Когда драконы плачут

POV Каин, 25 июля Мои противники в сей гонке до пирамиды запаздывали по каким-то известным только им причинам, так что у меня была фора по времени. Солнце уже взошло, а я уже прошёл половину пути к пирамиде, не в последнюю очередь благодаря псионическим способностям, так что я мог себе позволить сбавить темп, что я в принципе и сделал. Перво-наверво я решил использовать своё нечеловеческое чутьё, да только оно почему-то…просто не работало. Мне оставалось только прорубать себе дорогу сквозь джунгли, да и вся чёртова дюжина моих соперников наверняка смогла выбраться, так что гонка до пирамиды разгорелась с новой силой, конечно, не без моего превосходства.       Наконец через часа полтора я смог добраться до пирамиды; чутьё же начало работать вновь, как ни в чём не бывало. Поднявшись по ступеням и продвинувшись до входа, я снова включил чутьё: оно показало мне, что все тринадцать человек уже совсем скоро будут здесь, так что мне надо успеть уничтожить Мафусаила и его тело до того, как они проберутся вовнутрь. Легко обойдя ловушки, я добрался до просторного зала, где на троне и сидел обезумевший Экзорцист, на что он отреагировал выстрелом чистой энергией мне в плечо.       К счастью, я успел уклониться и достать винтовку, только я ей не успел воспользоваться – Мафусаил отбросил её в сторону телекинезом, так что мне остаётся полагаться лишь на мою псионику и мачете. Конечно, я хоть и сильнейший из всех оставшихся Экзорцистов, но он в своё время истребил всю нашу расу, фактически поставив нас на грань вымирания, да и наверняка он поднаторел в сем искусстве, так что в любом случае Мафусаил опасный противник даже для меня. И снова выстрел чистой энергией, но на этот раз он всё-таки попал, хоть и в палец. Тут я направил на него псионический меч, который успешно зацепил ему ногу. Внезапно он прыгнул на меня, но я его оттолкнул ударной волной, отчего, скорее всего, я смог повредить позвоночник как минимум. Как выяснилось, я облажался – никакой позвонок не был повреждён, поэтому безумный Экзорцист ринулся на меня с новыми силами. В ответ я уклонился от его тарана в сторону и ударился об стену.       Тут послышались ругательства и команды на…китайском? Что тут забыли китайцы? Затем вошли шесть человек в чёрной броне и противогазах, после чего открыли огонь по Мафусаилу из буллпап-карабинов, и небезуспешный – он начал оседать на землю, пытаясь что-то противопоставить. И вот удача – рядом со мной лежал так кстати отброшенный автомат с полным магазином! Я поднял его и открыл огонь по китайцам, от которого легло человека два с пулевыми ранениями в головах, отчего они повернулись в мою сторону. К счастью, огонь по мне они так и не успели открыть – ещё семеро китайцев вошли в помещение, осматривая всё вокруг, правда, сбив с ног оставшихся. В ходе этого завязалась та ещё вакханалия – спецназ стрелял без разбору, даже зацепив меня, я пытался дотянуться до автомата, а Мафусаил…поджёг себя и прыгнул на их главного, взорвав себя изнутри псионической энергией, забрав с собой на тот свет практически всех спецназовцев. Это была поистине достойная смерть, которой он хоть и не искупил свои грехи, но в моих глазах заслужил прощение. После этого главный китаец заголосил в рацию, и поэтому я бежал восвояси из этой злосчастной пирамиды со спутанными мыслями, даже не забрав тело – я слишком много энергии потратил в бою, да и через меня навылет прошла антипсионическая пуля, а что до китайца, то он не сможет этого сделать в принципе.       Вопросов всё больше, но ответов всё нет и нет, посему на всякий случай заведу дневник – хотя бы буду реже путаться в своих же мыслях. Прервавшись отдышаться, я в последний раз взглянул на пирамиду для того, чтобы почтить павших в бою минутой молчания, после чего вновь отдалился в джунгли – нужно было собирать вещи и уезжать в Штаты к своим чадам.