Ленни Хао, или Это Несерьёзно

      Этим утром я был на пробежке. Я уже подыхал от усталости, пробежав восемь километров, а осталось ещё четыре. И тут Зик явился передо мной, украсив себя длинной мантией из красной ткани.       - Устал? - спросил он меня.       Я не знал, что отвечать. Ответишь ему, что устал - вызовет на дуэль, как уже делал. Блин, мои синяки болят до сих пор. Этот парень невероятно силён, и не только в магии. А если скажешь, что бодр и свеж - ещё накинет пару километров.       Всё же я решил сказать правду.       - Да, я устал. Ты прекрасно знаешь, что твои тренировки для меня на пределе.       - Я предлагаю на сегодня закончить.       - В честь чего? - подозрительно спросил я, и скорчил удивлённую мордашку.       - В честь моего отдыха. Мне тоже тяжело тебя контролировать. Вот зачем ты от меня пытаешься сбежать с помощью духа огня?       - Я тренируюсь, - буркнул я, но моя ехидная улыбка выдавала меня не то что с головой, но явно открывала мои истинные замыслы.       - Не важно, - не стал он меня слушать. - Я хочу тебе показать жизнь обычного человека. Сегодня отдохни, у нас завтра будет экскурсия в обыденную жизнь.       - Это как?       - У меня есть обычный рабочий, я дам тебе возможность читать его мысли, и ты увидишь, что чувствуют люди в обычном мире.       - Обычный рабочий?       - Да. Ты студент, и вскоре у тебя начнётся новая жизнь. Поэтому я хочу, чтобы твоя жизнь была счастливой. Ты поймёшь (я надуюсь), как делать нужно, а как точно не стоит. Но для начала - небольшая прелюдия...       Вечером я сидел за столиком отеля Владивостока и пил горячий какао. Это было приятно: на улице всё ещё моросил противный дождь, от которого здесь тошнит даже кошек и собак (здесь автор отыгрывает английскую идиому "It rain cats and dogs"), а у самих жителей появляется оскомина; также я читал газету с фигуральным названием "Российская газета", ибо я всё же в России живу. О том, как я встретил русскоговорящего Зика в Японии я расскажу как-нибудь в следующий раз, а пока повествую вам то, что было "одним дождливым вечером" (автор включает стиль "клишированное повествование").       Итак, Зик сидел напротив, с двумя чашками какао, из которых пил по очереди. На мой вопрос: "А нафига?!" - он отвечал, что хочет, чтобы температура в них была одинаковой. Я сразу же отказался от очередного урока физики про теплоёмкость, которая у воды, как мне было известно очень хорошо, равна четырём тысячам двумстам джоулей, делённых на килограмм градус цельсия, и сразу приступил к интересующей меня части этого вечера.       - Ты говорил о "прелюдии"...       - Да. Итак, наш человек поступил на финансовое обеспечение двадцать лет назад. Тогда ему казалось, что родители нашли ему хороший институт, да ещё и недалеко от дома. В общем, совершил сразу две ошибки. И отучился на "вполне интересной доходной специальности", как он любил говорить, свои законные четыре года. Впрочем, ад начался уже сразу по окончании института.       - Надо сказать, - продолжил Хао, - что институт его устраивать никуда не собирался. Явно не собирался. О чём ему прямо и сказали. Тогда он начал искать работу. И нашёл. Через полгода. За двадцать две тысячи рублей в месяц, ибо жрать ему было уже нечего.       Хао гнусно усмехнулся. Какой же он всё-таки садист!       - И он работал, по одиннадцать часов в день, из-за того, что его не было дома, его бросила девушка, и он остался один. Спустя пять лет он перешёл на новое место работы. Восемь часов в день, пять дней в неделю за сорок две тысячи. Скажешь, неплохо? Но посуди сам: он не получил огромную сумму денег за прошлый период своей жизни, и хотя его доход вырос чуть ли не вдвое, он должен быть уже под восемдесят тысяч! В среднем, доход самого обычного человека в самом худшем случае должен каждые пять лет удваиваться!       Зик говорил очень жарко. Ему явно была близка эта тема.       - А в нормальном, среднестатистическом развитии твой доход - и запомни это хорошенько! - каждый следующий месяц должен становиться на десять процентов больше! На меньшее не соглашайся, я тебя научу, как это делать. А пока продолжаем.       Он отпил из левой чашки с какао.       - Итак, он поступил в институт, как сказали родители, и, как я понял, не туда, ведь он-то хотел быть дизайнером! А потом неудачно устроился на работу. Но и это был не конец. Начался кризис - самое популярное, кстати, слово! - и его уволили. Он менял места работы как перчатки, только чаще, ибо на новые кожаные перчатки денег у него не было. И так продолжалось до тех пор, пока восемь лет назад он не устроился в "Оверс Фирм" - странную молодую компанию финансовых инвестиций. Там он работает и до сих пор, сечас это очень солидная фирма. Но тебе пора спать, друг мой, ты уже своим носом весть стол исклевал!       Я и правда хотел спать, поэтому быстро проглотил остатки какао, и пошёл к себе в номер. Хао я звать не стал, он часто исчезал ночами.       На следующее утро он разбудил меня в 7 часов. Сделал меня невидимым. И попёрлись мы на дом в Василию Васильичу, дабы изучит его распорядок.       Вот он читает газеты. Пьёт кофе. Делает зарисовки в блокноте. Потом берёт ключи от машины и идёт вниз.       На крыше машины мы с Хао и приехали к нему на работу. Всё это время он слушал музыку, грустно покачивая головой в такт аккордам.       Стоило нам войти в офис, как началось... Шум, гам, все толкаются, пихаются (хорошо, что нас не видно, а то там такие слоны в посудной лавке, и наше появление кого-нибудь убило бы, честное слово - они бы друг друга затоптали!), ругаются и орут. Короче говоря, очень "уютная" атмосфера.       Наш работник кое-как протиснулся к своему столу, и вперил усталые глаза в графики. Так он и сидел, не разгибаясь, долгих четыре часа до обеда. Наскоро перекусил - и вновь, к любимым графикам.       Вечером он ехал домой чуть не засыпая. А потом слил всё, что его так достало, своей жене. И работа не та, и финансы уже до трясучки довели, и коллеги злюки... Жена, надо сказать, в накладе не осталась, и ответила ему тем же. Слила свой дневной стресс на несчастного мужа... А мы с Хао оттуда ушли и отправились на крышу.       - Ну как? - начал он после минутного молчания.       - Хреново, вообще-то, - ответил я. - Он сам сделал себя несчастным.       - Да, это верно, он всё сам. А скажи, как думаешь, почему?       - Он сделал неверный выбор.       - На работу не ту пошёл?       - Нет, не в этом дело. Он полсушался рдителей, послушался коллег, вечером слушает жену... Но он не слушает себя, не ищет, что ему нужно. Он живёт для других. В нём нет ни капли его самого.       - Вывод?       - Надо жить для себя?       - Верно.       Ещё минутная пауза.       - Я мог бы рассказать тебе это просто так, но я хотел, чтобы ты сам всё понял. Важно, чтобы ты сам приходил к этим выводам.       - Я понимаю.       - Но у нас на сегодняшнюю ночь есть ещё одно важное дело.       Я с подозрением на него уставился.       - У тебя ещё четыре километра бега! Всё, по лестнице вниз - и марш на тренировку!       И я побежал, а что ещё делать?       Спустя несколько дней я напомнил Зику, что он обещал мне рассказать основы финансовой грамотности. И он рассказал, но это тема для совсем другой главы...