Дракономания

— Нам нужно серьезно поговорить! — сразу же пристал к племяннику дон Хсарумо, вытолкнув из объятий Хкраша столь долгожданную и вожделенную добычу — Хуана Луиса де Аргинаро, с недавнего времени еще и де Севильяшш. Хкраш разочарованно зашипел, провожая тоскливым взглядом спину прекрасного Луи, радостно подхваченного гурьбой змеевых родичей и, не особо задумываясь о последствиях, вцепился зубами в дядюшкино плечо. Как честно предупредил дона Луиса повелитель нагов, кусался он больно, часто и по любому, даже мизерному, поводу, стоило лишь подлюшной до крайности жизни вывести змея из себя. Кстати, совершенно нормальная для хищника реакция, разве нет? — Хххсссарумо, отвали! — Мы должны форсировать ДЕЛО, Хкрашшш, — высказал наболевшее вице король, не обращая внимания на кровь, немедленно украсившую белоснежный шелк рубашки огромным красным цветком, — основать колонию нагов в Австралии и начать перебрасывать наших «людей» в Китай! — Ссссегодня?! — еще больше разъярился Повелитель, заслышав из уст любимого дяди про «дело». Ах, мать вашу, мерзкие драконы! В день его с Луисом свадьбы умудрились всунуть хвост прямиком в праздничный торт! Как ни странно, но про свадебный торт Хкраш наслышан многое был. Смотрел несколько комедий человеческих с участием этого самого атрибута — предвестника наисчастливейшей семейной жизни, из которого (не дай боги ошибиться в условностях мира людей) всенепременно должна выскочить обнаженная длинноногая девица-модель с бутылкой шампанского в руках и, поливая из оной хмельным напитком молодых, пожелать долгих лет жизни, прекрасного секса меж супругами и богатого потомства в лоно только что образовавшейся ячейки общества. Никаких возражений против жизни, секса и потомства Хкраш, естественно, не имел. Протестовал он лишь против душа из сладкого газированного вина, но что тут поделать можно? Волосам все равно уже не помочь, а так хоть будет повод удалиться от гостей и быстренько вымыть голову под водопадом, организовав локоны в простую и приличную внешности косу. Так что известную фотомодель, именуемую «кролик из торта», он заказал самолично, с доставкой из США при помощи стратосферного самолета Хмаарсиной компании и ожидал «гвоздь свадебной программы» с минуты на минуту, так как уже получил сообщение об успешно приземлении транспорта полчаса тому назад. А тут дядя со своим Китаем притащился! Кондитерская, в которой Хкраш покупал торт, упорно сопротивлялась полной обнаженности «сюрприза» и предлагала свои варианты, пытаясь убедить змея в том, сто голая девушка с кроличьими ушами в прическе совершенно не то, что требуется демонстрировать во время свадьбы двух состоятельных солидных индивидов мужеского полу! И ее лучше одеть в латекс, купальник, шорты или же в платье невесты, на худой конец, дабы не выставлять уважаемым гостям совершенно открыто женские срамные места напоказ. Про «места» Хкраш не понял вообще ничего, нагайны дома одеждой не заморачивались, девушка с ушами и в платье показалась ему верхом идиотизма, если учесть, что обильное потомство в мужском браке организовать может только самая натуральная женщина с «местами», ну и перцепция художественного образа, естественно, не должна пострадать из-за деградации нравственных устоев человеческого бытия. Змей заплатил сверху, переведя тридцать тысяч долларов прямиком на счет «модели из торта», согласовал марку шампанского (чтобы не сильно сладкое было, иначе быстро не отмыться потом, чешуя, все же и все такое) и успокоился, сочтя долг внимательного супруга, организатора торжества, исполненным на все сто. Хсарумо затронул повелителя Хкраша в самый неподходящий для «дела» момент»! Но беседа с Менкаром! Дорогой Рикки! Камень и настоятель храма Даой-Джень-Ку! Разве возможно утерпеть и не высказать наболевшее в уши ошалелому от счастья племяннику, даже если тот собирается любимого родственника загрызть на месте, взбесившись в приступе раздражения? То-то и оно, что нельзя… — Обуссстройсство колонии — это, как минимум год, дядя! — дал понять тем временем Хкраш, с раскаянием обнюхивая немалое кровавое пятно на плече у родственника. — Куда вы, сломя хвост, спешите? Потом бизнессс, а мы едва начали переговоры с корпорацией «Черный дракон Ляояна»! И не подали ещё документы на тендер относительно выделения земельного участка под строительство порта! Племянник был кругом прав, целиком и полностью — совершенно со всех сторон! Но время, блин, жало тоже со всех сторон несчастного дона Хсарумо, угрожая то неминуемым скоротечным провалом планам настоятеля относительно переворота, то самой идее отмщения, за столетие взлелеянной вице королем так, словно речь шла о его собственном любимом дитяти. — Тогда что предлагаешшшшь ТЫ? — дон Хсарумо хищно прищурил глаза и уставился прямо Хкрашу в зрачки, словно надеялся загипнотизировать несговорчивое вреднющее существо с налёту, будто бы самого простого человека с улицы. — Я? — легкомысленно уточнил племянник, оглядываясь по сторонам, явно что в поисках прекрасного Луи. — Предлагаю шумно праздновать бракосочетание, поздравлять