Индекс Борна

- Неплохо полетали, - лезть в пилотское кресло Лахтан не стал, но в кокпит все же явился. И поговорить, и просто посидеть рядом, если найдется свободное кресло и желание у фалиенки. Кресло нашлось, желание тоже. Айрен уже успела успокоиться – все-таки, Темная сторона требовала ярости, чуть ли не неприличной для ее расы. Так что сейчас она могла полностью согласиться с безопасником. - Да, было весело. - Хоть какое-то оправдание моему присутствию тут, - проворчал безопасник - впрочем, совершенно беззлобно. - А то я уже чувствовать себя начал странно. Не то канарейкой в клетке, не то карманным ворнскром в дамской сумочке. Фалиенка почти беззвучно рассмеялась: - Не, без тебя было бы гораздо хуже. Кстати, возьмешь управление на себя? А я пока наколдую нам по чашке кафа. Она встала, уступая место. - Это почти смешно, но я обожаю водить наземный транспорт, и не люблю корабли. - Должен же у тебя быть хоть один недостаток, - отшутился агент, принимая управление. - Без сахара. - Ну уж – хоть один, - Айрен усмехнулась. Вернулась она довольно скоро с двумя чашками кафа. Напиток пах ароматно, с легкими нотками специй. А разница между чашками была лишь в том, что в одной из них сахар был. И эту чашку фалиенка оставила себе. - Прости, что попросила тебя тогда уйти. Просто – так было лучше. - Раскрывать ваши секреты не входит в мое задание, - безмятежно отозвался безопасник, забирая чашку. - Благодарю, мэм. Пока Айрен ходила за кафом, яхта успела уйти в прыжок. - Я взял курс на Бакрану, ничего? - на всякий случай поинтересовался агент. - То, что надо, - Айрен благодарно улыбнулась, - я же обещала туда вернуться. Хотя была бы она одна – она бы не вернулась. Выбрала какую-нибудь случайную планету и отправилась к ней. Но одна она больше не была. И в любом случае у Бакраны был ряд преимуществ. Например, ее служба безопасности. - Во время этой погони я заметила одну странную вещь, - она обхватила свою чашку двумя руками, грея о нее ладони. - Вы, теплокровные, почти никогда не бываете так спокойны. Ну, кроме тех, кого этому учат с рождения. - Можно считать, что примерно так это и есть, - Лахтан вынырнул из чашки, чтобы проверить показания приборов, и снова утопился. Спустя несколько глотков он все же счел нужным пояснить: - Если считать предоставленный шанс вторым днем рождения, например. У чифа есть милая манера брать в особую команду или в ученики тех, кто наступил ему на хвост. И ставить лицом к лицу с самым большим твоим страхом. Выдержишь - после этого тебя уже мало что способно испугать. Айрен медленно кивнула, вспоминая падение в бездну и ледяное зеркало. И отливающую красным тьму, и шуршащий под ветром песок. - Да, я примерно могу представить что он сделал. - Ну, и мой народ достаточно практичен, чтобы нервничать по пустякам, - улыбка у него была обезоруживающей. - Или вообще нервничать. Действуй правильно, и будешь жить. Если ты можешь что-то сделать - делай, зачем переживать? Не можешь - ничего не поделаешь, и о чем переживать? Пустая трата времени и нервов, займись лучше чем-нибудь, что ты точно можешь сделать. Все сделал правильно, выжил - прекрасно, зачем беспокоиться? Ошибся - умер, и тогда уже точно беспокоиться не о чем, потому что некому. Как-то так. - Это самый кошачий жизненный принцип из всех, что мне встречался, - ящерица окончательно устроилась в кресле с ногами, максимально уютно. - Даже старым джедаям было до него далеко. А еще она думала о том, что фалиенам тоже было далеко. Ящеры обычно лишь изображали спокойствие и хладнокровие. Но под этими масками бушевали такие бури... Она помолчала мгновение, глядя на остатки кафа на дне чашки. - Такого… взрослого, матерого котяры принцип. Который точно знает, что на его территории никого сильнее него нет, и беспокоиться точно не о чем. Пусть беспокоятся все остальные. Еще несколько мгновений