Дракономания

— Что вы сделали с Суминтан? Кастор был настроен весьма решительно, палец не убирал и сверлил Николя таким злым взглядом, будто бы и правда увидал впервые в жизни. Как странно, подумала я, не вяжется с его обычной полуулыбкой, практически признанием в любви, с которой Близнец, не мысля о плохом, обращает взор в сторону нашего мага едва ни каждый день. Он, что, заболел? Чем же, звездным гриппом?! Лихорадкой Эбола? Съел несвежий арбуз? Или? И тут я вспомнила, насколько Лючия терпеть не может Близнеца, даже не пришла из-за него на общее собрание — приветствовать Николя, констатируя возвращение к жизни. Честно сказать, она вообще держалась особняком от Семьи, занимаясь безраздельно делами Врат, во дворце Менкара бывала наездами, навещая мужа отнюдь не каждый день. Он тосковал, прилетал к ней и уговаривал возвращаться быстрее, а Врата никто за пару дней не унесет в кармане, правда же? Меня Лючия тоже не сразу простила, вообще не желала разговаривать поначалу, и только заступничество звезды Рока помогло нам наладить нормальные отношения с Лю. — Ей нужна энергия Луны, Оля, — откровенно поделился Менкар, постукивая когтями о пол, — а тебе нужен Меркурий, чтобы головные боли не мучили. Так в чем вопрос? Живи у нас! Лючия, заглядывая во дворец, не забывала мне о Касторе напоминать, какой это ненадежный и гадкий индивид, предатель и негодяй, существо без ядра души. Сожалела о Рани, но судьба есть судьба, куда бежать? — Да-да, Оля, — сказала мне Лю, подсыпая семечки в чашку, — ты за него заступалась, дралась со всеми, как бешеная, уговаривала Рани на брак, все отлично. И где же твой любимый Кастор сейчас? Ручкой сделал, любовь на расстоянии? Морковь нынче дорога? СМС не забывает слать? А стихи? Тоже нет? Как печально… — Печально, — согласилась я, — мне тоже не по себе. — А Менкар — совсем другое дело! Лючия встала, импульсивно хлопнув ладонью о хрустальный стол, расправила волосы рукой и окинула меня, сидящую на перилах балкона, печальным взглядом. — Менкар не пишет стихи, не валяется в грязи у твоих ног, намекая на вселенскую печаль души, и его не надо защищать от мира звезд. Неужели тебе нравятся такие типы, как Кастор? В тот раз я не ответила ничего Лючии, предпочитая занимать рот лузганием семечек. Менкар есть Менкар, он дракон Эридана, в конце концов, бесспорный повелитель мистической Невы, текущей в небесах. Неужели Кастор видел во мне лишь отражение Суминтан, а в Николя — ключ к долгожданной свободе? Значит теперь мы ему решительно не нужны? Но Кастор не такой! Близнец стоял на коленях вместе с Менкаром и Рэем в священных водах Ра, умоляя бога Солнца о даровании елея для меня, когда дело с Лунным посвящением пошло наперекосяк! Разве это не преданность? Унижение было публичным, но Касс на это плевал! Тогда что с ним приключилось, покуда мы с Николя бродили в мирах смерти? — Ничего, — тем временем выродил маг, вытирая лицо и волосы белым полотенцем Ияриин, — закрыли подальше в Лабиринте, покуда Черная гадина не придет в чувство! В Лабиринте, Касс, много разных всяких и всем нужна сила Суминтан, если хочешь знать. — Гадина?! Да как ты посмел! — не помня себя, заорал Близнец. — Она — богиня, она — воин, она — черный снег! — Она — та, кого Тифон разорвал на части собственными руками уже после смерти и падения Луны, — тихо добавила Ияриин. — Кастор нашел ее среди пепла и лавы, полуживую, а спасти не смог. Звёзды молча взирали с небес на кровавый дождь, Атлантида пылала, Эсмэ и Тифон упивались победой, а мы все пали, не удержавшись на лезвии судьбы. — Знаете, что! — не выдержала я, опуская руку на плечо друга, — разве так можно! Николя ввязался в идиотскую дуэль под давлением Менкара, Антарес навязал ему ещё и Суминтан