Багряная ведьма

Хоук: Слушай, почему, когда ты рассказываешь про наше бегство из Лотеринга, я там выгляжу круглой дурой? Варрик: Хоук, ты же не влезаешь ни в какие рамки! Надо было добавить тебе пару недостатков, просто чтобы на человека была похожа. Хоук: Не влезаю? Хочешь сказать, я жирная? Варрик: Точно. Именно так я и рассказываю. "Хоук обрушилась на врага, как огромная запеканка в мясной подливке". Так оно эффектнее звучит. Хоук: А почему в мясной-то? По-моему, лучше в шоколадной. Варрик: Всем не угодишь.

За что Хоук любила истории Варрика, так это за то, что в них герои по мановению пера автора могли за пару дней достичь нужного места, точно Флемет в облике дракона лично таскала Защитницу Киркволла на закорках. И жаль, что такого не было в реальной жизни. Лошади облегчили им с Йорветом путь до Новиграда, но, несмотря на то, что животные освободили их от необходимости идти на своих двоих, милые и ласковые кобылки не могли спасти ситуацию, когда дело доходило до общения. Пикировки у них с эльфом получались грандиозные и длительные, но к концу третьего дня Мариан уже надоело их негласное соревнование «Кто кого перещеголяет в едкостях», женщина больше предпочитала именно шутить, а не язвить. Да и сам мужчина – тоже устал от необходимости поддерживать репутацию «страшного скоя’таэля», поэтому, по негласному перемирию, они оба молчали, чтобы не спровоцировать другого. Погода стремительно портилась: чем ближе был, по словам Йорвета, Новиград, тем темнее становилось небо. Ещё через неделю начал мелко моросить дождь, который то усиливался, то сходил почти на нет. Пару раз нападали монстры, в основном «гули», как их назвал спутник Хоук, хотя на её взгляд они походили на поднятых магией крови мертвецов (и изрядно этим искалеченных). И, как и положено нежити, они хорошо горели. Мариан бы радоваться, что их путь шел так гладко, но обычно такое легкое начало заканчивалось чем-то похожим на взрыв Церкви. И разборками между храмовниками и магами. - А что представляет собой Новиград? – и, когда они были уже почти у цели, до Хоук дошло, что она не спросила о самом главном. Из-за этой нервозной обстановки у неё уже последние мозги начинает отшибать! А ведь она не в Тедасе, где можно уповать на друзей, которые прикроют спину. Эльф бросил на неё недоуменный взгляд. - Хочешь сказать, ты ничего не слышала о нем? - Ну, я же как бы иностранка, если ты не забыл. - Которая уже два года здесь болтается. «А хорошая у него память…» - и это нужно взять на заметку. Вряд ли ему нравится, когда его водят за нос (или когда сам мужчина считает, что это с ним проделывают). - И старается держаться в стороне от широкого тракта, - напомнила-таки ему Хоук. – Народонаселение у вас, мягко говоря, недружелюбное. Край рта Йорвета дернулся, а сам эльф бросил на спутницу выразительный по язвительности взгляд. - Может, это ты слишком веселая? - Если бы не мое чувство юмора, я бы давно сошла с ума. - Ты уверена? – с ехидцей поинтересовалась наглая остроухая морда, но Мариан решила за благо промолчать. Йорвет, впрочем, не стал дожидаться её реакции. – О Новиграде я знаю немногим больше твоего. Человеческий город, построенный на руинах Aen Seidhe. Вольный город. И сейчас там промышляют Охотники на ведьм. Большего рассказать не смогу, я там, ха, нежеланный гость. - Мне не нравятся твои слова «Охотники на ведьм». Очень сильно не нравятся. - И правильно, что не нравятся. Пока будешь в городе, старайся сильно не высовывать нос и не колдуй. Только если сильно прижмет и это будет вопрос жизни и смерти. Охотники используют двимерит, который препятствует колдовству, поэтому… - Постарайся не попасть им в руки? - Не наделать шума, но и попасться – тоже. Пока ты мне полезна в живом виде, а не мертвом. Мариан закатила глаза. - Йорвет, можно я у тебя спрошу… - «Не могу ли я начать разговор с обсуждения погоды?» - передразнил её эльф, а волшебница сделала себе мысленную пометку следить за тем, что говорит, а то её спутник, такое чувство, записывает всё, что она произносит. - Вообще-то, я хотела