Луиса всем миром и кушать свадебный торт, ДЯДЯ! СЕГОДНЯ знаменательный для нас с супругом день! Обламывать просителей Хкраш тоже умел — практически профессионально, иначе куда бежать, когда подданные и родня усядутся на голову и хвосты вдоль спины свесят, не давая двинуться ему ни влево, ни вправо ни на дюйм! — Откуда у нас торт? — уныло подчинился вице король велению долга. — Ты, что ли, заказал? — Да, сссыысшшш! — не без гордости подтвердил Повелитель, радуясь предстоящему действу. — И самую лучшую девушку из Штатов во внутрь, «зайку из торта»! Упоминание о женщинах, зайцах и кондитерских изделиях в одной обойме навеяли бывалому змею не самые приятные ассоциации, весьма далёкие от свадебного мероприятия, но, увы. Время вышло и затейница судьба взяла бразды правления в свои длинные когтистые лапки, злодейски отодвинув дона Хсарумо с пути коленом. Бригада сопровождения невероятного десерта, тоже выписанная Хкрашем из США в дополнение к торту, явила оный гостям, без предисловий водрузив коробку прямиком на праздничный стол. Гости зашевелились, подтягиваясь в центр поляны. Нагайны хихикали, строя глазки всем подряд — от людей до своих соплеменников змеев, мужчины подошли чинным строем, благовоспитанно придерживая за руки маленьких детей, женщины стали отдельно, перешептываясь и бросая завистливые взгляды на гигантских размеров коробку, скрывающую изысканный артефакт. Хкраш, наконец, добрался до вожделенного Луи, хозяйски прихватив последнего под руку — родне напоказ. Дон Хсарумо, наоборот, отошел как можно дальше от эпицентра событий, прозревая ужасающий замысел Рока относительно племянникова торжества. Праправнуки взирали на капитана Пабло с нескрываемым восхищением и корчили отвратительные рожи в сторону деда Валенсио, искренне считая того тупым ослом, между делом пропарившим вечную жизнь — от глупости и вечного человеческого чванства. — Подумаешь, змея с хвостом! — распинался самый удалой малец, стреляя глазками в сторону молоденьких нагов, сгрудившихся у стола. — Зато жиииззнь ТАААКАЯ веселая в гнезде, никогда бы не вернулся в город, если бы не батя мой! Вызванивал, гад, Хсарумо на работу едва не каждый день подряд! Хмаарсина история с молниеносной влюбленностью, огромным выкупом за Пабло и Валенсио в сторону бывшей человеческой семь капитана, долги перед банком, погашенные Хкаршем самолично, и престижная работа медиа магната, будоражили воображение третьего поколения детенышей людской части семейства Севельяшш подряд. Что ни говори, а Пабло несказанно повезло такого знатного красавца нага отхватить, родного кузена самого повелителя Хкраша! Молодость, богатство, вечная жизнь, яхта в Мексиканском заливе, четыре гоночных автомобиля и личный самолет — разве не жуткая красотища из всех возможных вселенских красот, спрашивается? Сами понимаете, друзья, что дедуля Валенсио не пользовался спросом в среде собственных креативных потомков — от слова «совсем». Зато бравый капитан, который десяток лет подряд, восседал исключительно на белом коне — в перманентном ореоле героя цивилизации. Сам же Пабло считал поступок сына исключительным хамством по отношению к змеиной семье и особо теплых чувств к потомку не питал. Едва парень подрос, как стал бегать к матери в гости, порываясь еще и деньги таскать ТУДА, время от времени, за спиной у приемного отца Хмаарси! — ОНИ бедно живут, отец! — стал ныть Валенсио в двадцать, подкармливая вечерами четвертого и пятого из мамочкиных мужей в задних пещерах за кухней. — У Диего снова нет собственной машины, я даже представить этого себе не могу! — Могу взять Диего на работу, — смягчился капитан, проникшись неимоверными страданиями бывшего супруга, — на полставки, если он не захочет свой офис бросать. — А просто так, чисто ПО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИ, ты помочь не в состоянии? — вызверился на отца Валенсио и рукой даже замахнулся, решившись капитану пощечину отвалить. Пабло онемел. Значит денег, взятых Хмаарси в долг под огромные проценты, уродам этим хватило лет, максимум, на десять, так? А потом мамаша к выводу пришла, что бывший отличную кормушку организовать кодлу сможет, если прижать его к стене, шантажируя судьбою сына. Капитан, не стараясь особо, отбил сынов удар в стадии замаха, скрутил парня в захват, уткнув лицом в стену, и прошипел едва не по-змеиному на ухо, содрогаясь всем телом в приступе бешенства: — Еще раз услышу от тебя «помочь по-человечески», до конца дней жить человеком будешь, запомни мои слова! Так что решение, принятое Валенсио в тридцать лет (под влиянием оборзевшей от жадности и непереносимой зависти матери), трудно было переиграть в пятьдесят. А когда мужчине стукнуло восемьдесят пять — стало категорически невозможно. Поумнел ли сын с годами, капитан не брался судить. Общаться они начали сравнительно недавно, не более двадцати лет назад. Двое из троих внуков выбрали пути вечности, с ранней юности поселившись среди хвостатых сородичей любимого дедушки Пабло, и в семью дона Валенсио не вернулись уже никогда. — В гроб ляжет, а все будет матери своей зад