Багряная ведьма

Хоук: Когда-нибудь я отправлюсь в приятное местечко, где не будет древних зол, ужаса, кошмарных эпидемий и безумия. Например, на пляж. Варрик: Именно в тот день, когда ты пойдёшь на пляж, на горизонте возникнет армада свирепых демонов-пиратов.

Йорвет разбудил её засветло, и когда Хоук вышла наружу, принялся сворачивать палатку. Мариан отправилась будить девицу, надеясь, что за ночь дрожания под суровым взглядом эльфа девушка устанет бояться и будет думать только о скорейшем возвращении домой. Девочка только тоскливо посмотрела на Мариан и принялась выпутываться из спальника, дрожа от холода и обхватывая себя за плечи. Хоук, понаблюдав за мучениями девицы, стянула с себя куртку и вручила её подопечной. - Держи, а то околеешь по дороге. За её спиной тут же послышалось фырканье, но Йорвет в этот раз промолчал – за что ему отдельное молчаливое спасибо. Сама Мариан, хоть и покрылась мурашками от прохладного утреннего воздуха, в целом чувствовала себя достаточно спокойно. В Ферелдене даже летом могло слегка подморозить ночью. Да и Киркволл, несмотря на свое северное расположение, отличался промозглыми зимами и пронизывающими ветрами. Упаковав в рюкзак все вещи, женщина принялась ждать своего спутника. Эльф собирался на удивление споро – чувствовался опыт кочевой жизни - и, когда мужчина убрал палатку, они дружной (относительно) командой двинулись в сторону деревни. Впереди шел Йорвет, за которым следом брела девица, а замыкала шествие Хоук, следившая, чтобы девушка не отстала и не потерялась (а заодно, время от времени, говорила эльфу: «Придержи коней, она не поспевает!»). И, надо отдать скоя’таэлю должное, он вел их короткими тропами, умело сокращая дорогу, и когда солнце приподнялось над краем, их троица вышла к окраине леса. Только тогда эльф остановился и кивнул волшебнице: дальше идти он не собирался. Но женщина и не настаивала на его присутствии при возвращении девочки родителям – обстановка и без того нервная, а Йорвет мог её ещё сильнее обострить своими колкими замечаниями. - Лучше поторопись, я не буду ждать тебя до вечера, - бросил он ей вместо ободряющих слов. Мариан хмыкнула, с трудом сдерживая рвущееся с языка ехидство: «Да, дорогой! Не беспокойся! Я ещё обед успею тебе приготовить!» - но вряд ли эльф оценит юмор. В деревне всё прошло без сучка без задоринки: девица кинулась к родителям на грудь, рыдая в три ручья, а Мариан получила свою скромную награду. «Впрочем, когда труд наемника высоко ценился?» - хмыкала себе под нос женщина, возвращаясь в лес. Из-за дерева тут же вынырнул её новый сотоварищ, скрестив руки на груди. - Блудная дщерь возвращена в лоно семьи за символическую плату в тридцать оренов, - оповестила его Хоук, отсчитывая половину. – Держи, твоя доля. И надо было видеть скривившееся лицо Йорвета, который смотрел на протянутую руку Мариан так, будто она в ней держала отрубленную куриную лапу. Это было даже забавно, если бы не раздражало: у волшебницы уже начинала дергаться бровь, а ведь они знакомы только второй день! «Это мне кого-то напоминает… - тоже эльфа и тоже редкостного зануду в определенных вещах. И почему ей везет на таких знакомых? – Главное не влюбиться, а то наступать второй раз на одни и те же грабли – высшая степень мазохизма». - У тебя такое выражение, будто я тебе не деньги даю, а нажье дерьмо, - Хоук многое могла понять, но только не отказ от халявных денег. – Кто из нас двоих голодный разбойник, я или ты? - Я не принимаю подачки от dh’oine, - и ещё зубами поскрипел, для доходчивости. Но Мариан это выступление не впечатлило. - Ты мне в этом задании помог? Помог. Девушку мы вернули? Вернули. Так что, на правах партнеров, делим доход пятьдесят на пятьдесят, - и, чуть поморщившись, она добавила. – И я не настолько добрая, чтобы давать милостыню здоровому мужику, у которого и руки-ноги на