Клянусь своими рогами или Жизнь с драконами

Когда Полина впервые познакомила Киру с Солнышком, она сразу поняла, почему его так зовут. Ласковый, радостный, ластился к рукам как кот и тихонько урчал. От него как-будто исходила позитивная энергия. Но Кира не учла, что Кор существо крайне ревнивое, и вообще всем драконам присущи собственнические замашки. Ну и ещё у кое-кого эго высотой с Эйфелеву башню. Пока Полина и Кира сюсюкались с милейшим Солнышком, который от такого внимания совсем размяк, Кор недовольно сидел на другом конце комнаты и жаловался Игнису. — Нет, ну ты понимаешь! Так тискать дракона, это же просто непозволительная наглость и верх неуважения! Вот скажи, ты бы позволил себя так тискать? — Если меня тискают, то это только потому, что мне так хочется. Солнышко вроде непротив, — флегматично заметил Игнис, лениво наблюдая за затихшими младшими, которые устроились на фортепиано, и явно что-то замышляли. — Миленький он, видите ли! Я тоже миленький! И ещё какой миленький! Ну скажи? — Хре… — Игнис вдруг вспомнил, что он пообещал Полине не учить остальных плохим словам. — Вот и я говорю, что милый! — продолжил Кор, словно не слыша Игниса, который притворился что закашлялся. — Ласковый он, только посмотрите на него. Я тоже ласковый. Очень ласковый! Всегда на ручках у неё сижу, и вообще. И добра ко мне хоть отбавляй! Вэла, который приполз чтобы попросить помочь забраться на его место на полке чтобы поспать, он огрел хвостом по башке, а затем дал подзатыльник крылом, объясняя это тем, что «перебивать старших нельзя». Игнис не стал ему мешать, но когда обиженный Вэл хотел начать возмущаться, он незаметно показал на группку заговорщиков на фортепиано, и полный праведного гнева (ибо он хоть и маленький, но всё же дракон) Вэл пополз к ним. — Знаешь что, я, пожалуй, пойду и выскажу им всё, что думаю! — наконец, завершил свой монолог Кор, намереваясь подлететь к Полине и Кире. — Валяй, — Игнис устроился поудобнее, поджимая крылья под себя. Он флегматично смотрел на то, как группка заговорщиков неожиданно атаковала Кора, как они все на нём повисли и начали щекотать, и пока Кор орал, вырывался и плакал от щекотки, немного морщился от шума и время от времени помахивал затёкшим хвостом. — Ну и гвалт, — зевнул он, покинул своё насиженное место и улетел в другую комнату, в своё гнёздышко — спать. На шум Кира и Поля тут же бросились разнимать драконов, причитая, ругаясь и раздавая щелбаны. — Совсем с ума сошли! Что творите? Дракоши сделали обиженные или виноватые морды, но когда девушки разогнали их по углам, обида сменилась на коварное хихиканье. Еле живой после щекотки Кор просипел: — Просто скажи что я самый миленький…