лизать! — резко высказалась Паблова внучка Катарина, наведавшись к деду и Хмаарси на годовщину из Франции. — Считайте, ребята, что это мы с Виктором ваши дети, а Валенсио тупой — так себе, промежуточное звено, чертов инкубатор получился. Хмаарси промолчал, нежно погладив приемную внучку по голове. Виктор обнял змея со спины они застыли на миг — все трое, как на картине нарисованные, едва не теряясь в лучах буйного мексиканского заката, воплощением семейного единства и искренней непредвзятой любви. И с тех самых пор в сердце у Пабло воцарился мир. Впрочем, сегодня сын сразу направился к нему, едва только переступил порог праздничного кафе, пожал руку от души и стал мирно подшучивать над гостями, не делая разницы между хвостатой родней и теми, кто предпочитал передвигаться на двух ногах. Юрист не из последних, дон Валенсио был весьма заинтригован отсутствием достославного Симона Арутюняна, но задавать прямые вопросы вспыльчивому непредсказуемому отцу? Увольте, граждане, даже когда тебе за восемьдесят, жизнь все ещё дорога. И не в меньшей степени, чем в залихвацкие пятьдесят! Над загадочной коробкой зачем-то установили лёгкую переносную беседку, увитую белыми живыми розами да гипюровыми кружевами по крыше и столбам, и Валенсио предположил, что удостоин (наконец, боги, Хкраш его заметил, не прошло и века!) чести лицезреть некий таинственный змеиный ритуал, типа мистического жертвоприношения Хроносу-Сатурну в честь долгожданного бракосочетания Короля. — Что же там внутри?! — не выдержал дон Валенсио, совершенно по-детски дёргая строгого отца за рукав. — Голова! — со всей серьёзностью ответил ему Пабло, напустив на лицо благоприличное выражение — один в один как у Авраама с картины Рембранта, где несчастный внезапно получает барана на алтарь, занеся, при этом, нож над грудью долгожданного первенца. Очень похоже вышло, если сделать поправку на то, что капитан никогда в жизни не носил бороды. — Чччья? — выдавил задушенным голосом сынок, совершенно позабыв о том, какую комедийную пару они сейчас представляют для окружающих змеев и людей. Пожилой сеньор нетерпеливо дергает парня за одежду, пританцовывая от нетерпения на месте. А молодой ему строит «выражения на физиономии», замышляя то ли розыгрыш для поднятия настроения, то ли самую настоящую злую шутку в фирменном змеином стиле. Поди их, с налету, разбери! — Голова дракона, — низким шепотом ответил потомку Пабло, воровато оглянувшись по сторонам, — специальная доставка с Островов! Может капитан и правда так считал, за давностью лет утверждать не берусь. Но мог и специально на сына давить психологически, нахватавшись, за сотню лет, дурных манер от супруга Хмаарси. С кем поведешься, от того и блох приобретешь, как не перестает повторять мне Рани, демонстрируя безупречно ухоженную шерсть поутру. А мозговые блохи — это уже особенно заразные твари, делюсь личным мироощущением… Дон Валенсио, даром что старичок благообразный и опытом жизненным умудренный весьма, к месту буквально примерз. Голова дракона на алтаре! Вот как наги, вдалеке от цивилизации человеческой (дядя, по сторонам оглянись — вокруг полно народу да и коробку люди приперли на себе, кряхтя и ругаясь почем свет стоит) бракосочетания скрепляют — поедая мозг дракона, целую голову на двоих! — Ттты тожже, да, отец? Валенсио бил озноб, сотрясая тело крупной дрожью, и Пабло раскаялся в том, что столь сильно напугал сына, сорвав на нем давнее разочарование и все еще не утихшую обиду за прошлое. — Что «тоже», родной? — капитан постарался придать голосу теплоты, успокаивающе поглаживая пожилого человека по спине. — Съел мозг дракона на пару с Хмаарси? Или это блюдо только для королевских особ? — собравшись с духом, выпалил Валенсио, отодвинувшись (на всякий случай, кто того отца бешеного знает) подальше от жертвы змеиных мероприятий. Наги, как пить дать, загипнотизировали Пабло в ранней молодости, совратили с истинного пути и ядом сильнейшим траванули еще, будто бы это и не человек был со свободной волей, а ручная зверушка в клетке, пойманная на опыты. А злодей Хмаарси еще и обкормил беднягу капитана внутренностями незаконно убиенного разумного ящера! УЖАС… Или же все не так страшно в жизни выходит? Десятилетиями Валенсио задавал себе один и тот же вопрос, не в силах вынести решения о человеческой вменяемости отца или же об отсутствии таковой. Время шло, змеиные семьи становились все более открытыми для общества, приняв под покров родных пещер немалое количество новых людей, да и двое детей самого юриста покинули лоно человеческой цивилизации сугубо добровольно, хотя супругов среди хвостатых себе так и не нашли. Катарина и двое ее мужей, Виктор, с семейством из семи супругов, решительно записались на фамилию Севильяшш под ехидную улыбку и гнусные шуточки якобы повелителя Хкраша, за которым всегда — в любой час дня и ночи, маячит хвост грозного вице короля Хсарумо. Но и этот древний змей (мужчина всех, кому стукнуло более тысячи лет, записывал в седую древность, сравнимую с возрастом пирамид) протеста не изъявил, а прислал (гад