месте, да и голова – тоже. Эльф шумно выдохнул через нос – и забрал свою долю. Но, не дав Хоук улыбнуться, язвительно добавил: - С учетом того, что при посещении любого города или села меня тут же отправят либо на виселицу, либо в тюрьму, да, для меня эти деньги – «нажье дерьмо», как ты сказала. - Даже не буду спрашивать, что ты натворил, раз тебя так хорошо помнят… - хмыкнула женщина, убирая свою часть в один из карманов. – Как говорится, меньше знаешь, крепче спишь. - Не боишься заснуть сном вечным? - Ночью ты меня не прирезал, хотя возможность была практически идеальной, да и не попытался даже, да и ты согласился на мою помощь в поиске этого загадочного Геральта. Вывод? – Мариан пожала плечами. – Думаю, его можно не озвучивать. Хотя меня забавляет, что ты уже не первый раз спрашиваешь меня об этом или как-то на это намекаешь. Йорвет усмехнулся, качая головой: - Просто не могу поверить, что ты ничего не слышала обо мне и моей, кхм, репутации. - А, тебя задевает твоя безызвестность для меня? – рассмеялась Хоук. – Ну, тут нет ничего странного. Я издалека, по здешним землям путешествую всего два года, так что многое упускаю из виду. - Поэтому и имя «Геральт» тебе ничего не говорит? – эльф слегка наклонил голову к одному плечу, продолжая внимательно изучать Мариан своим единственным глазом. – Тебе не приходилось слышать о «Геральте из Ривии»? Или Белом Волке? Мяснике из Блавикена? «Если это «имена» одного и того же человека, то я боюсь себе даже представить, какая слава ходит об этом человеке. Хм, человеке ли?» - волшебница снова насторожилась: имя, как говорится, вещь подневольная – как назовут, так и жить тебе дальше. Или зарабатывать новое, что тоже не так просто. - А этот Геральт, он вообще кто? Человек, эльф, ещё какая-нибудь страхолюдина? У мужчины дернулся край рта, будто он пытался сдержать усмешку, но снова, вместо ехидного замечания насчет её «догадливости», эльф решил перейти прямо к делу: - Он – ведьмак, если не знаешь, то мутант. - Кто-кто? - Истребитель нежити и прочих чудовищ, обладатель невероятной силы и тому подобное. - То есть, ведьмак – это что-то вроде местной палочки-выручалочки? – и, кажется, Мариан уже сейчас предчувствовала, что этого парня будет очень сложно найти: будь Хоук на его месте, она бы вообще зарылась куда-нибудь глубоко-глубоко под землю, чтобы окружающие не достали со своими дурацкими поручениями и просьбами. И вообще, если бы не нужда, сама волшебница давно бы нашла уголок как можно глуше, а там бы тихонько занималась своими делами. Желательно – в своем мире. Увы и ах, но пока судьба если и улыбалась, то каким-то уж больно волчьим оскалом. Йорвета её комментарий откровенно позабавил – эльф едва-едва сдержал смешок, - и кивнул: - О, да, лучше и не скажешь. Впрочем, обычно он старается придерживаться нейтралитета и не лезть в политику, - на последнем слове мужчина скривился. – С переменным успехом. «Как же это знакомо…» - вздохнула Мариан: семь лет в Киркволле она потратила сугубо на то, чтобы удержать город в относительном равновесии – и всё в одно мгновение рухнуло в бездну. Потому что у неё был друг – Андерс, который не мог предвидеть всех последствий своего поступка. Потому что Мередит и Орсино противостояли друг другу, науськивая храмовников и магов. Потому что, да, она – Мариан Хоук, «Защитник» Киркволла. - Дай угадаю: «Но политика сама лезет к нему» - да? - В каком-то смысле, - нехотя ответил Йорвет, дернув плечом. – Но он сейчас, пожалуй, единственный, кто может мне помочь. Чисто по-женски Хоук хотелось спросить, в чем конкретно: если она правильно поняла своего нового спутника, то этот Геральт боролся с чудищами, а их конкретно рядом не было, да и сам эльф выглядел так, будто мог и сам прекрасно справиться хоть с сотней Порождений Тьмы. «Впрочем, это не мое дело,» - одернула себя Мариан: хоть её основным