на голову, некроманты гонялись за нами по пятам и мне пришлось пожертвовать им отличного мужа Васю за проход! Нубир спасал нас от небытия собственным телом, встав на пути обезумевшего дракона и едва не задохнулся в Инферно, когда Суминтан захлестнула его шею хвостом. А вы тут комедию ломаете, не выставив даже скорпионов у Невы! — С вами был Зераф, — прошипел Кастор, презрительно искривив губы, — что могло произойти? Да вы — два лузера, которые думают исключительно о себе! Николя застыл на месте, даже полотенца с головы не убрал. Рани напряглась, вздыбила шерсть и тихо зарычала, хищно прижав уши. Антарес выпустил Ияриин из объятий, вытянул руки по швам и вырастил крылья, готовый перекинуться в химера в любую секунду. Рэйнхард тоже встал, погладил меня по руке и начал обходить Кастора по дуге, рассматривая со всех сторон. — Что? — вызверился Близнец. — Не нравится?! А сколько можно с этими убогими возиться, делая вид, что они — наша семья? Молчание затянулось. — Убогими? — зло бросил Николя. — Делать вид? — А ты что возомнил? — ещё пуще разозлился Кастор. — Вали отсюда, придурок, времени на тебя нет! — Сильно, — отозвался Менкар, — но резон есть. Пока Ияриин хватала воздух ртом, не в силах вымолвить и слова, Антарес хлопал крыльями, оглядывая по очереди то Кастора, то Менкара, а Рани собралась для прыжка, решив разорвать в клочья непонятно кого, то ли мага, то ли собственного мужа, звезда Рока поощрительно кивал Близнецу, Рейнхард завершил маневр, вынул нож и молниеносно вогнал Кастору в глотку, спорно отделяя голову от тела. Гебур он Гебур и есть. Сначала убьем, потом разберемся. Кровь брызнула во все стороны, непоправимо заливая наш новенький прекрасный ковер. — Ну, и кто это был? — первым опомнился Менкар. — Хххддеее мой мушшш, мяяяяяуууу? — заверещала Рани. — Ешкин кот, бля, — потрясённо выдал Николя, роняя полотенце. — Куплю новый ковер, — утешил нас Антарес, складывая крылья, — завтра с утра. — Ужас, — добавила я. — Рэйнхард! За что?! Ириин единственная не смогла принять смерть Кастора и упала на колени, протягивая руки в сторону бездыханного тела. — Нет, нет, — рыдала она, — не надо! Я больше этого не перенесу, лучше умереть… — Д-да это не ОН, любимая, — подхватил на руки жену Антарес,  — просто не ОН. Не плачь… — Разве Кастор мог не узнать князя Николая? — выдвинул предположение Рэй, осматривая голову со всех сторон. — Не мог. Причем, ЭТОТ вариант был чистой воды хам, а наш — лощенная душка, правильно? Да и волосы жидкие у этого, плюс ещё и перхоть. Рани осторожно подползла к телу на животе и принялась обнюхивать, брезгливо убирая лапы от крови. — Перхоть, — отстраненно сказал маг, вытягивая руку в сторону головы, — убойный аргумент, согласен на все сто. — Я тоже понял, что ОН — подделка, — согласился Менкар, — потому что чувствую Кастора как себя, увы. А ЭТОТ был прямо чужой. — А куда делся наш? — забеспокоился Николя, забыв о собственном печальном состоянии. Даже в лице переменился, побледнел и сник, стараясь найти близкого друга среди миллионов вероятностей бытия. — Не знаю, — честно признался Менкар, — очень странно, я такого не предполагал. — Мужа Васю? — уточнил Антарес, вычлинив из моего рассказа самую интересную часть. — Некромантам? И ты не будешь его выручать?! Я обошла кровь, едва не наступив Рани на хвост, обняла Ияриин, тесно прижимая к себе, а со спины ее согревал Антарес, время от времени целуя в макушку. Скорпион хмурил брови, пытаясь думать в двух направлениях одновременно — успокоить жену и решить проблему с Васей, а за третье — где сейчас наш Близннц обретается, уже не поручусь, сложное дело. Потом! Раз об ЭТОМ думает Менкар, зачем ещё и Антаресу подключаться? Менкар — повелитель Рока, ему и видней!