Команда номер один

Москва еще не совсем разобралась – осень или зима. Выпавший утром снег стремительно таял и превращал дорогу в ужасную кашу. «Не испачкать бы кроссовки», - думала блондинка, подъезжая к дворцу спорта. Кроме возможности испортить новую обувь, поводов для плохого настроения и быть не могло. На площадке встречались сегодня ее любимая команда, ставшая местом работы – московский Зенит и одноклубницы из Краснодара, заметно поуспокоившие свои амбиции недостаточностью средств на дорогих игроков. Комментировать сегодня не досталось – перед самым выездом она увидела, что матч стоит в сетке вещания известного спортивного телеканала – а значит приедет кто-то из профессионалов и будет нести обычную для этого дела чушь, путая ударения в фамилиях игроков. Удачно припарковав свой любимый черный внедорожник, она долго копалась в сумке в поисках аккредитации, нацепила ее на шею и выскочила из машины. Вместо утреннего снега на улице полил ужасный, черт возьми, дождь. - Леночка, здравствуй, - она не успела зайти в зал, как к ней подошел седой мужчина. – Знаешь, тебя Макеев искал. Он в конференц-зале, зайди до игры, пожалуйста. Блондинка развернулась на сто восемьдесят градусов и пошла в поисках этого дурацкого конференц-зала, в котором ее ждал не менее дурацкий Макеев. Федерация волейбола давно перестала быть чет-то здравомыслящим и порой вызывала больше недоумения и смеха, нежели понимания. Блять. А ситуация была намного хуже, чем она себе это предполагала. За круглым, мать его, столом сидели два человека. Дурацкий Макеев и она. Провалиться сквозь землю или сбежать, сказав, что перепутала двери было слишком глупо. - Елена Михайловна, мы с Татьяной Александровной уже заждались Вас. Присаживайтесь, у меня к вам обеим серьезный разговор. -Серьезно? Вы предлагаете нам работать в тандеме с основной сборной? – брюнетка охреневала от происходящего и пыталась унять дрожь в руках. - Да, Татьяна Александровна. В сборной проблемы, нужно менять проблему на корню – делать что-то экстраординарное. Поэтому федерация пришла к выводу, что вы вдвоем сборную не испортите. - Но мы же, - попыталась возразить Лена, бросая злой взгляд на собеседницу. - Вы профессионалы своего дела, серебряные призеры Олимпиады, кому, как не вам доверить девочек для подготовки к следующему сезону. Ну, не переживайте, я дам вам неделю на обдумывание. Блондинка встала со стула и с напущенным уважением кивнула. Уже в коридоре ее за локоть схватила брюнетка. - Если ты думаешь, что я соглашусь с тобой работать – ты глубоко ошибаешься. Настроение было просто феерически просрано. Подскочившая девушка с просьбой сняться для клубного телевидения огребла по первое число и больше не приставала к советнику генерального директора женского волейбольного клуба Зенит Москва – Деминой Елене Михайловне. -Здравствуйте, дорогие любители волейбола, и сегодняшний матч с вами буду смотреть я – Татьяна Дроздова. Гребаная встреча в федерации заставила собрать все пробки - Москва никогда не бывает готова к снегопаду, превратившему улицы в непроходимое поле. Снег не останавливался, и дворники работали без устали. Из колонок звучал голос включенной спортивной радиостанции - Марина, волейболистка московского Зенита, коварная женщина, воспользовавшись отменой тренировки, сбежала на радио и спокойно болтала с радиоведущим о чемпионате России и проблемах в сборной. Кстати о сборной. От должности блондинка решила отказаться. Ну, как решила, - другого варианта даже в принципе не рассматривалось. Если бы её пригласили одну - она бы побежала вперёд паровоза и, задыхаясь, отстаивала свою компетентность. Но в тандеме, в тандеме с ней... Блондинка поежилась и прибавила градус кондиционера. Брюнетка давно и прочно засела в мыслях, она уже и не помнит, когда просыпалась без мыслей о ней. В последнее время они были исключительно напускно-негативные. Она пересматривала