увлечением и было «засунуть свой длинный нос в чужое дело», но одно дело – отыскать человека, а совсем другое – разгребать проблемы и так не слишком дружелюбного остроухого. Пусть уж лучше этим занимается «ведьмак». - Итак, тогда вопрос номер один: где нам искать Геральта из Ривии и прочая-прочая? Йорвет пожал плечами: - Где угодно. Он же ведьмак. … только сейчас Хоук поняла, что она может провалиться к демонам в другой мир, потерять титул «Защитника», перестать быть самой разыскиваемой личностью во всем Тедасе, но меньше проблем в жизни у неё не будет. - Прелестно. Просто прелестно, - пробормотала Мариан, чувствуя, что всего её чувства юмора уже начинает не хватать, чтобы по-философски относиться к ситуации. - Но одно можно сказать точно, - неожиданно добавил эльф, заставляя волшебницу встрепенуться: может, не всё потеряно? - И что же? Йорвет погано ухмыльнулся: - Геральт там, где больше всего чудищ. «Ничто меня уму-разуму не учит, вот совсем ничто…» - а ведь она с самого начала догадывалась, что от этого типа у неё будут одни только неприятности. *** Увы, но чудищ вокруг водилось и без того слишком много, чтобы ориентироваться по ним в поисках ведьмака. Начать поиски решили со слухов, которые о Геральте должны ходить: что поделать? О таком человеке не могут не говорить. Единственная загвоздка заключалась в том, что для этого нужно выбраться из медвежьего угла, которого и нет на большей части карт, и подобраться к более-менее крупному городу, где гораздо проще следить за новостями о ведьмаке. - Чудесная идея, ты бы ещё предложила ткнуть меня лицом в рожу одного из стражников – и проблемы с крышей над головой сами собой решатся, - ворчал Йорвет, но, судя по тому, что он не думал останавливаться и продолжал идти, сам понимал, что это единственный доступный им вариант. – Надеюсь, твой костер будет по соседству с моей виселицей. - У тебя есть предложение лучше? - Foile beanna, у тебя есть хотя бы план? Не знаю из какого тридевятого царства тебя принесло, но листовки с моим лицом висели почти на каждом столбе. - «Висели»? – Мариан ухватилась за это слово, и эльф тяжело вздохнул в ответ: - Большинство считает, что я мертв. И я не хочу его разубеждать. - Мудрое решение, - кивнула Хоук. – Но, как ты уже спрашивал, у меня есть хотя бы план. И магия. - Не люблю магов, - пробурчал мужчина, а у волшебницы невольно дернулась бровь, и Мариан выпалила прежде, чем успела подумать: - Скажи, у тебя случайно нет потерявшегося брата по имени Фенрис? На неё бросили полный презрения взгляд – и промолчали. Догадайся, мол, сама. И не задавай глупых вопросов. Тоже, кстати, характерная черта одного бывшего тевинтерского раба. Но в отличие от Фенриса, Йорвет не собирался дуться как мышь на крупу. - Так что с планом? – и Мариан это даже нравилось: не приходилось убеждать собеседника в том, что эта свистопляска нужна не ей, а ему. Правда, не факт, что идея Хоук придется этому эльфу по душе. - Тебе он не понравится, - ухмыльнулась женщина. - Мне придется изображать пленного? – язвительно поинтересовался Йорвет, но Мариан покачала головой. - Хуже – будем играть в брата и сестру. - Foile beanna… - елейным тоном. – Ты не обратила внимания на такой маленький нюанс, как уши, которые у тебя – округлые, а у меня – острые и длинные? Нет? - Ты просто недооцениваешь мой творческий гений! – фыркнула женщина. – Не хочешь участвовать, так и скажи. Поброжу по городу одна, послушаю и посмотрю, что да как, а потом – мухой к тебе докладывать. - Мухой? - Не в прямом смысле, - закатила глаза Мариан. – Я, конечно, маг, но мне некогда было изучать подобные трансформации. Хотя приходилось сталкиваться с ведьмой, которая могла превращаться в дракона. Вот теперь эльф едва не запнулся, и Хоук удивленно выгнула бровь: может, здешние маги не были способны на подобное? Ну, или она опять сказала что-то