ползучий) поздравительное письмо в электронном виде на рабочий адрес дона Валенсио в аккурат. Ссссс, одним словом сказано, сволочной тип! О правнуках речь вообще не шла, потому что внуки дона Валенсио оккупировали змеиные пещеры уже безо всяческого приглашения. Объяснить же правнукам, почему нагов стоит опасаться, про гипноз, поедание живых мышей целиком (никто и никогда не видел ничего подобного отродясь, но злостные слухи бродили) и безудержный групповой секс оказалось решительно невозможно, и на мнение пожилого юриста удалая молодежь наплевала с высоты горы Эверест. Мексиканцы откровенно любили ползучих «сородственников», а тот же самый Хкраш, со вчерашнего дня, стал модной иконой современного медиа мира. «Что делать, если отец и Хмаарси действительно полюбили друг друга тогда — почти сто лет назад? — впервые в жизни допустил стремную возможность дон Валенсио. — Значит наг поступил порядочно и предельно честным образом, предложив материной семье выкуп за супруга, а не оставил человека в любовниках — ради чудного баловства.» Насколько помнил «дедуля», капитан Пабло принял вечность в объятиях Хмаарси с изрядной долей энтузиазма, яд не проклинал всеми возможными бранными словами и от супружеского долга не бегал, а вовсе наоборот — ревниво сопровождал змея куда только мог, отгоняя желающих соблазнить хвостатого на адюльтер едва ли не метлой! Рекрут-новобранец, дон Хуан Луис де Аргинаро, поспешая скорым ходом, оставил ряды жертв насилия и выдающегося обмана (в сознании Валенсио реестр нажьих жертв укоренился за годы и свил себе наиудобнейшее гнездо), и перебежал в совершенно другие окопы, в коих заседали счастливые влюбленные, хорошие люди и радетели семейного благополучия. Юрист представил себе доктора, который, пригибаясь и петляя под пулями «противника», пересекает линию фронта, не забывая тянуть Хкраша за длинный золотой хвост, словно прицеп к грузовому автомобилю, подавился воздухом и зашелся в длительном приступе кашля, не в силах справиться с показным истерическим весельем. В это же самое время Хмаарси не замедлил подползти к мужу со спины, издалека ощутив перемену настроения у приемного сына. — Слушай, дед, — прямым текстом врезал Хкрашев кузен, — кончай выделываться и выпей яду, легче же станет сразу и тебе, и твоему отцу! Валенсио обернулся на голос, минут пять, не отрываясь, смотрел нагу в глаза, украшенные хищными вертикальными зрачками, а потом, не изменяя выражения лица, ответил приемному родителю: — Спасибо, дорогой, но поезд ушел! И я справлюсь с последствиями сам, все равно уже одной ногой в могиле. Хмаарси только рот раскрыл, стараясь найти очередной убедительный аргумент, как «возлюбленный капитан» весьма ощутимо наступил ему ботинком на хвост. — Оставь, как есть, — коротко бросил змею Пабло. Поцеловал супруга в щеку, кивнул потомку, выражая сдержанное уважение твердостью позиции, и отошел к молодым, ибо дон Луис весьма настойчиво поглядывал в его сторону, но знаменательный диалог с сыном прервать не решался. — Гад, вссссысссшш! Хмаарси дождался, пока Пабло уберется из зоны слышимости, ощерил в сторону Валенсио клыки и тоже уполз, скрывая накопившееся за сотню лет раздражение за частыми извивами тела. «Всегда так выходит, — тихо вздохнул кабальеро нагу во след, — не берешь то, что он вываливает тебе на голову, словно подарки из мешка Санта Клауса — все сразу и оптом, не заботясь о предпочтениях, становишься гадом неописуемо неблагодарным, человеческим отребьем во плоти!» С полной уверенностью в себе дон Валенсио осознал, что Хмаарси больше не вызывает в нем ни капли раздражения. Ко всему прочему, еще и ГОЛОВА дракона! Уж очень захотелось пожилому мужчине посмотреть, что именно змеи будут делать с этой головой всем скопом, приобщиться к таинствам темной магии земли. Потом, вездесущие дети нахватались странных слухов о Хуане Луисе де Аргинаро в Хкрашевых пещерах. Вроде бывал доктор в бескрайних полях смерти и личное знакомство свел с рогатым Нергалом да супругой оного — синеликой богиней Эрешкигаль. Но главная загадка заключалась в том, что таки Луис вернулся обратно, успешно выйдя из долговременной комы! Очнулся, послал нахрен вице короля Хсарумо (Хсарумо вызывал у дона Валенсио священный трепет еще в детском возрасте и страх, замешанный на тайном восторге перед выдающимся воином семьи, с годами никуда не ушел) и отправился домой, гадюка, даже не позаботившись положенное бывшему покойнику время отболеть. Смерть, господа, главная сила среди всех, кому звездами и велением Бездны была дарована на планете Земля жизнь. Эрешкигаль, что никого не ждет в гости да и не торопит занять положенное место в череде белых камней на бескрайних черных полях… Более всего иного любящая порядок богиня уже несколько раз приглашала Валенсио отворить двери в чертоги подземных миров и успокоиться, наконец, под темными крыльями молчаливой синевы. Только он на свидание не поспешал, стараясь оттянуть неизбежную встречу как можно дальше в будущее. И вот вам сюрприз — посланник иных миров той стороны бесконечности! Явился с явным намеком, возможно