молчания. - Можно спросить тебя о твоей работе? - Можно, - разрешил агент. - Кроме тех моментов, которые составляют служебную тайну. - А не знаю. Может и составляют, если что скажешь, - легко согласилась на это ограничение Айрен. - Помнишь, там на «Серинити», ты сразу же почувствовал мое воздействие. А позже, когда Кайлас об этом узнал, он был чуть ли не удивлен тем, что со мной все в порядке. Ты что, правда настолько крут? Лахтан чуть помедлил с ответом. Он не напрягался, Сила была совершенно спокойна, но только что он сидел, глядя в тоннель гипера, а спустя мгновение Айрен обнаружила, что он крепко держит ее за запястье. Движение было настолько быстрым, что очевидно превосходило человеческие возможности - да и возможности некоторых Одаренных тоже. При этом агент продолжал смотреть в звездную карусель за фонарем кокпита, даже не повернув головы. - Примерно так, - пояснил он, тут же разжимая пальцы. Здесь просто должна была быть ответная вспышка злости. Просто обязана. Нормальный Темный просто не мог реагировать иначе. Но злости не было. Только удивление. - Ух ты! Чиф научил или сам? - Он довел до совершенства мои возможности, - спокойно пояснил Лахтан. - Я модификант, у меня ускоренная реакция. Чиф использовал некоторые незадокументированные свойства нейронной сети. Когда человек только учится боевым взаимодействиям, он думает. Сигнал должен родиться в мозгу, дойти до нужной группы мышц... Потом вырабатывается автоматизм. Техники подготовки, которые использует чиф, делают ненужным доведение до автоматизма, потому что это хоть и ускоренное, но все равно прохождение сигнала по нервам в ответ на ситуацию. Те, кого он обучает, не думают, и не тратят время на отклик мозговой реакции. Это... - он пощелкал пальцами, подбирая слова. - Как у насекомых, например. Когда богомол ловит бабочку, он не думает - о, какая большая вкусная бабочка, сейчас я сделаю так... Он просто делает так, и у него есть ужин. Мышцы работают без команды из головы. Я понятно объяснил? - Да, вполне, - медленно ответила ящерица. Ей не потребовалось и секунды, чтобы оценить хотя бы приблизительно боевой потенциал этого человека. А заодно решить, что с Дженаро точно не стоит ссориться. Хотя она в любом случае не собиралась. - Все-таки способность вашего вида изменяться не вызывает ничего, кроме восхищения. - Именно ей мой вид обязан тем, что главенствует в галактике, - согласился с ней безопасник. - Но справедливости ради - я все же исключение, а не правило. Мне просто досталась дефектная нейросеть. А чиф нашел, как превратить недостаток в достоинство. - Если бы это было правилом, я даже не могу представить, какой была бы наша жизнь, - Айрен мягко улыбнулась, - но я все равно буду радоваться, что мы не враги. Она отставила чашку и обхватила руками колено. - Одного не пойму. Это желание Дженаро довести до совершенства все, что попадает ему в руки, или реальная необходимость? Нужна ли такая подготовка для обычных преступников? Какими бы опасными они не были. Потому что… ммм... сейчас странное время. Она щелкнула пальцами, подбирая слова. - Такая подготовка была бы хороша, чтобы поставить на место Одаренного, вне зависимости от его стороны. Но Одаренных сейчас так мало. Обученных. Почти никого. Не обученные есть, я их иногда чую. Но они могут лишь чуть-чуть больше обычного человека. А те, кого учили – чаще всего на вашей же стороне. - Ты знаешь, что чиф - личный вассал Императора? - Лахтан обнаружил, что в чашке что-то еще осталось, и исправил это упущение. - Обученных мало. Но они есть. И не только джедаи и иже с ними. Есть еще те, кто служил Императору, и забыл свое место. Есть виды, представители которых способны доставить проблемы даже обученным Одаренным. Ты недавно как раз такого обезвреживала. И бывают ученики самого чифа... делающие ошибки, которые невозможно исправить. - Пожалуй, ты