не так? - Йорвет? - Ничего, - отмахнулся он, и, судя по помрачневшему лицу, лучше не задавать вопросов в духе: «Что это только что было, ловкий сын леса?». – Ты пойдешь на разведку, а я буду ждать тебя в лесу. Пару дней пробудешь в городе, поищешь информацию про Геральта. Попробуешь кому-нибудь сболтнуть, что я жив, пожалеешь, что вообще меня встретила. Ясно? - Можно один вопрос? - Нет. - Всё равно спрошу: ты пробовал обходиться без угроз, мистер само Дружелюбие? Или хотя бы первые несколько часов знакомства? Нет? Почему-то я так и думала… - и угрюмый взгляд Йорвета удержал Хоук от дальнейших размышлений на тему, как следует себя вести, чтобы обзавестись если не друзьями, то хотя бы хорошими знакомыми. – Кстати, куда мы идем? - В Новиград. Название ей ни о чем не говорило, да и для Мариан не было особой разницы между здешними городами: все они были ей одинаково чужими, странными – и потенциально-опасными. В этом мире волшебников не любили ещё больше, чем в её родном мире: Мередит не испытывала особой любви ко всем обладателям магического дара, но и не настаивала на смерти, предпочитая их все-таки усмирять. Не то что это решало все проблемы – скорее порождало новые, - но был хотя бы выбор: смириться или умереть. Здесь ей предлагали только второе. «Вот и попробуй найти способ вернуться обратно,» - её-то за простое заклинание лечения готовы спалить, чего уж говорить про попытки узнать про межмировые перемещения! Вон, эльф, существо, которое по идее должно больше знать про магию, а косился на неё так, словно она замышляла кровавый ритуал с ним в качестве главной жертвы. Но даже такая компания – лучше полного одиночества, в котором Хоук путешествовала два года, пока более-менее выучила язык, а заодно поняла, от кого в этом мире стоит уносить ноги, едва завидев их на горизонте, и если уж для этого нужно найти одного ведьмака… «Не такая уж большая цена,» - думала про себя Мариан, пользуясь тем, что её спутник не сильно интересуется её мнением. Путь до Новиграда обещал быть долгим. - Йорвет! - Что? – эльф выглядел не сильно довольным. - А тут по дороге нет каких-нибудь конюшен, коновязей? - У тебя есть деньги на лошадь? – с сарказмом поинтересовался её напарник. - Нет, - честно призналась Хоук. – Но ведь лошадь можно украсть. Эльф презрительно фыркнул: - Ещё и воровка – прелестно! - Не переживай, до твоей славы мне всё ещё далеко! – не осталась в долгу Мариан, и, может быть, она бы ещё и добавила пару ласковых относительно того, что это не ей срочно понадобился некий Геральт, но им навстречу выступил десяток молодчиков не самого цивилизованного вида. «Кажется, мы это где-то уже проходили…» - мелькнуло у неё в голове. - Ух ты, девка! – выпалил один из них с таким видом, будто перед ним явилось чудо во плоти. Хотя, если эти ребята только и делали, что ждали какого-нибудь заплутавшего путника или телегу, неудивительно, что один вид женщины производил на них… столь волшебный эффект. - Кажется, ты и без моей славы производишь колоссальное впечатление, - бросил через плечо Йорвет, не скрывая усмешки. Взгляды тут же перешли на него, но теперь – куда менее удивленные, а скорее настороженные. В задних рядах пошли шепотки: - Чёй-то рожа энтого чмыря выглядит знакомой. - Дык все нехлюды на одну морду! - Да не, ты глянь! Хахой шрамище! Аж полрожи нет! Судя по тому, как сжимался кулак эльфа, эту «милую» беседу слышала не только одна Мариан. И демон дернул её ляпнуть: - Не обращай внимания, дорогой! Для меня – ты всегда красивый! – и это с самой искренней улыбкой. Результат превзошел все возможные ожидания: вся банда разбойников аж окосела, а кто-то даже охнул, но главный приз – это полнейший шок Йорвета, который, кажется, впервые не мог найтись с достойным ответом. Зато в повисшей тишине послышалось ржание лошадей – и оно прозвучало для Мариан самой чудесной музыкой, она