что и билетик халявный на поля тишины в рукаве припас! Что на Хкрашевой свадьбе дальше произойдет, не угадать теперь и самому дипломированному авгуру, а юристу простому, человеческих преклонных годов и подумать страшно. «Прикольно рядом со змеями жить, — отметил сам себе дон Валенсио, усмехаясь в усы, — суматошно малость, зато без скуки!» Проблемы матери, почившей более четырех десятилетий тому назад, давно перестали его волновать. Семья не осиротеет, потеряв «дорогого любимого дедушку», а это и есть самое главное в человеческой жизни, правильно? Пабло, сохранивший цветение юности до конца дней, Хмаарси, со своей резкой нечеловеческой красотой, весь в золотистой чешуе, бесспорно присмотрят за детками даже в том случае, если, наконец, заведут своих. «Интересно, примут ли мои наследники фамилию Севильяшш? — не в первый раз задумался о будущем потомков мужчина, разминая ноющую шею. — Хотя без разницы уже, лишь бы живы, здоровы и не в нищете!» Вокруг загадочной коробки, водруженной на стол в самом центре открытого кафетерия, собралась преизрядная толпа. К слову сказать, женщины моментально раскусили шутку со свадебным тортом, но ожидали появления сладкого события с наибольшим нетерпением, стараясь понять, уел ли их гордость дон Луис, получив в подарок от Хкраша самый роскошный сюрприз из всех возможных за последнюю сотню лет. — Ты мужик, доктор! Поздравляю! — откровенно высказался Пабло, приложив дона Луиса рукой по спине. — Затащить в мэрию такое чудо, как Хкраш, еще и с первого раза, волшебником надо быть, никак иначе не выйдет! Хкраш кокетливо покрутил хвостом, заигрывая с Пабло в шутку (получить от Хмаарси в глаз кулаком да еще прямо во время торжественного обеда не хотелось ни капельки) и предъявил капитану обручальное кольцо со звездчатым сапфиром, всем своим видом намекая на быструю и окончательную победу над сердцем неуступчивого Луи. Пусть наивный терапевт считает, что это ОН, по собственной инициативе, поймал Повелителя нагов в темном углу и под венец загнал, угрожая всеми ужасами одинокой жизни даже без крохотного самого намека на любовь. Мы то все знаем, из какого места хвост в этом браке растет, да и кто кого тут поймал — тоже спорный момент, неоднозначный весьма! — Позже познакомлю тебя с моим сыном, дорогой Луи, — продолжил отставной капитан, демонстративно не положив глаз на Хкрашево кольцо, — вон тем пожилым сеньором в усах, только возрастом не смущайся. Парень, к глубокому сожалению, змеиный уклад жизни принять не смог. ЭТО был ЕГО сын? Дон Хуан Луис де Аргинаро едва не уписался от шока, услышав подобную новость из уст высокого прекрасного мужчины в самом расцвете сил. ТОТ дедуля — ЭТОГО лося сынок, серьезно? Что за нахрен такой?! — Валенсио очень приятный мальчик, — сразу подпрягся Хкраш, ничуть не обидевшись на игнор со стороны Пабло, — только напряженный сверх меры юрист. Во всем заговорщиков ищет, преступных отравителей и всяческого рода извращенцев, причем всеобязательно внутри нашей любящей семьи! Семейный специалист по змеям-извращенцам приветливо улыбнулся и помахал дону Луису рукой издалека, не решаясь подойти к королевским особам без приглашения. — Эээ, — проблеял доктор с перепугу, — буду очень рад, капитан, большая честь, знаете ли, огромная… Хмаарси подполз без колебаний, по-родственному уложив свой хвост поверх хвоста двоюродного брата. Дон Луис и Пабло, в приступе неосознанной ревности, скривились одновременно, и с таким похожим выражением лиц, что оба нага не удержались, иронично зашипев прямо в глаза родным, до боли, мужьям. — Давай, брат, речь толкай, — напомнил о долге Повелителю Хмаарси, — а то торта отведать хочется до жути, я рыбой соленой обожрался с утра, заесть бы надо! Ага, типа простой он сельский наг, на огонек к вельможной родне заполз, а тут тортики сладенькие раздают, когда же до парнишки несчастного очередь дойдет? Памятуя откровенный разговор с двоюродным братом супруга, что состоялся у них при первом знакомстве в личном кабинете доктора, плюс намек на скорую безвременную кончину, если ответы человека не понравятся змею, дон Луис поклялся, что никогда в жизни не купится на честный взгляд и простецкую речь этого хитрющего ядовитого гада. Явно, явно что-то не так пошло, а Хмаарси, сволочь, заранее млеет в ожидании выдающегося скандала! Хуан Луис де Аргинаро обернулся к старичку Валенсио еще раз, дабы подбодрить его волною понимания и искреннего сочувствия, раз бедолага так ужасающе попал — в обществе кошмарного Хмаарси вырос. Какой там супруг змей! Капитану Пабло радоваться надо, что сын с катушек не навернулся вообще, а вырос нормальным честным юристом, хотя и с легкой манией преследования. Дон же Валенсио, поймав на себе отчаянный докторский взгляд, понял сразу — злодей Хмаарси таки сказал дону Луису про голову дракона. И совершенно не факт, что человек обязан ее съесть! Ежели доктор прямо сейчас решит отказаться от участия в жутком ритуале и подать на Хкраша в суд, то да! Адвокат рядом, дорогуша! Уже пошел! Валенсио приосанился, приняв официальный донельзя вид, разгладил усы рукой