поинтересоваться, почему я, женщина, имею куда лучшее представление о том, как понравиться девушке, чем видный мужчина вроде тебя? Йорвет поперхнулся и уставился на неё как на привидение. - Foile beanna, у тебя проблемы со зрением? Поэтому ты не заметила это? – эльф ткнул себя пальцем в правую сторону лица, скрытую за платком. – Тебе не приходило в голову, что я ношу это не для красоты? - Шрам как шрам, - пожала плечами Хоук, и мужчина, скрипнув зубами, приподнял платок. «Если бы не Глубинные Тропы с Порождениями Тьмы, монстр, в которого превратился Орсино, и ещё куча чего по мелочи, то это могло бы меня испугать,» - подумала Мариан, разглядывая пустующую глазницу, которая багровела на лице вместе с огромным шрамом, который покрывал почти половину лица. - Милый, не комплексуй! – улыбнулась Мариан. – Для меня – ты самый красивый! - Foile beanna, - рыкнул Йорвет, возвращая платок на место. – Оставь свои шуточки при себе. - Эй, я пытаюсь тебя поддержать! - Сомнительная поддержка… - … от сомнительной дхойнэ? – радостно вставила Хоук, с удовольствием наблюдая за поморщившимся лицом эльфа. - Что за ужасный акцент, - сквозь зубы ответил Йорвет. – Как хорошо, что тебе не придется общаться с эльфами, которые знают Старшую Речь. - Ну, тогда бы ты устроил мне быстрый курс по усвоению? - Я бы просто тебя прибил, чтобы ты не коверкала мой язык. И почему-то женщина не сомневалась, что в этот раз мужчина не шутил. - А ты строгий учитель! – не удержалась от смешка Мариан, и Йорвет вновь воздел глаза к небу. - G`ersann emer… - и больше не реагировал на вопросы Хоук, которая была уверена, что эльф опять сказал что-то обидное. Знать бы ещё, что именно. Но вскоре они подъехали к большому тракту, и тут мужчина остановил свою лошадь, а потом махнул рукой, указывая направление. - Дальше поедешь одна. Я буду ждать тебя здесь через три дня, не появишься – буду считать, что тебя схватили. - И пойдешь меня спасать? - Уйду на другое место. - Эх, не даешь девушке помечтать о прекрасном принце, который готов прийти к ней на помощь! – с притворной грустью произнесла Мариан, качая головой. - Я не принц, - кажется, у Йорвета начинал дергаться глаз. - Зато теперь ты не отрицаешь, что прекрасен! – победно произнесла Хоук, моментально пришпоривая кобылу. Лошадь тут же сорвалась в галоп, и женщина успела только бросить через плечо. – До встречи! И устремилась в сторону Новиграда. *** Попасть в сам город было довольно просто – и не нужно было потом год батрачить на Миирана и его шайку наемников, чтобы «отблагодарить» за помощь, - всего-то пошлина за въезд и лошадь. Первое – ерунда, а вот второе… «Личный транспорт в этих краях слишком дорогое удовольствие,» - думала Хоук, расставаясь с оренами (которые ещё нужно поменять на новиградские кроны). Успокаивало её только то, что две лошади шли на продажу, а значит, есть шанс окупить потерянные сейчас деньги. Да и нужно же на что-то в Новиграде ещё три дня жить. Так как интуиция подсказывала Мариан, что найти этого Геральта из Ривии так просто, с наскока, в первый же день она не сможет. Разве что он сам выйдет из-за поворота и столкнется с ней. А бывшая Защитница Киркволла не была настолько везучей, чтобы её проблемы решались так легко. «Но это и не мне нужен конкретный ведьмак,» - так что, может, ещё не все потеряно? От лошадей получилось избавиться достаточно быстро, хотя и за меньшую цену, чем можно было. Будь у Мариан желание, она бы поторговалась, но рядом то и дело шныряли люди с не самыми дружелюбными рожами, которые иной раз тыкали в некоторых женщин пальцем – и их уводили под вопли этих несчастных. «Кажется, это и есть те самые Охотники на ведьм…» - и удивительно, но ни одна из их жертв не пыталась даже отбиться: как только на руках защелкивались кандалы, женщины просто начинали рыдать и стенать, что они не колдуньи. И, на взгляд Хоук, среди пойманных не было ни одной магички: иначе бы ведьма расплавила эти желязки одним усилием воли. Ну, или заставила пару звеньев цепочки разойтись, чтобы руки свободно двигались. «Как