Нелёгкие будни журналиста

…И так ещё долго продолжался бы этот беспредел, пока со стороны не послышался щелчок фотоаппарата. — Ну все, детишки, побегали и хватит, — довольно ухмылялся Бэкхён, просматривая сделанное фото. — А сейчас быстренько взяли и прибрали все, чтоб блестело! — улыбка сменилась на грозный взгляд. — Или «это» будет на главной странице журнала. Бен показал фото, на котором один из топовых журналистов и очень важная фигура преступного мира были в весьма щекотливой ситуации. Оба великана быстро притихли и, переглянувшись между собой, покорно начали приводить комнату в порядок.

***

— И как мне объяснить это хозяйке? —После долгой уборкой оказалось, что, помимо торшеров и рамок для фотографий пострадал довольно дорогой телевизор. А ещё пару стульев… Тумба… Безобидный кот… Бён прекрасно знал, что хозяйка просто так это не оставит и тут же выставит его за дверь, ведь ущерб возместить он точно не сможет. — А ты чего скалишься? — парень обратился к улыбавшемуся и явно не собиравшемуся прибираться Паку. — Хочешь сказать, я виноват? Не твой китаец лопоухий? — на последнее вышеупомянутый серьёзно обиделся. — У тебя больше! — недовольно воскликнул парень. — Уши, я имею в виду… Чанель усмехнулся, а Бён только покачал головой, ведь ему было совсем не до смеха. По закону жанра зарплата у него не скоро, а своих запасов осталось на пару стаканов кофе. Тао, видя в какой ситуации оказался Бек, предложил вдруг: — Эй, Бэк, а давай я пока всё здесь уберу. Может даже с хозяйкой пере… говоры проведу, да. Почему бы тебе не переночевать у этого парня? — А не пойти бы тебе… — Слушай, а это неплохая идея, — хмыкнул Чанёль, окинув взглядом младшего. —…на толстый… — Отвечаешь за него не головой, а головкой, понял? —…длинный… — Ах да, меня зовут Хуан Цзытао, но близкие зовут меня Тао. — Пак Чанель. Но можно просто Чанель. — Будем знакомы. — парни пожали руки в знак дружбы. —…хуй. — И тебе доброй ночи! — крикнул напоследок Тао и, пообещав заехать домой и уже после помочь другу, скрылся в дверях. — Ну что, малыш, собирай вещички… — хохотнул Чанёль, облокотившись о стену и сложив руки на груди. — Никуда я с тобой не поеду! — Хватит недотрогу строить, тебе ведь негде жить, — скривился Пак, явно уставший от подобных игр. — Бэкки~, — сладко протянул парень, в одно мгновение сократив между ними расстояние и буквально столкнувшись друг с другом носами. Так, что дыхание ощущалось на устах. — Не притворяйся, что тот поцелуй тебе не понравился. Понравился же? — Ты долбанный психопат! — младший попытался оттолкнуть его, но так и не получил результата, оказавшись прижатым к стеллажу позади. — Так понравился? — Нет! — Не ври. — Если и да, то что?! Последнее Бён почти выкрикнул. Его щеки покраснели, нижняя губа дрожала, а колени то и дело подкашивались. Только от чего, он и сам не знал. Заболел, наверное. А ещё душно стало. От запаха этого идиота двухметрового, наверное. Этот самый «идиот», после слов журналиста только шире улыбнулся, обнажив ряд белоснежных зубов и облизнув пухлые губы. — То мы его повторим, — хриплый шепот у самого уха. Бэкхен и прийти в себя не успел, когда почувствовал привкус чужих губ на своих устах. А после — юркий язычок, буквально насиловавший его рот. Да так, что пальцы на ногах поджимались, и низ живота стягивало жарким узлом. — Что же ты не отталкиваешь? — Чанель гаденько ухмыльнулся, большим пальцем смахнув тонкую ниточку слюны, тянувшуюся от вишнёвых губ Бёна. — Или нравится, когда заставляют? — Может заткнешься уже? — Чего? — Вот чего, — и расположил широкую ладонь на своей пояснице. Руками обвил шею старшего, притягивая ближе и перехватывая губы в жадном поцелуе; цеплялся пальчиками за сильные плечи и неопределенно мычал что-то в поцелуй, когда Пак подавался вперед, невольно потираясь своим возбуждением о его пах. — Да ты, я у нас посмотрю, плохой мальчик, — шептал Чанёль, стягивая ненужную сейчас одежду с младшего и откровенно пялясь на идеальное Бёна. Тонкая бледная кожа, острые косточки тут и там, аккуратное личико и аппетитные бедра, что хотелось натянуть на собственный ноющий член сию же минуту. — Да ты, я у нас посмотрю, любитель болтать во время секса, — язвительно заметил Бэкхён, без слов приглашая старшего на кровать. Тот послушно следует за ним и буквально взвывает от ставшего болезненным возбуждения, когда паренек безропотно раздвигает перед ним красивые ножки, так и подзывая к себе. — Ничего, скоро ты у меня и не такое говорить будешь… — пробормотал Пак, стягивая собственные брюки и ища в кармане тюбик со смазкой. Пара неловких движений — и вот Чанёль уже вводит первый палец, срывая с алых губ болезненный стон. После сразу целует их, собираясь каждый вздох с чужих уст и откровенно наслаждаясь страданиями Бёна. — Сука! — верещал журналист, стоило второму пальцу проникнуть в узкое колечко мышц. Руки инстинктивно сжали простыню в кулаки, а ругательства посыпались на старшего. Но тот и не думал останавливаться. — Терпи, малыш… — чуть ускоряя темп и заполняя комнату хлюпающими звуками, шептал Чанёль. — Да иди ты на… О Боже! Да чтоб тебя.! — выгнувшись в спине, звонко простонал парень, когда прибавился и третий палец. — Ты меня порвать хочешь?! — Нет, только наказать. Хочешь, поощрю? — Ты долбо… ДА! — завопил как ненормальный Бэкхён, почувствовав пронзившее всё тело наслаждение. Внизу стало невыносимо жарко, мурашки пробежали по спине, а голова вмиг опустела. Так хорошо ему ещё не было никогда. — Только за это нужно будет платить… — Всё! Всё, что хочешь, только сделай так ещё раз! Пак нетерпеливо облизнулся, с характерным звуком вытаскивая пальцы и срывая с уст Бёна недовольный вздох. Подставил головку ко входу и вошел одним резким рывком, с силой сжимая округлые бедра в ладонях.