и ринулся в бой против подлости, тьмы и мерзкой змеиной магии, которая мешает хорошим людям нормальную полноценную жизнь проживать, соблазняя отвратным долголетием в купе с миллионными капиталами. — Подумайте еще раз, дон Луис! — с нажимом обратился к доктору пожилой семейный обструкционист, более не заморачиваясь стеснением перед лицом повелителя Хкраша. — ВЫ совершенно не обязаны ЭТО есть, особенно под принуждением! И можете подать в суд на семейство Севильяшш прямо сейчас, если предложенное блюдо оскорбляет ваши религиозные чувства, достоинство и моральные устои! Хкраш икнул и ошалело уставился родственнику в лоб. Дон Луис де Аргинаро пересмотрел собственный диагноз в отношении сеньора Валенсио, определив разнообразные мании, разъедающие многострадальный мозг бедолаги, как заболевания в очень и очень тяжелой форме. Но чему удивляться, господа? Королевский кузен такая себе штучка — кого угодно доведет до ручки! Хмаарси и Пабло, аки два невинных младенца, синхронно отвернулись в разные стороны, избегая бросить в сторону Луи даже мимолетный взгляд. Дон Хсарумо от спасательного мероприятия воздержался, предоставив «детям» возможность решать семейные проблемы самостоятельно. Под тысячу лет мальчишкам, а он все сопли «сыночкам» вытирает, точно полоумная нянька! — На меня? На МЕНЯ в суд, сссссссысссссшшш! На собственной свадьбе, ссссссыс! За что? — первым не выдержал издевательства судьбы Повелитель нагов. — Мало мне обтрепанных кос, так еще и мужа единственного, ни разу не любленного, уводят! Гости глубокомысленно замолчали, рассматривая спорный предмет со всех возможных сторон. — Дядь, а дядь? — раздался писк откуда-то снизу и Луис заполошенно опустил глаза, с удивлением обнаружив в мужской компанией мелкую девочку змейку в изумрудно-зеленой чешуе. — Давай откроем коробочку, мне на торт поглядеть страшно как хочется! — ТАМ ТОРТ?! Ддаааа? — не своим голосом заорал сеньор Валенсио, обвиняюще выставив палец в сторону отца. — Я ссссам на тебя в сссуд подам, так и знай! От имени драконов! — Прошу заметить, уважаемый дон Валенсио, что я — НЕ ДРАКОН! Дон Хуан Луис де Аргинаро де Севильяшш решительно расставил все точки над Ё, справедливо опасаясь того, что темпераментные змеи превратят праздничное мероприятие в поминальный обед, устроив всеобщую потасовку в кафе, едва только прозвучало сакральное слово «дракон». — А зря, — тихо откликнулся кто-то из людей, пытаясь удержать в горле откровенный ржач, — можно было бы тебя поколотить от души, так просто, в честь свадебного мероприятия. Дон Луис окинул торт, все еще стыдливо сокрытый за стенами золотой коробки, взглядом, полным глубочайшего омерзения, показал непрошеному говоруну средний палец правой руки (да, среди буйных нагов рафинированный доктор-шаман быстренько лишился огромной части приличных манер), а потом чувствительно двинул Хкраша локтем в бок. Змей разразился длинным переливчатым шипением, но супруга не укусил, признавая частичную вину за собой. Как же, долгожданное торжество едва не скатилось в трэш, а он, Повелитель целого народа, позорно промолчал! И снова, гад, драконы! Бедняга Луи, наверное, едва сдержался, а все из уважения к величию традиций выдающейся королевской семьи. — Дорогие мои подданные и родня! Хкраш даже не стал повышать голос в попытках перекричать разговоры и гвалт, что все еще царили в замкнутом пространстве кафе.Совсем наоборот, он растянул слова в низкие шипящие звуки на самой грани человеческого восприятия, но, повинуясь магии Повелителей змеиного народа, приглашенные умолкли все сразу, словно один единственный индивид взял да и заткнулся, устав болтать сам с собой. — Сссссссссссссссссссссссс… — Гипнотизззирууеттт, братттеццц, — сразу же откликнулись духи, окружив шамана плотным белесым облаком, — ссссаманивввает! — Совсем недавно, около двухсот лет тому назад, мы распахнули врата наших родовых пещер для пришельцев из мира людей! Повелитель выпрямился на хвосте, подобрав оный, для устойчивости, в плотные петли, и окинул «подданных с родней» холодным придирчивым взглядом, типа: смотрите у меня, господа, не балуйте, каждый на счету! Впервые узрев Хкраша в королевской ипостаси, дон Луис малость струхнул, потому что облик этот — величественный, угрожающий и неприступный, разительно отличался от повседневной, кокетливо-развязной морды горячо любимого доктором существа. Наг, без лишних церемоний явивший себя миру как воплощение земной магии и сокрытого колдовства лунных вод, насквозь мистический в яростном сиянии золота чешуи. — И сами, открыто, выползли из сумрака, полного загадочных недомолвок, прямо к яркому свету цивилизации! Посмотрите, братья и сестры, как много дорогих возлюбленных, лишенных хвоста, откликнулись на зов сердца детей земли, оставив страхи и предрассудки прошлого в пыли ушедших времен! Любовь, дорогие мои, самая великая сила среди всех возможных вероятностей Вселенной, которая венчает и соединяет миры, а не только простых смертных на крохотной, уютной как для змея, так и для человека, планете Земля. Дон Луис повертел головой, осматривая лужайку