прав, - Айрен усмехнулась, - и отсутствие в этом времени нескольких тысяч обученных бойцов, обожающих совать нос не в свое дело, ни на что не влияет. Еще кафа принести? Или чего-нибудь еще? - Я даже проголодаться не успел, - отмахнулся агент. - Думаю, можно пока отдыхать. Автоматика присмотрит, чтобы мы не вывалились где-нибудь не там. От этих слов ящерицу буквально передернуло. - Не дай-то Тьма…. Одного полета куда-то не туда ей явно на эту жизнь хватило. Но была еще одна мысль, которая не дала фалиенке просто встать и уйти. - Лахтан, - ее голос звучал непривычно осторожно, - позволишь ли ты мне осмотреть тебя? В Силе. - Если бы ел - точно бы подавился, - после паузы отреагировал шуткой безопасник. - Зачем? В меня ни разу не попали. - Я знаю, - фалиенка мягко улыбнулась, подбирая слова, - я... я хочу увидеть, как работает твоя нервная система. И не только она. Чуть поразмыслив, агент откинулся на спинку пилотского лонжемента, заложив руки за голову и скрестив в щиколотках вытянутые под пульт управления ноги. - Попробуй, - разрешил он. - Вроде бы все спонтанные реакции блокировал. - Спасибо, - Айрен встала со своего кресла и подошла к агенту. Ее рука легла на его голову - мягко, даже нежно. А сама она закрыла глаза и погрузилась в Силу. Фалиенка изучала то, отражалось в ней. Модификации и мутации, искажающие привычный рисунок Силовых линий для человека. Нервная система Лахтана выделялась заметно - она была искусственной. Ею были заменены нервы, природным оставался только мозг. Судя по едва заметным искажениям, искусственная нервная ткань имела какой-то производственный дефект. Других модификаций у Лахтана не наблюдалось. Наблюдалось ощутимое усилие, с которым агент сдерживал собственные рефлексы, оставаясь неподвижным. Он не испытывал агрессии или желания атаковать - само воздействие Силой, даже такое аккуратное, запускало подвешенные на нервную ткань рефлекторные действия. Воздействие не было долгим. Запомнив рисунок, Айрен тут же убрала руку и скользнула в сторону к своему креслу. - Благодарю. Этот рисунок останется в ее памяти. Возможно, он не понадобится никогда, возможно, будет частью одного из ее экспериментов. Но как минимум сейчас она знала об агенте гораздо больше. - Знаешь, если когда нибудь твоя жизнь изменится и ты будешь искать нового работодателя - имей меня в виду. - Я думал об этом, - Лахтан медленно, словно опасался задеть что-нибудь очень хрупкое, снимал блокировку - возвращал конечности в более естественное положение. - После Фурии. Мне еще не приходилось чувствовать себя настолько... бесполезным. Но чиф меня не отпустил. Я по-прежнему связан двумя обетами. Фалиенка медленно кивнула: - Я не прошу тебя нарушить свои обеты. Ни в коем случае. Но я никогда не позволю своим людям чувствовать себя бесполезными. - Тебе придется сделать своим человеком чифа, - в интонации безопасника вернулась безмятежность. - Впрочем... что может быть невозможным в этом странном мире? Айрен улыбалась: - Я об этом думала. Уверена, я смогу придумать как это сделать. Рано или поздно. И, несмотря на эту улыбку, это не было шуткой. Разобравшись с посудой после завтрака, проверив корабль и на всякий случай найдя в своих вещах тот самый корсет, Айрен вернулась в кают-компанию. Там она удобно устроилась на диванчике, в компании с большим чайником чая, гуртаником, который тоже был не против поваляться, декой с исторической хроникой, и десятком металлических шариков. Диван был очень удобен для того, чтобы читать на нем лежа, Рей тихо сопел и иногда перебирал лапами – гонял кого-то во сне. Играла негромкая музыка – инструментал, позитивный и ненавязчивый. Айрен мурлыкала себе под нос ту же мелодию, дирижируя висящими в воздухе металлическими шариками. И продиралась через интриги, которые на протяжении последней тысячи лет плели друг вокруг друга знатные дома