они вообще определяют волшебниц?» - пока у Мариан создавалось впечатление, что под подозрение попадались более-менее смазливые девицы (и женщина очередной раз порадовалась, что от природы похожа на своего прохиндея-отца). Но и лишний раз привлекать к себе внимание не стоило: пока люди почему-то не обращали внимания на посох за спиной Хоук (чем женщина беззастенчиво пользовалась), она сгребла вырученные кроны в кошель и отправилась к ближайшей таверне. «Если хочешь что-то узнать, ищи выпивку, азартные игры и шлюх,» -хмыкала Мариан, вспоминая советы Варрика, который в «Висельнике» умудрялся собирать информацию чуть ли не со всего Тедаса. Здешние таверны, несмотря на претенциозность города, не сильно опередили самое ходовое место Киркволла: те же темные стены, яркие всполохи факелов и очага, запах браги и пота, да и грязь под сапогами чавкала точно также. «Почти как дома!» - усмехнулась себе под нос женщина, подойдя к хозяину здешнего безобразия: она сняла комнату на три дня и заплатила вперед (а то, кто знает, как повернется Судьба к своей главной «любимице»: вдруг, придется бежать из города, прикрывая голову от летящих снарядов?). Комнату взяла не самую шикарную, но и не самую плохую. Для вида Хоук бросила там свою куртку (предварительно вытащив из карманов и подкладки всё важное и нужное), а потом спустилась обратно в общий зал. Заказав какое-то вино и мясо, женщина принялась наблюдать за другими посетителями. «Если хочешь, чтобы тебе всё выложили как на блюдечке, ты должна показать этому человеку, что ты – такая же, как он!» - забавно, что это говорил гном. Впрочем, Варрик и тут был прав – если ты перед собеседником «как на ладони», то он тебя не опасается. Потому что знает, чего ожидать. Первое, на что Мариан в итоге обратила внимание, так это то, что люди здесь в основном играли в карты и кости, и в груди волшебницы кольнуло от тоски по партии «Порочной добродетели» в кругу друзей. Как же ей сейчас не хватало даже простой их поддержки, когда можно было прийти к Варрику, чтобы поболтать о всякой ерунде, например, обсудить ту книгу, которую гном взялся написать о своей подруге («Дыхание Создателя, Варрик! Какой ещё роман?! Ты о чем? Разве я похожу на героиню какой-нибудь твоей истории?!» - «Ха-ха, даже больше, чем ты думаешь, Хоук!» - и ведь как в воду глядел, летописец демонов…). Или прийти к Изабеле, чтобы пожаловаться на Фенриса, который сбежал после первой же совместной ночи со словами: «Мне нужно разобраться в себе!» - ох, как же они тогда напились!.. «А вот про этого борца за свободу от магов и работорговцев вспоминать не стоит, совсем не стоит,» - прошло два года, а у Мариан до сих пор не отлегло. Эх, правильно говорил Карвер: «С этим остроухим каши не сваришь» - и жаль, что Хоук не может сказать об этом брату лично. Помотав головой, чтобы отогнать грустные мысли, женщина вновь сосредоточилась на происходящем. Итак, первое – карты, но карты не такие, к каким привыкла Хоук, да и правила там, судя по всему, были какими-то особенными. Но, если понаблюдать за игроками пару дней, волшебница разберется, как играть в этот загадочный «гвинт». Вторым номером шла игра в кости, и вот тут уже было легче: комбинации повторялись, да и самими кубиками в случае чего было куда удобнее манипулировать, чем теми же картами. Сама Мариан никогда не злоупотребляла своими способностями на подобном поле – это было слишком мелочно и скучно, - но сейчас она играла не для интереса, а ради дела. Поэтому, быстро доев, женщина плавно переплыла ближе к игрокам. - Не примите нового игрока? – поинтересовалась она у них с самой дружелюбной улыбкой. На неё покосились и даже поморщились, пробормотав что-то про баб, которые из-за какой-то Саскии «не в свое дело лезут». Хоук решила пропустить это мимо ушей – и просто села за стол, всем видом показывая, начиная с широкого оскала и заканчивая опершимися о столешницу локтями, что скорее сами мужики отсюда сбегут, чем она – уйдет. И в запасе у неё был другой «козырь»: - Так боитесь, что вас обыграет женщина? – и вскинула