по правую и по левую от себя руку, но желающих прервать длительные славословия Хкраша не заметил вообще. Змеи и люди слушали Повелителя затаив дыхание, многие даже с закрытыми от восторга глазами! — Гипноз, гипноз, да, братик! Змеиный гипноз для всех, у кого яд короля бродит в крови, так и знай! — не умолкая тараторили духи, пытаясь спасти Луи от падения в колодец неминуемой тьмы. — Видишь теперь королевскую охоту? Ссстрашшный, ужасссный змей твой муженек! — Пришло и мое время, велением Рока и Хроноса, покориться силе любви, повелевающий сердцами живущих трехликой богини рождения, цветения и смерти. Признаю — некуда больше бежать и негде укрыться от судьбы вашему королю! Супруг мой — человек и ожидал я встречи с природной парой семьсот долгих, невыносимых, мучительных лет, в одиночестве и тоске, коей не находил причины, покуда не встретил дорогого Луиса одним прекрасным ярким днем. Хкраш, словно заправский лицедей, покачался из стороны в сторону, закрепляя движением тела эффект, произведенный низким шипением и странными, лишенными ритма, фразами, а потом пару минут помолчал, подогревая и без того напряженную атмосферу. — Вот ОН — моя ПАРА, звезда, горящая во тьме и путеводная песня души — дон Хуан Луис де Аргинаро де Севильяшш, любимый супруг и соправитель, наделенный силой магии через общность крови человека и нага! Ну и вытолкнул Луиса вперед легким движением руки — словно граблей, гад, в самую середину спины приложил! — Да, да, это ОН! — тут же подхватил дебил Хмаарси и дон Луис понял, кого именно он желает в самую первую очередь удавить. Все же старик Валенсио — как ни крути, пострадавшая сторона, видно с первого взгляда. И все приглашенные отмерли, начали усиленно моргать, трясти головой и проталкиваться к Луи в желании пожать руку, а женщины — еще и в щеки расцеловать. — Уважая традиции людей, я заказал самый прекрасный и дорогой свадебный торт нашего времени, — не успокоился Повелитель на достигнутом речью эффекте, — с самым замечательным свадебным сюрпризом внутри! Но доктор, занятый объятиями, поцелуями и взаимными расшаркиваниями с многочисленными родственниками Хкраша (можно подумать, что они только что глаза от летаргического сна продрали и вот вам — дона Луиса увидали, а не жил он со змеями рядом почитай что половину года в одних и тех же пещерах), информацию о сюрпризе злодейски мимо ушей пропустил… Сразу скажу, что зря. — Торт, торт, торт! — усиленно скандировала толпа, взявшись за руки. — Тооорртииик! Хотим тоортик! — орали дети, путаясь у взрослых среди ног и хвостов. — Ладно, открывай, — барским жестом, махнув в сторону десерта рукой, разрешил повелитель Хкраш. Со стороны гипюровой беседки раздалась странная развязная музыка (эх, ух, тра-ля-ля), коробка треснула и развалилась сама собой, окутавшись клубами розового дыма. !!!!!!!!!!!!!!!!!!! Даже годы спустя Луис не смог объяснить собственную сдержанность, которая, словно проверенный чуткий друг, удержала его от ядовитого комментария и прилюдного (призмеиного?) скандала. Зато свадьба, да, вышла совершенно незабываемой! Иначе у змеев никак… Хочу заметить, господа, что достопамятный ТОРТ оказался прекрасен сверх всяческих сил! В каждой своей детали: извивах кремовых кружев, щедро усыпанных драгоценными блестками, золотых чешуйках, что покрывали округлые сочные бока сверху и до самого низа, огромных белых розах, изваянных из пышного свежайшего зефира с золотыми колечками в каждом лепестке — полное совершенство, короче говоря. Торт, подаренный Хкрашем дону Луису в честь свадьбы, естественно, переплюнул все возможные и невозможные свадебные десерты, которые семья удостоилась лицезреть в последние сто пятьдесят лет. Нагайны зашипели разочарованно, бросая на «удивительного Луи» гневные завистливые взгляды, двуногие женщины тоже сбились в отдельную кучку, перемывая кости доктору так и эдак, лишь бы заглушить нелепую обиду на собственных мужей, которые не сподобились, пусть и в складчину, организовать супругам подобное королевское великолепие. Хотя, чего там, Хкраш ведь КОРОЛЬ! Статус обязывает и все такое прочее, никаких обид (а то как цапнет за своего Луиса зубами да прямо в мягкое место!), лучше подобраться поближе и хороший шмат сладкого отхватить, желательно с чешуйкой золотой или же розочку с колечком. Мечты, мечты — какая сладость… Не успел «народ» и шага в сторону вожделенного сюрприза ступить, как верхняя часть торта откинулась с громким стуком и полетела прямо на траву. Вездесущие детишки не сплоховали, поймали кремовую гору на лету и, визжа во все горло, утащили подальше от тупых взрослых, отрывая всеми руками и хвостами зефирные розы на ходу. Из остатков «торта» тут же высунулась толстая голая девица абсолютно обнаженного вида, с длинными кроличьими ушами, что росли у нее прямо на голове, из жестко залакированных волос! Потрясла — напоказ, округлой грудью, поворачиваясь из стороны в сторону, и, с особым наслаждением, выставила на публику упитанную филейную часть, покрытую светлым бархатистым пушком. — Ай-лай-ла-ла-лай! — продолжала наяривать инструментальная