тут же заулыбалась шире прежнего. - Джек-пот! – новый радостный крик женщины заставил бандитов дрогнуть: они впервые видели человека, который был бы рад их появлению. – Йорвет, прикрой меня! И, вскинув посох, призвала Огненную бурю, которое тут же охватило почти все свободное пространство. Эльф хотел отшатнуться – но тут огонь лизнул его ладонь, и до него дошло, что корчиться в пламени будут только их противники. На лице мужчины появился почти волчий оскал, а из-за огня послышался вопль: - Йорвет?! Мать вашу! Он же сдох! - Скотоэли! Правда, всю патетику портил ор насчет «суки-ведьмы, которую нужно сжечь», но Мариан – женщина отходчивая: угробит всех обидчиков, а потом ещё наживется на их добре. И вообще, как на своих благодетелей можно обижаться? Бой закончился гораздо раньше, чем можно было ожидать. Кто не изжарился в колдовском пламени, того добила сталь. Эльф вложил клинки в ножны, а потом сноровисто принялся обшаривать трупы на предмет более-менее целых и ценных вещей. Хоук – тащила всё, она и рваные штаны хотела стащить, но Йорвет посмотрел на неё как на ненормальную. - Что ты делаешь, dh’oine? – и ещё морщился! Какой нежный. - Собираю всё, что можно продать. - Какой идиот купит рваные штаны? - Пф, ты не видел, как я продала короткий обрывок веревки! – и ещё кучу мусора, и талант выменивать на деньги всё, что можно и нельзя продать, не раз помогал Мариан и здесь. – А тут целые рваные штаны! Йорвет даже не нахмурился, но его взгляд выражал всё, что он думал об умственных способностях одной магички: - Положи. Этот. Bloede. ilmi. Обратно, - отчеканил он – и впервые прижимистость Хоук, готовая таскать на себе горы всякой дряни, решила убавить свои аппетиты. Бросив штаны сверху тела, Мариан демонстративно отряхнула руки, а потом направилась в сторону ржавших лошадей: их ещё нужно найти и привести сюда, а пока пусть её напарник остынет. «И вообще, чего он так взъелся?» - но душа Йорвета была для Хоук не просто потемками, а глухим лесом с буреломом и кучей самых разных тварей, некоторые из которых были размером с Высшую Драконицу. И огрызались соответственно. *** - Я за нашим транспортом, - отрапортовала ведьма перед тем, как нырнуть в кусты. Эльф не стал её удерживать: ему нужно было привести мысли в порядок, которые вновь пришли в сумбур из-за aep bloede mannas. То ли она хорошо притворялась, то ли была той, за кого себя выдавала. Во второе он не верил, оставалось первое, и Йорвет ждал момента, когда dh’oine выдаст себя. Пока что получалось плохо. У лидера скоя’таэлей создавалось такое впечатление, что эта foile beanna ничего не боялась, и иной раз Йорвету хотелось если не ткнуть её лицом в муравейник, то хотя бы достаточно близко подержать. Чтобы с лица aep bloede dh’oine сошло это безмятежное выражение, будто она не в компании aep Aen Seidhe разгуливает, а с задушевным другом. Но Йорвет, как бы сильно ни ненавидел a`dh’oine, знал, что сейчас эта foile – его единственная возможность найти a`Gwynbleidd. Да и не стоило забывать, что эта beanna хоть и казалась на редкость сумасшедшей, но была крайне могущественной ведьмой: эльф повидал многих магичек, но мало кто из них мог контролировать пламя настолько, чтобы оно жгло только врага. Оглядевшись, мужчина едва сдержал ругательство: A d’yeabl aep arse! А`dh’oine были сожжены до черноты, но стволы деревьев, листва на кустах и трава – едва-едва задеты. Это наводило на мысли. На очень неприятные мысли. «Если бы она захотела меня убить, у неё бы это получилось,» - меньше всего лидеру скоя’таэлей нравилось ощущение беспомощности и зависимости от чужого каприза. Например, сильной магички. В памяти сразу всплывала Филиппа, которая с помощью своей дрянной магии контролировала Саскию – и пыталась вместе с другими чародейками отхватить кус власти да жирнее. Если бы король Радовид не приказал бы выколоть