие годы, мы обошли пещеру сверху донизу. Огромное количество ледяной воды делало ее довольно прохладной, солнце сюда попадало только в зените, как раз туда, где росло дерево, упорно цепляясь корявыми корнями за скудную почву. Его мы решили не трогать – красивое. Переждав самую жару, вылетели обратно – Лис, поди, заждалась.