брови, словно сама не веря в сказанное (на самом деле – прекрасно знала, чем и пользовалась, чтобы спровоцировать). В ответ – скрипнули зубами, а перед ней положили несколько игральных костей. - Ну, попробуй, - процедили ей. – Только потом не жалуйся, если уйдешь отсюда раздетой. Рядом загоготали его приятели, явно предвкушая «зрелище». «Пф, вы Андерса в исподнем не видели, которого Изабела на спор раздевала!» - бедный отступник не успел даже клювом щелкнуть, как пиратка обыграла его. До Клоаки Андерс добирался, кутаясь в одолженный Себастьяном плащ. Сама Хоук откинулась на спинку стула, продолжая улыбаться: - Ха, мне-то стесняться нечего, - и мужики, сидевшие за столом, с интересом покосились на её доспех, явно прикидывая, что там. – А вот насчет вас – не знаю! - Ставка – десять крон! – тут же рявкнул её противник. «Есть, попалась рыбка,» - Мариан ухмыльнулась, доставая из кошелька деньги. - Повышаю до пятнадцати, - её действия встретили одобрительным свистом. И игра началась. *** Первые несколько раундов Хоук выиграла – ей нужно было раззадорить местных, заинтересовать в «темной лошадке» в лице одной вздорной женщины (и это она о себе), - потом, когда игроки уже не пытались её выгнать из-за стола, Мариан начала иногда проигрывать. Иногда небольшие суммы, иногда – крупные. Игра пошла активнее, и теперь ей нужно было дождаться подходящего момента, чтобы выйти без потерь, но при этом создать у противника и его товарищей ощущение победы. И, после того, как женщина выиграла почти все сбережения противника – судя по скисшей физиономии, - она «внезапно» проиграла, почти всё. - Эх, черт, вот невезуха… - подперла голову кулаком Мариан, возвращая оппоненту почти весь свой выигрыш, за исключением пятнадцати крон, которые она поставила в самом начале. Внутренняя жаба, конечно, жаловалась, мол, деньги на дороге не валяются, но, как говорил ещё Малкольм Хоук, что легко приходит, то легко уходит. – Всё, я пасс, а то и до портков проиграюсь. Остальные заржали, но из-за стола её уже не погнали. Теперь все сидели и обмывали крупный выигрыш друга, ну, а заодно не забывали про «даму», которую называли своей в доску бабой. - Эх, не была бы ты такой своевольной, я бы тебя замуж позвал, - протянул один из них, размахивая руками. – И пьешь как мужик, и играешь, и при этом жинка – это ж… во как хорошо! А готовить умеешь? - Умею, - усмехнулась Мариан, чокаясь кружкой с кем-то из собутыльников этого умника. – Но предпочитаю мужчин с темной историей и неясным будущим. С огоньком. - Эх, а ведь счастье было так близко! – приторно вздохнул он, но его тут же подняли на смех товарищи, напомнившие ему, что у того вот уже лет десять есть и «жинка», и малая ребятня. – А все-таки ты странная. И говор у тебя необычный. Ты откуда? - Ой, - махнула рукой Хоук. – Из далекого далека. Ферелдена. Слышали о таком? - Не, - покачал головой незадачливый «жених». – Видимо, очень далеко. А какая нелегкая тебя занесла сюда? - Да вот, на мир захотелось посмотреть, - пожала плечами женщина, отпивая вина. Неплохое, к слову. Лучше той браги, что подавали в «Висельнике». – На людей посмотреть, себя показать. Что вообще в мире слышно? А то я уже столько времени в пути, что теряюсь в днях недели и числах месяца. - О!.. – протянули за столом – и Хоук узнала последние слухи Новиграда, начиная с того, кто кому и как вставил, кто кому за это съездил по черепушке, поворчали про чудовищ, разбойников. Ну, а заодно поплевались на тему ведьмаков. И Мариан тут же навострила уши. - А что не так с ними? - Всё не так! – отозвались за столом. - Бестии эти ведьмаки! И вообще, поганое племя! Выродки они, вот кто! - И души у них нет! И зенки у них звериные! - Ага, и пальцем не пошевелят, ежели им за работу не заплатят! А то, что нас пережрут всякие трупоеды, - так чхали они на нас! - И хуй сверху клали! - И вообще… - тут голос одного из мужчин понизился. – Вы слыхали, чё народ говорит? Все оглянулись на него, даже те, кто играл в кости, отвлеклись и с недоумением посмотрели на него. Мужик, ободренный таким