***

Пропажу пальто Тао заметил только на полпути к дому. Пришлось попросить таксиста вернуться к Бэкхёну, чтобы забрать вещь и, возможно, помочь другу со сборами. Уже у двери парень услышал странные звуки, доносившиеся из глубины квартиры, но решил не придавать этому значения, тихонько заходя внутрь и прикрывая за собой дверь. — Чёрт, ДА! — крики Бёна сопровождались хриплыми стонами Пака и нескончаемыми пошлыми шлепками. Китаец подкрался к двери спальни и, приоткрыв ту, так и застыл в проходе с разинутым ртом. Голый зад мафиози и закинутые на его плечи ноги друга — не то, что он хотел бы увидеть. — А-а, Бэкки, — стонал Пак, запрокидывая голову назад и прикрывая глаза от удовольствия. Пару резких рывков — и волна экстаза накрыла обоих почти одновременно, яркими кругами играя перед глазами. — Что. Здесь. Происходит? — на одном дыхании выпалил китаец, удивленно хлопая глазами. Бэкхён так и остался на кровати, прикрывшись одеялом и тяжко дыша. Чанель же потянулся за пачкой сигарет, попутно ища чем бы прикрыть своё достоинство. — Ты типо не понимаешь? — усмехнулся Пак. Заметив, что Тао по-прежнему не смог и звука выговорить, он пояснил. — Мы это… гамасяо! Или как там у вас, — парень поднялся с кровати и направился к двери с зажатой меж зубов сигаретой. — Но… как же… пальто… потерял… — судорожно приговаривал ещё не отошедший от шока Тао. Пак только похлопал его по плечу. — Ну, кто-то пальто потерял, а кто-то — девственность, — и скрылся в дверях, оставив находившегося в предобморочном состоянии Хуана наедине с Бэкхёном. — А кто-то — труселя, — хихикнул Бён, стащив с пола чужие боксеры и с гордостью доставая из тумбы ещё одну пару. А после, вздохнув, мечтательно протянул: «Всё, теперь точно повышение получу!».

Конец