Фалиена. Шарики складывались в круги, квадраты и овалы, вращались в такт музыке, и изредка собирались в знак вопроса – тогда, когда в хронике явно намекалось на какую-то хитрую интригу, но не было ясно, на какую – все-таки почти ничего веселого туда не попадало. Как ни странно, все эти занятия не мешали ей сочинять письмо. Вернее – все это даже помогало. Потому как текст письма шел тяжело. Письмо предназначалось Лорду Савату. На первом слое своего значения это было приглашение для деловых переговоров на тему, которую они обсуждали ранее. На втором – в письме была обозначена личная заинтересованность во встрече. Но в целом то, что получалось, Айрен не нравилось. Она уже чувствовала, что некоторые обороты звучали архаично, выдавая то, что она не принадлежала к этому времени. Само собой, то, что она заметила сама, она исправила. Но подозревала, что опытный аналитик увидит куда больше. Но что еще она могла сделать? При том, что опытный аналитик все равно бы ее раскусил, максимум за три встречи. Или все-таки нет? Здесь чувствовалось обещание вкусной и тонкой игры. На интонациях, едва заметных жестах, оттенках запахов. Собравшись с мыслями, фалиенка выключила хронику и начала писать письмо. Перечитала его. Переписала несколько предложений. И лишь потом отправила. Игра начиналась. Ответное письмо пришло через несколько часов. Придворный аналитик благодарил за приглашение, используя форму обращения к равному, обещал непременно быть, выражал надежду, что леди Ксандер придется по вкусу скромный подарок, который он имел смелость захватить из семейного хранилища. Ничем не примечательное по сути письмо. Если не считать одной незначительной детали. В семейных хранилищах фалиены держали вещи, вышедшие из употребления или моды. Как минимум - поколение назад. Эти вещи всегда имели значительную ценность, но не использовались, однако их иногда передавали в дар по каким-то особым случаям. Повод мог быть любым - от дня рождения до коронации, однако всегда подразумевал далеко идущие последствия для обоих родов, дарящего и одариваемого. Айрен перечитывала сообщение снова и снова. Хмурилась. Даже шарики, с которыми она упражнялась сейчас, просто лежали на столе, забытые - чтобы не отвлекали. Намек с хранилищем ей был ясен. Но вот мотивы… Она попыталась представить, что мог узнать о ней Лорд Сават. Род Ксандер был знатным. Старым. Когда-то уважаемым, но сейчас – уже обедневшим и полностью лишившимся своего влияния. Такой выбор фамилии для Айрен был не удивителен. Лишаться аристократического происхождения в новой жизни ей не хотелось, а более богатая семья не согласилась бы на сделку с ней. А сообщать о себе тому роду, к которому она действительно принадлежала Айрен не собиралась. Это вызвало бы слишком много шума и никакой пользы. Хотя, возможно стоило проверить – может быть, среди них сейчас есть ее полная копия? Природа иногда так шутит… Однако, что же было известно о Ксандерах. Основная ветвь – всего пять человек. Глава рода, уже отошедший от дел, его жена и трое детей. Двое старших сыновей, пытающиеся поднять семейный бизнес, и младшая дочь, о которой известно лишь то, что она есть. В свет она не выходила, тратя время на учебу за пределами планеты. И, судя по всему, не спешила возвращаться. Было ли тут что-то, что могло заинтересовать могущественного Лорда? На первый взгляд нет. На второй тоже. Но Лорд был аналитиком. Он мог видеть больше. А значит – Тьма его знает, что он успел углядеть. И кроме него лишь Тьма знает, что он захочет в награду за свою работу. Айрен почувствовала смутную тревогу, думая, не зря ли она ввязывается в эту игру. Был ли в ее жизни союзник настолько же опасный, как Лорд Сават? Не было. А значит – его просто нельзя было упускать. Он был жизненно необходим. Шарики вновь поднялись в воздух, а фалиенка вернулась к чтению хроники. Игра будет продолжаться.