её интервью, слушала комментарии к матчам и хотела уличить в непрофессионализме. Только это нихрена не работало и голове все равно всплывали чертовы тёплые мысли. Поэтому соглашаться было сродни самоубийству. Медленному мазохизму, горячими плетьми бившему по самолюбию и давно уже изрезанной в клочья душе. Наконец поток двинулся и блондинка свернула направо, паркуясь возле здания федерации. За спиной слышался шум высоких каблуков по мраморному полу федерации. Можно было не оборачиваться - мурашки пробежали по всему телу, узнав обладательницу лёгкой походки и цветочных духов. Отгоняя мысли, блондинка не заметила, что открывая дверь, на её руку легла чужая. - Ой, извини, - на ходу бросила Татьяна и первой зашла в кабинет, бросая сумку на стол. Вот стерва! - Девушки, здравствуйте! Я надеюсь, вы хорошо подумали. Обладатель противного голоса и не менее противной внешности вызывал только одно чувство - хотелось закатить глаза, чтобы не видеть происходящего. Да, блять, подумали. - Владислав Валерьевич, - начала брюнетка, - мы вынуждены отказаться от этого предложения. Да неужели, она поступилась принципами и не борется хотя бы за свое место в сборной? Не похоже. - А я разве вам не сказал? Отказы не принимаются. Противный мужик протянул два контракта. Челюсть потянулась к полу. - Серьёзно? - Вы читайте, Елена Михайловна, читайте и подписывайте. Глаза бегали по тексту и категорически ничего не понимали. В смысле тренировать сборную? В смысле работать с Дроздовой? - Я надеюсь, мы найдём общий язык. Ради сборной. Брюнетка махнула кудрями и ушла, оставляя мягкий шлейф цветочных духов на морозном воздухе крыльца "Так жить нельзя", - думала блондинка, выходя из машины. Так жить, наверное, было можно, но это стоило такого количества сил, что уже подкашивались ноги. Она достала букет, который руководство клуба должно было подарить одной из девочек в клубе - день рождения как- никак - как вдруг сбоку показалась фигура в бордовом пальто. - Добрый вечер, Татьяна Александровна, - закатив глаза, поздоровалась блондинка и зашагала ко входу. - Елена Михайловна. Лен! Подожди! Блондинка повернулась, совершенно не понимая, что ей хочет сказать эта женщина. И плевать, что совсем скоро им предстояло работать вместе. Она не готова! - Здравствуй, Лена. Я сегодня не комментирую, может быть, посмотрим матч вместе? Дроздова мило улыбалась и смотрела на охреневающую блондинку. - Демина, отомри. Нам состав надо выбирать, а сегодня Красноярск приезжает. - А, да, хорошо, давай сядем вместе. - Вот и отлично. Пойду займу нам места. - Брюнетка удалилась, оставив Демину приходить в себя. И вот какого хрена это происходит? Она издевается? Ну, ничего, ещё поиграем. Демина отнесла букет в кабинет директору и спустилась на площадку, ища глазами свою новую коллегу. - Танюша, спасибо, что место заняла, - протискиваясь через людей, блондинка добралась до своего места и поцеловала в щеку Дроздову. Та вспыхнула и вопросительно посмотрела на Демину. - Ну, мы же должны создавать впечатление, что мы подруги, - прошептала блондинка на ухо брюнетке. - Ты же не хочешь, чтобы всякие журналисты писали, что сборную возглавили злейшие враги. Но как же Деминой было тяжело. Смотреть на площадку, но краем глаза замечать тонкие пальцы, крепко сжимающие ручку и скользящие по кремовой поверхности листов ежедневника. Игроки совершенно не отличаются друг от друга - словно зрение за минуту скатилось до минус пяти - мяч вообще вне зоны внимания. Делать вид, что смотришь матч и стараться дышать не так шумно - Деминой действительно тяжело. Сидеть рядом, касаться острым коленом чужого бедра и успокаивать бьющееся в истерике сердце. - Федотова хороша сегодня, - сказала Дроздова, закрывая ежедневник. Взгляд блондинки скользнул на табло - 3.0 в пользу родного Зенита. Черт, как она умудрилась пропустить почти весь матч, пребывая в собственных мыслях?