Fake love

Бум. Фраза Юнги отдалась чем-то тяжким, ударяя под дых. От этого чувства хотелось согнуться пополам и больше никогда не выпрямляться. Чон совершенно не знал, что ему делать. С двух сторон на него смотрели дьяволы. Ангелов не было. Каждый из них соблазнительно созывал Чонгука к себе. Их красные глаза горели ярче с каждой секундой, и в них Чонгук погружался глубже с каждым мгновением. Один томно шептал о его самых откровенных желаниях, которые успели появиться после встречи с этой омегой. Созывал воплотить их в жизнь, даже немного приукрасить. С каждым словом Чонгук искушался еще сильнее. Его собственная фантазия не знала границ, хотя, опыта у альфы было всего ничего. Но Чон хотел скорее это исправить. Именно с этой омегой. Другой демон настойчиво повторял о том, что есть еще одна омега, которую Чонгук хотел не меньше. И Чонгук полностью был согласен с этим чертом. Чонгук был вообще согласен со всем и на все, что касалось этих омег. Нет, Чонгук не сумасшедший. Именно поэтому он доверит выбор себе. Продолжая стоять к омеге спиной, Чонгук продумывал все возможные исходы. С Юнги хотелось познакомиться поближе, сходить на свидание и обнимать. Альфа был полностью убежден, что Юнги черств только снаружи. - Парень, ты сейчас своим молчанием отказываешься от моих услуг, - Мин негодовал, продолжая смотреть прямо на альфу, не смущаясь того, что альфа даже не развернулся, - Так же, мне не очень приятно, что я разговариваю с твоей спиной, - Мин скрестил руки, ожидая ответа. Юнги до последнего пытался держать эту трудноподъемную маску. Игра в профессиональную шлюху докучала. Но Мин пообещал себе, что отсюда он не уйдет без определенной суммы наличными. А Чонгук просто был напуган упрямством Юнги. Но страх пересиливало желание. Желание «уединиться в более интимной обстановке». Оно било в виски, сияя неоновым, и крича «опасно - убьет». Но Чонгук хочет опробовать все сам. - А сколько стоят твои услуги? – Чонгук задал вопрос и обернулся. А зря. Предмет его обожаний смотрит открыто в глаза, не моргая. Облизывается, поднимает голову, оголяя самую заманчивую шею, что Чонгук видел. И улыбается так блядско, так по-проститутски, что Чонгук уверен, что Юнги наметан в плане соблазна. А Юнги просто очень хороший актер в своем театре одного зрителя. - Я могу считать это за заказ моих услуг, - Юнги лишь победно дал себе пять. Первый его клиент был неопытен, а, значит, - непридирчив. Ведь, спрашивая цену тела Юнги, он уже самолично разрыл себе яму. А Юнги с удовольствием ее закопает. – Ведь так, сладенький? – омеге нужно лишь доиграть свою роль, а о сексе побеспокоится природа. - Так и есть, я хочу заказать тебя, - ответил Чонгук, и сразу же отвернулся от взгляда этих бездонный глаз, - Очень хочу, но хочешь ли этого ты? – альфа не знал, зачем он спросил это, но время вспять не повернуть, и Юнги эту фразу услышал, судя по ускорившемуся дыханию. Чонгук тут же получил укус в шею. - Что – что, а это касаться тебя не должно, сладенький, - Юнги каждое слово давалось с трудом. Но видеть это минутное помутнение омеги, парню нельзя было. Не в тех они отношениях. – Пойдем уже, я же вижу, как ты хочешь. Юнги видит правильно. Чонгук хочет. Но он не хочет секса, он хочет просто оказать сочувствие. Чонгук не привык делать кому- то больно, без разницы, - морально или силой. Чонгуку правда досадно. Но как ему может быть жаль шлюху? Чонгук кивнул. На большее он был не способен. Юнги победно поцеловал альфу в шею, и взяв того за руку, повел в номер.

***

У Тэхена перед глазами звезды. А в душе крышесносный звездопад. Сердце у Тэхена – камень. А в сердце – Юнги.

***

- Отключи голову, шоу начинается, - томно прошептал Юнги на ухо альфе. Чонгук был бы рад отключиться полностью. Руки Юнги беспрерывно исследовали тело Чона. Сам Чонгук не ожидал такого напора. Он поддавался неловким, и пока робким соприкосновениям. Закатывал глаза, и искал свое самообладание. Юнги любит держать все под контролем. Мин любит контроль. Он почти не подвластен ничему. Но его тело другого мнения. Чонгук хотел большего. Что бы сейчас не говорило его воспитание, он все-таки альфа. Он должен укрощать и подчинять. Он должен хотеть, а омега исполнять. Инстинкты губят все. Хочется грубо, до крика. Хочется до срывающегося голоса. Глубоко. До крови. А пока Чонгук лишь невинный ребенок. Может, уже не невинный. - Что ты сейчас хочешь? - истомленный взгляд, брошенный на Юнги, что так нетактично задал вопрос, ответил сам за себя. Юнги медлительно начал снимать одежду. В этой профессии важно взаимопонимание с клиентом. Нужно уметь читать по глазам. Оставшись в боксерах, Юнги протяженно обвел глазами фигуру Чона. Показательно облизнулся, и припал к рубашке альфы. Расстегивая пуговицы, он начал оголять сантиметр за сантиметром кожи, продолжая покрывать каждый открытый участок кожи поцелуями. А Чонгук просто сгорал. Комнату огласил первый приглушенный стон, когда губы Юнги нашли сосок Чонгука. Альфа запустил пятерню в волосы Мина. Волосы омеги были невероятно пахучие. Как ни странно, пахли они не кофе, как весь омега. Они пахли отчаянием. Вся комната наполнилась запахом кофе. На этот раз – приторного. Он просачивался в легкие Чона, лишь разжигая желание. А Юнги отчетливо ощущал всеми фибрами, как не странно, мелиссу. Невероятный цветок, к которому Тэхен имел особое пристрастие, а, значит, и Юнги. Бум. Это было терпение Чонгука. Оно иссякло. Рык отчаяния и безысходности прошелся эхом по комнате. Кровь бешено течет по венам, сердце резво отбивает свой ритм, а в зажмуренных глазах появились мошки. У Юнги неприятно ныл затылок от соприкосновения с полом, но все это легко было затемнено жгучим поцелуем, отдающим вкусом крови. Инстинкты альфы взяли верх над происходящим.