банда, запрятанная в непонятном месте явно что под столом. — Свадьба, народ! — во всю силу легких заорала бесстыжая баба. — Поздравим котиков новобрачных как следует! Давай! И тут же пустилась в пляс, скрытая по колено кондитерскими кружевами да золотистой кремовой чешуей. — Любовь, любовь, пришедшая ко мне той весной! — сменила пластинку «банда», ударившись в романтическую лирику. — ХХХХхххххххкрашшшш! — Пять секунд, Луи, там такая феерия начнется! — счастливым голосом отозвался змей, не отрывая взгляда от задницы прекраснейшей «зайки из торта». — Супер все, я обещал тебе фантастический подарок! Оно, конечно, может и не так все ужасно было, как привиделось многострадальному доктору-шаману. Человеческие самцы приободрились, рассматривая тортную диву со всех возможных точек зрения, и нашли идею повелителя Храша весьма освежающей и конструктивной. Два парня, оба би, чего там стесняться! Сразу и девочек, для пущего цимуса, пригласить, дабы жизнь удалась на полные сто! Только вот рядом женщины и дети, неудобно, малость, вышло, самую капелюшечку. Человеческие самки, даром что когти впустить не смогли, согнули хищно пальцы на вытянутых руках и зашипели, словно кубло ядовитейших гадюк. Дон Хуан Луис де Аргинаро окончательно офигел, не с силах переварить выдающейся Хкрашев дар. Стриптиз на свадьбе! Девочек гаду подавай! Голые кролики — сладенькие попки! Вот ОНО как! «Ссссысшшш, убью! — в сердцах задумал доктор, судорожно глотая слюну, смешанную с кровью. — Не успели переспать, а его уже на баб потянуло!» Тем временем девица нагло ухмыльнулась, строя глазки в толпу гостей, демонстративно согнулась пополам, доставая из коробки некий загадочный предмет и потрясла им внизу, скрывая руки за бордюром из крема. Зато ВСЕ иное — красоты роскошного тела из двух упругих грудей, танцующих у всех на виду, словно мячи волейбольные в сетке, да ягодиц, не менее рельефных, чем заманчивый женский фасад, начали содрогаться в такт движениям рук ангажированной Повелителем зайки да так, что мужская часть приглашенных в обалдении разинула рты. «У племянника склонности к суициду, — уныло подумал дон Хсарумо, опрокинув в рот уже третью рюмку домашней текилы, — или же явное разжижение мозгов? Загадка, однако.» — Погнали! Модель резко выпрямилась, вооруженная огромной бутылкой шипучего вина, еще раз встряхнула ею — напоследок, и выдернула пробку, сразу окатив Хкарша и дона Луиса широкой струей сладкой белесой пены, с явным намеком на то, что будет происходить между ними в первую брачную ночь. Парни же, понятное дело о чем речь идет… Нагам так понравился вид Повелителя в пене, что они дружно начали шипеть, свистеть, бить о землю хвостами и поливать друг друга шампанским, заранее выставленным на праздничных столах для веселых гостей. — Давай еще, — кричали змеи в восторге, — так их, мочи! Любовь, любовь! Приступ ужасающего гнева в купе с жаркой волной ревности, вытолкнули сознание дона Луиса в серую зону Х, где логика и рациональное мышление не только отсутствуют априори, но и считаются весьма отвратительными нежеланными гостями. Вселенная источала ароматы Billecart Salmon Rose напополам с Taittinger Brut Reserve, нос, забитый пеной, подавал сигналы бедствия, словно доктор, прямо в сей момент, утопал в бочке с игристым вином, а закуски ему так и не позаботились предложить. Негодяй Хкраш променял его на развратную ушастую стриптизершу! Опозорил перед всеми! Растоптал чувства и выкинул обетования вечной любви прямиком в мусорный бак! — СССдохххни, гулящий пессс! Только никто, среди веселья, криков и взрывов открываемого змеями вина, не услышал проклятия, брошенного Луисом в адрес негодного супруга. Включая и самого повелителя Хкраша, естественно. Беда… Что делает мужчина, доведенный жизнью до нервного срыва? Пьет, по примеру Симона и дона Хсарумо? Неверный ответ! Настоящий МУЖЧИНА, супруг самого Короля, не прячет голову в песок, подобно страусу тупому, и не бежит от проблемы вон в райские сады алкогольных удовольствий. Напарник короля зубами вытаскивает возлюбленного из логова разврата, надавав «усладе всей жизни» еще и тумаков для отрезвления погрязшей в сладострастии греха души! И никак иначе не выходит, господа. Поэтому Луи развернулся, резко притянул блудного Хкраша к себе обеими руками и, со всей дури, вцепился зубами ему в шею, не побрезговав прихватить в рот и клок волос из мокрых, растрепанных змеиных кос. Страстно так укусил, на виду у родни, с намеком: мой он, навечно, баба — отвали! Наги оценили, будь Луис уверен, на все десять тысяч процентов, силу твоей супружеской любви. Хкраш, ясное дело, не прогадал со свадебным сюрпризом. — И каково ваше мнение насчет бракосочетания, уважаемый дон Валенсио? — осведомился дон Хсарумо у юриста, вежливо притронувшись к лодыжке последнего хвостом. Родственник, куда его девать? Да и Симона Арутюняна, как друга и собеседника, вице королю отчаянно стало нехватать. — Уж лучше бы ЭТО была ГОЛОВА! — бросил пасынок племянника загадочную фразу змею в уши. — Боюсь, что в скором времени повелителю Хкрашу понадобится адвокат.