ведьме глаза, то Йорвет сам бы с удовольствием это сделал. И оставил бы их себе в качестве сувенира. За всё хорошее. Но мужчина уж соскользнул с этой мысли на соседнюю, которая лежала рядом. И опасно близко. Саския. Женщина, которую он, вопреки всякой логике, любил. Женщина, для которой он, что бы ни сделал, всегда будет разбойником и убийцей. Будто это не для неё он пролил кровь. Будто она сама была лучше его. Будто она не понимала, какую цену нужно порой заплатить за мир. И Йорвет платил. И приплачивал свыше: смертью родных, других скоя’таэлей, безропотно глотал оскорбления в духе «мясника» и «душегуба», зная, что только он может помочь деве из Аэдирна спасти Верген. Эльф ни на что не рассчитывал: Саския – птица высокого полета, пускай и притворялась простой крестьянкой. Но дракона в мешке не утаишь, и все, кто был с ней знаком, чувствовали, что в этой девушке было что-то особенное. Настолько особенное, что за неё люди и нелюди были готовы отдать жизнь. Йорвет был только одним из обожателей. Просто мало кому могло прийти в голову, что гроза aep dh’oine, изуродованный изнутри не хуже, чем снаружи, может безотчетно влюбиться. Тем более в ту, кого все остальные считали человеком. Тем не менее, лидер скоя’таэлей не ожидал, что удар придет именно с её стороны. Сначала его едва не выдали как политического преступника, а потом Саския сказала ему прямо в лицо, что не нуждается в помощи грязных убийц, которыми по ночам пугают маленьких детей. «Вот только чьими руками выигрываются войны?» - и о ком молчат песни глупых громкоголосых бардов? Какую зловонную яму они все дружно обходят стороной, боясь вляпаться по уши в дерьмо? - Хвала Андрасте! – послышался звонкий голос из-за зарослей, и Йорвет не вздрогнул только усилием воли. – У этих идиотов хватило ума лошадей привязать, и они не сбежали в закат, сверкая копытами! Их там несколько! - Какая разница, - проворчал эльф, раздраженный появлением этой особы. – Нам нужны только две. - Йорвет, не притворяйся дураком, тебе не идет, - отозвалась beanna, вновь вызывая у мужчины иррациональное желание свернуть ей шею из-за этого aep caelme aig, с которого за ним внимательно наблюдали два пронзительно синих глаза. – Знаешь, сколько стоит одна такая кляча? Этих денег хватит на какое-то время поисков Геральта и не придется искать какую-нибудь халтуру, чтобы раздобыть денег. - Воистину волшебное слово для dh’oine, - выплюнул Йорвет, но магичка не разозлилась, а усмехнулась. - Это воистину волшебный ресурс, который решает большую часть проблем, - на последнем слове она, тем не менее, поморщилась и добавила. – Правда, оставшаяся часть компенсирует количество качеством. Эльф уже давно овладел искусством держать равнодушную маску вместо лица, и только поэтому не выдал мелькнувшего в душе любопытства: «Звучит как что-то личное…» - но женщина уже встряхнулась и сменила тему разговора, вновь возвращаясь к aef eohen, которых она привела с собой. Но от лидера скоя’таэлей не укрылось, что волшебница старалась отвести внимание от этой темы. Словно те слова вырвались из неё против воли. И, как хищник чует запах крови, Йорвет почувствовал слабое место – и если он хочет иметь преимущество перед этой dh’oine, ему стоит раскопать, о каких «качественных» проблемах упомянула эта женщина. Пока что одно эльф знал точно – это не было связано с деньгами, а значит в ход шли личные мотивы, и пока мужчина делал ставку, что его невольная спутница, как и всякая чародейка, полезла в политику, где и обожгла себе хвост во время подковерных интриг. «Осталось узнать, каких именно – и тогда можно будет не беспокоиться за свой тыл,» - кивнул своим мыслям Йорвет, а потом встал на ноги и подхватил у магички узду одной из лошадей. Несмотря на кучу раздражающих факторов, одна приятная деталь всё же была: до Новиграда не придется добираться на своих двоих.