вниманием, продолжил мысль: - В городе какая-то шушера завелась: по ночам ходит и добрый народ режет, а знаете, отчего? Да потому что ведьмак пожаловал! У них же как: ежели работы нету, то они сами какое-нибудь лихо приманят! Хоук пораженно открывала рот, качала головой и даже охала, хотя её опыт ей подсказывал, что чудищам и помогать иной раз не нужно: сами справятся с тем, чтобы завестись. Вон, сколько раз она драконов выкорчевывала из окрестностей Киркволла, и что с того? Высшая драконица все равно умудрилась откуда-то выползти. Ну, а простому человеку не до таких «философий», и если уж что-то пошло не так, то обязательно нужно найти козла отпущения, даже если он и был единственной защитой от монстра. «Да этим парням все страны и народы задолжали памятник, желательно, из золота,» - к слову, даже для Мариан на исторической родине не поскупились на один, пускай и из камня, а не благородного металла. Но кое-что важное она все-таки из этого монолога выловила: в Новиграде появился кто-то из этих истребителей чудищ, а значит, есть шанс через него выйти и на самого Геральта. В конце концов, кто лучше самих ведьмаков знает, как послать весточку своему собрату? Расспрашивать подробнее о «поханном выродке» женщина не стала, а то ещё заметят её нездоровый интерес, а там придется изворачиваться и делать вид, что нет и не так, и вообще… - словом, вертеться, точно уж на сковородке. Поблагодарив ребят за компанию, Мариан плавно перетекла в другой конец зала, где народ развлекался картами и борьбой на руках. В здешних картах волшебница пока ничего не понимала, а вот во втором – ещё как. Тем более что зрелище намечалось отменное. За стол уселись двое, скажем прямо, колоритных персонажей. Один – рослый детина, у которого одна рука была с ногу Хоук (а бедра у неё были неплохие), зато лысый как коленка, весь увитый татуировками, да и вообще, если бы Мариан в свое время не дралась с Аришоком (в котором было два с половиной метра росту, к которым прилагались соразмерные такой фигуре мышцы), то она бы не захотела встречаться с этим типом в темном переулке. На фоне этакого шкафа его противник несколько терялся: хоть он и был высоким, но ниже этого детины, шрамы на лице и вызывали у Хоук должное уважение. Возраст мужчины было сложно определить: вроде бы и не слишком старый, но уже седой как лунь, хотя, надо отметить, что выражение лица у него было жестким, а взгляд – цепким. Когда Мариан подошла к столу, то седой чему-то нахмурился, но это относилось к противнику, который щерил щербатые зубы и обещал пробить «стариком» стол. Сам «старец» молчал, но, как показалось Хоук, с достоинством бывалого воина, который уже не первый раз слышал подобные обещания. Местные аборигены подбадривали «детину» и кричали, чтобы он показал «дедку» его место, кто-то даже предлагал делать ставки. Явно не в пользу чужака. Мариан бы, по-хорошему, сидеть тихо и не высовываться… но она была слишком Хоук. - Двести крон на седого! – рявкнула она, вскинув руку. На неё тут же уставились как на ненормальную, и волшебница обезоруживающе улыбнулась. – Что? Женский каприз! Имею право! - Блаженная, у тебя денег столько нету! – поморщился «хозяин» тотализатора. – Ты че, натурой отрабатывать будешь? Ему вторил дружный гогот. «И что это у здешних все намеки уходят в область ниже пояса? У них тут, что, борделя нет?» - и, несмотря на долгие годы в обществе Изабелы, Мариан подобные намеки начинали раздражать. Пиратка могла хотя бы на эту тему весело острить. - Я сказала, двести крон на седого, - и, порывшись в кошельке, выложила перед мужиком названную сумму. У бедолаги глаза на лоб полезли, он только облизал губы, а потом принялся судорожно записывать ставку, сумму и имя женщины. – Мариан Хоук. Теперь за противостоянием этих двоих следили уже не с криками, а затаив дыхание, лишь изредка подбадривая, когда руки мужчин начинали дрожать, и даже сама Мариан, прикусывала губы, видя, как по виску седого скатывается пот. К слову, «старик» хоть и казался мелким рядом со своим соперником, но держался достойно: со стороны могло показаться, что этот человекообразный шкаф переломает мужчине руку, но сколько бы детина ни пыхтел и ни краснел, но рука «деда» удерживала его ладонь точно была стальной, и только по небольшим, едва заметным деталям, Хоук видела, каких усилий это требовало от седого. А потом постепенно, дюйм за дюймом, рука «старика» начала опускать ладонь оппонента всё ниже и ниже, пока с грохотом не впечатала в стол, под вопли зрителей, радостные или раздосадованные – это уже другая сторона вопроса. Сама Мариан хохотала, а потом протянула руку за выигрышем. На неё покосились с таким видом, будто она ограбила его горячо любимую тетушку. - Что? - Ты знала! – ляпнул мужчина. – Ты знала, что он выиграет! - Ты идиот или как? – выгнула бровь Хоук. - Ты – ведьма! - Ага, конечно, и сейчас тебя превращу в лягушку, если ты не отдашь мне мой выигрыш, - ляпнула Мариан, а потом, увидев потяжелевшие взгляды других, мысленно застонала: «Кажется, она опять вляпалась…». – Мужик, ты тупой или притворяешься? Будь я ведьмой, стала бы я заниматься такими глупостями как посиделки в трактире? И вообще, ты видел этого мордоворота? Мне просто парня жалко стало! - Жалко?! Ведьмака? - Кого?! – брови Хоук тут же поползи наверх, и она резко обернулась, но, увы, седой как сквозь землю провалился. – Блин, да откуда мне знать? На нем, что, написано? - У него два меча за спиной! - И чё? Если я прицеплю два меча, то тоже ведьмачкой стану? - Ты дура? У него же глаза волчьи! - Вот делать мне больше нечего, кроме как ему в глаза заглядывать! – Мариан начала раздражаться. – Просто признайся, что тебе неохота мне выигрыш отдавать. - Да что б я ведьме!... – начал было он, но тут кто-то из-за спины Хоук крикнул. - Милош, осядь! Обычная баба! – и Мариан тут же узнала одного из тех, с кем играла в кости. – Только что проиграла почти весь свой выигрыш! Просто повезло ей, а будь она ведьмой, то уж точно не стала бы терять деньги. И вообще, какая из неё магичка? Ты будто их не видел! Все как одна – писаные красавицы. - Ну, спасибо за комплимент, - проворчала Хоук, но её слова заставили угрюмых мужиков расхохотаться. Тут на незадачливого «обвинителя» посыпались смешки в духе «могёшь только с бабой спорить» и «жмешься, потому что тебя девка уделала». В конце концов, деньги мужчине пришлось отдать, но смотрел он на неё так, будто она отнимает у него последнее. Плохой знак. От этих денег лучше быстро избавиться. Чем скорее, тем лучше. И для начала… - Угощаю всех за свой счет! – и выложила больше половины выигрыша перед трактирщиком. – За гостеприимный город и хороших людей! Радостные крики сотрясли стены здания, но своего Мариан добилась: даже обиженный организатор тотализатора перестал хмуриться, а остальные так и вовсе хлопали женщину по плечу и спине (и кто-то попытался ущипнуть её за задницу, но его волшебница шлепнула по пальцам). Вскоре народ уже и забыл про свою «благодетельницу», чем Хоук тут же воспользовалась: в общей суматохе никто не заметил, как женщина скользнула к двери и вышла наружу. Может, она и упустила того ведьмака, но его лицо Мариан хорошо запомнила – да и такого попробуй забыть! – так что волшебница отправилась на улицы Новиграда в поисках седоволосого охотника на чудищ. Правда, прогуляв до позднего вечера по городу, Хоук поняла, что проще искать иголку в стоге сена, чем одного человека – в огромном городе. А если уж ведьмак отправился на какое-нибудь задание по устранению расшалившихся монстров? Тогда Мариан может куковать до поздней ночи. Или мог вовсе отправиться куда-нибудь в другое место. «Ох, не понравится Йорвету, что я упустила такого удобного информатора…» - вздыхала про себя Хоук, сворачивая на какую-то узкую улочку. За день напряженных поисков она устала, голова раскалывалась, да и вообще, хотелось принять горячую ванну, поспать в кровати… … только этим волшебница могла себя оправдать, когда что-то тяжелое обрушилось ей на голову. В сознании тут же потемнело – и Мариан ничком упала в лужу. «Задница Андрасте!» - мелькнуло, а потом Хоук отключилась.