Йоруичи Харуно - полукровка Сенжу-Узумаки или Я просто хочу спокойной жизни

Глава 5 (Имя) Храм был небольшим и от него веяло чем-то родным. В руках мы с бабушкой несли собранные в её саду вишню и смородину. Хлеб, который вместе испекли накануне, а ещё связанные бабушкой ажурные салфетки. Тропинка к храму была выложена большими плоскими камнями, возле самого храма был маленький пруд с крохотными рыбками и лягушками. Стены храма были увиты растением отдалённо похожим на плющ, а крыша поросла мхом. Со стороны казалось, что деревянный домик укрыли зелёным одеялом, так уютно он смотрелся. Внутри стояла квадратная чёрная каменная глыба, размерами она походила на два гроба поставленных друг на друга. На стенах были развешаны маски от которых несло энергией похожей на реацу Короля квинси, только более нейтральной, но не менее жуткой, буквально пробирающей до дрожи. От каждой маски тянуло вниманием, оно почти не имело эмоциональной окраски, выражая лишь лёгкое недоумение. Кажется, местный бог не ожидал увидеть посетителей в своей обители. Это также подтверждалось яркостью вспыхнувших на алтаре иероглифов, после того как на него были возложены дары, принесенные нами. — Йору...ичи... Ночной... Воин, — тихий шелест прошёлся по храму, теплом окутывая маленькое тельце. От неожиданности чуть не плюхаюсь на колени, но в последний момент что-то приподнимает меня над полом и этого хватает, чтобы прийти в себя. В храме ясно ощущается чужое потустороннее присутствие, но настолько родное, что на глаза набегают слёзы. На плечах чувствую хватку по-женски маленьких, но сильных ладошек, в нос бьёт аромат цитруса и жасмина с примесью теплого молока. Так пахла одна маленькая чёрная кошечка. — Живи... котёнок... никаких... долгов... Из храма бабушка уносит меня на руках, вешу я немного, ноги идти отказались. Дома Ба поит меня молоком с печеньем и укладывает спать. Оказывается, мы пробыли в храме почти до вечера, хотя пришли туда к девяти утра. Но размышлять не получается, сон накатывает мягкими тёплыми волнами утягивая в свои уютные объятия. И я засыпаю под нехитрый мотив какой-то колыбельной и нежные поглаживания по голове. Мне снится что я котёнок и меня вылизывает мама кошка. Она мягко притягивает меня к себе хвостом и я засыпаю, утыкаясь носиком ей в шёрстку. Уснуть во сне... Утром я просыпаюсь замотанный в плед. Думаю со стороны это было похоже на меховой шар. Вылезти из него получается удивительно легко и быстро. Умываюсь и спускаюсь на кухню, краем глаза цепляю время, на часах половина первого. Видимо, вчера я сильно вымотался. На обеденном столе был накрыт праздничный обед. Бабушка порхала по кухне, что-то напевая и пританцовывая. Она светилась улыбкой. — У нас праздник, Ба? Цубаки Харуно круто развернулась и, подхватив стоявшего в шаге меня на руки, закружила по кухне, счастливо смеясь. Затем Ба посадила меня на мой личный стул, у которого можно было поменять высоту ножек. После чего вручила в руки папку для документов, сразу открывая первую страницу. Там, поверх всего лежала небольшая карточка – удостоверение личности.

Йоруичи Харуно

28.03.50г

Пол: мужской

Раса: чакро-пользователь

Статус: несовершеннолетний

Опекуны: Цубаки Харуно [степень родства: III колено]

Там так же была моя фотография, которую мы сделали в день выписки. В самой же папке были различные документы, в основном они все были на моё имя, кроме свидетельства об опекунстве и свидетельств о смерти родителей. Тут же лежало утверждённое заявление на курсы обучения искусству ирьедзюцу. Дата начала курсов была 1 июня. Так выписали нас 18 мая, сегодня 26 мая, значит осталось всего 5 дней. Недоверчиво смотрю на бабушку. — Йору-чан, теперь всё точно будет хорошо, — бабушка присела напротив. — Теперь, имя данное Шинигами-доно будет служить тебе оберегом. Благословение данное им станет твоим амулетом на удачу. — Благословение? - вопрос был слышен в моём голоске. Цубаки-баа-чан кивком указала на зеркало в коридоре. Спрыгнув со стула, я подбежал к нему и с удивлением заметил изменения во внешности. Волосы стали отливать скорее в розовато-малиновый, чем предыдущий нежно-розовый, а зрачки в глазах напоминали кошачьи то расширяясь, то сужаясь до тонкой, словно леска, полоски. На первый взгляд эти изменения не слишком бросались в глаза, если не присматриваться. Но я пять лет, пусть и из подсознания, видела эти лицо и тело в зеркале, так что изменения лично мне видны сразу. — Иди есть, Йору-чан, потом ещё налюбуешься, — проворковала Ба и я решил, что сначала действительно лучше перекусить, а остальное подождёт.